POV Карма Акабанэ.
— Я всегда знал, что ты не был виноват в том, что мы расстались. По правде говоря, меня больше пугали те чувства, которые тогда испытывал я сам, — повествовал мне голубоволосый парень, пока я сидел у него на диване и пил чай. Он бурно высказывал свои эмоции о какой-то прочитанной книге, где два главных героя любили друг друга до безумия и пошли против воли их родителей.
— Мм, — тихо промычал я и задумался над своим ответом. Ему так понравилась эта книга. Может тоже прочту попозже, чтобы были общие темы для разговора. — Наверное, я могу понять чувства главного героя и смущение его возлюбленного в данной ситуации, — я аккуратно дотронулся до голубых прядей волос. Не сомневался, что мне можно это сделать. Моя рука нежно провела по волосам и зарыла свои пальцы в них. Блаженство. Нагиса не испугался таким действиям с моей стороны, не убрал мою руку с его головы. Наоборот, маленький омега начал ластиться и закрыл свои голубые глазки отдавая мне всего себя без остатка.
— Твоя рука прохладная, — тихо, в ответ на мои прикосновения, сказал тот и немного подвинулся ко мне. Грех не воспользоваться таким шансом. Я быстренько перекинул ногу через него, и он оказался между ними.
(чет вспомнила кота из мема «ХОБА») Пока он не успел среагировать и понять, что я делаю, я закрыл его в свои тёплые объятья, оставляя свои руки на его плоском животе. Все, от меня не сбежать. Нагиса немного удивился, а на щеках появился лёгкий румянец. Вырываться, как я понял, он не собирался и, даже, не ругался за такие «бандитские» действия с его телом. Он спокойно сидел и молчал. Жалко, что не отвечает на объятья, но мне и так хорошо. Моё сердце сейчас остановится от быстрого биения и волнения, которое вызывает каждое его движение.
— Так согрей их, — мой самый нежный шёпот устремился в ухо омеге, чтобы смутить его намного больше. У меня это успешно получилось, потому что личико Нагисы полностью залилось краской. Сейчас, он похож на маленькую помидорку, которую я с радостью готов скушать. Он, с сомнением на моське, убрал мои руки со своего животика, взял их в свои и сжал, переплетая наши пальцы. — Мой хороший, — уткнувшись носом в голубую макушку, прошептал я. Я вдохнул в свои лёгкие приятный аромат омеги, который обычно совсем не чувствуется. Только вблизи, я могу насладиться им вдоволь. — Так много чего я хочу тебе рассказать и объяснить, но давай отложим это на потом. На данный момент, я хочу сказать одно, самое важное. Я люблю тебя, Нагиса, и любил все эти годы, — он повернулся, отпустил мои руки, вылез из объятий и посмотрел этими чистыми, как небо без единого облачка, глазами в мои. Он молчал всего несколько минут, но для меня это была целая вечность. Вечность, которая поедала меня изнутри и загоняла в тупик.
— Я так скучал без тебя… Я тоже люблю тебя, К-Карма, — очень тихо, спрятав свой взгляд и лицо, ответил на мои чувства Нагиса. Он любит меня. Любит. С этого момента он мой навеки вечные. Я убрал его руки от лица, немного приподнял за подбородок и заставил смотреть прямо на меня. Эти голубые глаза с небольшими капельками слез. Мой самый идеальный.
— Люблю тебя, мой сладкий, — ещё раз повторил я прямо в пухленькие губы парня и сразу же впился в них очень мягким и нежным поцелуем. Я буду беречь тебя больше всего на свете. Он ответил на поцелуй. Взаимные чувства. Именно это то, что я больше всего желал получить за все те шесть лет.
Со временем поцелуй углубился, а омега перебрался прямо ко мне на колени. Он сидел сверху, поэтому мои руки проехались по его спинке и остановились на такой сладкой попке. Именно его ягодицы я так сильно сжал. Омега простонал мне в губы и разорвал наш поцелуй. Он выглядит так развратно, так желанно. В штанах давно уже стало тесно.
Два голубых глазика смотрели на меня одурманенным взглядом, а его тело просило больше ласки. Он еле слышно произнёс моё имя, когда я прикоснулся через ткань к его соскам. Как же возбуждает, когда ты зовёшь меня по имени в такие моменты. Я успел лишь поцеловать его в шею перед тем как Нагиса испарился из моих рук, а я оказался в темной комнате без выхода.
Играла какая-то раздражающая мелодия. Глаза закрылись, а затем открылись. Я оказался в своей одинокой постели. Это был лишь сон… Один из самых приятных снов, который испортил какой-то ублюдок своим звонком! Я не смотря потянулся за телефоном и поднял трубку.
— Да?! — грубо, злобно и, даже, рыча, ответил я. Кто бы ты не был, желаю гореть тебе в аду за то, что испоганил мне самый охуенный сон! Чёрт! Кому вообще приспичило звонить ночью! Спите, бляди, крепким сном в земле.
