Глава третья
11 мая 2020 г., 09:00
Уезжать в очередную командировку через день после заключения брака — не лучший вариант, но другого у Алека просто не было. Он получил сообщение от военного ведомства о том, что его напарник, единственный, кроме него самого, имеющий аккредитацию пилота, заболел. Естественно, Алек был обязан выйти на службу за него.
Пилотов на Афоне все еще обучали крайне редко, да и задания их в основном касались перевозки пассажиров до станции Эркхарт, получившей название в честь одного из самых известных докторов в области репродуктивной биологии, на которой располагалась новая исследовательская селекционная лаборатория.
В этом Алек ничего не понимал. Ему по вкусу больше были другие задания — полеты раз в несколько месяцев вокруг Афона, для изучения планеты из космоса и околопланетного космического пространства, а также сборки на орбите новинок оборонной промышленности. Каждая его командировка длилась две недели, но бывали и исключения, когда, как например в этот раз, Алеку приходилось подменять напарника. Он понимал, что уезжать из дома и оставлять Магнуса одного сразу после скоропалительного брака — не лучшая идея, но это зависело не от него, а потому он предупредил партнера, поставив перед фактом, и отбыл на службу.
Надо сказать, Магнус отреагировал вполне нормально. Точнее, не отреагировал вовсе. Он спокойно выслушал объяснение Алека, а потом закрыл перед его носом дверь в свою спальню.
Алек решил считать это ответом. Причем ответом не только на вопрос, возражает ли Магнус против его отлучки, но и на тот, которым он задавался с самого начала этой авантюры с браком — зачем это Магнусу нужно? Теперь Алек точно знал, что тот не испытывает к нему ни малейших романтических чувств.
Для чего бы Магнусу ни понадобилось это сделать, любовью тут и не пахло. Он, вероятно, имел какую-то договоренность со своим отцом и считал их брак лишь формальностью.
Алек снова вспомнил о том, зачем сам так поступил. Он должен был помочь семье, а потому стоило просто закрыть глаза на то, что его брак будет лишь пустышкой. Алек не собирался признаваться Магнусу, что тот ему нравился еще в школе, да и не перестал даже по прошествии стольких лет. Может быть, подумал он, они смогут хотя бы стать друзьями.
Впрочем, две недели на станции все же не прошли совсем безоблачно.
Откуда-то все сотрудники, работавшие в эту смену, узнали, что он заключил семейное партнерство, и для Алека наступил настоящий кошмар. Все спрашивали его, как дела, кто избранник, почему они не слышали о нем раньше, не планируют ли Алек с партнером детей, а тот лишь мог глупо улыбаться и выдавать несуразные ответы, что все еще только началось и нужно все обдумать. Он чувствовал себя лжецом, но не хотел распространяться о реальной причине, по которой заключил брак с Магнусом. Впрочем, имя своего «избранника» он все-таки назвал, что вызвало неоднозначную реакцию. Отчего-то многие стали шептаться за его спиной, и Алек не мог понять, в чем причина такого поведения. Он мало знал о том, что происходит в среде «золотой молодежи», к которой, судя по услышанным сплетням, относился и Магнус, потому что сам больше любил проводить время с семьей, а не на гулянках. Вслушиваясь в разговоры, Алек все больше нервничал, не зная теперь, стоило ли разрешать Магнусу оставаться в его доме, пока его самого там нет.
Судя по всему, Магнус был тусовщиком и любил совершать безрассудные поступки, за которые потом не раз попадал в полицейские участки и лишался части социальных кредитов в уплату штрафов.
Две недели тянулись в этот раз для Алека невероятно долго в ожидании чего-то неясного. И гром грянул сразу же, стоило ему переступить порог дома.
***
Вообще-то, Магнус не собирался устраивать ничего подобного. Он честно после посещения администрации летал по городу и размышлял о том, не стоит ли прекратить все бесплодные попытки заставить отца смотреть на него как на личность, а не на приложение к статусу добропорядочного гражданина общества. Он понимал, что вел себя в последнее время безрассудно и даже глупо, стремясь доказать что-то кому-то, а не пытаясь устроить свою жизнь. Возможно, в других обстоятельствах, все сложилось бы иначе. Когда-то у Магнуса была мечта, но она разбилась о желание его отца сделать его продолжателем семейного бизнеса, чего сам он совсем не хотел. А потому, имея за плечами два диплома, один из которых он получил из-за договоренности с отцом, Магнус при этом не делал ничего. Он надеялся, что рано или поздно сможет отвязаться от контракта, подписанного под влиянием обстоятельств, или что отец, наконец, разочаруется в нем настолько, чтобы отказаться подпускать к бизнесу. Асмодей, однако, после очередных выходок сына, лишь тяжело вздыхал, оплачивал практически все штрафы из собственного кармана и продолжал выражать надежду, что однажды Магнус поймет свое истинное предназначение. Магнус это понимать, естественно, отказывался, продолжая прогуливать деньги родительской компании. Но после того, как в его документах появилась новая фамилия, он задумался, а не послать ли ему Асмодея куда подальше, рассказать обо всем Алеку и вместе придумать выход. Но подозрение, что