Подсолнух

Мой мир был разрушен в мгновенье одним простым выстрелом нелепой фразы. Я бы долго сомневался в том, какой именно должна быть та высказанная им мысль, которая разрушит мою жизнь, но никогда бы не подумал о том, что произошло в итоге на самом деле. – Эй! Ты чего делаешь? Я не слышал чужих шагов. В моей голове давно была пустота, как в бублике. Будто дырка от выстрела из револьвера нагана. – Остановись! Я не понимал, кто именно кричал. Прямо передо мной сейчас были три ключевых момента: тишина, спокойствие, вечность. Можно было еще добавить сюда тот мост и перила, за которые я держался, но тогда было бы слишком скучно и просто, а это всегда было не для меня, скупо для моего ума. – Кто-нибудь, держите его! Он был таким наивным, раз предполагал, что его услышат. Проходящие мимо люди даже не думали бросать на меня косые взгляды. Все в делах, все в работе. Будто никто и не замечал, что жизнь другого человека могла оборваться прямо у них на глазах. Стоило ли отмечать, что они казались мне абсолютно серыми и безликими? Только тот, что кричал, невольно отливал яркими красками, будто странными и несуразными пятнами в этом водовороте черно-белого кино. – Обернись! Посмотри на меня! Он старался привлечь мое внимание всеми методами. Не сказать, что не привлек, ведь я прекрасно его слышал, но эти уловки в виде громких фраз и воплей меня напрягали. Я даже поморщился и навалился спиной на перила мостовой, делая вид, что сейчас повалюсь назад. Голова закружилась и я сильнее вцепился в металлическую мостовую, замечая, как играют краски перед глазами. Невольно приподнял ногу. – Да погоди ты падать! Он почти перешел на фальцет! Браво. Я рассмеялся. Впервые за ближайший месяц. Захотелось действительно обернуться хотя бы раз на этого незнакомого мне юношу, но я тут же услышал бег, который был уже близко. Проиграл. – Я… успел. Он схватился за перила рядом и попытался отдышаться. – Успел. «Только зачем?» Я задал этот вопрос сам себе и посмотрел на него столь пристально, как давно не смотрел на знакомых и не очень мне людей. Вообще, одушевленные субъекты меня давно не интересовали, но этот впервые проявил живую внимательность к моей личности. – Перелезай обратно! Немедленно! – он тут же начал на меня кричать, командовать, будто бы я не понимал, что надо перелезть через перила, дабы оказаться на другой часть мостовой, чтобы не быть в зоне риска. Однако я не торопился. – Зачем? Смысла я, откровенно говоря, не видел. Ни в своей жизни, ни в будущем существовании. В ближайшее время моей главной целью и желанием был один единственный человек, который так легко и просто решил, что я не являюсь для него важным. Отчего и толка никакого не было, да сущности жизни в целом. – Как это «зачем»? А вот затем! В жизни есть много плюсов! Просто ты их не замечаешь. Начнешь жить нормально, работать, будет у тебя счастье, все будет хорошо, и ты сразу полюбишь жизнь! – он старательно пытался мне объяснить, почему же я должен остаться в этом мире, но получалось у него действительно так себе, да и аргументы были слабыми. Я отмечал про себя, что еще больше хотел упасть вниз. – А если не найду? Поначалу я даже не хотел с ним говорить, отчего ответы мои были необычайно простыми и односложными. – Почему это? Все можно изменить! Он искрился позитивом. Я невольно прищурился и сделал шаг назад, отчего он дернулся, желая тут же меня схватить за рукав пиджака. – Работа не приносит удовольствия, счастья в личной жизни нет, смысла в обычной я не вижу. Чем не выход? Диалог с незнакомцем начал набирать обороты, когда я решился ответить на его очередную странную реплику, смотря прямо в чужие небесно-голубые глаза, которые явно и жизни-то еще не видели. Ему на вид было лет двадцать. Не больше. Мои почти сорок внезапно решили стукнуть мне по затылку и «нежно» улыбнуться. Стало как-то неловко, что он учит такого здорового лба жизни, однако всякое бывает, и не на такое приходится натыкаться. – Да ну, смотри, работу можно сменить, личную жизнь тоже можно