Лишнее внимание (Нью-Йорк)

У всех было какое-то сонное состояние, потому что сидеть несколько часов в машине очень утомительно. Мы проехали несколько метров и остановились, но Китай сказал, пока не выходить, потому что для начала нужно найти хорошее место. Кстати, мы подъехали к деревьям, которых я сразу не заметил. Тут по-любому есть речка! Даже если купаться мы не собирались, можно будет помочить ноги! И поскорее бы уже что-нибудь поесть, я проголодался. Китай выходил пару раз посмотреть состояние дороги, потом мы "припарковались" в тенёк. Я увидел, как блестят солнечные лучи на поверхности воды, и прильнул к окну. — Ура! Свобода! — Беларусь первая выскочила наружу. Пока мы выбирались из машины, она успела намотать несколько кругов вокруг неё. Я открыл дверь и чуть не свалился вниз, потому что сидел на самом краю. Америка напугался либо того, что упаду я, либо того, что он упадёт вместе со мной. Или всё вместе. — Йщ, — после глухого удара прошипел тот. Я так понял, в попытке поймать и удержать меня, Штаты случайно задел лбом дверную стойку. Я же быстро сориентировался и просто спрыгнул на землю, никак не пострадав. — Ой, — захотел извиниться, но случайно громко прыснул со смеха, когда увидел его замученное лицо. — Пх… — я отвернулся, а потом весело сказал «прошу прощения» и отошёл подальше, наблюдая за Белкой. Как только все выбрались из машины, сразу собрались полукругом у багажника, ожидая, пока Китай подаст вещи. Я единственный ничего не брал, поэтому стал искать, где бы нам присесть. В теньке, по берегу речки, было неприятно прохладно, и ещё спуск к ней был не очень удобный, поэтому я решил, что сидеть мы будем на солнышке. В каком-то месте трава была относительно короче, я сразу приглядел этот участок, даже проверил, нет ли там муравейников, а потом встал и стал ждать остальных. Первым ко мне подбежал Германия, обнимая свой портфель. — Я ведь вроде говорил, что не стоит ничего брать… — наблюдая, как Казахстан берёт огромную сумку и ставит на землю, сказал я, — хотя нас много, может это не лишнее. — Здесь красиво, — подойдя ближе, пролепетал Германия, свободно вдыхая свежий воздух, — не зря столько ехали. — А? — я повернулся к нему, — да… Куда лучше, чем сидеть в четырёх стенах. Скажи? — Ага… — Гер улыбнулся, смотря мне в глаза, а потом медленно отвернул голову к деревьям, — великолепный день. — Для кого как… — пробормотал я совсем тихо, чтобы тот не расслышал. И пусть настроение у меня улучшилось, я чувствовал вину перед Китаем… Я не мог сказать ему правду, это… Да чёрт возьми, кто вообще рассказал бы о таком!? И что мне делать теперь!? Я до этого дня и не предполагал, что могу нравиться кому-то в таком плане… Брр. Пора перестать думать об этом. Все забрали свой "багаж" и почти одновременно уставились на нас с Германией. — Расположимся здесь! — крикнул я, хлопнув ладонями, — под солнцем! Хорошо, что Китай предусмотрел большое покрывало, которого хватило на всех. Я помог ровно расстелить его. Потом мы с Казахстаном нашли четыре крупных камня, чтобы края не задирались от ветра. Германия сел ближе ко мне, поделился влажными салфетками, чтобы протереть руки. С другого бока пристроился Эстония, которого ото сна ещё не до конца пробудили. Напротив сел Китай, Америка улёгся с краю, ногами оставшись на земле. Казахстан с Беларусью принялись доставать из сумок еду и красиво раскладывать по центру. Я присоединился к ним, приглядывая, что попробую в первую очередь. Самое основное - это, естественно, помидоры, огурцы, варёные яйца, спичечный коробок с солью (американец странно покосился на него), варёная картошка, заранее нарезанная колбаса с сыром и даже две рыбных консервы. Две бутылки сока. Булка хлеба. Нож. Всё. Отложили сумку, принялись распаковывать пакет Америки, потому что тот не торопился заняться этим делом. Он вообще лежал и смотрел на