История Леи

POV Лея Когда у вас в Академии появляется новый симпатичный профессор, который к тому же является наследником Эльфийского престола и первым сыном самой Императрицы Драконьей империи, то проблем не избежать. А начнутся они ожидаемо с успеваемости, так как вся женская половина студенток сейчас только тем и занималась, что наводила красоту в свободное от учебы время, а на занятиях томно вздыхала, мечтая о принце. А женщины, пусть и юные, но имеют тенденцию очень сильно расстраиваться, когда что-то идёт не по их плану. А расстроенная женщина — страшный человек. В первый месяц учебы около десяти дамочек получили выговор за то, что несанкционированно пробрались в апартаменты профессора, еще трое попытались отловить его в коридорах и поцеловать. В результате чего оказались на ковре у ректора, а потом отрабатывали свои грехи, чистя кастрюли на кухне. Второй месяц прошел не менее феерично. Вот только выдумки стали более изящные и в ход пошли любовные зелья, записки, подарки и даже проклятия, которые каким-то чудом обходили профессора стороной. Не знаю, зачем лорду Элдреду понадобилось преподавать в Академии, если он мог заниматься более приятными делами, чем обучение нежелающих учиться юных магов. Ему что, проблем не хватало и захотелось острых ощущений? Иных причин, чтобы по собственной воле и с его-то знаниями (!) идти в простые учителя, я не видела. Вернее, была одна догадка, но она казалась абсолютно нереальной. Не мог же он сделать это просто из-за меня? Ох, от этих мыслей даже кончики ушей покраснели и я спрятала лицо в книгу, чтобы соседка не заметила моё состояние. Всё началось еще три года назад, в день моего пятнадцатилетия. Он прислал мне подарок, а вечером заглянул на бал поздравить. Взрослый, уверенный в себе и ослепительно красивый. На него невозможно было не обратить внимание. Наверное, тогда, во время нашего первого танца я и поняла, что влюбилась по уши. Влюбилась в дядю Эла, который играл со мной маленькой и прикрывал проказы от родителей. «Он же взрослый!» — твердил мой слишком правильный мозг. «Я вырасту» — настаивала душа, не желая отступать из-за такой мелочи, как время. Мы же драконы, практически бессмертны, а значит, если он подождет, то у нас всё может получиться. Тогда вечером я засыпала с мыслями о нашей будущей свадьбе и придумывала имена общим детям. Всего пара танцев, откровенные прикосновения и более чем доверительные разговоры и я была готова на всё. Проснувшись утром, я пришла к мысли, что любовь любовью, а драконицу мне растить еще лет пять, не меньше, и решила больше с Элом не встречаться, не танцевать и вообще не разговаривать. До недавнего времени так и было, а сейчас приходилось здороваться, видеться в коридорах, отвечать на занятиях по эльфийскому и упорно делать вид, что мы незнакомы. А то не хватало, чтобы подруги узнали, что на самом деле с герцогиней учатся. Нет, спасибо, я просто Лея и родители у меня обычные торговцы, а не драконы, и мама абсолютно не ученый, она бухгалтер. Одним словом, логика вам понятна. В Академию я поступала инкогнито под срвершенно другой, не такой популярной, как Ансаби, фамилией. Вот почему Эл не сделал точно так же? Зачем надо было показываться в истинном облике, если мог наколдовать себе какую угодно внешность? Не думал, что из-за этого могут возникнуть проблемы, или хотел, чтобы я его узнала? А может, он пришел сюда, потому что тут обучается его будущая невеста? А я, дурочка, снова надумала себе непонятно что! Все! Хватит. Конспекты сами себя не напишут, а книги не прочитаются. Значит, прекращаем фантазировать, а учимся! POV Элдред Никогда не думал, что хоть одна девушка будет бегать от меня три года. Почему-то до встречи с Леей леди наоборот, только то и делали, что вешались на меня гроздьями, умоляя поцеловать, потанцевать и даже уединиться в ближайшей пустой комнате. Не скажу, что я всегда отказывался от подобных предложений. Соглашался. Хорошо проводил