Фабрика страха

Она бежала по темному коридору, черные стены которого плавно меняли форму, переливаясь различными оттенками серого, словно они были живыми. Собственно, так и было. На стенах то и дело появлялись человеческие силуэты и лица с разными выражениями. Они звали бедную перепуганную девушку, которая отчаянно пыталась найти выход из этого ужасающего лабиринта. У стен был свой разум. У стен был свой голос. У стен было желание навсегда запереть жертву в узких коридорах с металлическим полом. — Глэдос… — вновь послышался хриплый шепот. — Присоединяйся… Но Глэдос не хотела ни к чему присоединяться. Ее сердце бешено колотилось, глаза то и дело оказывались залиты слезами, а за ее спиной раздавались гулкие шаги, предвещающие ужасный конец. Девушка свернула в боковой проход… и оказалась в тупике. Перед ней было зеркало, отражавшее ее во весь рост, позволяя вновь рассмотреть синяки, порезы и шрамы. А сзади уже возникла огромная бесформенная тень, которая протянула свои конечности к жертве, заставляя ее почувствовать, как последние отголоски внутреннего тепла покидали ее изувеченное тело, а пустота внутри заполнялась могильным холодом. Глэдос вскрикнула и проснулась. Она вся дрожала, постепенно осознавая, что никто ее на самом деле не преследовал и что она находится дома, а не в каком-то карманном измерении ужасов. Тем не менее, она продолжала плакать. Едва удерживая равновесие, она вышла из своей комнаты. Челл любила вставать пораньше, чтобы можно было вдохнуть свежий утренний воздух, а затем заняться делами. С деньгами было туго, но в условиях затянувшейся гражданской войны можно было сказать, что на самом деле всё хорошо. Она включила приемник, из динамика которого доносился монотонный голос диктора. На сей раз ничего интересного — все еще позиционная война, все еще агитация на поддержку армии под командованием Aperture Corp и, как ни странно, реклама детских игрушек из серии «для будущих патриотов». Челл усмехнулась. Есть ли вообще смысл в патриотизме, если уцелевшая часть мира поделена не на государства, а на сферы влияния международных корпораций? Точного ответа не было, поэтому Челл решила не зацикливаться на этом вопросе и стала готовить бутерброды с шоколадной пастой. Глэдос тихо вошла на кухню, все еще утирая слезы. Челл стояла к ней спиной, и Глэдос не торопилась беспокоить своего ангела-хранителя. Она лишь смотрела на нее, на собранные в косу мягкие коричневые волосы, ее прекрасную фигуру и протезы. Сверхспособностью Челл была левитация, и открылась она очень рано. Даже слишком — при первом же полете она не смогла правильно приземлиться и сломала обе ноги. Но это было лишь началом — поврежденные конечности оказались поражены инфекцией, пришлось прибегнуть к ампутации. Левитация же требовала много сил и контроля, поэтому Челл оказалась инвалидом, пока ее не обнаружил сотрудник Aperture. С помощью сложной операции потерянные ноги были заменены на сверхпрочные кибернетические протезы, которые могли гасить даже самые мощные удары, например при падении с большой высоты. Вспоминая эту историю, Глэдос потеряла равновесие и тем самым обнаружила себя. — Боже мой, Глэдос! Опять кошмары? Челл подбежала к подруге, подняла на ноги и тут же заключила ее в свои объятия. Глэдос оставалось лишь склонить голову, положив ее на плечо Челл. — Ну же, Глэдди. Все хорошо. — молвила Челл, поглаживая белоснежные короткие волосы Глэдос. — Т-точно? Ты… я даже не говорила, что… — Я знаю. Не нужно сыпать соль на раны. Это происходило не в первый и явно не в последний раз. И всё из-за одной способности Глэдос открывать порталы. Ее исследовали ученые из корпорации Necrotech, проводили тесты, доводя бедную девушку до предела. Но однажды ее освободили во время штурма лаборатории, и показалось, что это был конец страданий. Но буквально на следующий день все началось заново в лаборатории Aperture. Неизвестно, что бы стало с Глэдос, если бы