Старый друг

      В комнате царила тишина. Та тишина,которая бывает лишь в самых трагичных моментах.Она окутывала меня, не давая вздохнуть полной грудью. Ночь полноправно брала свои права.       «Однако небо сегодня звездное», пронеслось у меня в голове. Звёзды. Про них слагают множество песен, баллад и стихов. Описывая какие, они «таинственные» и «прекрасные». Наверное, надо быть закоренелым астрологом или мечтательным поэтом, чтобы увидеть в этой кучке рассыпанных бусинок какие-либо рисунки. Я ничего не вижу. Только точки. Видимо мне не хватает воображения или креативности. Ну или может я просто чёрствый человек.       Темно.       В комнате горела лампа, бросая свои огненные языки повсюду. Или я схожу с ума, или просто теряю зрение. Я готов поклясться, что даже при таком захудалом освещении можно запросто осмотреть обстановку, но я ничего не вижу, кроме неё. Она сидит в старом, потрёпанном временем кресле, но при этом, как ни странно, не утратившем своего удобства. Одета в свою вечную пижаму. Волосы небрежно спадают на плечи. Поза её расслаблена, взгляд направлен на меня и одновременно куда-то вдаль.       «О эти глаза». Глаза, пожалуй, самого грустного человека в мире. Глаза, слегка помутневшие из-за кучи невыплаканных слез. Уже, наверное, прошло с получаса, как она пришла ко мне, уселась на это кресло и молчала. Её мысли летаю где-то вдалеке. Кружатся, вьются, дерутся и ищут свой маленький Рай. А что делать мне?       Я не смею её тревожить и вырывать из собственного поединка с самой собой. Я лишь буду тихо наблюдать за ней. Бедная. Такая красивая, но такая несчастная. Помню в один день она прибежала ко мне вся в слезах и с криками: «ну и что с того, что я лицом вышла? Красивая, но это только приятная оболочка. Душа нафиг никому не всралась. Красивая, да только никому не нужная.» Затем, вытерев слёзы, она попросила горячего чая и снова села в своё кресло. Как и сейчас она сидела и смотрела в никуда. Долго. Несколько раз она дремала в нём, утонув слишком сильно в своих рассуждениях.Несколько раз напивалась до такой степени, что мне приходилось её успокаивать и перекладывать уже в глубокой дрёме в кровать. Сколько всего выдержало это кресло и сколько ещё ему предстоит пережить?       Бог его знает.       На стене запели часы, оповещая нас, что уже полночь. Она встала, уперла руки в бока и мягко мне улыбнулась.       — Жизнь дерьмо, правда? Но мы выдержим. Всё пройдём. Все самые каверзные испытания судьбы. Всё выдержим. Жизнь одна и нам решать, как её прожить. Поздно, однако, пошли попьём чайку и спать?       — Пошли дорогая.       Встав, с дивана я подошёл к ней и взяв её за руку мы медленно отправились в сторону кухни. На полпути я остановился и мельком взглянул на нашего потрепанного друга, что-то приятное отдалось в груди, улыбнувшись я продолжил путь. «Прощай кресло, до новой встречи»