Нежданная альтернатива

Пробуждение было спокойным и приятным, будто продолжение сна. Боль отступала, холодея где-то рядом с желудком, будто туго связанный узел снова стал ровной верёвкой, уползающей внутрь черепной коробки, хотя Мечислав и знал, что в нём не было ничего инородного. По крайней мере, сейчас и физически. Он был из тех, кто любит издалека, но, получая обратную связь, не знает, что с ней делать, потому тянутся к тем, кто не сможет или не захочет отвечать взаимностью. Получив ответ, их противоречивая природа не находит механизм сосуществования и, вместо радости контакта сталкера, к таким людям приходят непонимание и отторжение, как чувство настоящего одиночества выражается через создание иллюзии недостижимого идеала. Реальный человек, рядом с которым он проснулся этим туманным утром, никогда не казался ему идеальным — у Дерека не было финансовой грамотности Дюка, понимания границ, стиля в одежде, эмоциональной стабильности и всё, что роднило оборотня с бывшим биохимика — багаж травматического опыта. Глядя на синеватый предрассветный туман, маг вспоминал, как Девкалион, прикованный к инвалидному креслу, получил от Джерарда фотографию со своего последнего марафона, как бывший охотник, почти патологически привязавшийся к нему, не смог заехать в клуб, где Стилински усердно пытался напиться всю ночь, а утром обнаружил человека у двери, курящего под перилами. Они потом долго лечили ему почки. Вспоминал он и тактичность, с которой Дюк выдержал обед с Кейт и Дженнифер, что само по себе было испытанием не из лёгких. Но Мечислав устал от чужого режима питания, от массажа, помощи в преодолении ступеней, от того, что партнёр подворовывал его таблетки, от ссор, спровоцированных любыми воспоминаниями о времени до того, как Джерард его сломал. В конечном итоге, оборотню было сложно не столько понять или сопереживать, сколько открыто говорить с человеком о том, что у него на душе или выразить это каким-либо другим способом, потому даже сейчас подозрительный и пессимистический ум учёного, не привыкший ко взаимности или отсутствию яда, давился предположениями о том, сколько всего сейчас пойдёт не так. Мысль об одиночестве в компании реактивов и лабораторного журнала даже немного успокаивала. Не то чтобы Мечислав так стремился остаться один, просто он берёг свои границы, а волк-прилипала, всё ещё спящий рядом и сжимающий его в объятиях, понятия не имел о личном пространстве, но приятно согревал бок. Вдалеке можно было слабо различить очертания домика, окутанного уплотняющимся туманом — даже из салона чувствовалось, насколько зябко было за стеклом. Ему невероятно хотелось кофе — стакан двойного лунго с лимонным соком, горький, кислый и до умопомрачения бодрящий напиток дополнил бы мерзкую погоду, словно пришедшую из другого мира следом за ним. Его способность работала неправильно. Возможно, он оставил Харриса инвалидом, но он не знал наверняка, что именно вызвало это. Когда он потерял контакт с Кейт, его способности усилились, но теперь-то он ничего и никого не терял. Дженнифер была с ним, как и Скотт, Лидия, Эллисон, даже Джексон и Айзек не были исключением. А ещё были Хейлы, отец и дедушка. Жизнь налаживалась, тогда отчего ему было плохо? Это было чертовски странно. Перебирая в уме варианты, он увидел домик на озере совсем близко и «Камаро» остановилось рядом с ним. Стилински вышел из машины и направился к дому, стараясь подсмотреть изменения пространства за последние месяцы. С виду домик был самым обычным — такие обычно арендуют туристы на уик-энд, чтобы отрешиться от городских забот или наловить рыбы в возможно искусственном озере. Для полноты картины не хватало только Джейсона Вурхиза и отряда скаутов. Фасад постройки был выполнен из материала, имитирующего доски, окрашенные в белый цвет, за которыми наверняка находился слой древесно-стружчатого покрытия, шумоизолирующего материала и, как водится в таких домиках, гипсокартона, покрывающего стены внутренней части помещения. В Калифорнии всегда были тёплые зимы. Краски мира стали ещё холоднее, а из тумана показалась фигура таинственной Мередит, заходящей в дом. Он последовал за ней, глядя туда же, куда и Благодетель. Камер слежения не было, как и других людей, но девушка казалась напуганной. В доме был беспорядок — перевёрнутые вещи, пробитый гипсокартон, части которого запыляли ковролин, какие-то допотопные механизмы в стенах, напоминающие ЭВМ. Как эта штука вообще работала в тот момент времени? Что она делала?  — Отбой! — Лихорадочно прошептала женщина в телефонную трубку, оставляя белые следы на покрытии пола. — Отбой. Хейлов не убивать, приказ Питера. Хоть длинные узловатые пальцы андрогинной девушки и подрагивали, биохимик смог разглядеть, что на дисплее телефона всплыло сообщение от некого «Б».

