Лишнее внимание (Нью-Йорк)

Китая не было уже минут двадцать. Я успел перепроверить шкафчики и заглянуть в холодильник, где так ничего и не нашёл. Сидел, неторопливо размешивал сахар и размышлял над предстоящим днём. В номер так никто и не зашёл, получается, мы будем завтракать вдвоём. Если я не найду КНДР, то буду заниматься работой и делать упражнения, которые случайно стал забрасывать. А пока Китай не уйдёт на встречу, буду волочиться за ним хвостиком. Конечно, не самый смелый вариант – прятаться за чью-то спину, но что ещё я могу сделать? Я действительно боюсь Финляндию. К тому же он сильнее меня, и вряд ли у меня получится дать отпор в следующий раз. Даже думать об этом не хочется… — Не знал, какое нравится тебе больше, поэтому взял разное. Я смотрел на сахарницу, стукая ложкой о края стакана. Настолько задумался, что выпал из реальности и не заметил, как друг уже вернулся со столовой. От неожиданности вздрогнул и пошатнул стакан. — Что? — растерянно спросил я, пропустив его слова мимо ушей. Поднял взгляд, сразу зацепившись им о пакетик, полностью набитый вкусностями. — Я взял разное печенье, — спокойно повторил Китай, посмотрев на стол, я сделал то же самое и заметил, что пролил чай. — А… Спасибо, — неловко улыбнулся я, собираясь встать, чтобы взять тряпку, но Кит сделал это за меня. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался он, отворачиваясь к раковине, подставляя под воду небольшой полотенчик, после чего хорошо выжал его, вернулся к столу и протёр его. Поднял стакан, чтобы ему было удобнее. — Лучше, чем вчера, — отозвался я, потянувшись за пакетиком, аккуратно развязывая узелок наверху. Так как он прозрачный, я уже нашёл себе подходящее печенье для завтрака. Мне подошло бы любое, я не привередливый, но всё равно приятно, что Китай позаботился о том, чтобы у меня был выбор. — Прости, я тогда повёл себя очень бестактно, — садясь за стол, подавленно проговорил друг и собирался сказать ещё что-то, но я его перебил. — Да всё нормально, — хочу избежать этой темы и задушевного разговора. Вообще хочу больше не вспоминать этот случай и всё, что с ним связано. Понимаю, что Кит просто хочет извиниться и объясниться, но это совершенно не нужно. — Виноват здесь не ты, — чтобы не оставлять вопросов, продолжил я, — мне следовало сказать сразу. Когда мне не говорят правду, я тоже злюсь. — Хорошо… — он понял, к чему я это вёл, и не стал больше ничего говорить. Печенье немного подняло мне настроение, только Китай его почему-то не ел. Я предложил ему взять хотя бы одно, он согласился. И выпил весь чай только с одним. Я же умял почти половину всего, что было. В номере так никто и не появлялся. Мне уже стало интересно, куда все делись. Когда мы закончили, то я спросил о том, что можно сделать с… Засосом. До сих пор брезгую этим словом. Я уже понял, что пластырем этот позор скрыть не получится, но как тогда? Не хочется, чтобы кто-то кроме Кита знал о том, что на самом деле на моей шее. А раз уж он знает, то почему бы не подумать над этим вдвоём. Я идиот! Когда проснулся, то совершенно забыл прикрыть чем-нибудь шею, а вдобавок ещё хотел поговорить с Кореей! Боже, как хорошо, что никто не пришёл, иначе было бы плохо! Китай заметил панику на моём лице. — У меня есть идея, — через пару секунд раздумий сказал он, — пошли. — В смысле? — я удивился такому предложению, но тот явно не шутил, раз направился к выходу, — куда? — Думаю, Япония сможет помочь, — эта фраза меня ещё больше сбила с толку. — В смысле? — недоверчиво повторил я, но всё же подошёл за Китаем к двери, — каким образом? — Замажет это, замаскирует, — вполне убедительно сказал друг, повернувшись ко мне. — Ладно, а… — я слегка замялся, — как мы ему это объясним? Я сказал "мы", потому что я-то ему никак ничего объяснить не смогу, даже если захочу, а "ты" звучало бы как наезд какой-то. Тем более мы же вместе идём… Китай, видимо, не подумал об этом. — Я объясню ему. Мне стало очень неловко, потому что, даже если разложить всё по полкам, ситуация легче не становится. — А ему можно это рассказывать?... — недоверчиво и с опаской спросил я. — Да, Россия, не волнуйся, — друг приободряюще похлопал меня по плечу, — я знаю, он умеет хранить секреты. Звучит как отличный вариант, но я не чувствую облегчения. Надеюсь, всё