Никого не заботит нежная душевная организация плюшевых котов

      В происходящем Питер склонен винить себя. Это он в один из патрулей нашёл магазинчик с плюшевыми котами. А заодно и Кроссбоунса. И нет бы разобраться самостоятельно — сдал информацию Железному Человеку. Тот переглянулся с Кэпом, пошутил про недожаренную морду, и забрал дело себе, запретив Питеру даже рядом с тем кварталом появляться.       И зачем послушался?       Каждый заслуживает второго шанса. Даже Кроссбоунс. Питер уговаривает сам себя: двоим за стойкой это не нужно, они и без уговоров управились.       Железный Человек… Нет, Тони Старк, без костюма, и Кроссбоунс… Бывают ли бывшие суперзлодеи? Питер очень хочет верить в это, у него свои причины. Но верить сложно — по тем же причинам. Ну ладно, Брок Рамлоу — он тоже без костюма. Да и какой костюм в центре города среди бела дня? В магазинчике игрушек. Среди плюшевых котов. Полный фурсьют, чтобы покупателей не распугивать?       Заглянуть снова в окно хочется неимоверно. Ещё сильнее хочется развидеть. Это Тони без костюма — приятное зрелище, а Брок Рамлоу — обожжённый, перекрученный, в пятнах и полосах — цирк уродов на выезде. И вот это Тони… «дожаривает».       А вдруг почудилось?       Питер снова заглядывает в тонкую щель между верхом окна и закрытой витриной. Нет. Не почудился ему распластавшийся по стойке Брок Рамлоу с искажённой шрамами и чувствами мордой. И голый Тони Старк, вколачивающийся в него сзади — не почудился тоже. И с осуждающе глядящей на это кошачьей головой фурсьюта Питер полностью согласен.       Осуждает Питер не за то, что Тони дал Броку Рамлоу второй шанс, пусть и таким образом. Не за секс на рабочем месте в обеденный перерыв: лишь бы дверь не забывали закрывать и стойку потом протёрли. Не за то, что секс этот — однополый, тут-то вообще без проблем. Осуждает за то, что пометки в деле Кроссбоунса, все эти «разрабатываю», «планирую проникновение», «объект у меня на крючке» и «очень плотное наблюдение» теперь обрели совершенно иной — вероятно, наконец-то верный — смысл. И будь Питер сейчас не Человеком-Пауком, а собой, у него бы случилась травма и разрыв шаблона.       А так — он просто чуть со стены от смеха не сверзился.       В третий раз Питер заглядывает в окно машинально — на крик. Конечно же, проклинает свой острый слух, супергеройские рефлексы и всё на свете, узрев, как кончает Тони: подёргиваясь, с перекошенным — не хуже, чем у Рамлоу — лицом, вцепившись в исполосованные шрамами бока, слепо блуждая взглядом. Когда Тони оседает вниз на крупно вздрагивающее под ним тело, Питер наконец отрывает от него взгляд. Каждый повёрнутый в его сторону плюшевый кот будто спрашивает: «А что ещё ты ожидал увидеть?»       И впрямь.       Надо было вовсе забыть сюда дорогу и не выяснять, откуда в мастерской и в общих зонах куча плюшевых котов.