— Ах… Карма-кун, прости, что звоню так поздно, — беру все свои сказанные раннее слова назад. Отправьте этого человека в рай (ко мне). В трубке телефона я услышал немного растерянный и совсем приунывший голос своего голубоволосого чуда. Он сам позвонил мне! Боже, как же я счастлив. Стоп, я приподнялся и глянул на часы. Уже почти пол четвёртого утра… Что могло случиться? Я начал сильно переживать. — Прости, но я по одному делу и мне больше некому позвонить сейчас. Ой! То есть я хотел сказать, что ты не обязан мне помогать вовсе. Особенно сейчас, когда так поздно. Но… — он очень заметно нервничает. Его голос звучит очень неуверенно, а на заднем плане слышны тихие всхлипы ребёнка. Боже, Нагисочка, ты меня пугаешь.
— Нагиса, что случилось? — обеспокоено спросил я у омеги. После такого у меня сердце бьётся как сумасшедшее. Я уже представил себе самые худшие варианты. Может этот Асано им что-то сделал или Акио сильно поранился. Он бы не звонил мне по какому-то пустяку.
— П-понимаешь, Акио заболел и у него высокая температура, а лекарства сейчас в доме нет. Я боюсь ост... — я, не дожидаясь продолжения вскочил с кровати и впопыхах начал надевать первое, что нашёл у себя в шкафу. И он так долго молчал и говорил, что я не обязан помогать! Вот же придурок!
— Список лекарств и я буду как можно быстрее у тебя дома, — перебив, пытаясь не напугать ещё больше расстроенного омегу, сказал я. И сомневался, ведь! Как же я выгляжу в его глазах?! Как дьявол, который своему же ребёнку откажет в помощи? Боже, Нагиса, ты иногда невыносимо глупый! Заставляешь меня так сильно злится на тебя, а потом на себя.
— Я пришлю сообщением, — послышался огромный вздох облегчения. Такой дурачок, а я, даже, долго злиться сейчас на него не могу. Как можно быстрее надо добраться до аптеки, а потом к ним. Попутно натягивая на себя штаны и включив омегу на динамик, я начал искать ближайшие к моему дому аптеки. — П-прости, пожалуйста, что я потревожил тебя во время сна. Просто… Моя мама уехала в командировку в другой город, а Каяно с мужем отправилась в путешествие сегодня. Мне больше некому было позвонить, некого попросить. Я рад, что ты согласился помочь, спасибо, — зайчонок, ты паришься по мелочам. Если звонишь ты, то я всегда помогу. Я так счастлив, что ты позвонил мне, а не Асано. Спасибо вам Хироми и Каяно, что вы сейчас далеко и скорее всего спокойно спите.
— Я постараюсь приехать как можно быстрее, а ты попробуй немного успокоиться и занять ребёнка чем-то, чтобы отвлечь от температуры, — кажется, сморозил глупость. Ребёнка с большой температурой будет неправильно напрягать ещё больше. Его лучше убаюкать, чтобы он немного поспал. В любом случае, я попробовал показать себя заботливым папочкой. Я не смотрел на свой внешний вид, даже, не успел причесаться, но зато уже закрывал входную дверь в свою квартиру. Как можно быстрее мне надо попасть к ним и не важно как ужасно я буду выглядеть.
— Спасибо, — счастливая благодарность донеслась со стороны омеги, и он положил трубку. Простое твоё «спасибо» заставляет меня беззаботно улыбнуться.
Уже через две минуты я был в своей машине и по навигатору ехал к аптеке. Список тоже пришёл в сообщение, на которое я быстро ответил «Хорошо». Телефон валялся на сиденье, и я особо за него не переживал. Список лекарств легко запомнился и я, прочитав названия только один раз, уже могу спокойно их повторить. Это для моего сына, я должен запомнить их на всю жизнь и в таких ситуациях всегда знать, что нужно купить.
Мой маленький стеснительный Нагиса сам позвонил мне и попросил помощи. Господь, спасибо тебе за предоставленный шанс, которым я обязательно воспользуюсь максимально! Ну… Или хотя бы попробую немного разрушить пропасть между нами. Мы останемся наедине и сможем поговорить о том, что тогда произошло. Тогда… Я смогу рассказать о своих чувствах и спросить его о том, что он думает делать. Может… Он ещё не против все вернуть?
Я не в коем случае не рад, что Акио заболел. Да, его болезнь сыграла не малую роль, но лучше бы ребёнок был здоров. Как подобраться к Нагисе можно придумать ещё много других вариантов. Я переживаю за здоровье малыша. Скорее всего, ему сейчас совсем несладко, потому что его папа переступил все свои вчерашние высказывания и попросил моей помощи. Он просто был в безвыходной ситуации.