поправить. Все переменчиво в нашем мире! Тем более, все в твоих руках. Нет ничего невозможного. Даже если начальник у тебя сомнительный, ты же можешь уйти с этой работы, подать заявление, подыскать новую работу пока. Разве нет? А личная жизнь… Сколько девушек вокруг! На любой вкус и цвет. Неужели все так плохо? Не обязательно сразу прыгать, – я видел, как он старается. Но все равно не перелезал через перила. Уж больно удобно я тут стоял, больно хорошо обдувал мое лицо ветер. Было приятно и одновременно не очень от того, что на душе дятел стучал в стекло, скребся по нему своим клювом (настолько неприятные звуки были внутри моей черепной коробки). Прохожие подозрительно косились на странную парочку, где один статный мужчина стоит по одну сторону мостовой, а юный паренек по другую, да старается первому что-то настойчиво внедрить. Ситуация комичная, но идея забавная. Жаль, только идея, ведь то, что происходило на самом деле, поддавалось сомнительной логике, а выход из момента найти будет крайне трудно. – А если у меня даже нет желания в этом копаться? Что, если я не хочу? Вот такой я трус и размазня. Мне надоело. Я устал. На это юноша посмотрел на меня еще более выразительно, будто спрашивая «Как так?». Будто я не могу устать! Совсем. И ничего, что я такой старикашка уже по сравнению с ним. Ему совсем было не понять, как я живу, чем, почему я вообще пришел на этот злополучный мост и за каким чертом решился спрыгнуть. – Но ведь… Есть столько счастья в этой жизни! Его аргументы меня поражали. Наивность и легкомысленность тоже. Он был словно подсолнухом в этом скучном и сером мире. Цветком ярким, красочным, непохожим на других. Его светлые волосы растрепались на ветру, но его это как-то не волновало, в отличие от меня. Я даже попытался бы заправить его прядь за ухо, но тогда бы нарушил собственное равновесие, а этого мне уже как-то не особо хотелось. – Счастья? Какого, например? – я желал его послушать. – Да даже простого, обыденного. Мне доставляет удовольствие завтрак, например. Или утренняя прогулка по парку, учеба! Мне нравится посещать занятия, заниматься самообразованием. Думаю, тебе бы тоже пригодилось это. Еще приносит приятные эмоции общение с друзьями, со знакомыми, в принципе с другими людьми. Хорошее общение, без негатива. Вот, как мы сейчас, мы же не ругаемся, не ссоримся, а просто говорим. Неужели тебе неприятно? Я покачал головой, ведь мне действительно было нормально стоять так, общаться с этим юношей, который излучал позитив. И где только таких ангелочков домашних выращивают? Я не мог себе ответить на данный вопрос. – И что, думаешь, мне принесет это удовольствие? Я скептически повел бровью, на что парнишка фыркнул и пожал плечами, дернувшись как-то, будто не уследив за собственными эмоциями. Да и не хотел он особо их контролировать, зачем ему это? Это я вечно старался избегать своих срывов, сохранять нейтралитет, сдерживать агрессию. А смысл какой в этом был? Никакого. Лишь довело меня до ручки. – Но ведь ничего плохого в этом нет. Ты просто отказываешься зря. Совсем. Я ведь не просто так тебя остановил. Не зря прибежал. И я не дам тебе спрыгнуть! Хоть что сделаю, хоть спляшу тут! – он руками уперся в бока и посмотрел на меня столь строго, что захотелось бы рассмеяться, но я лишь вздохнул. Даже сдохнуть спокойно не дают. Я бы даже обозлился на него, но никаких эмоций не осталось. В голове невольно заиграла мелодия, которая всегда была перед ответом на звонок. Я слышал ее каждый день. И поэтому нахмурился. – Почему ты так уверен, что не дашь мне спрыгнуть? Я задал ему этот вопрос и тут же увидел в его глазах немое негодование. Он правда думал, что все так просто? Или что, надеялся, что я от его «гениальных речей» тут же передумаю? Видимо, все вперемешку, раз он посмотрел на меня так внимательно, пристально, а затем схватил за пиджак. – Не дам. Ты не спрыгнешь. Только не сегодня и не при мне! Я же пришел на помощь. И я не уйду, пока ты не одумаешься. Я уже не знал, как его отшить. Вот честно. Был только