Muggle games

— Да ты шутишь, — запустив руки в карманы, ошеломлённо пробормотал Малфой.  — Может быть, — с деланным равнодушием пожал плечами Нотт. — У тебя есть варианты получше?       Драко отрицательно мотнул головой, прикусив щеку изнутри.  — Тогда выход очевиден, — произнёс Теодор. — Я заколдовываю бладжер, а ты отдаёшь эту побрякушку, — он взглядом указал на его ладонь.       Малфой опустил взгляд на кисть правой руки. На безымянном пальце в тусклом свете блеснул серебряный перстень-печатка с изображением змеи. Это украшение Люциус подарил ему в начале третьего курса, хотя «подарил» — громко сказано.       Драко вспомнил лицо отца, когда тот передавал ему перстень. Поджатые губы и ледяной взгляд. Обжигающе-ледяной взгляд.  — Сделай так, чтобы я не пожалел об этом, — одними губами произнёс Люциус, натягивая на своё лицо улыбку.        Малфой засомневался. Последняя вещь, которую отец оставил ему. Последняя, и наверняка, единственная. Возможно, это как-нибудь поможет ему избавиться от преследующего его образа Люциуса, появляющегося в его мыслях и возрождающегося в его снах.        Плевать, что это семейная реликвия. Плевать, ведь он ненавидел отца, он ненавидел свою фамилию за то, что какие-то шесть букв могли диктовать ему как жить, как вести себя, с кем общаться, кто должен быть твоим другом, а кто — врагом. Эта вещь — единственная, которая до сих пор напоминает о нем, воскрешая Люциуса в глазах Драко. Посмотрев на змею, выгравированную на округлой площадке, он аккуратно снял перстень с безымянного пальца правой руки и, слегка подкинув его в воздухе, словно взвешивая, передал украшение Нотту.  — Договорились, — подмигнув Малфою, он убрал перстень-печатку в карман брюк и вышел из туалета.        Однако, вопреки ожиданиям Пэнси, уделять меньше времени тренировкам Малфой не стал. Он проводил на поле столько же времени, как и до её «гениального» плана.        Драко казалось, что время замедлило свой ход. Слизеринец был в предвкушении матча, поэтому все его мысли сводились только к одному. Каждый урок он мечтал о том, как по его окончанию он отправится на поле; он мечтал, что прохладный ветер, который обдувает его со всех сторон, сможет вытеснить всю ту тяжесть, накопившуюся у него в груди; мечтал, как сядет на метлу и, оттолкнувшись, взлетит, растворяясь в тишине без Паркинсон, Нотта, Крэбба, Гойла и всех остальных раздражающих его людей, а таким был весь Хогвартс.       После разговора с Теодором прошло две недели. А это означало, что приближается тот день, ради которого Драко жил последний месяц. День, когда он сможет показать себя. Показать, чего он стоит и что из себя представляет. Доказать отцу, что он достоин носить фамилию Малфой, если достоинство до сих пор считается синонимом к этому громкому слову. Доказать себе, что он достоин жить и его жизнь не бессмысленна, как и сам Драко. И если последние две недели время словно замедлило свой ход, то в этот день оно мчалось с невероятной скоростью.        Зайдя в Большой зал с утра, он поздоровался с командой, которая заметно нервничала. Присев за стол, Малфой кинул быстрый взгляд на Нотта, и тот кивнул ему в ответ. Посмотрев на огромный ассортимент еды, представленный на длинном столе, Драко понял, что совершенно не голоден. А если быть точнее — ему кусок в горло не лез. Взяв кубок с какао, слизеринец натянул на себя самоуверенную улыбку.

Вспышка.

       Малфой взглянул на небо, откуда начинал накрапывать дождь. Закатив глаза, он зашёл в раздевалку, где уже собрались почти все участники сборной. Кивнув Ургхарту, Драко взял свою метлу.       Прозвучал длительный гудок, оповещающий о начале матча. Гриффиндорец, которого он не знал, начал свою речь:       «Дамы и господа, приветствую вас на ежегодном Чемпионате Хогвартса по квиддичу! В сегодняшнем матче будут соревноваться сборная Гриффиндора и сборная Слизерина. Давайте поприветствуем команды!»        Трибуны взорвались криками и аплодисментами. Малфой сел на метлу, приготовившись вылетать на поле. Выпустив древко из левой руки, он с удивлением обнаружил, что его ладошки вспотели.       «Какого черта?» — пронеслось у него в голове. Какого черта он так нервничает?       Приняв это за обычное волнение, пусть и нетипичное для Драко, он шумно выдохнул и, оттолкнувшись, вылетел на середину поля, где чуть не столкнулся с Гарри.  — Боишься, Поттер? — притормозив и поравнявшись с гриффиндорцем произнёс юноша, усмехнувшись.  — И не мечтай, Малфой, — выплюнул тот в ответ.