Часть 64
11 мая 2020 г., 20:17
В это время в Хогвартсе Минерва Макгонагалл сидела у себя в кабинете и листала старый семейный альбом. К ней в кабинет постучались.
— Да, да, войдите.
В помещение вошла второкурсница и села на стул.
— Профессор, мы можем поговорить?
— Да, мисс Грейнджер.
— Вам не страшно, что начались эти нападения?
— Страшно, а почему ты спрашиваешь?
— Я боюсь, что стану следующей.
— Не беспокойся, перед Рождеством придёт моя крестница, и всё прекратится.
— Я заметила, что вы часто ругаетесь с директором.
— Он виноват в смерти моих школьных друзей. На, посмотри это фото.
Профессор протянула фотографию.
— Кто на этом фото?
— Юлия Уайтт, Северус и Оливия Снейп, Джеймс и Лили Поттер, Сириус Блэк, Римус Люпин и Питер Пиддегрю на седьмом курсе.
— А это?
— Юлия и Лили перед седьмым курсом. На руках у Юлии её маленький сын Кристофер. А на этом фото истинный Том Реддл и Юлия. Именно она почувствовала его истинную натуру и помогла обрести семью. Он не злой сейчас. И будь аккуратнее с Уизли, они очень плохие люди.
— Вам плохо, профессор?
— Есть немного, а ты умеешь ставить капельницу?
— Да. А сейчас вам действительно лучше пойти и прилечь.
Грейнджер проводила профессора и помогла лечь на кровать, сняв мантию. Быстро осмотревшись, она начала готовить всё необходимое.
— Профессор, что с вами?
— Кажется, меня отравили чем-то.
— Понятно.
Гермиона протерла руку спиртом и ввела иголку прямо в вену.
— Как вы?
— Гермиона, прости за просьбу, не могла бы ты посмотреть за моим состоянием. А если ты заметишь, что мне стало хуже, то просто нажми на метку на правой руке, и помощь прибудет.
— Хорошо, отдыхайте.
Девочка села на стул и принялась читать книгу. Часы пробили полночь, профессор побледнела, и у неё начался сильный жар. Гермиона подбежала к постели и нажала на метку, а на голову положила влажное полотенце.
В это время Юлия сидела в своём кабинете и писала записи в блокноте. Она почувствовала зов и переместилась на него. Оказавшись в покоях крёстной, она вбежала в спальню. Она увидела, что женщина лежит на кровати вся бледная и полуобморочном состоянии.
— Что с ней?
— Она говорила что-то про огневиски и в случае чего просила нажать на метку на руке.
— Я тебя поняла, я ей помогу, а тебе лучше вернуться в свою комнату в гриффиндорской башни.
— А можно я останусь с ней?
— Нет. Я заберу её в больницу.
Юлия взмахнула рукой и девочка исчезла. А сама переместилась вместе с профессором трансфигурации из школы. Макгонагалл тут же доставили в реанимацию и подключили к приборам жизнеобеспечения.
— Что с ней?
— Пока не могу сказать, состояние критическое. Давление?
— 220\100 пульс 120 ударов в минуту.
— Температура?
— 39,9˚ С
— Срочно из моей лаборатории зелье 243 и 625 и всё необходимое для инъекции.
Медсестра всё принесла, и Юлия сделала два укола прямо в область сердца женщины. Давление и пульс пришли в норму, температура спала до 38.
— Фух, ей стало лучше. Но критическая ситуация ещё не миновала. Вот список зелий.
Таурель покинула палату и вернулась через десять минут.
— Вот здесь всё.
— Нам поставить, или вы сами?
— Я сама, принесите стойки для капельниц.
— Сколько?
— Пока две, а там будет видно.
Через пять минут стойки принесли. В это время Юлия уже поставила укол с жаропонижающим, и температура опустилась до 37,5. Принцвелл поставила капельницу с восстанавливающим зельем через катетер на правой руке и перешла к левой. Там она закрепила два катетера: один на локтевом сгибе, а другой на кисти руки. И поставила капельницы с кроветворным и укрепляющим.
— Через два часа поставишь повторно жаропонижающее, а я пока отдохну немного. А то двое суток без сна боком выйдут мне.
— Я вас поняла.
Юлия легла на кушетку и задремала, а Таурель заботливо укрыла её одеялом. Время пролетело незаметно, и наступило утро. Снейп первым делом осмотрела свою крёстную. Женщина до сих пор находилась в бессознательном состоянии. Температура тела, давление и пульс были в норме.
В это время в палате Снейпа. Проснулся он только следующим утром. К нему в палату вошёл мужчина в костюме целителя.
— Доброе утро, мистер Снейп.
— Доброе.
— Как вы себя чувствуете?
— Хочется пить и кушать. Рана не беспокоит.
— Позвольте, я осмотрю шов.
— Конечно. Что для этого нужно?
— Вытяните руки вдоль тела, остальное я сделаю сам.
Кристофер обработал руки и надел перчатки. Потом он откинул одеяло и поднял рубашку. После этого осторожно поднял повязку и осмотрел весь шов. Смазал заживляющей мазью и вернул всё на место. После этого он проверил жизненно важные показатели и направился за шприцом с лекарством и поставил укол в вену на правой руке. После этого он повернул к пациенту и пристально посмотрел на его лицо. А потом покинул палату.
***
Проснувшись утром следующего дня Юлия первым делом осмотрела свою крёстную, записала показания приборов. Только после этого женщина направилась в палату мужа. — Доброе утро, Северус. Как самочувствие? — Доброе, дорогая, смотрю ты чем-то обеспокоена? — Ночью Минерву забрала из Хогвартса в критическом состоянии. — Как она? — Стабильно-тяжёлое, но пока ещё не пришла в себя. — Это плохо? — Да, буду просить собрать попечительский совет Хогвартса и ставить вопрос об его снятии с должности поста директора. — Это правильное решение с твоей стороны. В этот момент в палату вошел Малфой. — Люциус, лучше скажи на милость у кого дневник Тома, иначе я покопаюсь в твоих мозгах. И твои ментальные блоки слетят ко всем чертям. — Он у Джини Уизли — Еб твою мать, Люциус, круциатусом тебя через империус. — сказал зельевар, гневно смотря на друга. — Я в Хогвартс за дневником и отдам настойку. — Постарайся не прибить директора. — Попробую, но Джея я сейчас не смогу забрать. — Щиты не сломай его. — Я напомню ему про вассальную клятву его рода перед моим. Я ушла, а ты отдыхай. — Хорошо.
