7 Days: after

Кирелл Ещё некоторое время мы с Балаамом разговариваем практически ни о чем. Парень не сводит глаз с меня, а его лицо выражает сильное беспокойство: он все хуже и хуже скрывает свои чувства. Когда напарник остаётся наедине со мной, все его мысли отражаются на нем. Интересно, дело в том, что я узнала его лучше или..?       Балаам прекрасно понимает, что мне сложно обсуждать детали предстоящего нам дела, однако это не может продолжаться вечно. Я произношу лишь одно слово:        - Когда? Парень сразу понимает, о чём речь, и перехватывает инициативу.        - Нам уже известен его адрес, остаётся совсем малость: нужно лишь проникнуть в квартиру. Балаам ненадолго выходит из комнаты, а возвращается с одним из пакетов, который ему пришлось бросить на пороге в тот же момент, когда я бессовестно прыгнула в тёплые объятия союзника.        - Говорю сразу: опыта в таких вещах у меня, к счастью или сожалению, нет, а знакомых привлекать опасно. Парень извлекает предмет и в его руках оказывается связка странно изогнутых предметов - должно быть, это отмычки.        - Тянуть нельзя - неизвестно, есть ли у нас преследователи - поэтому идём сегодня вечером. Тебе стоит хорошенько отдохнуть.       На этой ноте Балаам обнимает меня и покидает.       Воспоминания лишь ждали этой минуты - стоит мне оказаться в одиночестве, и я попадаю в западню. Это уже не минималистичная спальня, это замкнутая камера для пыток, напоминающая коробку, обои на стенах которой стягиваются и наливаются мраком ночи. Мне хочется кричать и биться в истерике, разбивая кулаки в кровь и ломая бетонные перегородки.       Время мучительно тянется, я понимаю это лишь потому, что где-то в этой клетке есть часы, мерно отсчитывающие приближение неизбежного:        - Стук-стук-стук…       Ужасная комната, ставшая местом моего заточения, вдруг озаряется тусклым светом, и я осознаю, что нахожусь не в спальне: на потолке покачивается от сквозняка лампочка, тускло освещающая старый стол и пару стульев и порой погасающая.       Присаживаюсь на один из стульев и чувствую, как на моих руках и ногах стягиваются ремни. Внутри все холодеет: как я могла не заметить их?! Дыхание неизвестного непривычно горячо касается моей шеи и заставляет волосы подрагивать под напором струи воздуха. По телу пробегают мурашки: я хочу освободиться, хочу уйти, хочу закричать, но не ощущаю и капли сил сопротивляться: мне стало безразлично все происходящее, даже при том, что оно разжигает во мне непомерный ужас.       Неизвестный проходит по направлению к своему месту и поворачивается ко мне. Кажется, я забыла как дышать.       Белоснежный халат накинут на плечи мужчины поверх чёрного свитера с высокой горловиной, на кончике носа расположились чёрные очки в крупной оправе, волосы уложены гелем, как у Карлайла Каллена. За линзами очков, словно в аквариуме плавает пара рыбок-глаз - самое странное то, что они действительно не смотрят на меня, а оглядывают окружающее пространство. В дополнение к безумным глазам идёт улыбка, застывшая в страшной насмешке. Наконец, взгляд Балаама - а это, несомненно, он - устремляется на меня.        - Детка, ты готова?        - К чему? - шепчу я и думаю о том, что это не мой голос.        - Как к чему? - Парень жутко склоняет голову на бок и опирается щекой на руку. - К путешествию по воспоминаниям, конечно.       Итак, дамы и господа, добро пожаловать в моё подсознание.

***

Парень укладывает одну руку на моё плечо и больно сжимает его.        - Повтори снова! От сдавленного крика, застрявшего где-то в груди, сердце бьётся, как бешеное.        - Не нужно! Нет! Я не хочу это вспоминать! Та же рука берет меня за подбородок и рывком поднимает мою голову так, чтобы мои застланные слезами глаза и дьявольские его встретились.        - Он заменил тебе матушку и отца, которого ты собственноручно грохнула. Он спас тебя и научил всему. Он - это ты. И ты не желаешь почтить его память, всего лишь восстановив в голове образ? Лицо парня искривляет отвращение, но проходит момент, и он выпускает меня и разражается громким смехом. От щелчка его пальцев передо мной возникает фотография, на которой я обнимаю Арго…        - Ты навсегда останешься его малышкой Кирелл, которую он хотел защитить от мирового зла, но не смог, потому что ты убила его. У-би-ла! Балаам растворяется в воздухе, а свет погасает. Теперь меня ничто не сдерживает, и я ударяю рукой злосчастные стены, ставшие невольными свидетелями моей пытки.        - “Не выходи из комнаты, не совершай ошибку”. - звучит голос за моей спиной и… я просыпаюсь в объятиях напарника, постоянно повторяющего моё имя. Страх в голосе и мокрая дорожка на щеке от единственной слезы - знак того, что он настоящий, а не тот, что был в кошмаре.       Его руки прижимают меня к себе, и сон уходит окончательно, обещая частично стать явью. На город опускается вечер.

