Signs of life

22.05.2020       — Итак, давайте начнём. Представьтесь, пожалуйста. — девушка в кипельно-белой рубашке положила на журнальный столик свой диктофон, предварительно нажав кнопку "запись". Она была среднего роста, с прямыми русыми волосами, которые едва касались плеч, подчёркивая при этом выразительность её лица, усыпанного веснушками. У неё были пухлые губы, покрытые помадой розового оттенка, маленький курносый носик и небесно-голубые глаза, которые со всей внимательностью наблюдали за собеседником.       — Эндрю Джеймс Уайлд, — ответил сидящий напротив парень и суетливо провёл рукой по своим коротким, взлохмоченным волосам пшеничного цвета, среди которых отчётливо виднелись седые пряди. Виски его были гладко выбриты, а на высоком лбу можно было заметить следы морщин, пересекавших одна другую. Его большие зелёные глаза казались потухшими, а взгляд - безжизненным. Всё это делало его старше своих лет. — Я родился 19 февраля 1996 года в местечке близ Сан-Антонио, штат Техас. А вы не хотите представиться?       — Элизабет. Зовите меня Элизабет. — парень испытывающе посмотрел на девушку, не веря ни единому её слову, однако всё равно кивнул, позволяя ей продолжить. — Скажите, Эндрю, почему вы пошли в армию?       — Я просто поверил тому, кому не должен был верить. — его голос был полон горечи и сожаления.       — Что вы имеете в виду? — спросила девушка, пытаясь добиться подробностей.       — Раньше я думал, что быть военным престижно, что, когда я вернусь со службы, меня будут уважать и ценить. Но знаете, что ждало меня после войны? — пытливо спросил парень. — Ничего. Абсолютно ничего! Сейчас я осознаю, что зря прошёл этот путь. Нет ничего хорошего ни в войне, ни в убийствах.       До этого момента Эндрю Уайлд думал лишь о том, как армия изменит его жизнь, как повлияет на его будущее. Но теперь его постоянно одолевала вина за сделанный выбор, за бессилие, за гибель тех, кого он должен был спасти. И его не покидало чувство, что груз пережитого вот-вот сломает его.       — Воды? — заботливо поинтересовалась Элизабет.       Парень отрицательно покачал головой, сделал глубокий вдох, пытаясь восстановить сбившееся дыхание, и уже более спокойно продолжил:       — В детстве я наблюдал за семьями соседских мальчишек и завидовал им: их отцы были военными со множеством медалей и наград, а моя... Моя семья была самой обычной: отец трудился в автомастерской, а мать подрабатывала в местной забегаловке. Надо мной часто смеялись во дворе, называли ничтожным.. И в какой-то момент я решил всё изменить. У меня появилась мечта: стать значимым для общества, получить всеобщее уважение и любовь. Я хотел стать героем. И я считал, что смогу всё это получить, только если пойду служить в армию. И вот однажды на моём пороге появился мужчина, который сказал, что у меня есть возможность повидать мир. Тогда я и совершил свою главную ошибку - поверил ему.       — Эндрю, вы хотите сказать, что всё это началось с того момента, как вы приняли присягу? — ответом послужил молчаливый кивок.        Что же, начало положено. Юной и ещё не совсем опытной Элизабет предстояло разобраться в причинах, которые привели к ней в кабинет солдата, недавно вернувшегося с войны, получившего медаль за отвагу и прослывшего героем. Перед ней стояла непростая задача: помочь пациенту справиться со своими внутренними переживаниями, при этом ограничив свою личную эмоциональную вовлечённость в данный процесс. Ещё будучи студенткой, девушка не раз слышала в свой адрес, что её чрезмерная сопричастность и наивность не соответствуют профессиональной позиции терапевта и что ей не следует быть настолько эмпатично открытой, ведь это может привести к эмоциональному выгоранию. Но у Элизабет были свои мысли на этот счёт. Ещё с детства её воодушевляла идея, что любой человек может, а главное, должен быть счастливым. И это острое желание помочь всем и каждому и привело её в эту профессию.        Окружённая заботой и любовью родителей девочка уже в раннем возрасте проявляла симпатию к миру. Она относилась ко всему с трепетом и восхищением, особенно сильно любила общаться с людьми, всегда с неподдельным интересом вслушивалась в их истории. Ей нравилось резвиться на заднем дворе своего дома, гулять по парку и рисовать. Маленькая Лиззи старалась запечатлеть все яркие моменты своей жизни на бумаге. Так, считала она, они навсегда останутся в её памяти.        Со временем, когда на смену беззаботному детству начала приходить взрослая жизнь, магия постепенно угасала. Элизабет всё так же продолжала любить мир, только теперь ей приходилось держать это глубоко в себе, подстраиваясь под окружающих. И это пугало её, она боялась потерять саму себя. Её пылкая натура жаждала свободы. Единственным утешением для неё стала работа - место, где девушка по-настоящему могла помочь кому-то, и она была готова сделать всё для этого, даже если придётся поступиться некоторыми правилами врачебной этики. Именно поэтому Элизабет потянулась к столику, выключая диктофон, и, набравшись смелости, спросила:        — Эндрю, может, нам стоит продолжить наш разговор в более приемлемой обстановке?        И в её больших голубых глазах он увидел то, что заставило его согласиться.