Неправильные чувства

Пристань Лотоса. Юньмэн. Шёл самый обычный, на удивление спокойный день. Ученики ордена Цзян тренировались под командованием Цзян Чэна, прислуга в это время была тише воды, чтобы не попасть под горячую руку. Цзинь Лин сидел за столом вместе с Лань Юанем и Цзин И, что-то обсуждая. В разговоре этой троицы обычно были споры и шутки насчёт характера Цзинь Лина, а также выяснения, чей орден лучше, и кто из них сильнее. ЖуЛань любит хвастаться и преувеличивать, рассказывать, какой он сильный и храбрый. Также и сейчас, когда Лань Сы Чжуй спросил: «Глава ордена Цзян кажется строгим, ты его не боишься?» он, Цзинь Лин, решил немного приврать. — Я дядю не боюсь, могу даже ЦзыДянь без спросу взять, — гордо улыбнувшись, ответил юноша, — и вообще я делаю, что хочу. — Да и с чего бы мне его бояться? Он только на людях такой строгий, а наедине даже и слова против мне не скажет, —рассказывал А–Лин, — выполняет любую мою прихоть. Подумав, что выражения лиц друзей удивлённые, он хотел было продолжить, но, услышав знакомый голос, быстро захлопнул рот. — Да неужели. — Д..дядя, я думал, ты тренируешь учеников, — запинаясь, произнес Цзинь Лин. — Я закончил,— сказал Цзян Чэн и добавил, — вижу на словах ты смелый, надеюсь на ночной охоте будешь таким же, а теперь в свою комнату. — Хорошо-хорошо. Вскочив со стула, он пулей вынесся из комнаты, параллельно успокаивая сердце, которое готово выпрыгнуть из груди из-за страха. Знал бы он, что дядя всё слышит, ни за что бы такое не сказал. *** Ночная охота подходила к концу. Сегодня Цзинь Лин старался изо всех сил, чтобы дядя его похвалил. Но кроме «Могло быть и лучше» ничего не услышал. Но это уже лучше, чем в прошлый раз. Сейчас он, Сычжуй и Цзин И находятся в Лан Лине. В последнее время он стал часто проводить с ними время, и они уже не кажутся такими ущербными. Закончив с едой, они перешли в беседку и решили поиграть в "Правду или Действие". — Вы такие скучные, не можете даже что-то поинтереснее загадать, — жаловался ЖуЛань. — Значит, наша юная госпожа хочет чего-то более веселого, тогда устроим, — хитро улыбнувшись, сказал Цзин И, — вот тебе действие, поцелуй своего дядю в губы, и чтобы мы видели. «Не соглашайся, не соглашайся, дядя тебя убьёт, просто убьёт. Закопает в яме заживо или и вправду ноги переломает.» — Хорошо, вообще без проблем. «Ну и дурак! Зачем я согласился?! Ну все, если я это сделаю, я труп. Может отказаться? Тогда засмеют. Но лучше уж это, чем быть мертвым.» — Когда мне выполнять задание? — Можно завтра, когда будет удобный момент, мы с Сычжуем спрячемся где-нибудь, а все остальное на тебе. Цзинь Лин старался не думать об этом, но в голове уже представил, как целует дядю в губы, а после свою же смерть от его рук. От этих мыслей он вздрогнул и почувствовал, как щеки заливает румянец. Благо сейчас свет не дневной и этого не видно. — Хорошо, теперь Цзинь Лин,— Цзин И передал бутылочку ЖуЛаню чтобы выбрать кому загадывать. Выпало на Лань Юаня. — Правда или действие? — Ну правда,— ответил А-Юань. — К кому ты испытываешь чувства? — самый обыкновенный и банальный вопрос, но в краску вгоняет каждого. Щеки юноши залило румянцем, а со лба стекла капля пота. Перед тем как отвечать он помялся, а после пробормотал что-то неразборчивое себе под нос. — Я ничего не услышал, повтори громче. — Я сказал, что мне нравится, — напомнил он и чуть тише добавил — Цзэу Цзюнь. После услышанного ответа настала неловкая тишина. Лань Юань смущенно отвел глаза в пол, чувствуя на себе удивленные взгляды друзей, не ожидающих такого ответа. Юноша уже представил, как Цзинь Лин начнет говорить ,что "Обрезанные рукава" противны, и это неправильно, а после они перестанут общаться, потому