В своём репертуаре, он начал нести глупости про «Ты не обязан нам помогать». Всегда он так. Берет на себя слишком много, говорит, что справится со всеми проблемами сам, а другим показывает только шипы. Моя крошечная голубая розочка покрытая острыми, режущими шипами. А, ведь, когда-то он доверял мне больше всех, но я потерял его доверие. Предал, когда так жестоко бросил его с новой жизнью под сердцем.
Видимо, я напугал его тем, как поднял телефон и каким голосом сказал это «да». Это, наверняка, заставило его растеряться на несколько долгих секунд. Просто, я не знал, что это именно ты звонишь. Тот, кто снится мне уже несколько ночей в самых приятных снах, от которых потом больно, ведь это сны, а ты не рядом.
Если бы это был какой-то сраный сотрудник с моей работы, то я без лишних колебаний обматерил его за то, что он звонит мне в три часа ночи и хочет задать какие-то вопросы. Как, какой-то смертный, посмел испортить мне такой прекрасный сон? Легко бы он не отделался. Кажется, я начинаю вести себя как маленький ребёнок, у которого пытаются забрать любимую игрушку.
Машину я оставил возле аптеки на совсем пустой стоянке и направился внутрь. Заходя раздалось «дынь-дынь» от звонка двери и на меня посмотрела дама средних лет, которая читала книгу за кассой. Её взгляд был сначала удивлённым, а потом она странно хихикнула. Видимо, выгляжу я не очень после сна. Ладно, главное не вид, а, чтобы с Нагисой и Акио было все в полном порядке.
— Доброй ночи, — поздоровался я с женщиной подходя к кассе. Я протянул ей своей телефон, на котором был открыт почти пустой диалог. В нем было всего два сообщения. Список лекарств и «хорошо». Для удобства я показал фармацевту названия, а не произносил их вслух. Мне не нужны были лишние «Что вы сказали? Повторите, пожалуйста». Хочу, как можно быстрее попасть к себе домой. То есть… Домой к Нагисе.
— Одну минуточку, — задумавшись ответила мне пожилая женщина и скрылась за ближайшей дверью. Я изучающе начал разглядывать полки с медикаментами от разных болезней. Он написал мне какие-то три неизвестных лекарства. Я, даже, не знаю от каких симптомов они. Одно точно жаропонижающие, а остальное? Разве для лекарств не должен быть специальный рецепт от врача? Мой взгляд остановился на леденцах от кашля. Хм… Акио говорил, что ему нравится все связанное с клубникой. Сам того, не осознавая я положил пачку клубничных конфет от кашля на кассу. — У нас все есть в наличии. Вам повезло, не нужно будет заказывать и ждать пока доставят, — заходя обратно, громко сказала мне женщина. Две небольших коробочки и одна просто громадная коробка оказались возле пачки леденцов. Хочу подметить, что женщина очень хорошо выглядит для своего примерного возраста. — Вы так похожи на молодого папочку! — восторженно хихикнула та. Я и есть молодой папочка. Только вот несколько лет не знал о том, что у меня вообще есть ребёнок. — У вас ребятёнок заболел? — она сделала такой вывод только посмотрев на меня? Помню, как один раз Нагиса слег с температурой, кашлем и сопельками. Я тогда такую панику поднял и два дня от него не на один шаг не отходил. После этого он мне больше не говорил, когда не очень хорошо себя чувствовал.
— Да, ребёнок пяти лет, — улыбнувшись от воспоминаний, ответил я женщине. Вспоминаю моську Акио и так хорошо на душе. Только вот незадача… Сейчас он плохо себя чувствует и вряд ли будет так лучезарно улыбаться, быстро бегать по комнатам и прыгать ко мне на ручки. Хочу, чтобы он поправился как можно быстрее. Потом можно будет пригласить их погулять.
— Дети такие активные, но всякие пакости к ним слишком быстро липнут, — она так похожа на бабушку, которая готова дать совет всем непутёвым людям, которые ещё жизни не видели. Наверное, именно за это бабушек и любят. — Эти лекарства редко покупают, но я бы назвала их одними из лучших, потому что они меньше всего вредят здоровью и иммунитету ребёнка. Вы такой заботливый папочка! — она сложила все в небольшой мешочек.
— Я не заботливый папочка, — заметно погрустнев, ответил я удивлённой женщине. Я шесть лет не знал о существование своего ребёнка. Никак не помогал бедному Нагисе, который скорее всего мучился при родах, ходил с животом, а потом один воспитывал и растил такого активного ребёнка. А, ведь, он мог отказаться от этого маленького чуда после моего ухода. Своей трусостью я мог убить жизнь, которая ещё даже не родилась. Все внутри сжалось и по венам пронеслась адская боль. Я плохой отец. — У него очень заботливая мамочка, которая знает все и всегда о том, что будет лучше ребёнку, — в голове всплыли воспоминания нашей встречи. То, как Нагиса бегал за буйным ребёнком и ловил его, обнимал, заботливо смотрел и любящее целовал. Вот кто правда хороший отец — Нагиса.
