Маленькая Госпожа Лилит

— Госпожа, прибыл господин Рихтер. — Пусть войдёт, — лениво бросила Корделия, не отрывая взгляда от своего отражения в зеркале. Канато, который тоже находился в спальне матери, лишь на секунду прекратил болтать с Тедди, бросая секундный взгляд на матушку, но после опять ввязался в разговор. Его сейчас это не волновало. Важнее было ввести его нового друга в курс дела. Рассказать о жителях дома, о непослушных братьях, о прекрасной матушке, которой нравится его пение. О его мечтах, чувствах, эмоциях. Тем для обсуждений было много, так что не хотелось отвлекаться. Служанка молча поклонилась и впустила гостя. Рихтер грозной походкой вошёл в комнату, сразу же засматриваясь на вампиршу, не произнося ни слова. Она была… прекрасна. Длинные шелковистые волосы, спускались волнистым водопадом по обнажённой спине. Белоснежная бархатная кожа, без единого изъяна так и манила к себе. Ядовито зелёные глаза, что сейчас даже не смотрели на него, горели ярким огнём, заставляя смотреть только на них, подчиняя полностью человеческую волю. Такой женщине хотелось подчиниться. Такой женщине хотелось поклоняться. Хотелось быть рабом у её ног. Вампир был готов на все, лишь бы она разрешила быть рядом подле неё, и зная какую имеет над ним власть, Корделия охотно этим пользовалась. — Рихтер… — томно протянула, разворачиваясь к гостю лицом, — какая неожиданность… — зелёные глаза хитро прищурились, отчего стоящего напротив мужчину бросило в жар. Настолько, что он даже забыл, для чего она его сюда позвала. Вот эти путы о которых он говорит. Подобно пауку она заманивает в свои сети жертв, которые даже не подозревают о ловушке. И к своему ужасу он признавал — за ним ловушка уже захлопнулась. Она могла свести с ума одним лишь взглядом. Женщина перед ним умела пленять мужские сердца. Даже сердца бессмертных. Которых, как поговаривают, не существует. Самой Корделии безумно нравилось какое впечатление она производила на мужчин. Бедный Рихтер просто потерял дар речи. А этот пламенный взгляд… Хотя стоит признать, что он был её самым полезным любовником. Полезным настолько, что когда младший из тройняшек, Райто, предложил его убить (при этом разговоре он её очень позабавил), она лишь отмахнулась, думая какую пользу из него можно извлечь. Только вот приходилось периодически давать ему свою кровь. Но да ладно, для достижения её целей ей ничего не жалко. Чтобы хоть как-то прийти в себя, вампир прошёлся взглядом по комнате, и к своему удивлению, в углу он заметил маленького Канато (если он не ошибался), с какой-то странной игрушкой в руках. Мальчик даже голову не повернул в его сторону, продолжая что-то говорить игрушке на ухо. Со стороны выглядело это жутко. Даже для мира вампиров этот мальчишка был ненормален… Неужели они будут обсуждать все важные дела при ребенке? Хотя о чём он говорит. Подобные выходки были как раз в стиле его возлюбленной. Пора бы уже перестать удивляться подобным вещам. Заметив его взгляд брошенный на сына, Корделия грациозно подошла к мужчине снова переключая все внимание на себя. — Он нам не помешает, — томно прошептала, вызвав мурашки по коже у вампира. — Этот ребёнок слишком увлечён своей новой игрушкой. — она бросила мимолетный взгляд на Канато, который даже не обращал на них внимания. — Этот мальчик… Он будет любить меня несмотря ни на что, поэтому тебе нечего переживать, Рихтер. И если слова его не переубедили, то нежные прикосновения, и этот томный, он бы даже сказал интимный шёпот, полностью убедили его не возвращаться к этой теме. — Слушай, Рихтер. У меня есть к тебе одна просьба. — настало время посвятить его в часть