его новоиспеченный партнер каким-то образом связан с компанией отца, не давало ему покоя. И Магнус Алеку так ничего и не сказал. Тот, оказалось, не сильно-то и заинтересовался развитием их отношений, сразу после заключения брака отправившись на службу. Алек удостоил Магнуса лишь тем, что сообщил о своей двухнедельной отлучке из дома, а в остальном вел себя максимально отстраненно. По крайней мере, у Магнуса было время побыть одному и подумать о том, что делать дальше. Вот только ему не удалось остаться в одиночестве даже на пару дней. Принеся с собой привычную строгость, недовольство и требовательность, на второй день отсутствия Алека в их дом нагрянул Асмодей собственной персоной. Он как всегда вещал о долге перед семьей и бахвалился тем, что смог получить влияние на бизнес Роберта Лайтвуда, дав ему большую ссуду. Не веря своим ушам, Магнус так и застыл посреди комнаты. Он был готов услышать все, что угодно, но даже не мог предположить, что его собственный отец его продал, а точнее, купил для него супруга. Разозлившись, Магнус буквально выставил Асмодея за дверь, а потом сделал то, что умел лучше всего — ушел в загул. В таком состоянии его и застал Алек.***
— Да ты же со мной за деньги, — фыркнул Магнус, скрещивая руки на груди. Алек пару секунд молчал, а потом, шагнув ближе, отзеркалил его позу. — А ты зачем? — с таким же презрением произнес он. — Хочешь сказать, для тебя это брак по любви? Конечно, — протянул он. — Мы ведь встречались лет десять, дарили подарочки и миловались, а только потом решили оформить отношения. Они ругались уже около получаса, с того момента, как Алек зашел в дом и увидел беспорядок, оставшийся там после бурной вечеринки. Ни один из них не повысил голос, но по тону было ясно, что оба находятся на грани. — Уж не тебе читать мне нотации. — Ты живешь в моем доме, — в энный раз повторил Алек. — Будь добр вести себя нормально. И уберись здесь. Как тебе самому-то не противно находиться в этом хламе? — А я привык, — пожал плечами Магнус, тем не менее, чувствуя себя более неловко, чем хотел показать, из-за того, что натворил в чужом доме. — Вызову клининговую службу, раз такое дело. — Вот уж нет, — припечатал Алек. — Никаких уборщиков. Сам справишься, не маленький. Сумел загадить — сумеешь и отчистить. — Делать мне больше нечего, — начал было Магнус, но его снова перебили. — Вот именно, что нечего делать, как я смотрю. Иначе работал бы, а не пил с дружками, пока партнер на службе. — Тот, который со мной только из-за денег моего папочки? Я знаю, что он дал твоему отцу денег на бизнес, — Магнус распалялся все сильнее. — Странная причуда, да? Взял и купил сыну партнера. А почему, собственно, нет? Он ведь все равно командует всей моей жизнью. Одним решением больше, одним меньше, сути не меняет. — Слушай, я понятия не имею, какие отношения у тебя с отцом, — встрял Алек. — Но причем тут я? Что я тебе такого сделал? Да, я согласился на это все, чтобы помочь семье, но, честно сказать, думал, что мы можем стать нормальной семьей. Или хотя бы друзьями. — Друзьями? — Магнус расхохотался. — А если побольше денег получишь, то согласишься и в постель, да? Ну, сколько нужно? Алек застыл с таким выражением лица, что было ясно — это последняя капля. Он медленно моргнул, отступил на пару шагов и тряхнул головой, будто пытаясь поверить, что не ослышался. — Бог-Отец, — выговорил он тихо. — Не хочу тебя видеть. Уходи, — развернувшись, он пошел к себе в комнату, уже не замечая, как Магнус побледнел, осознав, что наговорил. Тот стоял, закусив губы и сжимая кулаки, пытаясь понять, как дошел до такого. Поразмыслив здраво, Магнус осознал, что действительно повел себя как настоящая сволочь. Он ведь и сам согласился вступить в брак только для того, чтобы не потерять деньги отца, а потому не имел никакого права судить решения Алека. Если он на кого и должен был злиться, то на себя самого, что заключил себя в такое неудобное положение. Зная, что должен извиниться или хотя бы попытаться это сделать, Магнус метался по гостиной, пытаясь решиться постучать к Алеку в дверь.***
Поверить в то, что Магнус сказал ему такое, Алеку было сложно. Но придя в спальню, он сел на кровать и задумался, что же такого произошло между Магнусом и Асмодеем, что первый просто на дух не переносил последнего, но, тем не менее, согласился вступить в брак с тем, на кого ему указали. Алек не знал, что это могло быть, но, очевидно, что-то важное. А еще стало ясно, что Магнус не знал до этого о ссуде, которую выдал Роберту Асмодей, иначе он не стал бы кидаться такими претензиями в этой перепалке. Может быть, он думал, что для Алека этот брак совсем не фиктивный? Но тогда это не объясняло его поведения в администрации. Алек ничего не понимал, но спустя полчаса размышлений злиться на Магнуса уже не хотел. Конечно, слова, которые тот бросил, задели, но Алек был не глуп и понимал, что тот просто сказал не подумав. Эти мысли прервал стук в дверь. — Можно? — Магнус стоял на пороге, всем своим видом выражая раскаяние. — Я не отниму много времени, честно. Просто хотел извиниться и объяснить. — Заходи, — кивнул Алек. — Думаю, нам давно стоило поговорить по душам.