— В любом случае, мамочка же выбрала такого папочку своему ребёнку, а это значит, что именно он был достойным кандидатом на роль отца, — женщина протянула мне пакет с лекарством. Она жизнерадостно улыбалась мне. Может быть… Она в чём и права, но это я смогу доказать только своими поступками, которые должны будут облегчить жизнь моему омеге. Моему Нагисе и моему ребёнку. Я забрал пакет и кинул на кассу наличные, сумма которых была намного больше, чем цена лекарств. Она удивлённо посмотрела на меня и начала пересчитывать.
— Спасибо вам. Надеюсь, вы купите что-то себе и своим внукам или детям, — медленно развернувшись и помахав рукой на прощанье. Я вышел из этой аптеки с хорошим жизнерадостным фармацевтом.
Женщина ещё долго смотрела мне в след. Из её глаз потекли слезы, которые она вытирала носовым платком. Наверное, она плакала от счастья. Деньги так быстро могут сделать жизнь человека легче. Жалко, что порадовать Нагису не так легко. Он никогда не был падким на деньги.
Я сел в свою машину и осторожно положил лекарства на пассажирское сиденье. Вводя нужный мне адрес, я завёл машину и начал свой новый путь к дому Нагисы. Если честно, то я уже знаю куда ехать, но с навигатором привычнее. Он разбавляет тишину, которая так угнетает меня. Хочу скорее добраться к ним, к моим самым лучшим, самым маленьким.
Женщина так обрадовалась небольшой, на мой взгляд, сумме денег. Наверное, я первый такой клиент. Интересно, оставить что-то вроде «чаевых» фармацевту это нормально? В любом случае, я всегда знал, что я отбитый на голову. Особенно, когда бросал своего омегу совсем одного. Я до сих пор виню себя за это.
Если бы счастье Нагисы было бы в деньгах, то он бы никогда не сказал, что ничего не требует от меня. Не стеснялся бы так звонить мне в три часа ночи, чтобы попросить о помощи. Так много того, чего бы он не стал делать. Он бы давно бы уже вис на мне, чтобы привлечь к себе внимание, как те шкуры и шлюхи, которых я часто встречаю. А он… Он просто сторонится меня и не подпускает слишком близко ни к себе, ни к ребёнку. В этом весь он.
Обычно, я могу примерно предположить то, что случится на встрече или в какой-либо ситуации, но сейчас все совсем по-другому. Я не могу представить, как омега или ребёнок могут себя повести. Вдруг, он возьмёт лекарства и выставит меня за дверь? Конечно, маловероятно, но я не удивлюсь. Скорее всего он пригласит меня попить чай и будет долго благодарить меня.
На чай в четыре часа утра… Надо выключить звук на своём телефоне, а то скоро должен будет зазвонить будильник. Ну как скоро… Через несколько часов, но несколько часов с Нагисой — это очень мало. Хочу всю жизнь. Пока я стоял на светофоре, удачно поставил телефон на режим «Не беспокоить».
Я уже парковался перед домом, в котором живёт омега. Там сейчас сидят маленький ребёнок и его папа в ожидании меня. Собрав все свои мысли в одну кучу, я взял пакет с лекарством и вышел из машины. Закрывая дверь машины, мой взгляд упал на нужный мне подъезд и поднялся на седьмой этаж. Единственное окно, в котором горел свет и именно там ждёт меня моя будущая счастливая семья. Я верю в это.
Я быстро проник в подъезд и не дожидаясь лифта побежал по лестнице. Так быстрее, ведь я довольно спортивный. Быстрее любого лифта. Посмотрел на нужную мне дверь и постучал в неё. Была не была!
Дверь открылась очень быстро, а на пороге меня встретил совсем уставший Нагиса. Бледный, худой, явно нервный, уставший и все это дополняют огромные синяки под глазами. Господи, солнышко, сколько ты не спал? Выглядишь совсем плохо… У него на руках сидел маленький и такой хрупкий Акио, который немного капризничал. У ребёнка были красные щеки, что явно свидетельствует о большой температуре.
— П-привет, — поздоровался со мной голубоволосый и пропустил внутрь. Я также поздоровался с ним и протянул мешок. Ребёнок лишь смотрел на меня и ничего не говорил, даже тихого «привет» в мой адрес не было. Кажется, у него совсем мало сил. — Спасибо тебе, — он с улыбкой посмотрел на меня и забрал лекарства. Сначала улыбался, а потом его личико стало таким растерянным, и он засмеялся. И чего он смеётся надо мной? — К-карма-кун, — и что это опять за приставка? Гр! Мне опять от неё полгода избавляться?! — не мог бы ты пойти и посмотреться в зеркало. Оно в ванной, — он показал мне на самую дальнюю дверь. Зеркало? Я протянул «Ладно» и направился туда куда меня отправил омега. Не хочу спорить с ним или спрашивать для чего. Сейчас, сам все узнаю.