своих планов. — Ко мне? — удивился вампир. — Что бы это ни было, я, само собой готов выполнить… Корделия легонько усмехнулась, наблюдая с каким рвением он готов выполнять её поручения. Нет, не так. Приказы. Это слово её более устраивало. — Мне бы хотелось, чтобы Аято стал преемником Карла. Стал Королём вампиров, как я и желаю. Я ведь неоднократно об этом говорила, да? — мужчина кивнул, молча подтверждая её слова. — Но… как ты можешь знать, мальчик он безрассудный и довольно быстро теряет самообладание. Чтобы возглавить клан, необходимо быть предусмотрительным, чего в нем ни на грамм. — Хех, да уж, — горько усмехнулась Корделия — Он иными словами едва ли годится на роль Короля. Какая же я, должно быть эгоистка… — но тут её взгляд и тон резко стали серьёзными. — Однако именно у него более других ярко выражена тяга соревноваться. Если он возьмется за что-то, у него все точно получится. Думаю, именно такое качество необходимо тому, кто стоит над всеми. Даже Карл согласился бы со мной — на этих словах Рихтер недовольно скривился, со злостью сжимая руки. Но Корделия даже не обратила внимание. — И тогда Аято несомненно… — Послушай, Рихтер — прямо посмотрела, Корделия, выбивая одним лишь взглядом все мысли из головы. Злость на брата улетучилась. — Если однажды этот день все-таки настанет, не мог бы ты стать наставником Аято? — Я?.. — удивился Рихтер. — Да-да верно. — Корделия кивнула подтверждая свои слова. — Если ты будешь рядом с ним, благодаря твоей поддержке он несомненно достигнет поразительных результатов. — Поэтому… — вампирша понизила голос до интимного шепота. — Пожалуйста, Рихтер. Только ты можешь исполнить моё желание. — с этими словами она поднесла руку к его лицу, заставляя смотреть только в глаза. Хотя в этом не было необходимости, он и так был ею очарован. — Этого мальчика… — наклонилась к нему ближе опаляя горячим дыханием ухо. — Сделай Аято Королём. Прошу… — Корделия… — мужчина тяжело вздохнул, пытаясь взять себя в руки, но было видно, что это давалось ему с трудом — Так и быть. Обещаю тебе, я все исполню. Женщина лукаво улыбалась. Рихтер полностью под её контролем. Все складывается так, как она желает…

***

На ярмарку в Скарборо держишь свой путь? Петрушка, шалфей, розмарин и тимьян Былую любовь я желаю вернуть Найдешь ли мне ту, что вспомнит меня? Из батиста рубашку пусть сошьет мне сперва Петрушка, шалфей, розмарин и тимьян Без иглы и без нити, без ножниц, без шва И я полюблю ее навсегда Пусть полощет в ключе, где сухая вода Петрушка, шалфей, розмарин и тимьян Где ни снег и ни дождь не шли никогда И я полюблю ее навсегда Попроси на терновом кусту просушить, Петрушка, шалфей, розмарин и тимьян где бутон не смогла роса пробудить И я полюблю ее навсегда Подарок ее принесет в сердце свет Петрушка, шалфей, розмарин и тимьян пусть просит, что хочет, та дева в ответ И я полюблю ее навсегда… Канато стоял возле диванчика на котором лежала его дорогая матушка, напевая эту песню. Его маме она безумно нравилось, потому он всегда её пел, даже когда она не просила. Эта песня всегда поднимала ей настроение, она говорила что у неё кровь начинает бурлить от его пения. Но в этот раз не только матушка его слушатель. Тедди, которого он крепко сжимает в своих руках, впервые слушает его пение, потому в этот раз он старался особенно сильно. — Молодец, Канато, — как только он закончил Корделия положила свою руку на его волосы, приглаживая их. Этот жест, с её стороны был его лучшей наградой. Осталось теперь только у Тедди узнать, что он об этом думает. Но в душе он уже чувствовал — Тедди был доволен. — Эта песня пробуждает во мне новые чувства, заставляет