пройдёт гладко. — Ладно… Пойдём, — нехотя согласился я, но остановился, заметив, что на мне нет носков. Неприлично как-то. Попросил Китая подождать и быстренько сбегал в комнату. Белая футболка, спортивки и белые носки… Выгляжу так, словно иду ГТО сдавать… Ещё и не причесался, ужас. Повезло, что быстро нашёл расчёску и привёл волосы в порядок. Нужно было сделать это перед сном, они запутались сильнее обычного, особенно после душа. По коридору я шёл, держа обе ладони на шее, словно грея её. Можно было обойтись без этого, ведь нам так никто и не встретился по дороге. Не знаю точно, сколько времени. Скорее всего сейчас очень рано, потому что никого нет. Я помнил, где находится номер Японии, поэтому шёл с Китаем наравне, не обгоняя или отставая от него. Когда мы подошли к нужной двери, я занервничал, но старался этого не показывать. Друг постучал в дверь. Мы заранее разулись, потому что в обуви бы нас не пустили. Волнение только росло. Я постоянно оглядывался по сторонам и не мог стоять на месте. Тишина по ту сторону нагнетала ещё больше. Китай повторил действие несколько раз, прежде чем за дверью послышались шаги. Моё сердце забилось как у преступника перед допросом. — Кто вдруг захотел увидеть меня так рано? — щёлкнул замок, и дверь медленно отворилась. Как и ожидалось, я не понял ни слова, но даже без этого слышался усталый и недовольный тон. Похоже, Япония только проснулся. Точнее, мы его только что разбудили. — Доброе утро, — спокойно сказал Китай, — нужна твоя помощь. — Что? Прямо сейчас? — японец выглянул в коридор, позади свет был погашен. Его длинные волосы почти прятали лицо, он откинул чёлку назад и вдруг заметил меня. — Утро всё удивительнее… — протянул тот и взглянул на Китая с усталой улыбкой, — не могу представить, чем так оказался полезен. Я тоже посмотрел на Китая. Единственный, кто понимает нас обоих. — Так ты впустишь нас или нет? — поторопил тот. По-моему, он тоже переживает. — С радостью, друг мой, — Япония зевнул, прикрывая рот рукой, а потом пропустил нас в номер. Свет включился, но я некоторое время удивлённо стоял у порога. Когда я в последний раз был здесь, всё выглядело по-другому. Во-первых, пропала вся мебель. Внутреннее пространство выглядело необычно и слишком пусто для меня. Стены отделали деревом, поменяли полы. Всё было в приятных оттенках коричневого и бежевого цветов. Я, всё ещё не убрав руки с шеи, шагнул вперёд и снова удивился. На полу был не ковёр или же обычное покрытие, а какие-то… Маты? Это слово больше подходит сюда, только маты ощутимо мягче чем это что-то. У одной из стен я заметил небольшой по высоте, но длинный шкаф с множеством отделений, а почти посередине комнаты стоял очень низкий столик с плоскими подушками заместо стульев. Не изменилась только декоративная "песочница", с теми же узорами, которые я оставил в прошлый раз после себя. На окне появились красивые… Шторы? Всё так красиво сочетается между собой. Япония лениво потянулся, не торопясь подойдя к шкафчику. Взял с него резинку и заплёл волосы в хвост. Только сейчас бросилось в глаза, что на концах его волосы покрашены в красновато-розовый цвет. Он был в лёгком белом халате с широкими рукавами и непонятными чёрными узорами. Ноги обуты в домашние тапочки. Я молчал, делая вид, что меня вообще здесь нет. Уже несколько раз передумал насчёт этой идеи, но деваться было некуда. Китай прошёлся вдоль стены, я скованно ступил за ним. — Подождите, мне нужно умыться, — Япония проморгался и потёр глаза, — не ожидал гостей в такое время. — Хорошо, — ответил Китай, наблюдая, как японец покидает гостиную и уходит в другую комнату. Ванную, я так понял. Он переобул тапочки, прежде чем войти туда. — Ты как? — друг обратился ко мне. А мне что-то страшновато, если честно. Я не знаю, как будет проходить их разговор, даже не могу определиться, хорошо или плохо, потому что я не буду их понимать. — Так себе, — тихо ответил ему, убирая руки с шеи. — Раз пришли, стоит попробовать… — Не переживай, он не осудит, — Китай жестом показал идти за ним, — он один из с тех, кто с пониманием относится к чужим проблемам. — Я на это надеюсь, — мы сели за стол, я обнял ноги и положил голову на колени. Интересно, он вообще сталкивался с такими просьбами? Разбудили ещё с утра пораньше...