В его ванне я уже был несколько раз, потому что она совмещена с туалетом, а в прошлый раз мы провели у него практически весь день. И каждый раз Нагиса приносил все новый чай, от которого никто не мог отказаться. Именно по этой причине каждый час кто-то бегал в туалет. Сейчас это смешно вспоминать.
Ещё в первый раз я обратил внимание, что раковина заставлена кучей бутылочек разного размера. Детские шампуни, крема, немного недокосметики, жидкое мыло, разные зубные пасты, в том числе и детские, и самое важно, что я увидел это его любимый лимонный шампунь. За шесть лет совсем не поменялся. Ни марка, ни запах не поменялись. Это даже мило и заставляет поностальгировать, ведь именно его он долго искал в магазинах. Или заставлял меня это делать… Только потом мы додумывались начать заказывать его в интернете…
Мой взгляд уставился в зеркало, и я начал осматривать себя. Да, волосы были совсем разбросаны и взъерошены. Я прошёлся по футболке чёрного цвета, которую взял первую попавшуюся дома. Стоп. Почему ярлык наружу?! Я её наизнанку надел! Теперь я понимаю почему аптекарша смеялась и Нагиса! Стыд и срам!
Я быстро снял с себя чёрную ткань и вывернул её. Мои щеки немного покрылись румянцем, прямо как в сегодняшнем сне у Нагисы. Какой я был в его глазах. И так растрёпано выгляжу, так ещё это! Я влез обратно, и футболка показала свой рисунок. Рисунок льва с бабочкой на шее. Кажется, я покупал эту футболку с Рио на каком-то там концерте. Ну как покупал… Девушка сказала, что мне идёт и заставила купить. После этого я её ни разу не надевал. Да, выгляжу не очень, но делать ничего не остаётся.
Я вышел из ванной и направился искать омегу со своим ребёнком. С кухни были слышны голоса, поэтому я направился именно на них.
— Акио, надо покушать немного, — первым я увидел голубоволосого с тарелкой каши в руке и ложкой в другой. Он активно пытался уговорить поесть хоть немного, но тот наотрез был не согласен. Со стороны картина была милой, если не вдаваться в подробности. Акио так умилительно надувал щеки. — Ну, Акио, тебе надо выпить лекарства, а ты не ел вечером, — он перепробовал все, но это было бесполезно. Ребёнок отказывался есть. Я нагло прошёл внутрь, не говоря ни слова, аккуратно схватил руку голубоволосого с ложкой и съел содержимое. Нагиса с непониманием посмотрел на меня. Это пока ты не понимаешь, что я сделал.
— Эй! Это было моё! — ребёнок обидчиво посмотрел на меня и даже хлопнул ладошкой об стол. Надутые щёчки поменялись на ревность в глазах, которые смотрели на меня. Именно, так я заставлю тебя покушать. Хитрый план, который никак не повредит ребёнку.
— Да? Но ты же отказался, — я выхватил у омеги и тарелку, и ложку. До него медленно дошло, что я пытаюсь сделать и он улыбнувшись подыграл мне.
— Ну вот, раз ты не хочешь, то дядя Карма все съест. Хоть кому-то понравится, как я готовлю, — я наигранно набрал в ложку кашу, которая была вкусной. Могу смело это сказать, ведь попробовал и уже подносил ко рту. Пахла она также прекрасно. Он ещё в прошлый раз порадовал нас всех простыми, но восхитительными блюдами. И как такое может кому-то не понравиться. Однако, я все равно предпочту готовить вместе с ним.
— Отдай! Это моё! — ребёнок встал на стул и потянулся руками к тарелке. У него тряслись руки и мне стало совсем не по себе от этого. Я успокоил себя тем, что это был единственный вариант, как заставить его поесть. Ничего плохого я не сделал. Правда же? — Папа готовир это для меня. Тебе нерьзя кушать то, что готовири не для тебя! — заявил ребёнок. Боже… Он слишком милый и слишком собственник. Даже представлять не хочу, что мне придётся делиться Нагисой с таким букой. Букой, который также сильно его любит.
— Ох, какая жалость, — я отдал тарелку Нагисе, а ложку с кашей поднёс ко рту ребёнка. Он не сомневаясь открыл рот и съел все что было на ложке. Потом кормить ребёнка продолжил Нагиса. Жаль, я бы ещё хотел немного с ним понянчиться. Может быть так мы смогли бы сблизиться.
***
— И как ты до такого додумался? Мне даже в голову не пришло так поступить, — после того как ребёнок поел и выпил лекарство спросил у меня омега. Акио был уже уложен спать и вроде заснул под сказку, которую ему читал Нагиса. Даже мне спать захотелось. Его голос был так нежен и убаюкивал.
