Миртл уже не Уоррен

       Надо признать, не очень приятно просыпаться в камере. Хотя тут даже уютно. Никаких мрачных стен, цепей и кандалов. Ладно в сторону неуместный юмор. Надо построить свою линию поведения.        Если думать логично, то, в общем-то, у меня особо и выбора нет. Насколько я успела узнать из книг, правосудие в Магической Британии не отличается особой гуманностью, если ты, конечно, не чистокровный волшебник в н-ном поколении с огромным количеством связей. Так что терять мне нечего. Сгорел сарай — гори и хата.        За дверью камеры послышались шаги. Надеюсь это за мной, ведь нет ничего хуже ожидания неминуемой участи. Я оказалась права.        Тут всех заковывают с ног до головы или конкретно меня? Просто начинаешь себя чувствовать опасным преступником. Кандалы вещь очень неудобная, если бы меня не держали, я бы пару раз растянулась на полу коридора.       Допросная оказалась светлым просторным помещением. Меня уже ждали. Как только я прошла внутрь, дверь закрылась, а рядом с ней встала пара полицейских (?). — Здравствуйте, я главный аврор Генри Поттер. Я буду вести ваш допрос, — это же с кем я связалась, что человек, занимающий не последнее место в магической иерархии, лично проводит мой допрос. — Начнем. Вы знаете в чем вас обвиняют? — Нет, — сложно сделать невозмутимое выражение лица, когда ты находишься в таком положении. — Вы обвиняетесь в организации нападения на Лондонский порт. Сотрудничестве с разыскиваемым магическим преступником. Нападении и последующем убийстве сотрудников аврората. Вы согласны с вашим обвинением? — Нет. Ни с одним из предъявленных пунктов я не согласна. Я требую, чтобы меня отпустили! — Послушай меня, ты верно не понимаешь, в какой ситуации оказалась? Так я объясню. Прибывшие на место Авроры застали такую картину: стоишь ты, а за твоей спиной стоит самый разыскиваемый из Жнецов Грин-де-Вальда. Его наследник. Он что-то говорит тебе, и после этого, какое совпадение, ты убиваешь одну из сильнейших пятёрок аврората. Обычный человек не может сделать такое. Так кто же ты? — Я та, кто оказался не в том месте и не в то время. Мое имя Миртл Элизабет Уоррен. Я родилась 13 июня 1929 года. Мне ЧЕТЫРНАДЦАТЬ лет. Послушайте, вы правда верите, что я сама на это способна? — Какое заклинание ты использовала? — Вы меня слышите? Я же сказала, что я этого не делала! Я не использовала никакое заклинание! — А что же тогда? Как ты можешь это объяснить? — Imperio. Это было оно. — Хороший вариант, ведь именно это заклинание нельзя отследить. — мне не верят, но это же просто смешно. Он в серьёз думает, что я смогла бы это сделать. — Узнаешь эту палочку? — Да, она моя. — Вот только на ней нет никаких следов использования. Зачем было стирать последние использованные заклинания, если ты не виновата? — Я не знаю, как это сделать. — И почему, я тебе не верю? — Может, потому, что вы не смогли поймать других, настоящих преступников и магглорожденная девица послужит идеальным козлом отпущения?! Зря стараетесь, разве кто-то в это сможет поверить? — Сейчас такое время, что люди поверят всему. А против тебя указывает множество фактов. — Прибыл профессор Дамблдор, сэр.- серебристый еж доставив сообщение, растаял. Да кто вообще этот Дамблдор. Почему, везде куда ни плюнь, обязательно попадешь в него?! — Почему меня сразу не уведомили меня, что моя ученица задержана по очень серьезному объявлению? Я как магический опекун девочки, должен знать.       Генри Поттер мысленно проклял осведомленность директора. От него слишком много проблем. Если он сейчас договорится с этой жертвой обстоятельств, то плевать ему будет на все, он ее просто вытащит. И никто и слова не посмеет сказать против. Как же, единственный маг, способный победить Грин-де-Вальда.

***

— Так что вы хотите, профессор, — между нами уже где-то 30 минут вёлся напряжённый разговор, — В нынешнее время, ваше покровительство будет дорого мне стоить? — Всего-лишь клятву. — И чем я буду обязана? — покровительство сильного и влиятельного мага – дорогое удовольствие, и не каждый может его себе позволить. Интуиция подсказывает не соглашаться, но здравый смысл говорит подумать над предложением. — Только давайте честно. Я хочу знать все подводные камни. — Хочешь правду? Всем. Ты смогла заинтересовать опасного человека, и этим стоит воспользоваться. Я даю тебе покровительство и свободу, а ты приносишь пользу мне. Все честно. — Я согласна директор, — вру, нифига я не согласна. Переиграть Дамблдора на его поле нереально, но может получится хотя бы отсрочить неизбежное. — Меня освободят сейчас? — Нет, девочка моя, не все так просто. Нужны доказательства. Дело серьезное, поэтому будет полное собрание Визенгамота. А до этого тебе придется подождать в Азкабане. Увы, такие правила, я ничего не смогу с этим сделать. — Хорошо, сэр. Если так надо, — я посмотрела на него глазами, полными фальшивой надежды. Если он и ожидал, что я буду предлагать все что угодно, чтобы не отправляться в это ужасное место, то он ошибся. Такого не будет. — До встречи, сэр.