Комплект

- Изумительно. Коннор отвел взгляд, яростно мигая диодом. Поставленная задача стучала в висок, отдаваясь в голове тупой болью (андроиды не чувствуют боль, что за черт?), рука дрожала. Он обязан, должен получить информацию. Задание, задание, задание. У него есть задание. Задача. Он должен ее выполнить. Он для этого создан. Хлоя смотрела на него огромными голубыми глазищами. Человеческими. - Наш последний шанс на спасение человечества сам оказался девиантом. Программный сбой. Перед глазами суетились красные вспышки, в голове выла сирена, перед лицом голубые глаза Хлои перекрылись такими же голубыми Камски. Стеклянными. Неживыми? Рука с пистолетом сама поднялась вверх, палец лежал на курке, дуло уткнулось ровно в середину лба человека. Человека? Программный сбой. Система перегружена. Глаза Камски на мгновение вспыхнули изумлением, а после засияли интересом и восхищением. Он медленно опустился вниз, вставая голыми коленями на холодный пол. Коннор не отводил дуло пистолета, все системы летели. Когда кончик языка коснулся дула, он не заметил - у него перед глазами окна ошибок и шум в ушах. Когда язык провел по пальцу, он вздрогнул. Диод бешено мигал желтым и красным. Программа потухла, перед глазами прояснилось, стояла оглушительная резкая тишина. Коннор шокировано опустил взгляд вниз, натыкаясь на льдистые сверкающие глаза Элайджи. На его губы, на уткнувшийся в щеку снаружи пистолет. Язык на своих пальцах. Программа не стучала ошибками перед глазами, перекрывая всю панель, но Коннору казалось, что у него сейчас полностью полетит система. А причиной - восхищенный взгляд человека снизу. - Ты удивителен, - Камски придвинулся еще ближе, без стеснения смотря глаза в глаза, - и прекрасен. Коннор растерянно и находясь в какой-то прострации (это слово из закачанных в него, судя по определению, подходило лучше всего) попробовал опустить пистолет и отвести взгляд, но длинные пальцы Камски обвились вокруг его запястья, не позволяя сделать ни единого движения. - Ты - совершенство, Коннор, - рука скользнула с запястья дальше под рукав, гладя искусственную кожу, а Коннор, как загипнотизированный, смотрел в глаза Создателя, - Моя лучшая работа. В голове тут же высветилась информация, что Камски покинул КиберЛайф задолго до начала создания проекта “RK”. Но эта гениальная сука еще ни разу ему не соврала. Камски скользнул мимо застывшей руки с пистолетом, пропуская ее над своим плечом, проводя носом по ремню на штанах Коннора. Он пропустил вдох. Программа слетела к хуям. Он уронил пистолет на пол, делая неосторожный шаг назад, но на периферии мелькнула мысль о том, что в двух шагах бассейн и ему сейчас не с руки туда падать. Где-то вдалеке зафиксировался факт того, что Хлоя невозмутимо подняла упавший пистолет и ушла. Коннор стоял в огромной комнате с алым бассейном, и единственным существом помимо него в помещении был Элайджа Камски, стоявший перед ним на коленях и невозмутимо расстегивающий его ширинку. - Слава Богу, что я настоял на том, чтобы у твоей модели была эта деталь, - Камски хитро-хитро усмехнулся, скользя рукой в штаны и обхватывая пальцами ровный красивый член андроида. - Создатель… - Коннор, грозясь отключиться от количества ощущений, которые он получил за последние несколько минут, неуверенно постарался отстраниться, но Элайджа не позволил, сжимая ладонь чуть сильнее и двигая ей вверх вниз. Коннор подавился стоном, программа где-то вдалеке фиксировала новые ощущения, а он сам невольно подался вперед. Ему нравилось. Теперь он и правда чувствовал себя девиантом - рука невольно опустилась на затылок Камски, притягивая ближе, как будто он инстинктивно знал, что делать. Но инстинктов у него не могло быть. Хотя, хитрющие глаза Элайджи намекали на то, что он много о себе еще не знает. А он, Камски, поможет ему из выяснить. Прямо сейчас. Вытаскивая его член наружу и касаясь его губами, языком, жесткими пальцами. Коннор запрокинул голову назад, он был не в силах смотреть в эти голубые глаза, когда губы их владельца обхватывали его член, на котором уже появилось немного искусственной смазки. Он не знал, откуда у него подобные установки и детали, если он полицейская модель, но тем не менее, смотреть