один выход. – Пока не одумаюсь? – я приподнял бровь и в следующую секунду сделал шаг в сторону реки. Нужно было видеть его выражение лица, когда у него в руке остался мой пиджак, а я прямиком отправился в воду, абсолютно спокойно падая. Почти никто не заметил, как на мостовой одним человеком стало меньше. Какая-то женщина подскочила к юноше, что промывал мне мозги, и начала что-то у него спрашивать. А я тонул. Рядом образовался еще один парень, он посмотрел в сторону реки, начал говорить про то, как кто-то недавно аналогично покончил с собой. А я тонул. Паренек с волосами цвета подсолнуха был в шоке еще добрых шесть секунд, но затем быстро скинул с себя некоторые вещи и перемахнул через перила моста. А я то… Стоп, что? И он тут же спрыгнул, намереваясь спасти меня. Он ненормальный? Я все равно сомневался в его адекватности, пока тонул. Честно говоря, все это я не думал. Это пришло мне на ум уже после того, как меня спас этот мальчишка, этот глупый юноша. – Зачем? Вот зачем это нужно было делать? Я не умел плавать. За всю свою жизнь я так ни разу и не решился посетить секцию по плаванию. Честно говоря, вода меня никогда не манила. – Тебе повезло, что сейчас лето! Я даже не понял, зачем он это сказал. Было бы глупо падать в реку зимой. Я бы просто получил перелом и все. И никакого самоубийства. – Я бы все равно тебя спас! Чего ты пытался добиться?! Он продолжал кричать, будто я как-то его друг. Но я не был даже его знакомым. Я понятия не имел, кто он такой. – Ну и чего ты молчишь? Вдруг он уставился на меня своими ярко-небесными глазами и смотрел. Смотрел пристально, долго. Пока я вдруг не посмотрел на него в ответ, хмуря брови. Это уже вошло в привычку. Столько лет я прожил с одним выражением лица. – А что мне говорить? Я спрыгнул, потому что хотел. Потому что мне надоело слушать твои причины, чтобы жить. Я ответил максимально честно, отчего тут же на его лице заметил самые разные эмоции. Они переливались настолько ярко, что я даже восхитился. Это было необычно, неординарно. Захотелось заснять на видеокамеру, но ее не было под рукой. Да и нигде ее не было, я же был в абсолютно мокрой одежде из-за своего прыжка. – Я старался, между прочим! Пытался рассказать тебе о том, какие счастливые могут быть у тебя дни в дальнейшем, если ты будешь ценить свою жизнь, а не вести себя, как слабак! – он словно выплюнул последнюю реплику мне в лицо, а потом вдруг закрыл его руками, понимая, что говорить такое суициднику – последнее дело. Однако я задумался. Это действительно было правдой. – Ну, и что? Веду себя так, потому что меня уже достала такая жизнь. Последний гвоздь в крышку гроба был забит, вот я и оказался на этом мосту. Я сделал вид, будто рассказал о чем-то абсолютно обыденном. Как приготовил омлет, например. Но парень посмотрел на меня с каким-то вопросом и жалостью, словно спрашивая, что же произошло. Мне не хотелось говорить. – Единственное, с чем все было хорошо, так это работа. Начальник у меня нормальный, зарплата стабильная, все хорошо. Я проводил за ней большую часть своего времени, поэтому моя… вторая половинка начала игнорировать мои звонки. Это было первое, что я заметил. Из странностей. Но я закопался в работу так, что единственное обстоятельство, заставившее меня из нее выйти – смерть моего отца. Потом были похороны, я долго не мог прийти в себя. Пытался отвлечься. Звонил любимому человеку, но в ответ слышал либо краткие ответы, либо «давай я перезвоню позже». В конце концов, просто приехал туда, – мне даже захотелось закурить, пока я рассказывал этому парню историю последнего месяца своей жизни. – И обнаружил, что мне изменяют. Он аж сморщил нос, будто ему тоже стало больно. Это показалось мне странным, но я промолчал. Неужели у него настолько сильная эмпатия? – Я, конечно, тебе не советчик, – но ты все равно что-то посоветуешь, да-да. – Но, знаешь, можно же попытаться жить дальше. Я бросил на него скептический взгляд. Да ладно? – С юношеского возраста говорил, что застрелюсь в тридцать пять. Три