***

Кирелл Справившись с дверным замком без труда и заставив меня усомниться в правдивости его слов, Балаам пропускает меня вперёд. Ноги подкашиваются, когда я переступаю порог так же, как делала это почти ежедневно целую вечность назад. Здесь мало что изменилось: ремонт явно не был фишкой хозяина. Шарф, висящий на спинке кресла, журнал, брошенный на столике рядом с кофейником, складки на пледе - всё выглядит так, словно Арго ушёл, но скоро вернётся, но я знаю, что этого никогда не будет. Удивительно, что спустя столько времени никого не обеспокоило его исчезновение. Когда он говорил, что у него нет ни единой родственной души, кроме меня, я думала, что он утрирует.       Проводя кончиками пальцев по стене, двигаюсь в сторону Балаама. Он стоит напротив одной из дверей.       Ещё до того, как синдикат выделил мне собственное маленькое убежище - крошечную грязную комнату, в которую я приходила только для того, чтобы поспать - я жила с Арго. Он передавал мне все свои знания, рассказывал о своей жизни, знакомил с секретами работы киллера и просто поддерживал. Формируя во мне волю и характер, он редко прибегал к ограничениям. Главным запретом в этой квартире для меня была комната, напротив дверей которой теперь стоял парень. Да, мне и раньше хотелось узнать, что там, но из уважения к своему наставнику, я никогда не нарушала пределы дозволенного.       Немой вопрос, утвердительный наклон головы, скрип петель...       Первое,что я увидела - та самая фотография. Моё улыбающееся лицо, короткая стрижка, голубенькое платье и руки, обвивающие шею Арго. На фоне красуется колесо обозрения, с которого мы только сошли. Этот день всплыл в моей памяти в мельчайших деталях. Да, даже если вы - малолетний убийца, это не делает вас меньше ребёнком и не отменяет восторга от развлечений. Арго часто заставлял меня забывать о том, какая мне уготовлена судьба. Помню, с его подачи я впервые попробовала алкоголь. Он всегда контролировал меня и не давал дойти до опьянения - думаю, сейчас я не чувствую меры потому, что пара серых глаз не следит за мной. Мне запомнилась атмосфера наших посиделок - тогда мне было около 16 - вечера, тёмные уголки улиц, бетонные плиты и освежающие холодные напитки, обжигающие горло.       Проходя мимо стеллажей с книгами, оружия, висящего за стеклянной витриной (место одного ствола пустовало) и прочих вещей, отличающих кабинет, мы подошли к самому его сердцу - сейфу.        - Ты знаешь его код? Имею ли я хоть один шанс знать его? Думаю, что да. Дата рождения Арго - слишком банально и совсем не в его стиле и потому, когда она не подошла, я не удивилась. 0711 - день и месяц, в который он стал частью синдиката тоже не имели значения. 0093 - ровно столько заданий выпало на его долю. Число также не являлось ключом.       Балаам начинал уставать от ситуации, но не терял самообладания. Обыск кабинета не помог. Казалось, что не было ничего, что подскажет нам верную комбинацию,но меня вдруг осенило. Парень покорно отошёл, поднимая руки в знак поражения. 1309 День, когда мы встретились.       Самонадеянно, но я решила испытать удачу.       Раздался щелчок, глаза напарника поползли на лоб, а я глубоко вдохнула, готовясь погрязнуть в прошлом.       В сейфе, помимо денег и ценных вещей, оказалось несколько папок, которые благополучно перекочевали в ручки довольного Балаама, и записная книжка.       Вторая представляла собой толстой собрание листов в кожаном переплёте со множеством вложений. Я молча передала её парню, но тот, открыв первую страницу и прочитав пару строк, смущённо закашлял и сказал, что это явно предназначается мне.       С замиранием сердца я приняла это предположение и стала читать то, что нагнало краску даже на столь бесстыжего молодого человека.

***

Дневник Арго Тринадцатого сентября моя жизнь обрела новый смысл. После всех безрадостных событий моей жизни я наконец обрёл то, чего искал.       Сегодня ровно год, как я нашёл Кирелл и ровно час, как я согласился перейти к её серьёзной подготовке. Она не знает, на что идёт… Горячий нрав и сердце, ищущее справедливости, со временем могут сыграть с ней злую шутку.