время с довольно симпатичными женщинами, но никогда не обещал чего-то большего, понимая, что такие мне не нужны. А нужна именно такая, как Лея, правильная, скромная, с чувством собственного достоинства. Она одна смотрела на меня свысока, не замечая ни моих двусмысленных взглядов, ни намеков. Казалось, она абсолютно не понимала, что очень мне нравится. Хлопала своими длиннющими ресницами и рассуждала о своих успехах в учебе. Такая светлая, чистая, просто идеальная. Вот как я мог не влюбиться? Считаете, я мог остаться слепым к тому, какой красавицей выросла эта смешная девчонка, которая любила играть в прятки во дворце и бегала босиком по пруду, пытаясь поймать ускользающих от неё рыб? Наверное и правда, лучше бы я ослеп, чем чувствовал всё это к юной, еще не ставшей на крыло драконице. То поведение на балу трехлетней давности могло привести к необратимым последствиями. Вот кто тянул меня общаться с ней, еще малышкой, как со взрослой дамой? Флиртовать и ласкать своим взглядом, легко поглаживая спину сквозь тонкую ткань платья? Да я абсолютно сошел с ума, стоило увидеть, как Лея за какой-то год превратилась в юную обворожительную девушку. А модное платье, прическа лишь добавляли ей возраста, позволяли мне забыть, кого именно я кружу в танце. Тогда вечером я подумал, что нам лучше не встречаться. Для её же блага. Иначе случится то, чего я сам себе никогда не прощу. Позднее оказалось, что и она избегала встречи со мной, перестала посещать Ларран, отказывалась бывать на тех баллах, где мог появиться я, и не разу больше не пригласила в свой дом, что неожиданно задело. Поэтому первое время я пытался выяснить причину её поведения, переговорить, но все мои попытки рухнули в пропасть. Она отказывалась даже отвечать на мои письма, словно я был каким-то назойливым ухажером, а не принцем. Признаю, я разозлился на неё. Постарался вообще забыть одну гордую девчонку с большими серыми глазами, переключился на другие дела и других девушек. И возможно, и не вернулся бы вновь, если бы не услышал в разговоре с Шоном, что Лея этой осенью поступает в Академию, в Красную башню, изучать драконью магию. На следующий день я рванул к ректору с абсолютно идиотской просьбой взять меня на работу. Меня, наследного принца, учителем. Борден тогда высмеял моё желание, посоветовал проспаться и приходить к нему вечером на ужин. Наверное, мои горящие нездоровым блеском глаза и правда можно было принять за действие дурмана или похмелья. Никогда не думал, что влюбленные мужчины выглядят столь глупо. Я был просто одержим. Следовательно, сказал, что готов преподавать любой предмет, только возьмите. Наверное, в моём голосе было что-то такое, отчего Борден сдался и согласился подыскать мне должность на следующей неделе. По всей видимости, пожилой маг собирался дать мне время хорошенько всё обдумать и отказаться, но ни через день, ни через неделю я не изменил своего решения, а лишь уверился в том, что обязан там быть. Юная девушка одна среди толпы взрослых парней. Вдруг кто обидит? Вдруг захочет большего? При одной мысли о том, что она может лишиться дракона из-за какого-то придурка, я совершенно терял самообладание. Если бы было можно, то я везде ходил бы рядом с ней, оберегая от всех невзгод. Но кто я такой? Старый знакомый? Друг семьи? Я даже Асу не могу сказать о своих чувствах, понимая, что он скорее всего убьет меня, чем подпустит к своей дочери раньше, чем вылетит её драконица. Следовательно, единственное, что я мог сделать, чтобы быть рядом — пойти работать в Академию. Через неделю, как и было оговорено, мне пришло письмо со списком свободных должностей. Именно так я и стал профессором грамматики и письменности эльфийского языка для студентов Красной башни. И теперь мог видеть свою девочку каждый день, помогать и опекать. За те годы, что мы не общались, я только уверился в том, что никого кроме неё мне не нужно. Остается только узнать, что она думает по этому поводу.