Тату и чашка кофе

Служебное помещение в кофейне. Тесное, на пару человек максимум, где приходится тесниться среди шкафов для сменной одежды и небольшим столиком. – Ты только приперся, а уже проблемы притащил, – простая неосторожность, Вэй пролил кофейный напиток на брюки Цзян Чэна. На удивление, он не злился, не кричал. Просто обречённо вздохнул и впустил Хуайсана с сумкой со сменной униформой. – И кто же тебя, черт возьми, просил лезть? Закатывая глаза, Цзян продолжал бурчать на парня, пока застегивал ремень на уже чистых брюках. Наконец бездельник вышел на работу бариста после больничного и, не успев отработать и половины смены, накосячил. – Я уже извинился несколько раз! Долго ты еще будешь злиться? – с жалостливым взглядом, скорее просит, нежели спрашивает, Вэй. Всё, что он получил, так это молчание в ответ. – В любом случае, – говорит он, запрыгивая на стол, — что за салон появился напротив? Цзян бьёт газетным свертком по голове брата, хмурится, приказывая немедленно слезть. Не Хуайсан, он уже не обращает на перепалки этих двоих, так привык к чужим дракам, что сейчас спокойно роется в кармане длинной юбки, доставая телефон. – Ты про этот? – указывая на фото, открытое на экране, говорит Хуайсан – Тату-салон. Он появился всего пару дней назад, а открывается только через неделю. – Не Хуайсан неловко улыбается и вздыхает – Говорят, хозяин - неимоверный красавчик! – Опять ты за своё? – Цзян посмеивается, давая уже ему газетой по лбу – Или тебя твой парень уже не ждёт? – Мой братец и подождать может, я ведь только пришёл, - пряча в какой-то степени улыбку за веером, Хуайсан закатил глаза. Совсем страх перед Минцзюэ потерял – Ну и, что думаешь, Инушка? Ты ведь говорил, что и татуировку как-то хотел набить, да вот только... – он делает печальное лицо, говоря очень тихо, вздыхая - перенеся столько травм и бед, великий и ужасный Вэй Усянь... Он... – "Я" что? – уже понимая, что за ответ следует ожидать, брови сводятся к переносице, а руки тянутся к чему потяжелее. Хуайсан, задирая нос, разводит руки. – Он боится игл! – и парень выбегает из помещения со слезящимися от смеха глазами. Где-то за ним летят сменные тапочки и слышны возмущённые крики Вэя, смешиваясь со смехом Цзян Чэна. Оторвавшись на небольшое расстояние и уменьшив риск быть избитым, он садится в машину брата.