***

Кирелл продолжает набирать силу. Она удивительно быстро учится всему и ловит каждое моё слово.

***

Они послали Кирелл на безнадёжное задание. Она не вернётся.

***

Около полуночи раздался звонок в дверь. Девушка, стоявшая на пороге, мало напоминала мне мою ученицу: спутавшиеся волосы, капли крови на рваной одежде, слезы на глазах и безумный взгляд. Я никогда не смогу забыть эти глаза. Кирелл всю трясло, но она была жива. Это главное.

***

Счастье неуловимо, как бабочка, но я понял, что был счастлив в тот момент, когда я и Кирелл сидели на полу в гостиной. Я обрабатывал её раны, пока она пила вино и рассказывала все ужасы, что она пережила на задании.        - Ты мне как отец, - сказала Кирелл и уткнувшись мне в плечо, заплакала.       Моя “дочь” показала мне все, чего я лишился, выбрав свой путь. Бремя лежит на моих плечах и я знаю, что будущее не имеет радужных перспектив, однако в этот момент так и хочется верить в лучшее.

***

Первые шаги и успехи ученицы радуют меня куда больше собственных. Нам предстоит общее задание. Основной груз должен лечь на её плечи, однако я не допущу этого и стану тенью, которая подстрахует в случае опасности.

***

Девушка заметно изменилась после пары заданий - её глаза стали сосредоточенными и серьёзными, в речи стало меньше колкостей. Она часто остаётся одна и о чем-то размышляет, отдаляясь от меня и становясь загадкой.

***

Сегодня Кирелл попросила меня о знакомстве с Майком - пареньком-татуировщиком. Теперь, когда она собирает волосы в высокий хвост, окружающим открывается вид на изображение ворона. Я несколько раз задал ей вопрос, почему она выбрала именно этот рисунок. После нескольких уходов от ответа, она наконец призналась:        - Я несу смерть людям. Пусть те, кто встречается мне на пути, распознает этот сигнал. Так я не буду чувствовать, что не предупредила человека об опасности, которую скрываю.

***

Прошло уже больше месяца, как “дочь” переехала от меня. Синдикат мало доверяет ей, несмотря на тот факт, что я за неё ручаюсь. Мне так и не удалось доказать Карду, что Кирелл не предаст и не станет изучать охраняемые мной документы. Время от времени она навещает меня, неизменно обращаясь ко мне “старик “.

***

Подруга Кирелл - Хильда - подарила ей пару браслетов дружбы, один из которых девушка гордо повязала на моё запястье. Бордовая фенечка теперь украшает мою руку, показывая, что для Кирелл я по-прежнему имею значение. Всё-таки эта жизнь не для неё - она совсем как ребёнок.

***

На моей памяти не так и много ссор, которые происходили за время нашего знакомства. Девушка ушла, хлопнув дверью, потому, что я предупредил её об опасности, которая нависает над ней.       Кирелл нужна веская причина, чтобы убивать. Все мои уроки, в течение которых я внушал ей, что эмоции излишни, прошли мимо неё.

***

Она сломалась. Кирелл пришла ко мне ночью в слезах и умоляла помочь ей уйти. Она разбила посуду, изрезала руки осколками и кричала о том, что Хильда погибла не в простой аварии. По её словам, все было подстроено: глава мог опасаться того, что киллер проводит много времени с обычной девушкой.       Со дня смерти Хильды прошло уже много времени, а Кирелл почти каждую ночь приходит ко мне и устраивает сцены, но это обвинение прозвучало впервые. Я лишь спросил, с чего она это взяла, а она прошептала: “Они приходят ко мне каждую ночь. Вся моя жизнь стала сплошным кошмаром. Я убила их. Я убила Хильду. Сегодня она сказала мне об этом… “

***

Кард не мог её отпустить. Кирелл была слишком ценным наёмником: в нее было вложено много моих сил, как говорил он. В её нынешнем состоянии был один выход: устранить. Джейгермейер обещал послать на это Джонни (таких, как он можно увидеть разве что в худшем кошмаре), если я не сделаю это собственноручно.

