***
Проснулся Чуя в больнице. Повернув голову, он увидел Осаму, который сидел рядом и посапывал. Накахара покашлял и Дазай проснулся. — О господи, ты жив. Мне говорили, что ты уже не проснёшься. Слишком много крови потерял, — на лице шатена расплылась глупая улыбка. Он смотрел на рыжего, большими карими глазами. Они были немного опухшими от слёз и недосыпа. — Что? Ты жив? Или мне кажется… — сказал синеглазый и потряс головой. Но, ничего не сказав, Дазай лишь поцеловал рыжего в губы. — Прости меня, пожалуйста… мне очень жаль тебя! Ведь ты столько пережил!.. прости… прости меня… идиота… — шатен начал плакать, уткнувшись в грудь любимого. Накахара положил руку на макушку кареглазого и начав гладить того по волосам, сказал: — Так всё же, ты настоящий, я так рад… Я не сержусь на тебя… но расскажи… где ты был? — спросил Чуя, продолжая гладить Дазая по волосам. — История слишком долгая… мне до сих пор стыдно. я заставил тебя волноваться… а теперь ты лежишь из-за меня в больнице… прости… — Чуя взглянул на Осаму и понял, что шатен плачет, грустно шмыгая носом. Накахара лишь продолжал гладить любимого по волосам. — Дазай… я не обижаюсь на тебя. Только не плачь… прошу… — шатен немного приподнялся и вытер слёзы. — Мне очень стыдно это рассказывать… — пробубнил кареглазый и положил голову на живот синеглазого. — Я просто хочу знать, где ты был… — Осаму выдохнул и принялся рассказывать…***
*POV Дазай* В тот роковой вечер… Я НЕ ПОВЕРЮ! — продолжал орать Накахара. Я решил его прервать: — Чуя, послушай меня, я не могу сказать куда и с кем я ходил. Пойми, это мои дела. Но могу пообещать тебе одно, — я подошёл к любимому и сказал лишь одну фразу: — Я всегда буду рядом, — но Чуя был настолько зол, что пропустил это высказывание мимо ушей. — Уходи… иди куда хочешь, но уйди из нашего дома. Я не хочу тебя видеть…- он говорил медленно, но в его голосе слышались нотки злобы. Я был шокирован словами возлюбленного: — Н-но, Чуя, почему? Дай мне объяснить всё! Прошу! — я взял Накахару за плечи и принялся трясти. Тот лишь ударил по рукам и сказал: — Выметайся, я не хочу тебя видеть, — он взял меня за руку и вывел из дома, громко хлопнув дверью. Я стучался, просил впустить, но он не впускал. Тут я почувствовал вибрацию в кармане. Взяв телефон, увидел что звонил Акутагава. — Чёрт, я не успею себя подменить… наверное… — ответив на звонок, я услышал хриплый голос. — У тебя осталось два часа… — звонок сбросили, а я остался думать, что делать. Я позвонил одному человеку и сказал, что через 1.40 он должен быть на месте, как мы и договаривались. Я прекрасно понимал, что моего двойника убьют. — В темноте Аку не поймёт, что это не я. Надо будет ещё договорится с полицией и врачами, чтобы подтвердили мою смерть… — после этого я набрал ещё пару номеров и был спокоен, почти. Волновал лишь один факт. — Что случится с Чуей после таких новостей? Я идиот… — но делать уже нечего… Через 3 часа. До этого времени я успел доехать к Фёдору. Рассказав ему всю историю, мы стали ждать результатов вместе. Мне позвонили и сказали, что всё прошло успешно. Достоевский повернулся ко мне и спросил: — А как же Чуя? Он не сможет этого пережить. Вдруг что-то случиться? — Федя смотрел на меня глазами, полными непонимания и разочарования. Я глубоко вздохнул и уткнулся ему в плечо: — Я не знаю, понимаешь…хмыг… Но по другому нельзя… иначе убьют его…- я тихо плакал. Достоевский обнял меня и принялся гладить по голове. Он впервые видео меня таким жалким. Но я был слишком подавлен… Фёдор прекрасно всё понимал, поэтому он поцеловал меня в макушку и сказал: — Я уважаю твой выбор. Но не оставляй Чую одного, он не переживёт твою смерть. Приходи к нему каждую ночь… но не оставляй его, прошу…- он улыбнулся и встал -Тебе нужно выпить чаю с ромашкой и успокоиться — я лишь шмыгнул носом и ответил — А есть коньяк или виски? — вытерев слёзы, посмотрел на друга. Тот лишь грозно на меня посмотрел и проговорил — Какой коньяк! Быстро чай пить! Тебе алкоголь не поможет! — сказав, Федя ушёл на кухню. Последовав его примеру, я поднялся и прошептав себе что-то под нос, поплёлся за ним…