Нежданная альтернатива

Занятие было невнятным и скучным— Мечислав долго не мог понять, почему они вернулись к теме хлорирования бензола с получением гексахлорциклогексана. Стоило только поставить заполненную газообразным хлором колбу на свет, влить немного вышеупомянутого бензола и наблюдать, как исчезает характерная окраска хлора. В классе, чуть больше, чем полностью наполненном идиотами, отчётливо слышался запах отбеливателя, но Мечислав понял, что от его с Джексоном колбы разило сильнее всего. Самым удивительным в данной ситуации было не то, что медик не помнил, как приходил на занятия, и даже не то, что ученикам дали газообразный хлор, который, хоть и был тяжелее воздуха, всё ещё являлся токсичным веществом, а то, что он никогда в жизни не был настолько безалаберным, чтобы случайно допустить утечку газа. В кармане привычно лежал старый телефон, который «ученик» раздражённо разблокировал, распахнул окно и, установив таймер, отмерил скорость реакции. Это позволило бы ему, исходя из примерных расчётов силы светового потока и скорости реакции, выяснить, какое количество реактива было потеряно. Только отмеряя последние секунды дарак осознал причину нехорошего предчувствия и едва не выронил колбу — согласно его старому телефону, к которому он и без того почти не прикасался, сегодня было первое сентября. Ощупав себя свободной рукой на предмет повреждений, Мечислав вновь осмотрел знакомый класс. Все вещи были на своих местах, как и ученики, больше увлечённые его выходкой, чем экспериментом. Скотт потряс в руке ингалятор, и дарак медленно опустил голову, осознавая, что он каким-то образом попал в петлю. Или в то, что должно ею стать. Первое сентября две тысячи одиннадцатого года. Первый день в этом богом забытом мирке. Первый. Этот мудак каким-то образом забросил его не туда, не в ту итерацию. Заканчивая работу с вычислениями, «ученик» тайком набрал по памяти номер Дженнифер и пригласил её в кабинет. Раздумия становились тяжелее под строгим, но отвлечённым взглядом Харриса — его давний коллега из другого мира обычно выглядел так, будучи умиротворённым и добродушным. Это нисколько не облегчало ситуацию. Вопрос о том, что здесь, чёрт побери, происходит и как будут реагировать все эти люди, до сих пор был открытым. Панические мысли были подавлены колоссальным усилием воли и, когда все ученики вышли из класса, включая Скотта, пытавшегося показать «Стайлзу» что-то в телефоне, Мечислав остался в кабинете с преподавателем. Харрис же, насвистывая незатейливую мелодию, промывал оставшиеся колбы в дистиллированной воде. На периферии зрения почудилось движение какого-то тёмного пятна, но, повернув голову, Стилински увидел только крупный шкаф. Это всё было от недосыпания и волнения. — Мистер Харрис, у вас всё хорошо? — Осторожно полюбопытствовал маг. — Более чем. Сегодня вообще замечательный день. И погода, что надо, и дети, вроде вас, хорошо поняли тему. Вы даже расщедрились высчитать свою же погрешность — видимо, лето не прошло зря, и вы решили забить себе голову моим предметом. А вот моя совсем не болит, как ни странно. К чему такой интерес? Я не отравился. — Я не о том, профессор. С вами не случалось чего-то странного в ближайшее время? — С вами случилось, Стилински. — Окликнул его до облегчения знакомый голос Джулии со стороны дверного проёма. — Откуда у Вас мой личный номер? Учительница литературы, по