что тому мерзко даже рядом с такими находится. — Ну что ж, — прервал тишину Цзин И,— продолжим или закончим? — Закончим,— ответил Цзинь Лин, но неожиданно продолжил, — и подумаем как завоевать Цзэу Цзюня. Оба ученика ордена ГуСу Лань уставились на него с непониманием. Они ожидали всего чего угодно, игнорирования или истерики, лекции, но никак не такого. — Что ты сказал? — неуверенно спросил Лань Юань. — Я сказал, давай поможем тебе в делах любовных. Такое было очень неожиданно, и никто из них не мог поверить своим ушам. Но раз уж сам Цзинь Лин в этом помогает, то грех отказываться. И все трое стали думать, как бы все устроить. Все трое, ну точнее двое пришли к выводу, что лучше не медлить и начать уже сегодня, а третьему действовать. Так как Лань Сичень часто заходит к главе ордена Цзинь — Цзинь Гуанъяо и сегодня не исключение, они решили, что Сычжуй поговорит с ним после того, как главы ордена закончат свои дела. Как только Лань Сичень будет идти один, Лань Юань пойдет и пригласит того поужинать вместе, а Цзинь Лин и Цзин И будут прятаться поблизости для моральной поддержки, ну и чтобы посмотреть на краснеющего Лань Юаня. Так они просидели где-то палочку благовония*, болтая о чем-то. Как только на горизонте объявился Лань Хуань, они решили действовать. Цзинь Лин и Цзин И спрятались в кустах, а нервно покусывающий свои пальцы Сычжуй собрался с силами и подошел к Лань Сиченю. — Цзэу Цзюнь, — вежливо обратился он и сложил руки в поклоне, — у меня к вам просьба. — Слушаю, — приветливо улыбнувшись сказал Лань Хуань. А-Юань чувствовал что весь красный, то и дело нервничал, все же собрался с духом и наконец ответил. — Мне бы хотелось поужинать с вами вдвоём, если конечно вам не затруднительно, и у вас есть время. Лань Сичень уставился на него удивленным взглядом, редко когда ученики имели в себе смелость вот так пригласить его на ужин. Немного подумав, он улыбнулся и решил наконец дать ответ. — Сегодня до сна будет немного времени, можешь выпить со мной чаю, — после добавил,— с тобой все нормально? Ты себя странно ведёшь. — Нет, нет что вы, все нормально, — он раскраснелся ещё больше. После этого разговора он почувствовал облегчение и одновременно предвкушение предстоящей встречи. Сердце волнительно бьётся в груди, а улыбка не сползает с лица. Цзинь Лин и Лань Цзин И вылезли из укрытия и одобрительно подняли палец вверх. — Отлично справился, — подбодрил Цзин И,— ну нам пора, будем ждать вашего задания, госпожа. — Не называй меня так! Рассмеявшись, Цзин И уклонился от удара "Госпожи" и вместе с Сычжуем отправился в орден. Цзинь Лин же ушёл в свою комнату, в надежде лечь и не проснуться. Как он будет выполнять задание? И выживет ли после этого? Хороший вопрос, скорее риторический даже. *** Он проснулся. К сожалению. Несколько секунд он словно гипнотизировал стену и даже улыбнулся предстоящему дню. Но, будто что-то вспомнив, а так оно и было, его улыбка застыла, а после и вовсе спала. Сейчас у него внутри бушевали эмоции, страх, стыд и предвкушение. Почему предвкушение? Все просто. Это ещё одна причина, почему он согласился. Цзинь Лин заметил это где-то полгода назад, когда с его дядей пыталась флиртовать какая-то девушка. Вначале он подумал, что просто не хочет делить дядю с кем-то ещё, так как тот и так предоставляет ему мало внимания. Но после приступы ревности повторялись, и однажды он представил как целует своего дядю. Он. Целует. Главу Ордена Цзян. Своего дядю. Полная бессмыслица. Тогда он быстро отбросил эти постыдные мысли, но каждый раз невольно к ним возвращался. Было дело, что он вошёл в комнату дяди без стука, в момент когда тот переодевался. Длинные темные волосы спадали на его спину и кубики на