Потому что мы вместе.

      Мне всегда было сложно проявлять свои чувства, хотя я достаточно прямолинейный человек (как бы противоречиво это не звучало). Не знаю почему, но когда я действительно влюблен в человека, то становлюсь более закрытым, нежели, когда мы были друзьями. В этом, наверное, и заключалось много недопониманий с моими бывшими девушками. Иногда мне правда сложно сказать о своих чувствах, я предпочитаю выражать их заботой о человеке. Сейчас у меня непростой период: я переживаю расставание с девушкой, которая была со мно… Черт… Да сколько можно? Как же меня раздражают эти уведомления. Я устал. Ненавижу, когда меня прерывают даже из собственных размышлений.       Мне требуются некоторые усилия, чтобы встать с кровати и посмотреть на заспамленный твиттер и директ. «Надо будет всех поблагодарить за поддержку», — мелькает в голове. Нервно прикусываю губу и провожу рукой по затылку. «И что же мне делать теперь?» — неозвученный вопрос так и остается у меня в голове. Я прислушиваюсь к тишине, залипнув в одной точке взглядом. Однако внезапная вибрация телефона заставляет меня вздрогнуть: на экране высвечивается «Вин». Тяжело вздохнув, я с неохотой беру трубку. — Привет, ты игноришь в лайне, поэтому я звоню. — Мм, привет. — Все нормально? Я хотел позвать тебя сегодня в бар, там наша компания собирается как раз, но ты не отвечаешь в чате, да и в личке тоже, а мы буквально через часик два едем, вот я и звоню сейчас, чтобы спросить, а то потом скажешь, что поздно предупредил тебя, и ты не готов… Я почти не вслушиваюсь в то, что тараторит Вин, настроения ехать в какие-то бары нет от слова совсем, поэтому я снова ложусь на диван и слегка прикрываю глаза. — … поэтому хватит киснуть дома, вот. Так что скажешь? Брайт?.. Брайт? Ты здесь? — М… да, я слушаю. — Так ты поед… — Нет. Не очень себя чувствую, да и настроения нет. — Ты уверен? Дома только хуже будет одному. — Мне нормально. Все Вин, давай, я… — Стой, подожди, можно я приду тогда? — Зачем? Вы же собрались в бар или куда там. — Ну, я могу не ехать. Не хочу, чтобы ты сидел один уже четвертый день дома. — У нас самоизоляция. — Перестань, я приеду. Только впусти, окей? Слышу, что он улыбается прежде, чем скинуть трубку. На самом деле, я не хочу никого видеть, но возможно игра в приставку с нонгом, действительно, пойдет мне на пользу. Друг приходит спустя минут сорок. Открываю дверь и тут же встречаюсь с непривычно серьезным взглядом Вина. — Ты чего такой? — Не знал, в каком ты состоянии, вот. Но ты вроде ничего, — улыбается и прошмыгивает внутрь. — Хочешь чего-нибудь? — А что есть? Чуть слышно усмехаюсь и иду на кухню, пока нонг моет руки в ванной. — Так что? — Есть все. Можешь даже выпить, если хочешь. Вы же все равно собирались в бар. Я пойду пока включу приставку. — Да стой, подожди ты. Чего ты суетишься так? Давай вместе выпьем, посидим и пойдем к твоей приставке. «И правда, чего я так суечусь» Киваю и достаю бокалы. — Вообще-то я не хочу пить, но ладно поддержу тебя парой глотков. Апероль подойдет? Вытаскиваю еще не открытую бутылку. — Да, давай. Как раз давно его не пил. Мы делаем первый глоток в тишине, после чего Вин аккуратно начинает интересоваться моим самочувствием, я в свою очередь отбиваюсь лаконичными ответами. По итогу мы переходим на более легкие темы, и я на время забываю о тревогах. — Ахахах, да-да, когда ты еще опять заснул на площадке! — Да, я ж не знал, что меня снимать будут! Кое-кто, исподтишка, — хитро кошусь в сторону Вина, и он начинает смеяться еще громче. Нонг складывает руки в просящем жесте и сквозь смех извиняется. — Ну прости еще раз. И вообще, скажи спасибо, что я не стал выкладывать это в твиттер. — Еще бы ты стал, — улыбаюсь и на автомате поправляю челку, упавшую ему на глаза. Вин чуть краснеет под влиянием алкоголя и улыбается. Наступает странная тишина, словно все темы разом испарились. Я допиваю остатки из бокала и оценивающим вглядом смотрю на бутылку: осталось меньше трети. — Брайт… — как-то тихо произносит нонг. — М? — перевожу взгляд: он сидит с тревожным и одновременно