обыкновению, прижимала к груди папку с планами уроков и журнал успеваемости. Мисс Блейк кивнула Харрису и вошла в класс, нервно улыбнувшись. — Слава богу, Дженнифер, вы здесь. — Окончательно расслабившись, выдохнул Мечислав. — Есть подвижки в нашем деле. — Насколько я помню, у нас нет никаких дел. — Колко отозвалась учительница. — Разве что ваш позор на моём уроке. Кто так приветствует учителя? Мечислав тяжело вздохнул, напрочь перестав притворяться Стайлзом. Он услышал, как падает на пол, разбиваясь, очередная колба, стоило ему оголить сознание химика. Перед глазами пронеслись обрывочные образы ночного сада, сияющих цветов и тумана, где из воды Харрису помог выбраться не человек, но существо, притворяющееся им, забинтованное неумело и неравномерно. А затем произошло что-то странное: по воспоминанию пробежала рябь и Харрис, стоящий рядом со своей искажённой копией, стал растворяться в тумане и звёздном свете. Возможно, Мечислав уходил из Бардо точно так же. Голос вырвал его из чужой памяти. — Конец. — Заикаясь, пролепетал Харрис. — Бежать бессмысленно. Боже, спаси нас. Небо треснуло, как вы не видите? Дженнифер перевела взгляд с Мечислава на Адриана и обратно, после чего закрыла дверь изнутри. — Интересно. Очень интересно. Дарак взмахнула рукой и Мечислава припечатало к стене. Он панически осмотрел учителей, не в силах пошевелиться. — Ты полон сюрпризов, «Стайлз». — Заметила Блейк, с явной издёвкой протянув чужое прозвище. — Или кто ты сейчас? Первый? Пятый? Одиннадцатый? Отвечай, когда старшие спрашивают. — Я не знаю, о чём ты. И кто все эти люди. Но я помогал тебе до девятого дня твоего ритуала. Дженнифер сжала руку так, что давление на тело Мечислава могло бы сломать рёбра, потому маг покосился на панически раскачивающегося химика. — Когда дверь не дверь? — Когда она приоткрыта. — Тотчас успокоившись, ответил учитель. Дженнифер отпустила следом, и Мечислав рухнул на пол, пытаясь закрыть лицо. — Можешь не откашливаться. — Небрежно заметила учительница, всё ещё осматривающая его с изрядной долей скепсиса. — Ты и дышишь-то по привычке, Повешенный. Что мы будем делать? Стилински поднялся на ноги и, отряхнувшись, кивнул этой итерации его приятельницы. — Если бы мы были в одной из версий петли, меня бы здесь не было из-за парадокса причинности. Меня здесь вообще быть не могло. — Парадокс мёртвого дедушки не считается? — Спросила Блейк. — Путешественник возвращается в прошлое, убивает дедушку и не рождается, потому он не убивает дедушку и появляется на свет и всё повторяется. — Знаком, спасибо. — Отмахнулся Стилински. — Но в этом случае петлю запускает сам скачок, а у нас есть неопределённый период примерно до десяти дней. Если бы за те три года, что ты здесь, произошёл скачок, ты бы заметила. — Несомненно. Соседние миры не меняются, сколько бы итераций не прошло. — А Неметон? Дараки переглянулись, и Мечислав снял чары с Харриса, оставив его бессмысленно моргать несколько секунд. — Добрый день, мисс Блейк. — Рассеянно поздоровался химик, поправив очки. — Простите, я, кажется, задремал. — Вы выглядели мило. Я забежала за Стайлзом, он забыл в моём классе жвачку под партой, потому ему стоит очистить все столы в помещении. Немедленно. Дженнифер мило улыбнулась и вышла из класса, а Мечислав, взглянув на то, как химик непонимающе уставился на осколки, не заметив шкафа у стены. Возможно, он и раньше его там не видел.