небо. С покрасневшим лбом. Ну вот, мне снова смешно. Я тихо посмеялся, Белка не сдержалась и тоже хихикнула. От этого мне стало ещё смешнее, и уже через несколько секунд мы смеялись в открытую, заразив Казахстана с Эстонией. Германия сначала непонятливо глянул на нас, а потом тоже заулыбался. Китай же оставался серьёзным. Я неловко притих, наблюдая, как тот выкладывает тарелки на покрывало и более аккуратно раскладывает всё на нём. Я испортил ему настроение… — О, а что это? — доставая из пакета нечто, завёрнутое в бумажную упаковку, спросила Беларусь у Америки. Тот лениво повернулся. — Гамбургеры, — протянул тот, — самая лучшая еда на свете. — О-о, нужно попробовать, — сестра быстро развернула упаковку. Там оказалось что-то похожее на бутерброд, только с хлебом с двух сторон. Посередине была котлета, листик салата и ещё, кажется, лук. Выглядело заманчиво ровно до тех пор, пока Китай не поставил нам посудину с жареным мясом. Я бросил разбирать пакет и принялся поскорее нарезать хлеб. В общем, это не пикник, а какой-то праздничный стол. Я наелся так сильно, что было лень двигаться. Беларусь наоборот только оживилась, и утащила Казахстана с Германией играть в догонялки. Не знаю, как они вытерпят, но выбора у них особо не было. Взрослых играть она бы не заставила, а я сразу отказался. Эстония прилёг мне на колени, потому что побоялся, что в волосы могут заползти насекомые. Я от нечего делать стал заплетать ему маленькие косички. Правда, я не умею их заплетать, поэтому просто закручивал пряди. Его волосы тоже кудрявые, только намного пышнее и длиннее, отчего трогать их очень приятно. — Как ты это допустил, я не понимаю, — возмущённым шёпотом резко сказал Америка, приподнимаясь на локтях, обращаясь к Китаю, — или ты мне врёшь? — У меня есть много поводов, чтобы врать тебе, — друг и так был не в духе, а американец только усугубляет ситуацию. — Так это всё-таки ты? — прищурился тот. — Нет, — грубо прорычал друг. Америка призадумался, сел ровно и осторожно придвинулся к нему. — Допустим, тогда кто? — Я понятия не имею, идиот. Мне стало неловко. Эстония, по-моему, заснул окончательно, и я не могу с ним поговорить. И уйти тоже. Остальные бегают далеко. Блин. Я ещё не понимаю, про что они. — … Когда это появилось? — серьёзно стал говорить Америка, Китай не выражал каких-либо эмоций, кроме раздражённости. — Вечером этого не было. Утром он выходил куда-то. — Так значит, это случилось утром, — протянул американец, — ты видел КНДР? — Что за бред. — Да, глупый вариант… — тот посмотрел на меня, потом отвернулся. — Это точно то, о чём мы думаем? — неуверенно проговорил Китай, наклонившись к Штатам. — Ты думаешь, я засосов никогда не видел? — съязвил Америка, а потом добавил, — он ничего не говорил? — Нет. Он соврал. — Тогда нужно просто быть настой- — Я сам спрошу, только посмей его тронуть. Я напрягся. Эта непонятная фраза звучала как угроза. Мне не нравится сидеть здесь, они разговаривают явно не о хорошем. — Пфф, — после секундного недоумевания легкомысленно отозвался Америка, — конечно, как хочешь. Но не думай, что я начну уступать тебе. В этот момент послышался визг. Я испугался и повернулся на звук, подумав, что с Беларусью что-то случилось. Уже хотел переложить Эстонию на покрывало и побежать к ней. — Ящерица! — тут же воскликнула она, — напугала! — и засмеялась, поскакав по траве, пытаясь кого-то поймать. Я последил за ней несколько секунд, потом спокойно выдохнул. Заметил, что Германия стоит у спуска к берегу, решил пойти к нему. — Эсти-и, — я аккуратно пошатал ногами, чтобы тот проснулся. Потянулся рукой за сумкой, чтобы подложить ему под голову. — А? — мне кажется, он не заметил, что заснул, поэтому и удивился. — Ляг на сумку, я пойду к Германии, —тот сонно кивнул и слез с моих коленей. Я быстренько встал и побежал к другу, оставляя их троих наедине.