Невольница (Драмиона)

Драко казалось, что пол под ним сейчас провалится. Он не мог поверить в это... Человек, которого он знал с рождения и который всегда опекал его, — мёртв! Он крепко сжал кулаки и попытался не заплакать. Гермиона отвела его в сторону, за стену, где никто их не увидит, и крепко обняла. В её руках он чувствовал успокоение. Вдыхая запах её волос, он чувствовал, что ещё может жить. Наконец Гермиона оторвалась от него. — Прости, мне надо... пойти к Уизли... Там Фред... — Гермиона не выдержала и, расплакавшись, побежала к членам семьи Уизли. Драко сел на лестницу и положил голову на руки. Внезапно он услышал, как рядом с ним кто-то присел. Оглянувшись, он увидел Поттера. Выражение его лица было не совсем понятно Драко. Поттер посмотрел на него и, усмехнувшись, сказал: — Я всё знаю, Малфой. — Что именно? — Всё. И теперь я должен идти к нему. — Что?! — Драко не верил своим ушам. — Ты собираешься идти к... Волан-де-Морту?! — Да. Так надо. — Нет, Поттер, не смей! Неужели все эти жертвы, — Драко указал рукой на зал, — были напрасны?! — Я смотрю, ты не всё знаешь! — улыбнулся Гарри и поднялся. — А вот я теперь знаю всё. И о вас с Гермионой тоже. Драко осекся. — Но... как? — Твой крёстный поведал. Перед тем как умереть. Он отдал мне свои воспоминания, и я увидел то, как он любил мою мать... как шпионил ради неё... как помогал тебе... и как... — Гарри? Что случилось? Что ты видел?! — Рон с Гермионой подошли к ним. Гарри горько усмехнулся: — И как Гермиона помогала вам... Гермиона опустила голову. А Поттер тем временем продолжал: — Ты ведь всё знала, правда? Причём давно! — Гарри, — в слезах произнесла Гермиона, — прости... но я... — Да что происходит?! — не выдержал Рон. Гарри испытующе посмотрел на Гермиону и Драко и ответил Рону: — Эта связь между... мной и Волан-де-Мортом... То, что я иногда слышу его мысли... То, что он может с такой лёгкостью влезть в мою голову... И то, что я слышу крестражи... Оказывается, всё просто, Рон. Я — это ещё один, седьмой крестраж! — Нет! — замотал головой Рон. — Нет, невозможно! Этого не может быть! — Времени осталось мало. — Гарри подошёл к друзьям. — Убейте змею! Малфой...! — Драко вытянулся, как по команде. — Тебя это тоже касается... И... Не обижай ЕЁ! Драко молча кивнул. Он понял, что Поттер с улыбкой идёт навстречу собственной смерти, и это не могло не вызвать в нём очередного прилива уважения к нему. Рон между тем переводил взгляд с Драко на Гермиону и... всё понял. — Да... как?! — Рон! — перебил его Гарри. — Пообещай мне, что будешь ей верным другом! Рон только и смог, что кивнуть. А Гарри, накинув на себя мантию-невидимку, отправился в Запретный лес. --- — Скажи мне, Гермиона, как же так получилось, что ты то с Крамом, то с Малфоем... — Рон, прости, но я не хочу сейчас это обсуждать! — Потом, возможно, никогда и не наступит! — А что ты хочешь услышать? — Кто для тебя Малфой? — Единственный, кого я в состоянии любить, Рон. — А как же Крам? — А Крам... — «не забывай про обет!» — Крам — это тот, за кого я выйду замуж! — А... я?... Гермиона печально посмотрела на Рона: — Ты — теперь мой единственный друг и самый близкий человек! — Из глаз Гермионы полились слёзы. — Пожалуйста, хоть ты не уходи! Я ведь этого не вынесу! Рон обнял её и успокаивающе погладил по спине. — Даже смешно. Я ведь знал, что у меня никогда и не было шансов, но всё равно надеялся, — усмехнулся он. — Прости, что не могу ответить на твои чувства, Рон! Но я так не хочу потерять тебя! Мы же... мы столько лет дружили!... — Дружим! — поправил её Рон. — И всегда будем дружить! Знай, я всегда буду на твоей стороне! Что бы ты ни сделала и как бы ни поступила. А насчёт моих