***

Голова трещала по швам, а в ушах только начал проходить гул после толп клиентов в кофейне - любой шум, мелочь - парень обязан был взять перерыв дабы не уничтожить любой раздражитель. Он не раз удивлялся тому, как Цзян Чен, настолько уставший, мог брать еще и дополнительную работу. Звонок в дверь, слишком громкий для тихой квартирки и слишком отвратительный, когда нужно отрываться от дивана. Он хотел расслабиться и отдохнуть. И именно поэтому, за дверью стоит Хуайсан с банками крепкого в руках. – Та-дааа! – Он улыбается, стоя перед открывшейся дверью, в совершенно новой одежде, ожидая комплиментов. И услышал бы, не заметь Усянь ещё одного человека. Вэй явно напрягся и, немного побаиваясь, спросил, – А твой брат... он с тоже нами? – нет, не подумайте, он не боится его. Просто Вэй Ин общается с другом на слишком личные темы, чтобы это слышал кто-либо другой. Не Минцзюэ сбрасывает чей-то номер и уже собирается идти. – Нет. Я в командировку, – он смотрит на часы, явно не горя желанием оставаться надолго – Вам двоим я перечислил денег на счёт. Ты уж позаботься об этом растяпе. – Буду его держать на коротком поводке – с несерьёзной улыбкой и уставшими глазами, отвечает он – Понял, принял Не Хуай Сан целует брата в щеку и прощается. Минцзюэ, скрытый из поля зрения, словно спусковой крючок - Вэй Ин не успевает и словом обмолвиться, как Хуайсан в этот же момент, без стеснения перебегает через дверной проём и на лету скидывает обувь куда-то в сторону. Подросток прыгает на кресло в гостиной, открывает жестяную банку с алкоголем и включает телевизор. – Будто у себя дома. – усмехается Усянь. – Я настолько часто у вас гостил, что, считай, просто вернулся в другую квартиру. Этот парень ещё с колледжа не выпустился, а уже творит невесть что, не боясь старших. Скорее, он прикрывался перед ними неловкостью и стеснением, для личной выгоды. Но вот при родных как с цепи срывается! Кроме брата, разве что, и то - после одной ситуации уже и сам Не Минцзюэ порой опасается выходок младшего – К слову, – он достает из-за пазухи запакованные журналы и кидает их прямо в руки друга. –Держи. От твоего любимого автора. – Это... – Хуайсан расплывается в ухмылке, догадываясь о последующей реакции. Усянь избавляет журнал от упаковки и видит сборник порнушки. Самой разной - от простого "мужчина-женщина" до полной мешанины. Смотрит на имя автора, названия, и его глаза округляются. – ...И откуда только это у тебя? Хуайсан смеётся, прикрываясь закрытым веером. – Связи. И так они часто болтают о всяком, на фоне включая какое-то шоу. Секретничают, словно две подружки. В один из моментов Хуайсан решил оглянуться, но не заметил человека, которого искал глазами. – А где твой братец? – Опять набрал себе работы. – Цзян и после смерти родителей, и даже год спустя, совсем не отдыхал. Усянь ищет чего-то вкусного, а потом, осознавая, что уже давно не выходил за пределы квартиры (исключая работу), достает своеобразную "заначку" где-то за холодильником. – Стоит устроить ему выходной, что думаешь? – Стоит. Конечно же стоит! – он достаёт из стопки порнушки журнал и листает его – Можем на днях сходить в центр и что-нибудь купить из еды, мне все равно нужно было купить пару книг и тканей. К слову, перед его возвращением тебе стоит спрятать это добро. Как и вот это – он достает распечатанные на принтере фотографии, красивые, хоть в рамочку ставь. Но Цзян точно бы их сжег прямо на глазах, - порно-журналы развратны, а фотографии - вторжение в личное пространство по его мнению. – Подкараулил я, значит, владельца салона, – он достаёт телефон, показывая еще пару фотографий, Вэй даже не удивляется. Он всегда знал, что этот малой не такой невнимательный, каким хочет казаться. – Так он такой красивый, Вэй Усянь, а это его, скорее всего, брат... Мы ведь обязаны с ними познакомиться, не так ли? Вы ведь, считай, соседи, так заодно будешь знать мастера в лицо. Я ведь даже эскизы для тебя сделал, вот, только глянь на них. Такой напор был знаком для парня - ему уже не избежать похода в тату-салон. Не Хуайсан - творческая личность, которая просто плещет идеями. Дизайнер одежды - та ещё профессия, которая не первый раз показывается на парне в виде новых нарядов, как сейчас. И сейчас он точно думает о том, как красиво бы смотрелся сшитые им одежды на владельцах нового салона. Как смотрелась бы лента в их длинных чёрных волосах. Как смотрелись бы белоснежные одежды, костюмы. Не Хуайсан так и блещет представлениями. – Неплохо конечно, – Вэй Усянь смотрит на эскизы татуировок и уже предполагает, какую хотел бы набить – но я еще с самим мастером посоветуюсь – Если ты вернёшься ни с чем, ты ведь понимаешь что я тебя обратно в салон отправлю за номером мастера и сам всё устрою? – тыкает веером в грудь, так возмущённо и нагло, что тяжело не согласиться. Единственное препятствие для Усяня - не отсутствие желания или денег, а просто страх, фобия Вэй Ина