— Просто. Я подумал, что если бы ко мне пришёл какой-то дядя и начал есть мою кашу, то я бы поступил также. И даже при учёте, что мне двадцать семь, — я рассмеялся и омега мой смех поддержал. Ещё бы сыграл тот факт, что эту кашу готовил ты. Какого фига ко мне приперся какой-то дядька и жрёт мою кашу? Конечно, я бы не так спокойно отреагировал, как Акио.
— Два вредных ребёнка нашли друг друга, — хихикнул омега и сделал глоток чая, который он для нас приготовил. Пока он его готовил, рассказал, что это какой-то успокаивающий и бла-бла-бла. Я запомнил, но вспоминать долго и нудно это было. Наверное, он просто хотел разбавить тяжёлую атмосферу. — Прости, что тебе пришлось ехать сюда посреди ночи. Ты, наверное, очень занят на работе, — он чувствует себя виноватым, и я это понимаю. Никакая работа или сон не стоит в сравнении со временем, которое я могу провести с тобой и сыном. Я готов бросить все и остаться тут навсегда.
— Ничего страшного, — у меня две важных встречи утром, но я успею переодеться и приехать на них. Я хочу до последнего отсидеть тут. Пока ты не выгонишь меня или, когда уже совсем не останется времени сидеть. — У меня не было ничего важного на сегодня запланировано, — да, соврал, но так он будет чувствовать себя менее виноватым, а мне будет легче.
— Спасибо тебе за помощь, — неловко сказал Нагиса. Я тихо кинул «не за что» и в комнате повисла тишина.
Мы сидели в тихой гостиной на диване. Между нами было небольшое расстояние и протянув руку я бы мог дотронуться до голубоволосого, но почему-то именно это расстояние заставляло сжиматься что-то неприятно в груди. Когда-то мы сидели намного ближе друг другу. Смотрели фильмы в обнимку, читали в обнимку, точнее он читал в слух, а я его обнимал и слушал, грелись под одним пледом в дождливые вечера… Это было незабываемо. Это было прекрасно.
Если бы мы сейчас были настоящей парой, то он бы обнимал меня за руку и прижимался ближе, как раньше. Мог бы сидеть на коленках или между моих ног. Я бы обнимал его со спины и вдыхал запах его любимого шампуня и тела. Феромон, который испускает Нагиса пахнет также как лимон… Цитрус… Мой маленький голубой лимончик. Наверное, поэтому ему и нравится все, что связано с цитрусом. Он даже лимон ел без каких-либо кривляний… А они до жути кислые!
В комнате все также царила тишина и её прервал только мимолётный звук, когда Нагиса поставил кружку на стеклянный столик. Мой взгляд был устремлён на фотографии, где был изображён счастливый ребёнок. На каждой из них он улыбался. Я так много чего пропустил. А, ведь, если бы я поступил иначе, то мог бы быть тоже на фотографиях. Услышать первое слово своего ребёнка, увидеть его первые шаги и ползки, выбирать детский садик с Нагисой и мило спорить какой лучше. Я так много упустил из-за нерешительности, которая проявляется только по отношению к тебе.
Я все ещё хочу прервать эту тишину и рассказать все, что чувствую и то, что произошло тогда, но что-то меня останавливает. Минимум то, что сейчас омега получил и так слишком много стресса. Я не хочу давить на него, не хочу заставить снова плакать и переживать. Сейчас ему надо немного отдохнуть. Я буду потихоньку ломать эту стену, которая возникла между нами за эти шесть лет и не допущу, чтобы кто-то сломал стену между ним и этим кто-то быстрее, чем я. Я больше не отпущу тебя. Я больше никогда не оставлю тебя одного.
Я дёрнулся, когда к моему плечу что-то прикоснулось. Просто только этого я не ожидал, но сразу понял, что это Нагиса. Больше ничего не могло и никто сделать этого не мог. Я немного повернул голову и хотел спросить, что случилось, но увидел голову спящего омеги на своём плече. Он заснул… Заснул рядом со мной, даже, в такой неудобной позе. Насколько же ты устал, котёнок?
Сначала я очень беспокойно смотрел, но потом заулыбался, смотря на него. Он выглядел очень уставшим, спорить с этим бесполезно. Худой, огромные круги под глазами и стресс, который поигрался с его нервами. Все это сыграло большую роль. Я даже не уверен ел ли ты сам вечером. Но! Спящий Нагиса выглядит все равно очень милым и таким родным, поэтому я не могу не заулыбаться от этой ситуации. Он так близко.
Я придвинулся немного ближе, чтобы голова Нагисы не была в таком неудобном положении. Не хочу, чтобы у него завтра сильно болела шея из-за неудобной позы, ведь это такая нагрузка на шею. Первое такое большое наше прикосновение. Когда проснётся будет вопить, что я должен был его разбудить, а потом долго извиняться. Ты устал, мой маленький. Ты ни в чем не виноват.