***

Выйдя на автостоянку у школы, Стилински невзначай посмотрел на чистое предплечье Скотта. Оно не гарантировало того, что подростка ещё не обратили, но на всякий случай медик цепко сжал запястье друга. — Эй, ты чего творишь? Там же Эллисон. И отец Эллисон. — Тихо. — Прошипел дарак, воспользовавшись тем, что охотница представляет свою подругу-банши Кристоферу. — Не ходи в лес. Ты понял? Особенно, если тебя туда позову я. — Бро, ты меня напрягаешь… — Я не единственный «я». Это сложно. Все остальные опасны, потому что или не знают, что делают или наоборот, делают, потому что знают. Просто доверься мне, хорошо? Не ходи в лес. Мечислав отпустил чужую руку и сел в автомобиль, где на заднем сидении материализовалась Дженнифер. — Итак, твоя теория состоит в том, что Неметон — больше Якорь, чем Маяк. — И в том, что трикселион — видоизменённый троичный Неметон. Всё было на поверхности. — Интересно, как мы начнём ритуал, если он уже почти на треть вырос. — Дарак фыркнула и собрала волосы на затылке привычным движением. — Что стоим, кого ждём? Вперёд. Стилински хмыкнул, скользнув взглядом по фигурам Джексона и Дэнни, стоящих в отдалении от Лидии. В окне класса химии на долю секунды было видно двоих людей, но, переведя взгляд на Харриса, Мечислав больше никого не увидел. Джип тронулся с места под усталое рычание мотора и шорох придорожных кустарников. В пути они с Дженнифер не говорили — Мечиславу не хотелось усложнять чужую работу с проекцией-двойником, да и в голову лезли странные мысли о Харрисе, Дженнифер, Скотте, Лидии и Эллисон. Все, находящиеся здесь, вели себя иначе, были совсем другими. От внезапной догадки внутри похолодело так, что дарак едва не остановил машину. Он всегда видел воспоминания от лица самого заколдованного человека, не иначе. И он знал только одно существо, способное редактировать воспоминания. Это значило, что его воображаемый друг из внезапно-реального воображаемого места тоже очутился здесь, в этом мире. И Ногицуне хотел поиграть с ним. Преодолевая панику, медик сжал руль и утопил педаль газа. Сейчас ему не нужно было поворачивать у Неметона. Он покачал головой в ответ на вопросительный взгляд Блейк и вскоре увидел руины знакомого дома, ранее такого злого и страшного, а сейчас ссутулившегося, словно старый ветеран, от огня и времени. Тяжело дыша, медик вышел из джипа и, даже не пытаясь захлопнуть дверь, направился в сторону пепелища быстрыми, пружинистыми шагами. — Это частная собственность! — Гневно крикнул ему Дерек, с хмурым видом рассматривающий волдыри на руках. — Уходите или я вызову полицию! Мечислав и не думал остановиться. Какая-то часть его, очень злая и напуганная, думала, что даже Дженнифер не остановила бы его в этот момент — рядом с домом он видел холм, украшенный цветком аконита. Шагая по усохшим кочкам, некогда бывшим газоном, маг сердился на Первого, на Дерека, на Дженнифер, на весь мир. — Да, Дерек, позвони папе. Ты уже убил свою сестру? В глазах Хейла вспыхнул синий огонёк, но Дерек не был омегой в его мире. Значит, этот Дерек ещё не убил Лору или она была убита кем-то другим. — Не знаю, о чём ты, но тебе лучше уйти с моей земли. — Он уйдёт. Мечислав прикоснулся к сухой траве и мир потерял тёплые оттенки. Где-то в лесу из земли выросла его точная копия и проследила взглядом за образом Лоры, разрываемой обращённым альфой. Дарак прошёл дальше, наблюдая за ним, и с удивлением обнаружил душевно больного оборотня. Копия сделала своё дело и растворилась, а похолодевшие краски сменили очертания перед глазами и сложились в образ разъярённого оборотня, сжавшего горло когтистой лапой. Мечислав попытался вложить часть воспоминаний из его петли в голову Дерека, чтобы затем прочесть в чужом сознании, что было дальше, но по какой-то причине с Хейлом это не работало. Этот Дерек был совершенно другим. — Пи-тер. — Прошептал по слогам Мечислав, глядя в глаза оборотня. — Ви-но-ват. Перед