чувств — это пройдёт, не переживай! Я не люблю навязываться. — Я знаю! Внезапно к ним подошёл побледневший Драко. — Они пришли... --- Толпы Пожирателей смерти во главе с Волан-де-Мортом вошли в полуразрушенный вестибюль Хогвартса. С ними, связанный верёвками, шёл Хагрид и держал на руках мёртвого Гарри Поттера. Крики Макгонагалл, Джинни, Гермионы... Даже крики Рона и остальных Уизли... и всего Хогвартса... — всё казалось Драко нереальным. Но вот Поттер лежит как спящий ребёнок на руках у Хагрида, который проливает над ним свои слёзы... Волан-де-Морт смеётся, а позади него огромная кучка Пожирателей смерти и бледные лица его родителей. Драко оглядел своего отца: тот был весь изранен, хромал на каждом шагу. Вряд ли кто-то из учеников Хогвартса мог сделать с ним такое. Драко проникся к Волан-де-Морту ещё большей ненавистью. Наконец Люциус протянул к нему свою руку: — Драко! Драко стоял, не двигаясь. Но что-то заставило его посмотреть на мать. Нарцисса с таким спокойствием и с такой уверенностью смотрела на сына и, также протянув к нему руку, спокойно позвала его: — Драко! Пойдём! Драко, оглянувшись на Гермиону и остальных учеников, медленно проследовал к ним. Волан-де-Морт остановил его на полпути и приобнял. — Драко! Дорогой мой мальчик! Я рад, что ты снова с нами! Ступай к родителям! Драко чувствовал себя последним трусом, чувствуя на себе взгляды за спиной. Однако, подходя к родителям, он увидел, как Нарцисса перевела взгляд на Поттера, затем на него и отрицательно покачала головой. И тут он всё понял. Тем временем Пожиратели схватили Невилла Долгопупса, который всё пытался разоружить Волан-де-Морта, надели на него Распределяющую шляпу и подожгли её. И в этот самый момент Гарри выпал из рук Хагрида, а Драко, побежав обратно в сторону школы, крикнул: — Поттер! — и бросил ему свою волшебную палочку. Гарри поймал её и направил на Пожирателей. Те бросились врассыпную. Затем он надел мантию-невидимку и скрылся из виду. Долгопупс, тем временем, выйдя из цепенящего состояния, снял с себя шляпу, вытащил из неё меч Гриффиндора и снёс голову змее Волан-де-Морта. Пожиратели всполошились, так как в них полетели стрелы кентавров. И эльфы-домовики Хогвартса выбежали в вестибюль, размахивая топорами и ножами для мяса. Они кололи и рубили икры и щиколотки Пожирателей смерти. Драко тем временем подбежал к Рону и Гермионе, те с нескрываемым восхищением посмотрели на него и кидали заклинания в Беллатрису. Джинни присоединилась к ним и чуть не была задета Убивающими чарами. Внезапно кто-то схватил Драко за волосы и поставил на колени. — Ты! Мелкий предатель! Это ты оглушил меня! Фенерир Сивый ещё до начала битвы выискивал момент, чтобы поквитаться с Драко. Он приставил палочку к его виску, но не успел ничего сделать, так как кто-то метнул в него Разоружающее заклятие. — Экспеллиармус! — одновременно произнесли два голоса. И Фенерир отлетел прямо на Рона с Невиллом, которые тут же добили его. Стоящие вокруг школьники с удивлением смотрели на Люциуса и Нарциссу Малфой. Пылая от гнева, Люциус сквозь зубы процедил: — Не смей трогать моего сына, пёс! Драко поднялся и с гордостью посмотрел на своих родителей. Тем временем Молли Уизли, расправившись с Беллатрисой, чудом избежала смерти от руки Волан-де-Морта, так как Гарри направил на неё щитовые чары и вылез из-под мантии. Драко и остальные бросились было на помощь Гарри, но он крикнул: — Никто не должен мне помогать! Я должен сделать это сам! Защитники Хогвартса расступились. Гарри Поттер и Волан-де-Морт скользили по кругу. Все затихли. Гарри сказал: — Больше ты никого не убьёшь! Ты никогда не сможешь убивать! Я сделал то же, что моя мать! Неужели ты