***

Я больше не достоин её доверия. Сегодня мне предстоит избавить Кирелл от страданий, забрав её жизнь. Я не смогу с этим смириться никогда и потому в моём пистолете будет две пули. Каждый миг, проведённый рядом с дочерью пробегал прошлой ночью перед моими глазами. Она могла быть счастлива, если бы в тот осенний день я не позвал её за собой, если бы не раскрыл свою тайну и если бы не согласился её обучать. Я подписал ей смертный приговор тринадцатого сентября и считал этот день лучшим за всю жизнь. Я всегда буду виновен перед ней, и если существует Рай или Ад, я готов навечно остаться в котле, лишь бы стереть воспоминания…

***

Кирелл Я лежала на полу кабинета, и частые слезы размывали слова, написанные рукой Арго. Каждая его заметка передавала все эмоции и сопровождалась фотографиями. Страница с последней записью была заложена бордовым браслетом. Он снял его, перед тем, как пойти на последнюю, как он думал, встречу со мной. Оставить его на руке было бы лицемерием, а снять - трусостью. Он предпочёл второе, и благодаря этому решению теперь уже я завязывала браслет на своей руке. Моего давно не было: должно быть, его сняли в больнице, и потому я совершенно забыла об этом эпизоде своей жизни. Сквозь окна тёмного кабинета на меня падал лунный свет. Я продолжала читать, все больше погружаясь в тёмные уголки памяти.       За спиной раздались шаги. Они все приближались и приближались, пока наконец передо мной не возник силуэт Арго. Он выглядел крайне жутко: плащ обветшал и почти рассыпался, рубашка истлела и сквозь дыры в ней были видны кости, местами кровь запеклась, и ткань словно срослась с телом, один глаз был заклеен, а второй смотрел мутным взглядом так, будто пытался разглядеть меня, но не мог найти. Всюду пахло землёй с могил: я знаю этот запах, ведь мы нередко зависали там с наставником когда-то в прошлой жизни.       Арго протянул ко мне руку, а я лишь застыла и не могла даже увернуться. Он мёртвой хваткой сжал моё горло и поднял вверх так, что теперь его единственный глаз был наравне с моими.        - Ты… Ты убила меня. Знаешь ли ты, что наступает, если не пройти испытание? Я знаю, скоро это откроется и тебе, ведь ты последуешь за мной, Ки-релл. Я буду ждать тебя внизу. Там, куда не проникает свет солнца и где все мольбы о помощи имеют обратное действие.        - Внизу...внизу…внизу…внизу… - Эхом отозвалась в моей голове.       Арго расслабил кисть, и я рухнула на пол. Он ступил на блики, брошенные луной, и исчез, оставив лёгкую дымку.

***

Кирелл Я проснулась в холодном поту. Всё тело дрожало, а руки все ещё сжимали злополучный дневник.       Поднявшись, я не обнаружила Балаама в квартире, а потому поспешила убраться из неё. По пути к убежищу напарника я сожгла все фотографии и записи Арго, оставив лишь браслет.       Напарник открыл распахнул дверь и вовлек меня внутрь. Я мало понимала происходящее. Не помню, как я оказалась на мягком диване с кружкой кофе. Парень с сочувствием смотрел на меня.        - Почему ты ушёл? Почему ты позволил мне остаться одной? Он молчал. Не думаю, что это можно оправдать.

***

Тревога с новой силой охватила моё сознание после звонка в дверь.        - Разве мы ждём гостей? Видно, что Балаам удивлен не меньше меня. Парень выхватывает ближайший пистолет и приказывает мне спрятаться вглубь квартиры. Не на ту напал. Какая из меня боевая подруга, если я сейчас уйду?        - Кирелл… Послушай меня хоть раз в жизни! - Его голос дрожит и он судорожно целует меня в лоб, подталкивая в противоположном направлении. Что, если нас вычислили и это конец?        - Я буду рядом с тобой. Всегда. Несмотря ни на что. Сейчас я тоже пойду с тобой.       Прикрывая меня своей спиной, Балаам бесшумно движется ко входу. Признаков чьего-либо присутствия за дверью нет, от неизвестного посетителя остался лишь конверт молочного цвета. Все ещё подозревая неладное, Балаам проверяет лестничную площадку и парадную. Никаких следов.       Мы возвращаемся к себе. Теперь не до выяснения отношений.       Напарник уверенно вскрывает конверт и начинает читать вслух: “Мне известна вся ваша преступная деятельность. Первое, что вам двоим необходимо знать, не стоит опережать события. Не нужно срываться и бежать, разыскивая зацепки. Успокоиться и следовать указаниям - лучшее, что вы можете сделать.       Ровно в час ночи следующего вторника вы прибудете по данному адресу для выяснения обстоятельств. Прибудете не одни - это письмо станет последним, что вы прочитаете в этой жизни.       Я буду следить за вами 24/7. Если попытаетесь скрыться - я найду вас. Вам не спрятаться, я достану вас, где бы вы ни были. Так что ведите себя хорошо и слушайтесь меня. P. S. Тебе очень идёт платье, Ки-релл”       По телу пробежали мурашки. У меня появилось отвращение ко всему, что меня окружает: обстановка давит, Балаам молчит, кошмары все ещё свежи в сознании.        - У нас нет выбора. - Мрачный взгляд парня вновь скользит по строкам.