глазами начало темнеть. Тёмные пятна, словно вырванные из пространства, складывались в преломляющиеся силуэты, плывущие сквозь объекты и меняющиеся местами. В один миг всё прекратилось и замерло, а темноту, улыбающуюся из изнанки мира, разорвало нечто столь же тёмное и непостижимое, истекающее собственным ядом. То создание, которое явилось ему в музее, Крикун, вышло из пустоты, дымясь на свету. — Ваши звуки должны вызывать удовольствие. Нужна кукуруза. — Здравствуй. — Неловко поздоровался Мечислав, шагнув вперёд так, чтобы прикрыть замершее тело Дерека. — Тебя потушить? Существо помотало головой, и ошмётки того, что должно было быть лицом, втягивались внутрь, оставляя гладкую и выгнутую, как воздушный шар, поверхность лица, по которому сверху и снизу шла рябь волн. Встретившись, они разошлись к краям там, где у человека должны были быть глаза и открылись ртом. — Исправь сломанное. Выпусти меня и я помогу. — Ты опасен. — Продуктивность больше твоей. Крикун, казалось, пожал плечами, если он вообще может иметь плечи, но действие продолжилось, и верхние конечности просто вросли в шею, а затем прорезались из спины, словно существо было пауком. — Ты хочешь убить его? Или Дженнифер? — Они ещё не мешают. Ты мешаешь. — И ты меня убьёшь? Существо издало чавкающий смех и его рот закатился ко лбу, разделяя голову пополам. — Тебе нужна рука, чтобы выпустить. Зачем мне рука без тела? — Значит, договорились? Только дай мне инструкции. Мечислав сглотнул слюну и нащупал спину Дерека за собой, но кожа куртки стала вязкой и липкой, а его рука утонула в чём-то холодном. — Это место для разговора, а место действия — оно идёт, не шагая. — Прошипел голос Крикуна из-за спины, а впереди из чёрной массы проступил силуэт такого же замершего Дерека, перемещённого созданием. — Прямо как я. Даже стрелки шагают, а оно — нет. — Это как сойти с ума. — Сначала нужно залезть, а потом узнать, как идти вниз. Тебе сейчас точно вниз.

***

Мечислав очнулся на кровати. Его лицо болело, но, кажется, оно ещё принадлежало Стайлзу. Лунный свет холодил комнату, а Дерек, лежащий рядом, метался во сне. Крупные капли холодного пота катились по коже на смятую простыню, а дыхание было прерывистым. Филолог то втягивал, то выпускал когти, словно дрался с кем-то и не мог обратиться до конца, как под аконитом. — Дерек? — Шёпотом позвал Мечислав и осторожно сжал чужую руку, из-за чего оборотень беззвучно заорал. — Дерек, проснись. Чужая рука болезненно сжала бедро Мечислава, но тот только поморщился и прикрыл глаза, положив голову на грудь альфы. Сконцентрировавшись на соотношении дыхания и пульса, медик направился вглубь чужого сна, проходя окольным путём через то, что они уже пережили, все их разговоры и взаимодействия, от разговора через дверь и нападения Лоры до сегодняшнего дня. Стилински даже пожалел, что всё произошло так быстро — он никогда не позволял поспешности даже Девкалиону, но эти обстоятельства были из ряда вон выходящими. Он жалел о том, что они ни разу не были на свидании и говорили по душам или в критические моменты аномальные происшествий, или перед сексом. Он даже не был уверен, что чувствует каждый из них, но просто так оставить ситуацию не мог. Цепь образов вывела его к Дереку, которого пытала током Кейт, но часть стены исчезла и там, посреди ясного ночного неба медленно расширялась трещина, в которой с бешенным темпом сменялось время дня и ночи, а некоторые объекты сбоили. Сама Кейт то раздваивалась, то становилась нагвалем, то вместо неё перед альфой стояла Лора, но мельтешение кончилось, когда кричащего от боли оборотня ударил ножом двойник Мечислава. Сон не менялся и не отматывался, потому вторженец осознавал, что он, скорее, попаданец в ещё одну итерацию петли, куда пришёл следом за Дереком. Двойник встал ногой на горло тяжело сопротивляющегося альфы и постепенно увеличивал нажим, что заставило Мечислава ускориться. Обойдя по дуге