«Нерелевантный запрос. Противоречие изначальному заданию. Запрашиваю подтверждение отмены. Один объект устранён, но есть свидетель».

 — Чёрт. Чёрт-чёрт-чёрт! Лоррейн, хватит! — Мередит шептала, закрыв микрофон. — Подтверждаю отмену, Безмолвный. Запрашиваю устранение свидетеля максимально естественным способом. Выполни работу так, чтобы создать видимость несчастного случая. — Мередит закрыла чат и позвонила кому-то, отвернувшись от Мечислава. — Харрис, требуется эвакуация объекта за зону периметра. Когда услышишь это, я буду уже в клинике. Жду отчёт в формате текстового сообщения. Мередит достала из телефона сим-карту и уничтожила её, после чего направилась к ЭВМ и вырвала из аппарата часть плёнки с кодом. Смотреть дальше было сложно и бессмысленно, а потому, проморгавшись, Стилински почти оглох от тишины реальности без искажений. Хейлы ходили по комнате, присматриваясь и принюхиваясь. Лора изучала плёнку, тянущуюся вниз из бобины, а Дерек стоял там, где была Мередит, пытаясь что-то учуять. Следы заканчивались под его ногами.  — Я видел кое-что. — Нерешительно сказал маг. — Тебе это может не понравиться.  — Видишь? А ты переживал о том, что стало с его глазами, Ди.  — И что ты узнал? — Прочистив горло, спросил альфа, стараясь не трогать опрокинутое кресло, чтобы не оставить отпечатков.  — Мередит, наш Благодетель, говорила об устранении свидетеля после того, как один из объектов был убит. — Начал Мечислав. — Также она упоминала Лоррейн и Питера, потому это событие произошло давно, скорее всего. До того, как… срубили Неметон.  — Ты видел приблизительные даты или что-то, что может идентифицировать время? — Спросил Дерек, поднимая с пола сухой лист. — Я не слышу запахов здесь. Ни духов, ни пота, ни дыма.  — Пыль. — Заметила Лора. — Её нет. Или это место является аномалией или, что более вероятно, погром устроили недавно, после уборки. Но уборщики не приходили снова, иначе они бы что-то сделали с этим бардаком.  — Логично. — Кивнул ей Стилински. — Да и Питеров, связанных со сверхъестественным и знающих Лоррейн в этом городе не так много. Поедем к вашему дяде? Оборотни молчали.  — Что, я слишком рано начал его подозревать?  — А как вы вообще вошли?  — Ты открыл дверь, гений, — заметила Лора, аккуратно вытащив фотографию из разбитой рамки, — причём, весьма крипово. Будто был мари… Быстрым движением Лора приложила палец к губам, прося тишины.  — Я тоже что-то слышу. — Прошептал младший Хейл. — Звук идёт снизу. Альфа провёл рукой по ковролину там, где лежал лист, и под его рукой было заметно очертания чего-то круглого. Значит, что бы там ни было, оно осталось заперто внизу. Младший Хейл подцепил когтем край ковролина и оттащил его, обнажая металлическую дверцу в бетоне. Прикоснувшись к кольцу, альфа с любопытством поглядел на чернеющий след, окрасивший кончики пальцев. Глядя на ускоренную реакцию окисления серебра потом оборотня, Мечислав неосознанно накрыл чужую руку своей, ощущая проступивший отпечаток, оставленный им на запястье партнёра, когда тот отдавал ему телефон. Дерек убрал руку и потянул крышку люка вверх, открывая вид на лестницу, уходящую в темноту. Изнутри слышался слабый лязг цепей. На сегодня с Мечислава хватило подземных этажей и хранилищ, однако, Хейлы включили фонарики на телефонах и поочерёдно спустились вниз.  — Какого хрена? — Удивилась Лора, отдаляясь от лестницы.  — Ещё одно хранилище? — Спросил Мечислав, уже внутренне зная ответ.  — Открытое. — Подтвердил его догадку альфа. — И здесь прикованный человек. У него нет рта, Стайлз.  — Я не… — Хотел было сказать Мечислав, но осёкся. — Не видел его, когда смотрел комнату.  — Нам убить его, освободить или оставить как есть? — Полюбопытствовала бета.  — Дайте ему коммуникатор. — Бросил Мечислав, расхаживая по комнате. — Заметки в телефоне или ещё что. Что-то внизу мягко стукнуло о камень.  — У него в руке был пейджер. С нами всё хорошо. Не хочешь спуститься, гремлин?  — Пока нет, Дерек. Наверху тоже есть, что посмотреть. На глаза ему то и дело попадались фотографии Лоррейн и более молодой Мередит, стоящих очень близко друг к другу, причём, те фото, у которых было разбито стекло рамки, больше всего напоминали снимки лесбийской пары. Мечислав не был против сапфической любви, но было странно осознавать то, что это бабушка Лидии, вяжущая что-то в видениях и соревнующаяся с ним в знании поэзии как настоящий нордический призрак-посыл. Снизу послышалось угрожающее рычание и из проёма в полу показался Дерек. Он сразу же пошёл к машине, даже не глянув на учёного, что было страннее обычного. Лора, следовавшая за ним, повременила и закрыла дверь перед носом Стилински. Бета выглядела не на шутку взволнованной, будто решалась прыгнуть из самолёта без парашюта.  — Стайлз, удели мне минутку.  — Да? Что-то случилось?  — Тот человек внизу, у которого нет рта… В общем, он написал, что убивал тебя.  — И как он это определил? — Стилински спокойно улыбнулся, сохраняя сердечный ритм. — По голосу?  — Он убивал тебя трижды, пока ты не перестал возвращаться. — Серьёзно глядя на него, сказала бета. — И он встречался с тобой двадцать лет тому назад, это ты с ним сделал.  — Вздор. — Легко ответил Мечислав. — Мне всего семнадцать. Это невозможно.  — Я тоже так думаю, но Дерек реагирует странно. Что между вами происходит?  — Не знаю, Лора. Я понимаю не больше вашего. Просто посетите вашего дядю и ищите женщину с фотографий. — Стилински продолжительно поглядел на снимки Мередит и Лоррейн. — А мне нужно успеть на занятия. Подождёте минутку? Бета оглянулась, окинув взглядом дверной проём, но кивнула, и Стилински спустился, явно жалея о том, что оставил динамо-фонарик в сумке, а сумку — в машине.  — Смерть в игле, игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в сундуке, сундук на дереве, а дерево на краю света. — Бездумно повторил американец польского происхождения, вызвав немного иллюзорного огня из дома Хейлов. Он, стоя у порога, увидел человека, подвешенного за руки на цепях, уходящих ко двум противоположным стенам. У этого абсолютно лысого человека действительно не было рта, но пальцы безостановочно набирали что-то на древнем «Blackberry», который должны были давным-давно отключить от сети оператора. Видимо, кто-то оставил его немому для того, чтобы тот мог минимально удовлетворить потребность в общении. Что-то здесь было неправильно. Мечислав сделал шаг в комнату и огонёк тотчас погас, но дисплей устройства всё ещё горел в темноте. Так как препятствий на пути к узнику маг раньше не видел, он приблизился и вчитался.

"20 лет одно и то же не могу зачёркивать дни мои руки в другом месте сколько бы ни смотрел нет цвета глаза будто собачьи странно смотреть в свои глаза какими они были 20 лет в том что осталось от уробороса стены уже не стены"

Узник забился в конвульсиях и обмяк, выронив пейджер из руки.  — И как ты писал, если твои руки были в таком положении, как минимум, несколько дней? Мечислав поднял гаджет и, взглянув на экран, резко развернул слабый источник света и начал вертеться вокруг своей оси. Тусклый свет не мог достать до стен, но медик поспешил к лестнице. Кажется, у него начиналась паническая атака. Уже в освещённом квадрате он снова посмотрел на дисплей.

"196" "опасность" "я помогу" "ты пахнешь волком" "ВЫПУСТИМЕНЯВЫПУСТИМЕНЯВЫПУСТИВЫПУСТИВЫПУСТИВЫПУСТИ"