Вытащив из кармана телефон я сделал снимок всего происходящего. Потом похвастаюсь своими успехами Рио и перекину на жёсткий диск эту милую фотографию. Телефон я оставил также на стеклянном столе, где стояли две кружки с небольшим количеством чая. Он больше мне не понадобится. По крайней мере в ближайшее время.
Я прикоснулся своей щекой к голове омеги. Запах лимона, который обычно чувствуется слишком мелко был таким едким. Приятно едким. Его я мечтал почувствовать все эти шесть лет. Я, закрыв глаза, понюхал парня, как бы странно это не было со стороны. Его запах меня всегда успокаивал, и я любил те времена, когда вся постель была пропитана им. Иногда у нас, были мелкие ссоры из-за того, что он поменял постельное белье и стирал его с таким количеством вонючей херни, которая совсем перебивала его запах на простынях.
От мыслей меня оторвал звук тихих шагов, которые приближались к гостиной. Акио проснулся? Я поднял голову и открыв глаза, уставился на дверь, которая в скорее открылась. В комнате появился сонный ребёнок. Краснота с лица ушла, но он немного кашлял. Не зря купил конфеты!
— Что случилось, малыш? — как можно нежнее, чтобы не напугать, спросил я у ребёнка. Он посмотрел на своего папу и приблизился к дивану. Залез на серенький диванчик, а потом на папины коленки. Он собирается спать здесь? Этого никак нельзя допустить!
— Мне стлашно спать одному сегодня, — тихо сказал ребёнок и обнял голубоволосого. Спать тут точно не вариант. Его болезнь может только усугубиться, а этого я себе не прощу. Надо как-то перенести и Нагису, и ребёнка в кровать.
— Давай отнесём папу в его постель и тебя положим рядом? — два голубых глаза уставились на меня, а потом маленькая голова кивнула. Он слез с своего отца, и я взял Нагису на руки. Только не проснись, а то зная тебя ты будешь ругаться. — Где он обычно спит? Где его спальня? — я совсем не знаю, как расположены комнаты. Знаю только, что тут три спальни и гостиная. Был я только в детской, гостиной и на кухне. Ребёнок провёл меня в небольшую комнату, где было немного пустовато. Двухместная кровать, шкаф, небольшой письменный стол с цветами и несколькими статуэтками.
Я откинул тёмное одеяло, которое было аккуратно заправлено и положил омегу. Он хмурил брови во сне, и я уже думал, что он проснётся, но все обошлось. Он выглядит таким беззащитным, как будто тоже сейчас болеет. Я не поинтересовался о его самочувствии. Мог ли он тоже заразиться простудой?
Уставшего Акио я положил к отцу и тот мило обнял его и уткнулся носом в его живот. Надо будет сделать фотографию, когда они заснут. Тихо, чтобы никто не заметил. Тоже сохраню на своём жёстком диске и буду умиляться перед тем как ложится спать.
Ребёнок вроде устроился, и я накрыл их одеялом. Нехорошо если они замёрзнут. Это тоже может сыграть злую шутку с здоровьем ребёнка, а мне это совсем не нужно.
— Спокойной ночи, малыш, — я погладил ребёнка по голове и уже собрался уходить, но мою руку взяли в заложники.
— А почему дядя Калма уходит? — два больших голубых глаза снова уставились на меня с непониманием. Он хочет, чтобы я посидел рядом пока он не уснёт? Это конечно мило. Жалко, я не умею также убаюкивающее читать, как Нагиса. Мог бы уложить его за несколько минут.
— Хочешь могу остаться пока ты не уснёшь, — сказал я ребёнку в ответ и сел на угол кровати. Я думал ему Нагисы хватает, но и я понадобился. Это так греет душу, ведь он открывается мне. Медленно, но открывается.
— Рожись лядом, — он развёл руки и просил, чтобы его обняли. Ложиться рядом? Не думаю, что Нагиса это одобрит. Вон, даже что-то не очень довольно промычал во сне. Видимо, ребёнок заметил, что я ищу предлог чтобы не делать этого. Он сам обнял меня и потянул лечь. Его маленькие ручки крепко сжимали мою футболку. Я сильнее, но как я могу не поддаться этим голубым глазкам? — Папа, ведь спар до этого с тобой в гостиной, а это значит, что тут ты тоже доржен спать. А ещё папа говолит, что сон очень важен, поэтому ты тоже доржен спать. Спокойной ночи, дядя Калма, — малыш разговаривал медленно и у него получилось выговорить несколько слов правильно, но другие с ошибками. Это было мило.
— Спокойной ночи, малыш, — повторил я уже засыпающему ребёнку. Ну вот как я могу уйти в такой ситуации? Он сам попросил меня остаться спать с ними! Лучше получу завтра от Нагисы, но не упущу такой возможности.