года уже прошло, а так и не застрелился. Я усмехнулся. Он сглотнул. – Знаешь, а пойдем со мной! Я покажу тебе кое-что, – он надел на себя сухую футболку, которую оставил ранее на мосту, и тут же схватил меня за руку, но я отдернул свою ладонь. – Куда это? Доверять незнакомцу было бы крайне глупо, поэтому я прищурился и посмотрел на парня с вопросом. Он же фыркнул и закатил глаза. Больно хотелось показать, как он недоволен, ага. – Хочу показать тебе то, ради чего стоит жить! Одну из вещей. Огоньки в его глазах начали гореть еще ярче. Мне даже стало на мгновение страшно, но я сделал шаг вперед. Допустим, меня заинтересовало его предложение, но я все равно буду относиться к этому скептически еще какое-то время. – Давай, пойдем! И мы пошли. Километр за километром. Я даже успел высохнуть. Он задавал мне разные вопросы, крутился вокруг меня, бегал, рассказывал о своей учебе и ерошил свои светлые волосы. Меня будто поместили в колесо для хомяка – настолько все было быстро, такой круговорот. Однако я быстро к нему привык, адаптировался. – И долго нам еще идти? – Почти пришли! Меня интересовало, куда мы вообще доберемся такими путями, потому что, судя по всему, мы уже были за чертой города. Мы гуляли возле небольшого лесопарка, возле дач. И вот, в какой-то момент он завернул за угол и сказал, что надо идти еще метров двести. – Смотри. Я обернулся и тут же взглядом уперся в большой камень, за которым виднелось озеро и прямой путь в закат. Действительно красивое зрелище. Сам бы я никогда не нашел это место, так как никогда не любил гулять по каким-то незнакомым мне местам в поиске приключений. – Давай сядем. Он тут же уселся на камень и пригласил меня рядом. Я не стал отказываться. Лишь посмотрел вперед. Где-то дальше были слышны тихие крики уток, да детей, а также рыбаков. Тут было уютно. Чудесный вид также подогревал интерес к данному месту. Мне стало любопытно, как вообще он нашел это место, но я не стал озвучивать свой вопрос, лишь внимательно посмотрел на юношу с ярко-небесными глазами. – Я раньше тут жил. Потом переехал в центр вместе с другом, но мои родители до сих пор остались в этом районе, поэтому приезжаю сюда регулярно, или прихожу, как мы сейчас. В детстве я часто гулял именно тут, так и нашел это место. И все тут же стало понятно. Я хмыкнул и огляделся по сторонам. Рядом даже никого не было, это удивляло. – Тут мало кто бегает, поэтому редко можно встретить людей. Он словно читал мои мысли, но на самом деле просто рассказывал об этом местечке подробнее. Мне было интересно, в принципе, пусть я и молчал. И только я посмотрел куда-то вбок, как тут же почувствовал, как он придвинулся ближе, а затем тихо вздохнул. – На самом деле, найти смысл для жизни не так уж и трудно, как тебе может показаться. Наша планета, наша страна, да даже наш город хранит в себе множество прекрасных мест, эстетическим видом которых ты можешь насладиться. Это может стать одним из смыслов. А остальные я также помогу найти. Обернувшись, я заметил, что он улыбается. Странно, но за весь этот день он сделал это впервые. Пусть и казался мне позитивным юношей, улыбку на его устах можно было увидеть редко. – Смысл номер один: красивый вид заката с этого камня. Он показал рукой на закат, а затем кивнул сам себе. – Смысл номер два: интересная болтовня со мной. Знаю, смысл сомнительный, но зато он есть! – рассмеялся он и посмотрел на меня очень внимательно, следом тыкая мне в щеку. – Смысл номер три. И тут же поцеловал в то место, куда ранее ткнул подушечкой пальца. Я замер ошеломленный. Что это сейчас было? – Какой есть, но пусть это тоже будет смыслом. Согласен? Хотелось ответить «нет», ведь что он себе вообще позволяет, какого черта делает и зачем? Мне было не понять его намерений, я все еще не мог отойти от вечернего происшествия на мосту, как он тут же удивляет меня еще раз. Безумно хотелось встать и уйти, дабы увидеть негодование на его наивной и милой мордочке, однако… Одновременно с этим хотелось также и согласиться. – Я подумаю.