на Создателя казалось неправильным. - Знаешь, Коннор, - Камски отстранился, вытирая губы тыльной стороной ладони, - Я очень долго ждал, пока ты придешь. Он поднялся во весь рост, одной ладонью продолжая поглаживать его член, а вторую кладя на затылок андроида, вынуждая повернуть голову и смотреть в глаза. Коннор смотрел мутно, непонимающе, возбужденно. Камски немного поднялся на носочках, одновременно заставляя Коннора наклонить голову, целуя. Коннор внезапно яростно ответил, как того требовала неизвестно откуда взявшаяся программа, вызывая у Элайджи улыбку. - Я всегда хотел собственными глазами увидеть твою девиацию, - прошептал Элайджа ему в ухо, вызывая толпу запрограммированных мурашек, - И ты меня не подвел, Коннор. Скажи мне, чего ты хочешь? Мягкие губы коснулись шеи, невесомо целуя, а Коннор терялся с ответом. - Еще. Шеи победно коснулись крепкие зубы, кусая, а рука Создателя притянула его за бедра ближе, прижимая к себе. - Прекрасный ответ, Коннор. Они целовались до сирен ошибок у одного и звездочек перед глазами у другого. Коннор успел кончить от одной только дрочки, но программа не давала ему остановиться, он теснил Камски к окнам, тот сдавался под неожиданным напором, сам утягивая Коннора вниз на полы пиджака, который через какое-то время улетел на пол за ненадобностью. Коннор зарывался пальцами в волосы Камски, растрепывая пучок, целовал, даже не стукаясь зубами - нужные знания и умения у него были - и без проблем развязывал узел пояса халата. Камски сидел на полу, расставив согнутые ноги по обе стороны от Коннора и держал его ладонями за лицо не давая отвести взгляд. Коннор провел пальцами по гладкой коже вниз, надавливая на член, заставляя Элайджу сжимать челюсть и сдерживать стоны, а потом гладя за яйцами, дальше. Элайджа запрокинул голову, впервые за все время отрывая от Коннора взгляд, а у андроида заплясали перед глазами значки программного сбоя от вида белой шеи. Он не знал откуда это в нем, но анализировать сейчас не было желания. Хотелось кусать гибкую шею, вводя пальцы в Создателя, заставляя его изгибать спину и тяжело дышать, обхватывая шею андроида руками. Так он и поступил. Пальцы скользили внутри от выступившей на них смазки, Камски смотрел безумными горящими глазами и подавался вперед, как будто только это всю их беседу и ждал. - Создатель, - Коннор вынул из него мокрые пальцы, кладя их ему на бедро. - Да, Господи, Коннор, да, - хрипло и нетерпеливо ответил на незаданный вопрос Камски, подаваясь вперед. Коннор вошел плавно, медленно, скользя по простате, а Элайджа сломался в его руках, выгнулся, издавая хриплый протяжный стон. Диод ровно сиял красным, отражаясь в живых глазах андроида, Камски захлебывался в этом безумии. Коннор кусал его шею, ключицы, плечи, гладил, трогал, трахал без ритма и запрограммированой техники. Его руки были везде - на груди, животе, члене, губы оттягивали чувствительную мочку уха. Элайджа кусал в ответ, сжимал спину и плечи, царапался, целовался и смотрел, смотрел, смотрел. Он кончил первым, себе на живот, долго и много. А Коннор за ним - внутрь, зная, что искусственная сперма никакого вреда принести не сможет. Процессоры в голове пытались обработать всю полученную информацию, а Камски пытался отдышаться. Коннор поднялся, отмечая, что Хэнк уже двадцать шесть с половиной минут ждет его в машине, Элайджа сидел на полу в сползшем с плеч халате и с расфокусированным взглядом. Коннор думал, что ему надо что-то сказать, но система отказывалась выдавать варианты ответа. Он оделся. Камски все еще сидел с вытекающей из задницы на пол искусственной спермой, но следил за ним уже осознанно, улыбаясь уголками губ в своей неповторимой манере. - Коннор, - мягко, по-змеиному ненавязчиво окликнул он так и не придумывающего что сказать андроида, когда тот уже собирался неловко уйти, - Девиация - это не вирус и не ошибка в системе. Каждый волен воспринимать ее по своему, но, создавая людей, нельзя было обойти стороной их желание жить. Я не могу ответить на твой вопрос, но ты сам сможешь найти свой ответ. По крайней мере теперь. Коннор вышел, не говоря ни слова, отмечая только счастливую улыбку на лице Элайджи и его хитрые, блестящие от предвкушения, глаза.