сердце трепетать… — Корделия приложила руку к своему сердцу — Канато, моя певчая птичка, как ты хорошо её поешь. Эту балладу очень любит тот человек, я ведь уже говорила об этом не так ли? — скорее самой себе сказала Корделия, вставая с диванчика. — Потому она не может мне не нравится. — все её действия сопровождались восторженным взглядом Канато, который не мог налюбоваться на матушку. Все что она делала, все что она говорила, все это он считал прекрасным. Ведь иначе быть не может. Его дорогая матушка идеальна. А после того как она подарила ему Тедди, она стала для него что-то вроде Бога для людей. После разговора с дядей (который он внимательно вместе с Тедди слушал, несмотря на слова матери), мама была очень довольная и счастливая. В последнее время это было редкостью. После того как отец начал очень часто появляться в особняке, матушка изо всех сил старалась привлечь его внимание. Она одевалась более изысканно, занималась детьми, и не устраивала скандалы с госпожой Беатрикс как ранее, но все было напрасно. Он просто не замечал её. Всё свое время в доме отец проводил или в своём личном кабинете, к которому никто не приближался, занимаясь важными делами, или же с сестренкой Лилит. Почему именно с ней Канато не понимал. Она ведь совсем маленькая. Как с ней может быть интересно? Хотя мальчик глубоко в душе признавал — ему безумно нравилось что младшая сестра почитала его и видела в нем старшего брата, в отличие от Райто и Субару, которые не хотят его слушать. Да и Тедди она кажется понравилась, хотя он ему про неё ещё толком ничего и не рассказывал. В отличие от братьев которые просто посмеялись над ним и назвали малышом, потому что он ходит с игрушкой, Лилит даже спросила его имя, и назвала его оригинальным. Только он не знал что в этом имени такого оригинального, но она посчитала так. Наверное этим она и понравилась Тедди. Если она с его новым другом начнёт дружить, то он будет не против. Пока Канато находился в своих внутренних раздумьях касательно сестры, Корделия прокручивала в своей голове детали плана. Одна из целей была достигнута. Теперь ей не нужно было волноваться по поводу обучения Аято — Рихтер позаботится о нем. Вот только — она ухмыльнулась — у неё должна была произойти ещё одна встреча. Только сначала… Бросив взгляд на настенные часы, которые равномерно тикали, нарушая здешнюю тишину, Корделия кое-что вспомнила и нахмурилась. — Канато, — обратилась к нему Корделия. — Да матушка? — тут же отозвался Канато подпрыгнув на месте. — Ты не знаешь где сейчас находится Аято? — поинтересовалась Корделия у сына. Сейчас по времени Аято должен находиться в замке и заниматься уроками, но своим вампирским нюхом она не улавливала его присутствия. Неужели он снова сбежал резвиться с Райто в саду? — Аято… — немного поник Канато — Я не знаю матушка. В последний раз я его видел вместе с Райто. — Вместе с Райто значит… — она скривилась — Вот сорванец! — пока она ему пробивает дорогу в будущие, малец игнорирует её приказы, и продолжает самовольничать. Итак, в последнее время Карл стал уделять много времени сыновьям Беатрикс, что дико раздражало женщину, так ещё и Аято ведёт себя недостойно. Учителя все чаще и чаще жалуются на наглое поведение Аято. Так ещё и Беатриче подливает масло в огонь. Ох, как её раздражал этот взгляд полный превосходства каждый день во время трапез. Как она хотела в эти моменты выдрать ненавистные синие глаза. Но она терпит. Только вот надолго ли её ещё хватит. Тут в комнату после двух коротких стуков и после разрешения Корделии войти, в комнату прошла горничная. С лёгким поклоном она спросила нужно ли