животе. «У него такая красивая фигура,— заметил Цзинь Лин.» После он поймал себя, что где-то уже минуту рассматривает торс своего дяди, а тот уставился на него непонимающим взглядом. Расскрасневшись, он с силой захлопнул дверь и принялся бежать, словно увидел то, что не должен был. так и было. После этого он старался не смотреть дяде в глаза и всегда стучался, вновь словив себя на мысли, что не прочь взглянуть ещё разок. Ну и потом ещё разок, и ещё. Тогда-то он и начал постепенно понимать, что все это значит. Его ревность, то как он краснеет перед Цзян Чэном, его постыдные мыслишки, где он целует дядю. Это же просто немыслимо и грешно! Но сколько бы он не пытался не думать о Цзян Чэне в этом ключе, никак не получалось, и он оставил все на самотёк. И вот сейчас он сидит в постели и понимает, что сегодня возможно все раскроется. Либо же дядя ничего не поймёт и просто сломает ему ноги. Всё же найдя в себе силы одеться, он вышел из комнаты. Дядя находится в ЮньМэне, а значит сегодня он, Сычжуй и паршивец Цзин И отправятся туда. Так волнующе. Пока было ещё рано, и Цзинь Лин решил отвлечься стрельбой из лука. Спустя две палочки благовония, его известили о прибытии Лань Юаня и Лань Цзин И. Когда двое подошли к ЖуЛаню, Цзинь И уже начал подкалывать. — Ну что, юная госпожа, после того как все исполните, скажите какого это, когда ломают ноги? — едва сдерживая смех, начал он. — Я тебе это не то что на словах скажу, а прямо сейчас покажу на тебе, паршивец! — Почему юная госпожа так зла, вы ведь сами хотели чего-то более экстремального. — Ах ты..! — вспыхнул Цзинь Лин и хотел было набросится на него с кулаками, но был остановлен Сычжуем. — Ну же, не ссорьтесь, — как всегда Юань пытался их примирить, — Цзин И, хватит уже. Когда все наконец успокоились, Сычжуй решил не торопить события и дать время ЖуЛаню собраться с мыслями и силами, для этого бесстыдного и рискованного поступка. Чтобы не стояла гробовая тишина, он рассказывал смешные истории на его усмотрение, дабы развеять обстановку. Так они просидели где-то палочку благовония, и тогда Цзинь Лин наконец решился. Резко встав, чем немного испугал "собеседников", он подозвал их рукой и уже собрался идти. Но его прервал голос слуги: — Прибыл Глава Ордена Цзян. Сердце пропустило удар, а после забилось с новой силой. Глаза юноши заметно расширились, а действия замедлились. Очень сильно волнующе. Он даже почувствовал что это судьба, и почувствовал немного уверености. — Куда-то собрался? — прозвучал знакомый строгий голос, услышав который, вся та уверенность улетучилась так же быстро, как и появилась. — Н..нет, дядя, а зачем ты приехал? — немного помявшись, ответил Цзинь Лин. — У меня появилось свободное время, и я решил провести его с племянником, нельзя? — его пронизывающий взгляд, словно он хочет испепелить на месте, уставился на юношу. — Нет, что ты, я только рад,— он на самом деле был рад, что дядя решил уделить ему внимания, но на данный момент, ему хотелось провалиться под землю, дабы не смотреть Цзян Чэну в глаза. И зачем он только на это согласился?! Вдруг что-то вспомнив, он оглянулся по сторонам, как и ожидалось его спутников не было ни видно, ни слышно. «Уже спрятались, когда успели?» Вновь вернув взгляд на дядю, он увидел, как тот что-то говорит слуге, и та, поклонившись, и уходит. Теперь они наедине, не считая Сычжуя и Цзин И где-то в кустах. — Пошли, пройдемся, — бросил он,— расскажешь о своих успехах в стрельбе и владении мечом. Пройдя пару шагов, Цзян Чэн остановился и обернулся на юношу, ядовито усмехнувшись. — Твоим друзьям идти с нами не обязательно. Ясно, конечно он заметил. Как такой сильный глава ордена, Цзян Чэн, мог не почувствовать каких-то адептов? Цзинь