Ледяной принц

Парни шумно обсуждают только что шокирующий их просмотренный фильм под двадцать пятое блюдо старшего хёна. Юнги, с недавних пор парень Чимина, очень гармонично вписывался в их компанию: — Мы же хотели посмотреть комедию! Комедию, блять! Кто выбрал этот фильм? — Юнги, в описании было написано, что это комедия! — вспыхнул Чимин. — А ты не пробовал почитать дальше, котёнок. Тут ясно написано, что это комедия-боевик-трагедия. Посмотри на этих двоих, как нам теперь их успокаивать? — Но как?.. Почему?.. Они не должны были… — сжавшись в объятий сотрясающимися телами, рыдали двое. — Так, ладно, думаю нам всем стоит успокоиться. У меня в голове полная каша после увиденного, так что предлагаю развеяться, — поднимаясь, и хватая пустые тарелки, произнес Хосок. Все многозначительно посмотрели на Хосока и перевели взгляд на рыдающую парочку. — Оставим их, — нежно глядя на парней прошептал Чимин. — Так, ребятки, а всех остальных прошу поднять свои унылые помидорки и пошли в бар! — Джин, унылые помидорки, серьёзно? Джин пожал плечами и, легко захватив бокалы со стола, направился к кухне.

* * * * * *

Послышался звук захлопнувшейся двери. — Чон… Чонгук-и, но почему он не признался, ведь он л-любил?.. О-они же могли сбежать! — всхлипнул, тяжело дыша Тэхён. — Тэ, малыш, я не знаю… — прошептал Чонгук, гладя любимую светлую макушку. — Гуки, а если с нами что-то случиться, а мы так и не… — С нами ничего не случится. — Ты не знаешь! Вдруг авария или несчастный случай, а я…а я еще не говорил тебе как сильно… — Что, малыш? — Как сильно я тебя люблю! — Я тебя тоже очень люблю… Тэхён посмотрел в красные от слёз глаза Чона, перевёл взгляд на его искусанные губы и его сердце на секунду замерло. Он был такой…такой… Тэхён и сам не знал каким был для него Чонгук. Самый сексуальный? Конечно. Самый любимый? Определенно. Самый родной? Абсолютно. Тэ подался вперёд и коснулся влажными от слёз губами, слегка потрескавшихся солёных губ Чона. Тэхен тихо простонал, когда поцелуй углубился и их языки сплелись. Они жадно начали ласкать ими друг друга, и Тэхёну показалось, что именно таким должен быть последний поцелуй перед тем как умереть. Жадный, но такой нежный, полностью растворившийся в любимом. Тэхён нежно застонал в поцелуй: — Я люблю тебя. Я так сильно люблю… — Да, мой малыш, я тоже, я тоже тебя люблю, — выдохнул Чон в поцелуй. — Чонгук-и, я хочу тебя… Чонгук отстранился и удивленно посмотрел на любимого. — Тэ, ты уверен? — Да, пошли в комнату. Обнявшись и то и дело останавливаясь для очередного поцелуя они добрели до двери и, неуклюже ввалившись в комнату, упали на кровать. Они жадно выцеловывали каждый миллиметр губ, вылизывали каждую клеточку языка друг друга. Чон, разорвав поцелуй и услышав недовольный стон, выдохнул: — Тэ, малыш, я могу подождать, правда. — Нет, я хочу, я готов. Или я тебя больше не возбуждаю? — с наигранной обидой хмыкнул блондин. — Тэ, я так хочу тебя трахнуть, еще с первой нашей встречи, так что не смей такого говорить, — ухмыльнулся брюнет. — Тогда почему на тебе всё еще эти ненужные куски ткани? — длинные пальцы прокрались под рубашку. — Тэ, подожди, я не хочу причинить тебе боль. Ты правда готов? — Да, Гуки, да… Папочка позаботится о своём малыше? — О, малыш! Чонгук углубился в поцелуй, судорожно стягивая полувер с его мальчика. Тот, сорвано выдыхая, начал расстёгивать пуговицы на рубашке Чона дрожащими руками. — Мммм… Малыш, ты так хочешь меня? — Да, папочка, да… Чонгук наклонился и начал осыпать небольшими поцелуями каждый миллиметр покрасневшего лица Тэхёна. Тот прикрывает глаза и еле слышно скулит. Когда их губы вновь встречаются, прикосновения Чона становятся более откровенными: он проводит ладонями вверх по ребрам и зажимает между пальцами соски Тэ, хныкающего от удовольствия. Тэхен наконец справляется с непослушными пуговицами на рубашке и скидывает её, открывая вид на подкаченное тело Чона. Рука плавно спускается по торсу, преодолевая край джинс проскальзывает под облегающую одежду и поглаживает уже возбужденный орган, стягивая с него штаны. — А ты плохой мальчик, — хрипло шепчет на ушко Чон и прикусывает мочку. Тэхён обвивает руки вокруг шеи Чона и притягивает к себе, давая понять — можно. Чонгук резко стягивает розовые шорты с Тэ и останавливается. На нём розовые кружевные трусики очень похожие на те, о которых ему рассказывал Тэхён. Он нежно прикасается к кружеву, поглаживая затвердевший и так красиво обтянутый орган. — Ммммм…папочка — Детка, где смазка? Тэхён указывает рукой на тумбочку, нежно лаская себя через трусики. Осторожно снимая кружево с Тэхёна, спускаясь своими мягкими губами после и раздвигая ноги, Чон слышит жалобные стоны. — Ммммм…папочка, пожалуйста… Чонгук выдавливает немного смазки на пальцы, ждёт пока она согреется и нежно прикасается к такой желанной дырочке, проталкивая внутрь палец. Жалобный всхлип заставляет его оторваться от этой прекрасной картины и поцеловать своего мальчика. Он неторопливо растягивает его, вращая пальцем внутри и не разрывая поцелуй. Потом под сладкие стоны с такой же нежностью вводит второй, потом и третий палец. — Я хочу… я хочу его. — Что ты хочешь, малыш, скажи? — Твой…твой член… — Хорошо, детка. Он входит медленно и осторожно, но громкий стон всё равно срывается с губ блондина. — Ах! Папочка, ещё! Чонгук начинает набирать темп, целуя и покусывая шею и шепча ласковые слова своему мальчику на ушко. — Мммм… быстрее, п-пожалуйста, быстрее! — Да, мой мальчик, да… — рвано выдыхает Чон. Темп становится бешеным, а хлюпающие звуки таким резкими и пошлыми, что они могли бы смутить, если бы не были заглушены громкими стонами и криками Тэхёна. Тэхён выгнувшись дугой, откидывает голову: — Я сейчас…папочка, я сейчас… По шее и плечам Чонгука стекают блестящие капли пота и ощущая близкую развязку, он целует Тэхёна. Они кончают одновременно и стонут в поцелуй.

* * * * * *

— Гуки, ты не видел такую розовую вытянутую штучку? — Что, малыш хочет поиграть? — нахальная игра бровями. — Это бальзам, дурачок, — хихикнул блондин. — Ну, а как насчёт того, чтобы поиграть? Мы ещё не опробовали твои новые покупки, — крепкие руки обхватывают талию. — Чон Чонгук, держи своего дружка при себе! Мы опаздываем на встречу к твоими родителям!