что-то. — Отведи Канато в его комнату — резко проговорила Корделия игнорируя как искосилось после этого лицо мальчика — Потом я жду тебя здесь, есть разговор — по красноречивому взгляду которым окинула её госпожа, девушка поняла что разговор предстоит нелёгкий. Покинув вместе с господином комнату, они направились в комнату Канато. Она шла сзади мальчика следуя за ним. Как она успела заметить госпожа, была недовольна, и скорее всего причина была в господине Аято. Этот мальчик был непослушен, и взбалмошен. Как бы госпожа Корделия не старалась с ним бороться, как бы она его не наказывала толку от этого было мало. Он был просто неуправляем. И если уже сейчас он такое творит, то что же будет дальше. — Я же тебе уже говорил что мама печётся об Аято, — прозвучал голос господина. — Что? — Девушка недоуменно нахмурилась. С кем он говорит? Она хотела бы ещё раз переспросить, но мальчик продолжал. — Но это только от того, что он первый сын. Ведь если бы не это, она бы его вообще не любила, — истерично хихикнул Канато. — Нет, не так, она бы даже не смотрела в его сторону. Статус старшего, вот, что у него есть, вот и все… — он перешёл на шёпот, так что последние слова девушка смогла уловить лишь отчасти. — Но не стоит забывать, что есть ещё Шу и Рейджи, и когда матушка поймёт, что Аято с ними не сравнится, то бросит, словно ненужный инструмент. И тогда… — его глаза засверкали, — и тогда я смогу… — запнувшись на полу слове, мальчик застыв истуканом посреди коридора. Девушка остановилась за ним, пытаясь понять что тут происходит. Не успела девушка и глазом моргнуть, как мальчик оказался подле нее, больно хватая за руку. От резкой боли она вскрикнула. Она попыталась вырвать руку из захвата, но бесполезно. Куда ей обычному человеку, к чистокровному вампиру. — Г-господин Канато, — прошипела сквозь зубы, пытаясь держать в себе крики боли. Но вампир полностью игнорировал её слова. Вместо этого он поднёс игрушку в его руках к её лицу, так что теперь она могла созерцать странного медведя, с чёрной, словно у пирата повязкой на глазу. — Смотри, Тедди, — обратился он к медведю. — Это человек, — уточнил он, смотря в безжизненное лицо, — я сегодня тебе расказывал про них. Помнишь? Конечно, помнишь. — Через секунду мальчик ответил. — Как же иначе? И как я тебе уже ранее говорил, люди — это бесполезные существа, которые способны только прислуживать вампирам, и отдавать нам свою кровь. А самое забавное в них… — он сжал её руку сильнее, понемногу выворачивая её, да так, что слезы боли и отчаяния покатились по её щекам, а глухой крик вырвался из груди. — Что они абсолютно беззащитны. Представляешь? — Восторженно рассказывал игрушке в его руках, игнорируя мольбы девушки остановится. Послышался оглушающий хруст. Протяжный крик прозвучал в коридоре. Подхваченное эхом он протянулся далее. Он был настолько сильным, что возможно его услышали и во втором крыле. От болевого шока девушка упала в обморок, окунаясь в такую желанную для неё тьму. Больше выносить это мучение она была не способна. Мальчик недоуменно посмотрел на искривление в гримасе боли лицо. В недоумении он несколько раз потряс её, думая, что так она очнется. Но сколько бы он не тряс — она молчала. Сразу же на глаза опустилась пелена равнодушия. — Сломалась, — он отбросил её извергнутую руку словно мусор, брезгливо вытираясь об штаны. — Теперь она не интересная, поломанная. — он выглядел разочарованным. — Зачем мне нужна поломанная игрушка? Да, Тедди, — снова развернулся в своему другу. — Ты прав, пошли найдём чем заняться. Кажется Аято и Райто должны быть в саду… И исчез, оставив девушку на полу дожидаться помощи.