комнату, маг получил удар в солнечное сплетение, но, крепко сжав голову двойника, развернул её в обратную сторону, чтобы увидеть лицо умершей Эрики. Тело так и не упало на пол. Вместо этого оно стало бесформенным дымом, устремившимся прямо в разлом. Дерек тяжело кашлял на полу и пытался встать, прямо в его запястье вплавился металл наручников. — Это я. Спокойно. — Ты говорил это, когда я очнулся в парке. А потом я оказался здесь. Ты предал меня! — Посмотри на руку. — Попросил Мечислав. — Сколько пальцев? — Пять. Мечислав тяжело выдохнув, осознав, что это был не сон. Дерек видел и каким-то образом переживал события другой итерации реальности. — Плохо дело. Отпечаток на месте? Покачивая остатками наручников, оборотень поднял руку так, чтобы медик увидел свою же отметину. Второй рукой он всё ещё зажимал рану на животе. — Ты мой Дерек. И ты сейчас спишь. — Хреновый сон. — Буркнул альфа, поднимаясь на ноги. — Разбуди меня. — Если бы это был сон, было бы проще. Ты видишь другую версию петли и здесь конец света. Хейл молча повернул голову к проёму, за которым трещина становилась всё шире с каждым поглощённым человеком или существом. — Скоро так будет и у нас? — Я сделаю всё для того, чтобы это не произошло. Обещаю. Мы все сделаем всё возможное. — Верю. Это был ад. Чего ты так долго? — Видел свою версию, где всё только началось. Нам нужно вниз, если верить моему новому другу. Ты готов? Вместо ответа Дерек сжал чужую руку, когда пол исчез, и они упали в одно из хранилищ, занятое гримуарами. Там, где Мечислав впервые увидел Крикуна, за одним из стеллажей виднелся Уроборос. — Нам чертовски повезло, что мы стояли на люке. — Заметил Хейл. — Если и там эмбрионы Арджентов, я не хочу идти. Всё равно я бесполезен. — Наоборот. — Заверил его маг. — Ты — мой билет домой. Не разжимая руку Дерека, Стилински пожелал, чтобы стеллаж сдвинулся и прошёл сквозь стену со знаком, очутившись в длинном и ярко освещённом коридоре, лампы в котором зажигались последовательно, реагируя на движение. Но они зажглись и в дальнем конце коридора, откуда в их сторону шли три фигуры, облачённые в какие-то старинные медицинские одеяния из металла и кожи. Рука оборотня крепче сжала пальцы дарака, и Дерек выпустил когти на свободной руке, обжигая болью бедро Мечислава. — Это сон. Помнишь? Всё реально, но ты спишь. Что-то в механизме сломалось и это явно имеет отношение к разлому. Дерек кивнул и, казалось, успокоился, но когда лампы впереди зажглись снова, они осветили странные металлические противогазы существ, соединённые с подобиями экзоскелетов, тускло поблёскивающими металлическими деталями. Одно из существ протянуло руку к лицу Мечислава, но тот отвёл перчатку в сторону, тотчас услышав болезненное шипение Дерека. Маг не чувствовал, что мог бы сделать хоть что-то в этом тоннеле, обшитым материалом со включения и лунного камня. Второе существо, стоящее за первым, с металлическим лязгом распрямило пальцы — и тело альфы дёрнулось. Из-под вросшего металла струилась кровь, но Дерек не вскрикнул даже тогда, когда инородное тело исчезло. Стоило наручнику оказаться в руке одного из странных докторов, все они развернулись и рывками отдалились от них. — Стойте. Вы и есть Врачеватели Страха? Вместо ответа один из докторов резко выдохнул в респиратор, словно это был смешок, а затем фазировал, оставив проход пустым. — Что за хрень здесь недавно произошла? — Тревожно спросил оборотень, глядя на символ впереди. — Это уже не имеет значения. Миссия повалена. Апокалипсис начался отсюда, скоро он доберётся и до нас. — Мегиддо — холм в Израиле, бывший городом-государством. А здесь и сейчас сны вливаются в реальность. О таком ни один текст не предупреждал. — Хейл стёр кровь и небрежно смахнул её на пол, глядя, как змей на одной из запертых стен начал распрямляться. — Уроборос выпустил хвост. — Не учил, но читал, — попытался отшутиться Стилински, — скорее всего, это что-то