не замечаешь, с какой лёгкостью они отражают твои заклятия? Я отдал свою жизнь, чтобы защитить их от тебя! — Однако не умер! — скрывая ярость за улыбкой, воскликнул Волан-де-Морт. — Столько людей погибли из-за тебя, Гарри Поттер, и ты сейчас бахвалишься перед всеми, что якобы отдал за них свою жизнь?! — Эти люди погибли не ИЗ-ЗА МЕНЯ, а ИЗ-ЗА ТЕБЯ! Да, они отдали свои жизни за меня. Но увы, я слишком поздно сообразил, что надо было умереть раньше! Спасибо Снеггу! Он открыл мне глаза! — Снегг мёртв! И он до последнего вздоха был моим слугой! — Снегг никогда не был верен тебе! Как и Драко! Они всегда сражались на нашей стороне! Видимо, ты уже не так силён в легилименции, как Они! Они со Снеггом обвели тебя вокруг пальца, Реддл! — Ты посмел... — Да, я посмел! А хочешь, перед смертью, перед ТВОЕЙ СМЕРТЬЮ, я расскажу тебе, как всё было на самом деле? «Да, Поттер, расскажи ему! — с мстительной ноткой подумал Драко. — Пусть этот самодовольный ублюдок узнает, что мы с Северусом провернули!» — Что это ещё за россказни?! — взревел Волан-де-Морт. — Драко загнал Дамблдора в угол, а Снегг убил его! Дамблдор мёртв! — Да, Дамблдор мёртв, — спокойно ответил Гарри. — Но он сам выбрал свою смерть. Тебе показали очень хорошо разыгранный сценарий, Реддл! Неужели ты думаешь, что величайшего волшебника на свете смог загнать в угол семнадцатилетний подросток?! Волан-де-Морт в гневе посмотрел на Драко. И Драко почувствовал, что все сейчас смотрят на него. Люциус и Нарцисса с обеих сторон сжали его плечи. А Гарри между тем продолжал: — Снегг перешёл к Дамблдору с тех самых пор, как ты начал преследовать мою мать. А Драко... — Гарри оглянулся на него. Драко отрицательно качнул головой, давая понять, что ещё не время раскрывать их с Гермионой инкогнито. — А Драко просто знает, что такое любовь! Да, его отец — отъявленный Пожиратель смерти и оставался с тобой до последнего, пока ты не показал, что тебе глубоко наплевать на их сына! В этом-то и разница между вами, Реддл! Они любили! И их любят! Драко со Снеггом помогали нам отыскать крестражи, они же помогли нам их уничтожить... — В таком случае, после того как я убью тебя, я уничтожу и Драко! — взревел Волан-де-Морт. — Авада Кедавра! — Экспеллиармус! — мгновенно отреагировал Гарри. Смертельное заклятие Волан-де-Морта отразилось в него же, и он упал навзничь. Затем каких-то несколько секунд стояла тишина... Затем радостные крики, смех, слёзы... Все обнимали друг друга. Малфои крепко прижали сына. Впервые, не стесняясь слёз, Люциус плакал, и Нарцисса улыбалась сквозь слёзы. Драко впервые видел родителей такими искренними и настоящими. Он обнял их. — Отец, мама... Простите, что вы обо всём узнали таким образом. — Всё хорошо, Драко! — ответил Люциус. — Я знаю, почему ты это сделал. И я... горжусь тобой! — Пойдёмте домой! — произнесла Нарцисса. — Вы идите... — сказал Драко. — А я... я должен ещё кое-что закончить! С этими словами Драко побежал в Большой зал на поиски Гермионы. Внезапно его окликнул Рон: — Малфой! Идём наверх! Они поднялись в кабинет директора. Гарри и Гермиона встретили Драко с усталой радостью, и он улыбнулся им в ответ. Портреты директоров на стене пустовали все, кроме одного. С большого портрета, добродушно улыбаясь им, смотрел профессор Дамблдор. — Я очень рад видеть и вас, мой юный друг! — Здравствуйте, директор! — усмехнулся Драко. — В прошлом — директор! — поправил его Дамблдор. — Да уж, мистер Малфой, не ожидал я при жизни, что и вы сыграете не последнюю роль в сегодняшнем сражении... — Главное, чтоб Министерство это оценило! — кисло улыбнулся Драко. — Я думаю, Кингсли Бруствер учтёт ваш неоценимый вклад в пользу Ордена Феникса. — Бруствер? — Он