***

Утро, субботнее, когда вставать приходится по будильнику, а Не Хуайсана - тащить за ноги на кухню. Неделя пролетела быстро, даже слишком, сам Цзян Чен с трудом понимал что это было, сейчас отсыпается на кухонном столе. – Обязательно так рано вставать было? – почти плачет в золотистой пижамке А-Сан, собирая волосы в хвост. – Сам записал Вэя к мастеру к девяти – бурчит Ваньин и продолжает спать, получая по голове веером. – Я вас двоих отвезу, дальше сами по себе! – Ваньи-и-ин – дитя плачет, показывая телефон с адресом – а я надеялся что ты меня отвезешь за новыми тканями. Завтрак, впервые такой тёплый и спокойный, когда встав в семь утра - не нужно торопиться со сборами. Хуайсан занимает ванную первым - там один с лишним часа, оставляет в душе длинные волосы, а повсюду - свои безделушки и уходовые средства. Цзян Чен смиренно спит у дверей в ванную комнату, ожидая своей очереди, а Вэй Ин оттаскивает брата обратно в его комнату. Выходит Не Хуайсан, с накрученными кончиками волос, самодельной заколкой и одеждой собственного дизайна. Такой аккуратный, красивый, увидь его брат сейчас - точно бы не разрешил выходить, ревнуя к чужим взглядам на улице. – Красивая э. . . Футболка? – никто из братьев никогда не разбирался в названиях одежд, совсем, зато Хуайсан знает лучше, чем кто-либо в его колледже. – Спасибо, как тебе костюм? Удобный? Пришёлся по размеру? – Вэй Ин чувствует как Хуайсан водит по швам одежды, осматривает, изучает. Стучит веером по ладони и утвердительно кивает – Да и не важно, очень идёт, Инушка готов к визиту к мастеру. – оглядывается – И где Цзян Чен? – Он уснул у порога дверей – шепчет Вэй Ин, обуваясь и тихо открывая дверь – Своим ходом едем. Кто знает, проснёмся ли мы на этом свете, после поездки с сонным водителем.

***

Аккуратный вход, с колокольчиком, светлый и минималистичный. С цветами у входа и внутри на двух огромных подоконниках. Внешний вид салона прекрасно вписывается в узкую улочку, где стоят другие, не менее уютные заведения. Вэй Усянь смотрит на вывеску с названием салона и чувствует неладное, словно что-то точно произойдёт. Надевает бахилы, что стояли у входа. Так чисто, аккуратно, что кажется если оближешь кафельные полы - ничего не случится. Усянь сразу подчеркивает взглядом красоту интерьера, - просто и со вкусом, а то, что кабинет для процедур находится отдельно - это обустройство и правда достойно похвалы. Высокий мужчина, вышедший из кабинета, выглядел дружелюбно. Его улыбка была такой теплой, а одежда - очень аккуратной, чистой. Даже Не Хуайсан смог её оценить по достоинству. Усаживаясь поудобнее в мягкое кресло, они познакомились. Его зовут Лань Сичень. Он, по сути, тут главный, но татуировками не занимается. Его брат - Лань Чжань - здешний мастер, что скоро должен будет подойти. Но работы его и правда красивы, Вэй Усянь это заметил сразу, как только открыл портфолио в соц.сетях. Не Хуайсан же ещё раз с изумлением посмотрел на распечатанные фотографии с портфолио. Прошло около двух минут с тех пор, как они начали знакомиться, и под звон дверного колокольчика входит сам мастер, при виде которого тело пробирает лёгкая дрожь, а в памяти всплывают воспоминания. Теперь ясно, кого Вэю напоминал Сичень. Теперь ясно, что за неладное должно было случиться. – Ты!? – Усянь подскакивает с места, указывая пальцем на мастера.