Переломный момент

Мы как дети, сбежавшие из дома. Счастье – в свободе, о которой так давно мечтали, больше ничего особенно и не нужно. Пара бутылок вина лишь приятный бонус, и без них бы справились, но нам повезло. Сбежали с вечеринки, спрятались на балконе в дальней комнате и сидим на полу, чтобы нас не увидели через окно. Знал ли ты, что в двадцать семь нам снова будет шестнадцать? Сквозь тонкие прутья балконных перил мы видим все, что происходит снаружи. Точнее, что происходило бы, но картинка как никогда статична. Поле высокой сухой травы и серое озеро где-то вдалеке. Солнце садится. - Надо было стянуть еще что-нибудь покрепче, - говоришь ты, чокаясь своей бутылкой вина о мою, - Бурбон, например. Я знаю твою привычку напиваться в хлам, и совсем тебя за это не виню. Я тебя понимаю. - Ты же знаешь, я не дам тебе выпить больше этой бутылки, - отвечаю, делая жадный глоток из своей, - Я бы вообще предложила нам с тобой бросить пить, но я слишком люблю вкус этого вина, хоть оно и стоит копейки. - И правильно делаешь, продолжай. Где бы я сейчас был, если бы ты за мной не следила? - Не знаю, где ты был, пока я за тобой не следила. Люблю тебя смешить. Дженни говорит, что ты улыбаешься только когда я рядом, или когда кто-то рядом меня вспоминает. В тебе было слишком много печали, буквально всю забрал, жадина. Теперь придется делиться. - А знаешь, кем мы были в прошлой жизни? – спрашиваю первое, что пришло в голову. Я и сама не знаю. С фантазией у тебя намного лучше. - Я был ужасным человеком, судя по всему. Самым ужасным на свете. И теперь отрабатываю карму. - Кармы не существует, - в этом я теперь уверена на все сто, - Я же тебе говорила, что ты сам определяешь, какой будет твоя жизнь. - Ты опять начиталась мотивирующих книжек? Они хреново работают, хватает на одну неделю, максимум две. Со мной и вовсе не работает. Что с тобой стало? Мы же вроде лежали и гнили в одном болоте, а теперь ты меня в нем бросаешь. - Никуда я тебя не бросаю. Просто у меня, кажется, получается выбраться. Я и тебя из него вытащу, хочешь ты того или нет. Точно знаю, что не хочешь. По правде говоря, я тоже не хочу. Сама не знаю, что мной движет. Как и ты, я безумно люблю свою боль, но видеть твою мне просто невыносимо. - Давай так: пусть будет Англия, какой-нибудь восемнадцатый век. Там мы были наоборот: ты – простой смертный, а я знатная богатая дамочка. Ты работаешь кузнецом или портным, а я… - … А мне больше понравилась версия, где мы умерли от передоза в одном из подвалов Детройта. Процветающая Англия это, знаешь ли, как-то не про нас. Не верю, давай следующую. - Хорошо. Значит в прошлой жизни мы были самыми дружными на свете братом и сестрой. Пока ты не умер в восемнадцать лет, оставив меня тосковать по тебе всю оставшуюся жизнь. Так лучше? Удивлялась поначалу, как легко мне тебя рассмешить. Несу полнейшую чушь, даже не задумываясь, а тебе смешно. Думала, ты притворяешься, но нет. Полное совпадение в чувстве юмора, как и во всем остальном, впрочем. - Как минимум правдоподобнее. Умереть в восемнадцать это точно про меня. А ты почему не умерла? - Это тоже к тебе вопрос. Я в такой ситуации точно захотела бы умереть, но ты мне не дал. Вечно все по-твоему получается. Улыбаешься, довольный тем, что я это признаю и не сопротивляюсь. Все происходит так как ты захочешь, потому что я тоже этого хочу. Достаешь пачку сигарет, я протягиваю к ним руку. - А тебе нельзя, - укоризненно смотришь, подкуривая одну, - Раз уж выбрала путь саморазвития вместо саморазрушения – соответствуй. - Да ладно тебе, - убираю руку, понимая, что сигареты сегодня мне точно не светят, - Я уже пью винишко, какая разница? - Черт, тебе ведь и алкоголь значит нельзя, - с легкостью отбираешь у меня бутылку, которую я зачем-то пытаюсь отвоевать. - Солнышко, я же не напиваюсь. Мне просто нравится вкус. - Вкус сигарет тебе тоже нравится? - ставишь бутылку на пол, свободной рукой притягиваешь мое лицо к своему. Затягиваешься сигаретой и выпускаешь дым мне в рот. - Так – нравится. А вообще ненавижу. - Разумеется. Недаром у тебя стаж пятнадцать лет. - Это просто сильная зависимость. Чувствуешь ломку, бежишь курить. Делаешь это на автомате, почти ничего не чувствуя. Уже потом становится мерзко от вкуса и запаха, думаешь, надо бросать. А потом опять хочется, и так по кругу. - Но ведь как-то же бросила? Значит не такая уж и сильная зависимость. - Куда слабее, чем от тебя. - Это не