назначен временным исполняющим обязанности министра магии, Драко... — Дамблдор задумался. — Надо же, всё должно было быть по-другому. — В каком смысле? — Я ошибался в тебе, мой мальчик, считая тебя эгоистичным и самым трусливым человеком на свете... — По сути, так оно и было, — усмехнулся Драко. — Нет! — твёрдо заявил Дамблдор. — Ты не побоялся пойти против Тёмного Лорда! Ты сумел помочь Гарри победить. И... не побоялся любить «грязнокровку» — так вы, кажется, её называли? Драко скривился при звуке этого слова. Затем, погрустнев, добавил: — Без Снегга я бы не справился. — Да, это однозначно! — печально протянул Дамблдор. — Без Снегга не справился бы никто из нас. И мне очень прискорбно, что Северус так и не составил свой портрет при жизни. Я бы с удовольствием побеседовал с ним о жизни и смерти... Драко вздохнул. Он хотел что-то спросить, но внезапно услышал с коридора до боли знакомый и ненавистный ему голос: — Гермиона! Ты здесь! Драко выскочил в коридор и увидел, как Виктор Крам в сопровождении четырёх мужчин, в прошлом дурмстрангцев, бежит к Гермионе. Гарри с Роном одновременно оглянулись на Малфоя, но тот был ни в силах что-либо предпринять, потому что Гермиона ответила на объятия Крама. Он видел, как он целует её в губы и держит на руках в воздухе, словно ребёнка. — Как только я узнал из газет, что ты в Хогвартсе, я тут же выдвинулся с ребятами к вам! Где ты пропадала целый год?! Я чуть с ума не сошёл, когда не нашёл тебя после свадьбы Билла и Флёр! — сбивчиво говорил Крам. Гермиона посмотрела на четверых мужчин и двоих из них узнала: Дмитрий и Йордан — свидетели Непреложного обета. Гермиона слезла с рук Виктора и оглянулась на своих ребят. Она надеялась, что Драко не застал их с Виктором встречу, но, посмотрев на его лицо, поняла, что он видел всё. Неудержимая ярость читалась в его глазах. Гермиона закрыла лицо руками и заплакала. Внезапно Рон неуклюже подбежал и обнял её. Виктор непонимающе и неприязненно уставился на эту картину. Но, прежде чем он успел что-либо сказать, Рон вытянул руку, останавливая его. — Ты что, не понимаешь, ей нужен отдых! И нам всем тоже! Мы пережили тяжёлую битву! Войну! Мы потеряли друзей, родных... А ты такой приходишь сюда со своими амбалами и думаешь, что всё отлично и все счастливы?! Оставь её! — Не говори со мной в таком тоне, мальчишка! — Крам угрожающе двинулся к нему, но Рон мгновенно приставил свою палочку к горлу болгарского ловца. Четверо мужчин вооружились было волшебными палочками, но в ту же секунду были обезоружены Поттером и Малфоем... — Перед тобой — герои войны, Крам! — с вызовом ответил Рон. — Позже поговоришь со своей невестой! А сейчас дай нам отдохнуть! Крам отступил шаг назад и хриплым голосом обратился к Гермионе: — Гермиона, ты действительно хочешь, чтобы я сейчас ушёл? — Д-да! — сквозь рыдания простонала Гермиона. — Хорошо. Как придёшь в себя — дай знать! Крам развернулся и кивком головы дал понять своим друзьям, что они уходят. Рон тем временем подтолкнул Гарри, и они оставили Драко и Гермиону наедине. Драко подошёл к плачущей Гермионе и склонился над ней. — Что, Грейнджер, всё возвращается на круги своя? Гермиона обняла его. Почему всё так несправедливо?! За что ей это всё? А может, взять и всё рассказать ему сейчас? Ведь Волан-де-Морт убит. Война закончилась... Но не для неё. И пока она будет жива, она должна вести скрытую войну с Виктором Крамом... Но, почувствовав на своих губах его губы, она поняла, что не сможет. Не сможет умереть в его объятиях. Не сможет причинить ему такую боль. Ведь он рисковал жизнью не за мир, а лишь за неё! И, посмотрев ему в глаза, Гермиона прошептала: — Мы проиграли, Драко...