Акио передвинулся ближе к своему папе, а Нагиса немного поворочался что-то активно бубня себе под нос. Так и не научился спокойно спать? Он часто говорил во сне раньше. Помню случай был, когда после нашей небольшой ссоры он во сне сел и смотря куда-то в бок прокричал: «Карма козёл! Будешь так себя вести и скоро облысеешь!», а потом спокойно лёг спать дальше, обнимая меня. Я тогда еле сдержался чтобы не засмеяться во весь голос. Тогда все обиды сразу же прошли, а на лице осталась только улыбка. Таких случаев много и есть что вспомнить о спящем Нагисе. Он потом так мило краснел, когда я рассказывал ему о том, что слышал. Особенно, если ему снилось что-то эротичное, а было и такое.
Это первый раз, когда я зашёл в комнату Нагисы. Он тут спит. Спал на протяжение шести лет. Тут слишком пусто, хотя он никогда не имел много вещей. Самое интересное это рабочий стол. На нем много маленьких фотографий ребёнка, какие-то небольшие статуэтки, часы, на которых уже показывало почти шесть утра. Скоро на работу. Не хочу покидать это место.
Мой взгляд привлёк маленький браслетик, который лежал возле наручных часов. Не может быть это же тот, который я дарил ему. Неужели он до сих пор хранит его?
Воспоминания:
Ну вот опять он проспал наше свидание. Уже на шесть минут опаздывает и не отвечает на звонки. Опять придётся идти и будить его, а потом смотреть на его личико, до которого медленно будет доходить, что он опять проспал.
— Прости, — ко мне подбежал запыхавшийся голубоволосый парень. Мой голубоволосый парень. И что мне делать с тобой, солнце ты моё ненаглядное? И так уже не в первый раз. — Я проспал, а потом… — выдыхая и вдыхая воздух пытался объяснить мне мой омега, но я лишь стоял и ухмылялся.
— Да, да, да. Нагисочку, снова похитители феи и унесли от меня за тридевять земель именно в день нашего свидания, — немного дразня парня сказал я. Тот снова смутился и обидчиво на меня поднял взгляд. Вот так он всегда. Играет не по правилам.
— Прости, — он жалостливо посмотрел на меня. Ну и как я могу злиться на такого милашку? Знает же, как можно мной управлять и пользуется этим!
— Ничего уже не поделать, но наказание тебя ждёт, — я злобно усмехнулся, что напрягло парня. — Закрывай глаза, протягивая руки и открывай рот, — игриво сказал я. Хотел отдать вечером, но уже нет сил терпеть.
— З-зачем? — напугано спросил парень.
— Это же наказание. Я не буду говорить зачем, — он сомневался, но сделал как я просил. Закрыл глаза, открыл рот и протянул вперёд две ладони. То, что нужно. Я ловко нацепил на его руку браслет, а рот занял поцелуем. Попросил открыть, чтобы было легче в него проникнуть, пока тот не ожидает. Не любит омега на людях целоваться так пошло. — Какое вкусное наказание, — разорвав долгий и страстный поцелуй, сказал я, немного усмехаясь от вида смущённого омеги. Мой милашка.
— Что это? — он смотрел на своё запястье, на котором теперь висел небольшой чёрный браслет с алым камнем.
— Мой подарок тебе, — объяснил я и показал своё запястье, на котором был виден такой же чёрный браслет, но с ярко голубым камнем. — Они парные. Ты, ведь, хотел что-то подобное? Но я не готов носить парные майки или кольца, поэтому лишь браслет, — он влетел в меня и обнял. Так крепко обнял. Значит понравилось.
— Это лучшее, что ты мог подарить мне, — сказал тот немного плача. Вот что за плакса. Счастлив — плачет, грустно — плачет, все слишком хорошо — плачет. Я закинул ему руки за спину и обнял в ответ. Вдохнул знакомый тихий запах лимона и был по-настоящему счастливо от того, что ты сейчас рядом.
— Лучший подарок — это я! — он посмеялся на моё высказывание. А мой лучший подарок это ты. Мой маленький голубоволосый.
Назад в постельку:
Спустя три года отношений мы расстались. Я так некрасиво бросил его. Думаю, сейчас ему больно вспоминать об этом. Он всегда был очень чувствительный, хоть и пытался скрыть бурные эмоции. Мне нравится его дразнить. Смотреть как он краснеет, ругается, дуется, каждое его выражение лица до безумия прекрасно. Я просто схожу с ума по тебе, Нагиса. Только ты этого не знаешь.
Моему удивлению нет придела, ведь я думал, что только я сохранил свой браслет. Он до сих пор лежит у меня в сейфе в квартире. На его месте я бы давно сжёг его, чтобы не осталось никаких вещей, которые могли бы напоминать о старом ублюдке, который его бросил.
Мои раздумья длились недолго, ведь глаза тоже начинали слипаются. Тут слишком тепло и кровать пропитана запахом омеги, который так быстро меня успокаивает.
Конец Четвёртой части!
Спасибо за прочтение! 