зависимость, - улыбаешься, - Зависимость это что-то плохое. А у нас все хорошо. Берешь меня за руку, переплетая пальцы. Впервые в жизни. Переломный момент, почти буквально. Потому что я чувствую, как внутри меня что-то ломается. Что-то плохое, давнее и закостенелое, причиняющее боль. Тишина пьянит меня больше, чем алкоголь, но ты нарушаешь молчание. - Ты не чей-то Бог, ты даже не божий шут. Не умеешь слушать советы и тишину. Говоришь лишь правду, другие – лгут. Потому что иначе скроен. Говоришь, что не знаешь, куда шагнуть, а потом – что маршрут построен. Это ты про меня написала? - У меня почти все про тебя. Еще скажи, что не правда. Но мне льстит, что ты запомнил кусочек моего стиха наизусть. - Я знаю наизусть все твои стихи. Я даже не заметила, как стемнело. Здесь даже летние ночи чаще бывают прохладными. Ты обнимаешь меня, укутывая нас в свою куртку, зарываясь носом в мои волосы. - Ты опять вся насквозь пропиталась своими благовониями. - Это мирра. Я прочитала, что ее аромат лечит депрессию и внушает оптимизм. - Так все-таки мирра или таблетки? - Ну, перестань. Я не настолько наивна, чтобы верить в это. Мне просто нравится, когда во что-то простое вкладывают еще один смысл. Как ты вкладываешь смысл в мое существование, - никаких высокопарных фраз, это тоже не наше. Просто сухая констатация факта. Подозрительно поднимаю бровь, глядя тебе в глаза, - А тебе не нравится мирра? - Нравится. Теперь нравится. Куда лучше, чем как я вечно благоухать алкоголем и сигаретами. Как ты вообще меня терпишь? – допиваешь мою бутылку вина. - Сама не знаю, - утыкаюсь носом в твою шею, - С большим трудом. - Не преувеличивай. Я, конечно, тот еще уебок, судя по большинству отзывов. Но, объективно, я ведь не самый плохой человек? - Не знаю, мне все равно. Даже если ты убьешь сотню человек или причинишь мне боль, ничего не изменится. Это что-то совсем другое. Вне законов и социальных норм. Даже вне моего собственного мировоззрения. Сама не понимаю как так и в чем суть, да и надо ли понимать? Не важно, как это работает, главное, что работает. Ты снова закуриваешь, и я поднимаю голову, пытаясь забрать твой дым. Ты смеешься и отворачиваешься, выдыхая в другие стороны. Я беру руками твое лицо и жду, когда ты в очередной раз затянешься. Но ты просто смотришь, а потом целуешь меня в губы. Переломный момент. Ночь, когда в моей Вселенной боли и тоски наступил конец света. Пали стены моей темной башни, не оставив руин. Горит синим пламенем мой старый дом. Мне двадцать четыре. И я чувствую себя словно ребенок под домашним арестом. Я лечу депрессию водкой, магическими обрядами и духовным развитием. Дженни мягко касается моего плеча, чтобы не напугать. - О чем-то задумалась? - Да нет, просто не выспалась. Волновалась и не могла уснуть, - если бы ты знала, Дженни, если бы ты только знала. - Кстати, как прошло собеседование? - Отлично, меня взяли на работу. - Поздравляю! Вот видишь, зря волновалась. Сделать тебе кофе? Молча киваю, снова погружаясь в воспоминание. Сон или не сон, сон или не-сон? Дженнифер наливает в кружку кофе из турки и молоко. И про пару ложек сахара никогда не забывает. - Спасибо. Как всегда, лучший кофе на свете. - Неужели лучше, чем в Старбаксе? - В сотню раз. - Спасибо, что осталась. Мне до сих пор страшно находиться в доме одной ночью. - Без проблем, Дженни, мне только в радость. Но уже пора, много дел на сегодня. И надо постараться не забыть купить лакомство кошкам, чтобы не обижались на меня за долгое отсутствие. Обняв подругу на прощание, выхожу на улицу и вставляю в уши наушники. Я не могу жить без музыки, как вообще кто-то может? Ненормальные. У Дженнифер и ее парня крутой дом на большой охраняемой территории. Но стоит пройти сотню метров в сторону ближайшей остановки, как ты попадаешь в обычный серый район на окраине, с грязными остановками и пивными на каждом углу. Никакой эстетики. Я пытаюсь вспомнить: это я сама придумала или это мне приснилось? Иногда мне кажется, что вся моя жизнь так и пройдет мимо меня. Мимо меня, вечно зависающей в чем-то придуманном, не имеющим ничего общего с реальностью. Меня, не замечающей ничего вокруг. Надо отдать должное моему везению, я еще ни разу не врезалась в стеклянную дверь. Только иногда в людей. Вот как сейчас, например. Я останавливаюсь, вытаскиваю наушники из ушей и поднимаю голову. - Привет. Не подскажешь, где здесь частный сектор? Я умею пользоваться гугл-картами, просто телефон сел. Переломный момент.