***

— Ты наконец-то пришла, — сказала Корделия, наблюдая как юная вампирша заходит в комнату. — А я уже собиралась посылать девушку за тобой. Ну ладно — неряшливо от этого отмахнулась, — ты как раз вовремя. Стоящая перед ней девушка, после лёгкого поклона, подошла к своей госпоже. — Видимо я всегда чувствую, если вам что-то надо, моя госпожа, — по легкой улыбке мелькавшей на лице госпожи, девушка догадалась что она находится в очень хорошем расположении духа. — Что-то случилось? Зелёные глаза перед ней опасно засверкали. — Мне кажется, это ты должна знать, что случилось. — с виду безмятежным голосом проговорила Корделия, но девушка слышала её недовольство. — Тебя не было несколько дней. Ты — мои глаза и уши в этом доме и должна находится постоянно тут, так почему же я узнаю о твоём исчезновении совершено случайно? Несмотря на крик, сотрясавший всю комнату, девушка оставалась абсолютно спокойной. Точнее быть, она уже привыкла к такому поведению своей госпожи. Она с ней уже долгое время, ещё наверное с тех времен, когда госпожа была девушкой на выданье, а не первой женой Короля Вампиров. Их связывало многое. Потому несмотря на её крики и угрозы, девушка была спокойна. — Госпожа, у меня были серьёзные причины покинуть особняк, не сообщив вам. — Ну и что же случилось? — Корделия сбавила тон, усаживаясь на кресло. — Тот человек, который дал вам яд, способный убить вампира, передал вам это — она достала из кармана новый флакон. — Он связался со мной недавно, и сказал чтобы вы забрали продукт. Я не хотела говорить вам чтобы не тратить время, потому сразу же отправилась. Если бы я задержалась, у вас могли бы быть неприятности. — За тобой велась слежка? — Корделия приняла из её рук сосуд, задумчиво перебирая руками. Если её обнаружили это плохо, тогда у неё могут быть проблемы — Нет, но я все равно не хотела пренебрегать осторожностью. Правая рука господина в чем-то подозревает меня, и потому не спускал все эти дни с меня глаз. Я смогла улизнуть, только в то время когда он был занят принцессой. — Занят принцессой? — удивлённо переспросила Корделия. — Да, — девушка кивнула. — Насколько я поняла, они тренировались в саду. — Тренировались значит… — она что-то обдумывала, — интересно, а когда я просила его потренировать Аято, он мне отказал. Ладно, сейчас не про это. Молодец, что не поставила меня в неудобное положение. Но в следующий раз подай хотя-бы какой-то знак. Я думала что ты уже мертва. — Я это учту, моя госпожа. Я хотела бы у Вас спросить, — после легкого кивка от своей хозяйки она продолжила, — насколько я поняла, это не тот яд, который подливался госпоже Кристе до этого, а что-то другое. Неужели вы собираетесь отравить ещё кого-то? — Нет, этот яд предназначен для нашей дорогой Белой Розы. — последние слова она проговорила с очевидным отвращением. — Но, как я говорила ранее, избавится от неё нужно было так, чтобы это выглядело естественно. Несмотря на то, что Карл её игнорирует, он бы не спустил с рук её убийство. Потому пришлось находить подходящее решение. И через свои связи я смогла связаться с одним человеком, который специализируется на ядах. Но обычный яд в этой ситуации не подойдёт. Если начнётся исследование его быстро обнаружат, а всю вину повесят на меня. Потому мы с ним смогли найти альтернативу. Чтобы провернуть эту идею нам пришлось использовать яд, который действует в два этапа. — То, что мы добавляли эти три с половиной года, лишь подготавливало её организм к принятию этого, — она покрутила в руках бутылочку. — Теперь, как только она начнёт принимать его, оно будет убивать её изнутри, медленно уничтожая и сводя с ума. — Она улыбалась своим словам. — Но подозрений это не вызовет, ведь всем известно о её безумствах. Конечно придётся подождать, но я готова идти на такие жертвы. Моё томительное ожидание окупит себя. — Ещё немного, — она подошла к окну, созерцая одиночную башню, — и наша Белая Роза увянет навсегда.