печальным выражением лица. — Ты чего? Как будто сейчас заплачешь. Вин отрицательно мотает головой. — Кажется, кому-то уже хватит, — тепло смеюсь и закрываю бутылку. — Да нет, я просто… мы пойдем на диван? — Играть? — Ну да, наверное… — М… тогда вставай. Дойти-то нормально сможешь? Резко встаю и сам пошатываюсь, отчего настроение Вина тут же меняется: он начинает смеяться. — Кто бы говорил. — Давай, вставай. Улыбаюсь и ерошу волосы на его голове. Мы заваливаемся на диван, и я делаю еще глоток из горла. — А кто-то говорил, что не будет пить, — расслабленно тянет Вин и прикрывает глаза. — Я привык завершать начатое до конца. Нонг тихо смеется и перекатывается чуть ближе, не открывая глаз. — Играть будем? — устало потираю глаза и искренне надеюсь на отрицательный ответ. — Мм… — «Мм»? Это что значит? — Поворачиваю к нему голову. Вин приоткрывает глаза и зевает. — Это мы такие старые или алкоголь крепкий? Почему я хочу спать? — Мне кажется, мы просто давно не пили, да еще и без закусок. Ты кстати не голоден? Парень отрицательно качает головой и кладет ее мне на плечо. — Брайт… я знаю, ты не особо тактильный человек, но можно я обниму тебя? — О, началось, — с улыбкой сам приобнимаю его за плечи и включаю на фон последние сохраненные из плейлиста. Мы молчим так некоторое время, мысли уносят меня куда-то далеко отсюда, и я даже не вслушиваюсь в текст песен. Под влиянием алкоголя у меня появляется какое-то грустное настроение, и я начинаю думать о своем одиночестве и недавнем расставании. Становится невыносимо. В голову лезут совсем ненужные мысли. Начинаю перебирать пальцами волосы Вина, оттого что нервничаю. Он никак не реагирует. Это даже к лучшему.       Не знаю, сколько времени мы так сидим, но из мыслей меня вытаскивает прерванная музыка. Звонит мама. Надо ответить. Аккуратно встаю, бросив быстрый взгляд на Вина: судя по его лицу, он тоже погружен в себя. Отвечаю на звонок и выхожу из комнаты. Мама, как обычно, спрашивала о самочувствии и каких-то бытовых вещах. Прощаясь, она желает мне спокойной ночи и кладет трубку. Смотрю на время: уже почти двенадцать. Так быстро. Слышу, как Вин шуршит в коридоре. — Ты куда? — Поеду домой. — Эй, все в порядке? Поздно уже, оставайся на ночь. — Да не, мне нужно домой. Удивленно приподнимаю бровь и подхожу ближе, чтобы посмотреть на его лицо. — Вин? — осторожно спрашиваю, но он игнорирует. — Вин? — уже более настройчиво зову его и заставляю посмотреть на себя. — Ты чего? Что с тобой? Я начинаю беспокоиться, потому что он молчит и отводит глаза. — Тебе плохо? Не молчи. — Нет. Мне нужно домой. — Да что ты все заладил? Домой-домой. Завтра поедешь домой, я же сказал! Начинаю злиться, потому что он не хочет рассказывать. Оттягиваю его с коридора обратно на диван и включаю светильник. — Не беси и скажи нормально. Я ляпнул что-то, пока мы пили? Вин отрицательно качает головой. — А что тогда? Мне из тебя, как из маленького ребенка, нужно все вытягивать? — Так не вытягивай! — Успокойся, я просто хочу… — Ты сам только что бесился в коридоре! Я просто сказал, что хочу поехать домой. Наступает неприятная тишина. Медленно встаю с дивана и беру из тумбочки пачку сигарет. — Ты куришь? — Иногда бывает. Особенно в последние дни. Открываю окно и делаю затяжку. На этом наш диалог временно заканчивается, и Вин берет в руки телефон, проверяя соц.сети. Я первый решаю прервать продолжительную тишину. — Не знаю, почему, но я не хочу спать один сегодня. Нонг отрывается от телефона, и мы встречаемся взглядом. Я тушу сигарету в пепельнице и сажусь обратно. — Ладно, я останусь. И опять этот несчатный взгляд. — Где будешь спать? На диване или со мной на кровати? — повторяю сценку из лакорна, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. Вин слегка улыбается и тихо отвечает: «С тобой.» — М? Со мной? Ну, если что, у меня не одна кровать, как у Саравата, — улыбаюсь. — Но ты же не хотел спать один сегодня, так? Вот и поспим вместе. Иногда мне даже грустно, что мы не Сарават и Тайн. — Почему? — Потому что в реальной жизни мы одиноки, — его лицо вмиг