Лжедмитрий или Никогда не отбирайте у Любы очки

***

На улице стоял солнечный весенний день. Воздух был плотный и влажный; на скрытой от глаз дорожке из песка виднелись следы капель (от влажного воздуха), что говорило о приближении грозы. Небо пока оставалось все таким же ясным и безоблачным, а солнце радостно дарило своё тепло окружающим. Люба отошла от окна, почувствовав жар и нарастающую тревогу. Такая погода всегда её особенно завораживала. Мир словно затихал, а потом начинал трепыхать в густом воздухе, как в огне. И не только мир, но и сама Люба. Она — гордая, острая на язык и «рождённая в крови с солнцем» — сейчас забилась в укромный уголок школы, избегала друзей и не знала куда себя деть. День выдался на редкость гадким, словно бы таких ей было мало. Никогда ещё в жизни она не оказывалась в такой ситуации, и это её смущало. Щеки девушки вспыхнули и мысли её вернулись к сегодняшнему началу дня.

***

Flashback: Люба стояла одна возле кабинета химии, на руке у неё висела её любимая сумка, полупустая, как всегда, а все мысли девушки были направлены на то оттолкнуть Майкла от себя или продолжить*. Клуб романтики была отличная игра, в особенности сейчас, потому что какого-то чёрта она пришла раньше всех, что было странно и не предвещало ничего хорошего. Абсолютно ничего. Начиная уже с того, что первой по расписанию стояла химия. За углом послышалось шарканье ног, а затем — глухая «Б», раскатистая «Р», протяжное «Э», и утонувшее в других голосах «Т». Тучка одноклассником надвигалась на сосредоточенную девушку, заливаясь хохотом и повторяя «Брээээт». Люба поправила очки на переносице и посмотрела на них. Все были сонные и еле волокли ноги к кабинету пыток химии, но уже нашли, о чём поговорить и над кем посмеяться. Это и нравилось девушке в её классе с тех пор, как она перешла сюда в пятом. Пусть они и были склизкими во многих моментах, но всегда держались друг за друга горой. И будь проклят Мерлин, если Люба скажет, что не любит эту особенность, ибо она — истинная Слизеринка. — Брээт, здорова! — Галя легонько обняла девушку. Все остальные тоже поздоровались — кто ногами, кто руками. — Дамы, что вы на счёт моей днюхи решили? — спросила Люба и вопросительно подняла брови. — Люба, честное слово, очень хочу, но родители… сама знаешь. — закатила глаза Валя. — Понятно всё с вами, девушка! Так и придётся идти к вам, раз вы не идёте ко мне! — ответила Люба. — Ой, да ну тебя. И кстати о горе и Магомете. Пошла я к нашему литератору, он почему-то решил, что может безнаказанно ставить мне четверки и задавать дебильные вопросы. Надо разобраться. — Валя махнула рукой и решительно отправилась на третий этаж- сражаться за благо отечества. — Я — нет. Клянусь, мама готова была согласиться, пока не встрял коронавирус! — Варя извиняющееся посмотрела на подругу и стала теребить край рукава своей рубашки. «Ну вот, так и не долго стать одинокой дамой с сотней кошек» — подумала Люба и снова поправила очки, чем привлекла к ним внимание Димы и очень зря. — Люба, дай очки померить! — парень протянул руки к девушке. — Убрал клешни! А то повырываю! — буркнула девушка и стукнула одноклассника по тем самым «клешням». Надоели уже все со своими загребущими руками! Если бы потом стекло сами чистили и зрение на время пребывания без очков своё одалживали. — Ой! Ну Любааааааа! Свет моих очей! Пожалуйстаааааа! — начал ныть Дима и, когда это не сработало, просто снял очки и убежал на третий этаж. Этот парень был самым наглым из всех домогателей до её очков и этого стоило ожидать. Люба не сумела и глазом моргнуть, как