Лин развернулся и подошёл к уже вышедшим из "убежища" друзьям. — Даже не думай нас надурить, мы все равно узнаем, сделал ты то, что должен или нет, — тихо, чтобы только Цзинь Лин его услышал, процедил Цзин И. Поклонившись главе ордена, адепты ГуСу Лань поспешили уйти. Теперь они точно наедине. Пока они шли, Цзинь Лин рассказывал о своих успехах, мысленно готовясь к предстоящему. Цзян Чэн оказалось не упустил из виду его странное поведение и не преминул спросить. — Ты странно себя ведешь,— скорее как факт сказал он, — о чем ты думаешь? — Я? — спросил ЖуЛань, а после понял, до чего глупый вопрос он сейчас задал. Это шанс наконец исполнить желание Цзин И! И не только Цзин И — Дядя... — начал он, обдумывая, что сказать. Молчание неловко затянулось, мысли беспорядочно мельтешились в его голове, будто рой пчёл. Цзинь Лин так и не нашел, что ответить. Его тело двигалось быстрее чем разум. Всего секунда, и он уже обхватывает руками удивленное лицо дяди и прижимается своими губами к его. Сердце гулом отдает в грудной клетке, грозясь выпрыгнуть наружу, а щеки залило румянцем. Колени невольно подкосились, но Цзинь Лин с трудом удержался на ногах. Этот "поцелуй" длился всего секунд 5, отступив на пару шагов, у него, у Цзинь Лина на уме было «Бежать пока он меня не убил» и «О да, я это сделал!». Поддержав в голове первую мысль, он принялся бежать куда подальше. — Стоять! — прозвучал грозный голос дяди. По привычке Цзинь Лин остановился, тем самым дал возможность Цзян Чэну схватить его за руку. Сжав её так сильно, что ЖуЛань чуть не заскулил от боли, Цзян Чэн процедил сквозь зубы: — Ты зачем это сделал? Мысли никак не могли собраться в кучу, чтобы дать полноценный ответ. Но что он должен был ответить? — Дядя, понимаешь,— чуть ли не мямля начал он,— это желание из игры! Цзян Чэн смотрел ему прямо в глаза и словно заметил ложь что-то в них, усмехнулся. — Чтобы ты выполнял желание каких-то адептов из ГуСу, если не хочешь...— его улыбка начала пугать ещё сильнее, — ты думаешь, я ничего не заметил? От этих слов Цзинь Лин сначала уставился на Цзян Чэна, а после пристыженно опустил голову. Неужели это и вправду было насколько очевидно? Возможно ли, что Цзин И задал ему это желание, потому что догадался? Это значит, Цзян Чэн всё это время знал? Обдумывая всё это, он и не заметил, как они начали вновь идти. Как они пришли в его комнату. Осознание пришло, когда Цзян Чэн закрыл дверь на замок, а после прижал его к стене и заключил их губы в новый поцелуй. Только теперь это было не простое прикосновение, а настоящий поцелуй. От осознания того, что его дядя, в которого он влюблен, сейчас прижимает его к стене и целует, он ощутил одновременно болезненную и приятную боль внизу живота. Это что, возбуждение? Его разум словно затуманился, а тело двигалось само по себе. Он охотно отвечал на поцелуй дяди, и когда тот спускался ниже, целуя шею и ключицы, сладко стонал. Верхние одежды уже были разбросаны по комнате, волосы были растрепаны, а лица покрасневшие от возбуждения. Повалив Цзинь Лина на кровать, Цзян Чэн принялся избавляться от ненужной в данный момент одежды. Пройдясь по голому торсу племянника языком, он слегка прикусил его сосок, вызывая одобрительный стон. Подхватив за талию, Цзян Ваньинь, перевернул его на живот. Цзинь Лин, осознав в какой позе сейчас находится, ощутил небольшой стыд и невольно сдвинул ноги. Цзян Чэн в свою очередь поцеловал его в плечо и коленом вновь их раздвинул. Эта ночь обещала быть веселой и страстной. Кто бы мог подумать, что из-за какой-то игры, что дала ему оправдание перед дядей за свои действия, могла закончиться вот так? Тем не менее двоим, что сейчас наслаждаются друг другом, это вполне понравилось.