становится серьезным. — Что за глупости? У нас есть друзья, и мы все так же есть друг у друга. Наши взгляды снова встречаются. — Иногда, мне хочется быть Тайном рядом с тобой… Я не знаю, что ответить. От таких внезапных заявлений чувствую, что начинаю краснеть. Тайн… то есть Вин краснеет тоже, но не отводит взгляд. — Брайт, я… мне кажется, что ты… я не знаю. Просто, возможно, я путаю игру с реальными чувствами, но мы ведь давно закончили съемки и… черт! — Вин переводит взгляд в пол, и я вижу, как он буквально весь становится красного цвета. Я не знаю, как реагировать и первые несколько секунд пытаюсь собраться с мыслями. — Мне кажется, я не играю Тайна, я… блин, я… — Вин, ты пьян. Он резко замолкает. — Вин, посмотри на меня. Он игнорирует и закрывает лицо руками. От всего происходящего мне становится больно, и я почему-то начинаю чувствовать вину. — Вин, перестань. Беру его лицо в свои руки, и встречаюсь со слезливым взглядом и красным лицом. — Как же стыдно… — шепчет он. — Вин, послушай… мы немного перебрали, мы ошибаемся. — Мы? Понимаю, что сказал лишнее. Отпускаю его лицо и отвожу взгляд в сторону. — Я… тоже думал об этом. Ну, о своих чувствах к тебе, но… просто понимаешь, — нервно потираю затылок и закрываю глаза. Вин молчит, ожидая моих следующих слов. — Я только расстался с девушкой и я боюсь, что тянусь к тебе только потому что… потому что я один и… я не хочу, чтобы ты был заменой, понимаешь? Смотрю ему в глаза. — Вин, я не уверен. Я боюсь, что я ошибаюсь. Вижу, как он сглатывает накопившиеся в горле слезы и встает с дивана. — Вин! Вин, подожди, я не отпущу тебя в таком состоянии! Нонг стремительно направляется в сторону коридора, но я удерживаю его в дверном проеме. — Давай без драмы… Просто спокойно поговорим, ладно? Поворачиваю его лицо к себе и аккуратно вытираю слезы. Только сейчас замечаю, насколько сильно у меня трясутся руки. — Брайт… мне больно. Он смотрит на меня таким взглядом, что мне становится плохо. Мне кажется, я никогда не чувствовал себя настолько ужасным человеком, как в тот момент. Я всегда хотел только заботиться о своем нонге и поддерживать его, а по итогу я сам и причиняю ему боль. — Прос… — Отпусти меня, я просто хочу домой. Он снова начинает плакать, я крепко обнимаю его и пытаюсь успокоить, проводя рукой по волосам. Почему-то от осознания того, что он сейчас уйдет мне становится невыносимо. — Я не хочу, чтобы ты уходил. — Хватит, пожалуйста. — Мне кажется, я не разобрался в себе, Вин. Прости. — Черт, Брайт, я сейчас сойду с ума, что ты хочешь от меня? — Хочу, чтобы ты остался. — Зачем? Если ты боишься, что я не доеду, то все в порядке. — Нет, я… скажи мне, ты уверен, что именно Вину нравится Брайт, а не Тайну Сарават? Он чуть отстраняется и молчит, собираясь с мыслями. Вин поднимает взгляд на меня и дрожащим, но уверенным голосом произносит то, от чего я слегка ошарашен. — Да. Да, я влюбился в тебя во время съемок. В тебя, Брайт. Наступает звенящая тишина. Я смотрю ему в глаза и почему-то начинаю говорить шепотом. — Не знаю, почему, но меня тянет к тебе и… Не успеваю договорить, как его губы касаются моих. Он слегка потягивает мою нижнюю губу, и я понимаю, что не хочу обрывать этот момент. Мне не мерзко и не… странно? Я не знаю, но именно в этот момент, мне захотелось отключить все свои лишние мысли и сомнения. Мне захотелось просто раствориться в этих ощущениях. Отвечаю на поцелуй увереннее, чуть приобнимая Вина за талию. Он все еще сильно дрожит. Чувствую соленый привкус на губах от его слез, и притягиваю нонга ближе. Мы заканчиваем поцелуй и встречаемся взглядом. Свободной ладонью провожу по его щеке и внимательно всматриваюсь в лицо напротив, словно впервые вижу. Вин очень смущен, а я, на удивление, чувствую себя спокойнее, чем во время нашего разговора. — Ну что? — он тихо спрашивает и закусывает губу. — Мне понравилось. — А? У Вина такое смешное лицо от удивления, что я не могу сдержать улыбку. Мне становится настолько смешно от своей глупости и от всей ситуации в целом. Из-за напряженных нервов я начинаю смеяться в голос. Это