не Челл, которая на тот момент была «агентом» корпорации и смогла надавить на начальство, чтобы хотя бы на время прекратить тесты. С тех пор прошло два месяца, но многолетняя боль прошлого никуда не уходила. Расправившись с завтраком, Челл стала думать, чем можно занять Глэдос, чтобы она отвлеклась от ненужных воспоминаний. Ответ пришел довольно быстро. — Доедай, милая, а потом мы прогуляемся. Глэдос удивленно взглянула на подругу, продолжая медленно жевать последний бутерброд. Ее желтые глаза выражали некую озадаченность — неужели Челл решила уйти далеко от дома? — Именно. Хватит шататься по двору, мы придумаем что-то более эпичное! — Челл улыбнулась, вновь угадав мысли Глэдос. Спустя полчаса девушки уже шли вдоль улицы, прогуливаясь по жилому кварталу в направлении городского парка. Большая часть городка опустела из-за войны, о которой напоминали расклеенные всюду листовки с призывом вступить в армию Aperture. — Почему это так важно, что встречается повсюду? — Глэдос показательно топнула по листовке, которая валялась на тротуаре. — Ну, это борьба за власть. Порочную власть. — ответила Челл. — Оно и видно. — Не думай об этих идиотах, милая. Мы не позволим им испортить этот день. Наконец они добрались до парка. Он был небольшой, но идеально обустроенный. В центре стоял фонтан, от которого лучами проходили дорожки с плиткой. В начале лета было сложно придумать более подходящее место для отдыха. Челл и Глэдос сели под большим дубом между двумя дорожками, смотря на ясное голубое небо. Но длилось это не очень долго — Челл взяла с собой небольшой рюкзак, и теперь наконец вытащила его содержимое — волейбольный мяч. — Как ты вообще его туда засунула? — поинтересовалась Глэдос. — С трудом. — ответила Челл и улыбнулась. А когда подруга улыбнулась в ответ, ее сердце забилось чаще. От счастья? Скорее всего. Обмен волейбольными передачами был игрой примитивной, как думала Глэдос, но весьма увлекательной. Были промахи, приходилось бегать вслед за укатившимся мячом. Но это было весело до определенного момента. Глэдос вновь не рассчитала силу удара по мячу, и тот улетел в кусты прежде чем Челл успела среагировать. Челл побежала искать его и на какое-то время исчезла из поля зрения. Именно в этот момент к Глэдос подошли два человека в масках и военной форме со знакомой эмблемой. — Здравствуйте, мисс… — заговорил один из них, но его прервал крик беловолосой. — Челл! Челл! — Глэдос хотела побежать, но споткнулась и упала. Спустя секунду к ней уже прилетела подруга. — Это что еще за хрень, а?! — Челл была готова в любой момент броситься на опешивших солдат. — Эм… прошу прощения, Агент Три. — последовал ответ. — Агент Один ожидает вас в штаб-квартире. Челл глубоко вздохнула. Следовало ожидать такого развития событий. — Хорошо, только дайте мне найти чертов мяч. И если я еще раз услышу из ваших уст слово «агент», я вас на Луну выброшу. Через пять минут они уже были у порога нужного кабинета. Штаб-квартира Aperture Corp была гигантской, но ориентироваться было сравнительно легко. Челл отказалась от помощи, как можно мягче заявив, что сама знает, куда надо идти. К тому же отсутствие рядом охранников должно было успокоить Глэдос, которая то и дело начинала дрожать и смотреть на все вокруг с испуганным взглядом. — Не бойся, это место больше не опасно. — прошептала Челл, сжав руку подруги. Та, в свою очередь, пыталась не дрожать, но тремор все равно не прекращался. — Говорить буду я и только я, хорошо? Собравшись с мыслями, девушки оказались перед нужной дверью. Челл постучалась сначала обычным способом, а затем отстучала пароль. Электронный замок открывался и закрывался дистанционно, и управлять им мог лишь владелец кабинета. Наконец вместо красного огонька на стене загорелся зеленый, Челл открыла дверь, не отпуская подругу. — Доброе утро, мистер Джонсон. Мы здесь. Владелец кабинета повернулся лицом к прибывшим и жестом пригласил их сесть.