рекурсивное. Мы не распадаемся из-за того, что сами — гости, это место защищено, значит, это мы для них — сбои. А господа Доктора могут существовать в нескольких итерациях петли одновременно. Но это только гипотеза. — Тогда зачем им то, что было во мне? Почему они не напали? — Им незачем усугублять положение, но они явно шли сюда не за этим и не для того, чтобы поздороваться. — Мечислав осторожно взял вторую руку Дерека. — Чувствуешь что-то? Альфа хмыкнул и покачал головой, а затем освободился и подбежал к стене с расправившейся змеёй, оставив Мечислава смотреть на то, как коридор странным образом сокращается перед альфой, чтобы расшириться за ним. Геометрия данного пространства не соответствовала человеческой науке и, возможно, за дверями с Уроборосом были микроскопические кротовьи норы, а они оказались зажаты между двумя такими дверями, как в запаянной трубке с непостоянными и неопределёнными качествами. Предупредить Дерека он не успел — филолог наткнулся на невидимую преграду перед стеной и что-то отбросило его назад, но волна дошла и до медика, разбивая лампы на своём пути. Стилински проснулся, слабо вздрогнул оттого, что Дерек погладил его по волосам, а потом отвесил оплеуху. Комната наполнилась первыми проблесками солнечного света девятого дня. Любовник усмехнулся в лицо Мечислава, на что тот нахмурился и упёрся лбом в чужую грудь. — Ты, кажется, хотел поесть со мной съедобной человеческой пищи? — Свежеприготовленной. — Уточнил медик, ощущая, как едва слышный нервный смех сотрясает чужое тело. — И меня так скоро укачает, ты в курсе? — Так что мы будем делать? Со всем этим. — Нужно связаться с Дженнифер. И я хотел бы поговорить с Джерардом. Сомневаюсь, что она одобрит. — Мне нужно навестить Лору. Она вела себя куда более странно, чем старик там, в нашем общем сне. Сначала Медик не понимал, почему Дерек насторожился, а затем, глядя на него, и сам вслушался — напряжённую тишину, начавшую пульсировать в ушах, не нарушал ни один звук. Ни птичьи крики, ни звук автомобилей, ни проезжающего поезда не было слышно. Даже отец перестал храпеть. Не шумела листва, капли ночного дождя не падали на карниз — это было странно. А затем, в этой плотной, словно алмазоносный гранит, тишине, зазвучал сигнал уведомления и всё разом вернулось на круги своя. Телефон изобиловал сообщениями в фейсбуке. «Стайлз, я добралась от мисс Блейк. Спасибо за вечер.» Отправлено 9.9.2011 в 1:17 AM Сообщение удалено отправителем Сообщение удалено отправителем «Родители спят, но мне кажется, что я не одна. Возможно, это из-за выпивки. У тебя было такое чувство, когда ты пьян?» Отправлено 9.9.2011 в 1:40 AM «Можешь приехать? Не хочу писать» Отправлено 9.9.2011 в 2:11 AM «Стайлз, у меня проблема. это по твоей части» Отправлено 9.9.2011 в 2:25 AM «не могу сфокусироваться. оно исчезает. в музее началось. где ты?» Отправлено 9.9.2011 в 2:56 AM «ПОЧЕМУ ВСЕ СПЯтт3?» Отправлено 9.9.2011 в 3:15 AM «не приезжай» Отправлено 9.9.2011 в 3:18 AM Сообщение удалено Сообщение удалено Сообщение удалено Изменения появились, когда Мечислав вошёл в чат. Эрика что-то напечатала и быстро отправила фото. «ты тоже видишь эту тень???» Отправлено 9.9.2011 в 4:42 AM — Не смотри, пожалуйста. Стилински вежливо предупредил партнёра, нажав на фотографию и увидел селфи одноклассницы, чья бледность проглядывалась даже через не до конца смытый потёкший макияж. Девушка просто смотрела в камеру, пока по её щекам, очевидно, ещё текли слёзы. На камеру что-то попало, из-за чего изображение получилось смазанным. — Увеличь фото. — Просил же не смотреть. Она просто перепила и хочет внимания. В ответ на ворчание дарака Дерек сам протянул руку и приблизил изображение. Сбоку от Рейес, за кроватью, на одеяле лежали четыре длинные полосы более глубокой тени, но оборотень приблизил ещё раз, и медик смог увидеть на них фаланги. Следующее сообщение так и не было написано — Эрика вышла из чата.