он уже скрылся из виду. Отойдя от шока, она засучила рукава своей чёрной блузки, вручила сумку Тамаре и побежала того догонять. — Вот мерзавец! — сказала Тамара, провожая взглядом подругу, вспомнила, что сама так постоянно делает, и усмехнулась. Тем временем Люба на всех парах мчалась по лестнице. Ну как, как можно быть таким несносным! Не то чтобы она без очков совсем не видела- видела, но хотелось бы ещё и четких очертаний предметов и лиц. Брррр, расплывшиеся лица — не очень приятное зрелище. Девушка дошла до конца лестницы: посмотрела направо — Димы не было, повернула налево и бинго — вот же он! Тёмные джинсы, черный свитер, туфли, короткие темные волосы. «Да он даже и не прятался!» — подумала Люба. Рядом стояла Валя и о чём-то с ним говорила. Она ведь к литератору шла? Не дошла что ли? Люба отбросила эти мысли подальше. Она, как кошка, незаметно пробралась к парню со спины, всего на секунду обратила внимание на недоумённый взгляд подруги, и бросилась на Диму с криком «Банзай». Парень так сильно испугался, что чуть тут же не шлепнулся на пол вместе с нашей героиней, в то время как та продолжала висеть у него на шее и пытаться укусить. А Валя с ужасом смотрела на то как её подруга избивает их…литератора! Бедный мужчина не понимал, что происходит. В его огромных глазах читалось: «Террористы! Немцы! Караул!» — Люба, остановись! Остановись! — заорала Валя и бросилась спасать репутацию подруги, если это ещё было возможно, так как все в коридоре уже давно оставили свои дела и наблюдали за развитием событий. Услышав подругу, Люба нахмурила брови, но слезла. «Чего это она? Не убить же я его собиралась, а только очки забрать!» — подумала девушка и отбросила свои рыжие волосы назад. А потом, как в замедленной съёмке, к ней повернулся Дима… Девушка прищурила глаза, чтобы лучше разглядеть лицо, ахнула и с ужасом поняла, что это был не Дима. — Евгений Викторович?! — пропищала Люба. Кто-то сбоку пихнул её в плечо и вложил в руки очки. — Не, мелкая, я конечно думал, что у вас с литератором шуры-муры, но на глазах у всех… — присвистнул рядом стоящий настоящий Дима. Живой и здоровый, но ненадолго. — Простите! Простите меня, пожалуйста! Я… Я вас перепутала с… с другим! Извините! Я не хотела! — затараторила девушка и вся от пят до макушки покраснела. «О боже, мне конец!» Теперь уже чуть ли не вся школа обступила их плотным кольцом и девушка могла задохнуться, если бы не прозвенел звонок. Ученики стали лениво расходиться по своим классам и Люба, считая это знаком свыше, попыталась по-тихому слинять с места преступления вместе со всеми. К её несчастью Евгений Викторович наконец опомнился и крепко ухватил ту за локоть: — Стоять, Яшина! — сказал Женя, да так твёрдо и властно, что его голос прошёл вибрацией вдоль позвоночника. Девушка тяжело сглотнула, бросила жалобный взгляд на уходящую подругу — последнюю свою соломинку- и обернулась к учителю. Его грудь тяжело вздымалась и опускалась, волосы растрепались, а глаза… в глазах она увидела злость, недоумение и ещё что-то совсем на дне. — Потрудитесь зайти ко мне в кабинет и объяснить, что здесь только что произошло, мисс. У меня как раз окно. — А… — Люба хотела сказать, что у неё сейчас урок химии и её отсутствие может сильно разозлить учительницу, но её перебили самым наглым образом. — Если после нашего разговора вы не отправитесь к директору, то я объясню всё вашей учительнице. Какой урок? — Химия с Клавдией Петровной. — выдавила из себя Люба. — Отлично. — сурово сказал Евгений Викторович и повёл Любу в кабинет, всё также держа за локоть.

***