похоже на какую-то истерику, и я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться. — Вин, а теперь слушай внимательно. Я не знаю, да и ты тоже, как встречаться с парнями. У нас ни опыта, ни готового сценария. Я правда боюсь, что сделаю кучу ошибок и смогу обидеть тебя еще сильнее. Вин с непониманием смотрит на меня, переваривая информацию. — Брайт, я знаю. Я думал об этом уже много раз, но я хочу быть с тобой рядом. Я, именно я. И сейчас я еще раз убедился в этом. Мне нравишься ты, Брайт, а не Сарават. И я не знаю, но, мне кажется, мы справимся, просто потому что мы вместе. Поднимаю на него взгляд и хитро улыбаюсь. — Да ты у нас такой романтик, Вин. Яркий румянец снова возвращается к нему, и он отводит взгляд. — Отстань, блин. Я слегка усмехаюсь с его реакции. — Так, что скажешь? — Скажу, что, возможно ты прав. — Правда? — Надеюсь, твоя правда. Он слегка кивает и недоверчиво смотрит на меня. — Так… мы теперь вместе? — Все зависит от нас. Давай будем вместе настолько, насколько долго мы сможем заботиться друг о друге. И я говорю не только про такие отношения, я хочу оставаться для тебя тем человеком, с которым тебе будет комфортно, и на которого ты сможешь положиться. Понимаешь? — Да. Он прижимается ко мне так, что его голова лежит в районе моих ключиц, а его руки обхватывают меня со спины. Я нежно целую его в макушку. Мы стоим в тишине, и я не могу сосредоточиться ни на одной возникающей в моей голове мысли. — Брайт? — М? — Холодно… ты окно так и не закрыл, когда курил. — Точно, прости. Аккуратно высвобождаюсь из его рук и, закрываю форточку. — Пойдем тогда в спальню? — Угу. — Такой сонный. — Слишком много эмоций за день, хочу спать. — Ванная в соседней комнате, если что. — Да, я помню. Пока он пошел в душ, я достал ему одну из своих футболок в качестве пижамы и решил позалипать в телефоне, чтобы отвлечься. Однако это было непросто: все мысли крутились вокруг Вина и того, что было примерно полчаса назад. Я бы даже не заметил, что он вернулся, если бы не включился свет. — Ты чего тут в темноте сидишь? — Да, я… вот футболка, можешь надеть. Я тоже в душ схожу.       Теплые струи воды обволакивают все тело и расслабляют мышцы. Жаль, нельзя таким же способом расслабить мозг от лишних мыслей. И все же теперь между нами есть неловкость. Может, зря все это начали? Чувствую раздражение от самого себя и каши в своей голове. Как же сложно. Или это я сам все усложняю.       Захожу обратно, Вин уже лежит под одеялом и полусонным взглядом следит за картинкой на ютубе. Я заваливаюсь рядом, и он отрывается от телефона. — Ты уже почти спишь, выключай. — Я тебя ждал. — Зачем мучать себя? Засыпал бы. — Нет. — Ну все, я здесь, поэтому давай спать. Выключаю ночник и закрываю глаза, не отворачиваясь. Проходит несколько минут в тишине, в течение которых я упорно и безрезультатно пытаюсь заснуть. — Брайт… Брайт, ты спишь? — Нет еще, — открываю глаза, — А ты чего не спишь? — Не могу. А ты? — И я. — Что тебя волнует? Тяжело вздыхаю и пожимаю плечами. — Не знаю, какая-то неловкость. Меня это напрягает немного. — Можно я обниму тебя? — Да, почему ты спрашиваешь? — Потому что я вижу, что ты напряжен. Не хочу тебя разозлить еще больше. Вин нежно прижимается ко мне, и я приобнимаю его за плечи. — Брайт, расслабься. Ты слишком много думаешь. Я понимаю, тебе сложно принять это, но я помогу тебе. Мы справимся. Все будет хорошо, все будет так же, как и раньше, мы просто будем чуть больше, чем друзья. Но мы все еще будем друзьями и мы все еще будем ходить на футбол и бокс, как и раньше. Чувствую, что мне действительно становится спокойнее от его слов, и я слегка улыбаюсь. — Какой же ты все-таки милый. Он приподнимается на локтях и с улыбкой смотрит на меня. — Иди уже сюда, — притягиваю его за шею и целую. Чувствую, как он улыбается шире сквозь поцелуй, и я сам не могу сдержать улыбки. Поцелуй не получается, и мы начинаем смеяться. — Дурак. — Прости, я, кажется, просто счастлив. Беру его лицо в ладони и смотрю прямо в глаза. — Я, кажется, тоже. А знаешь почему? — Почему? — Потому что… — жду, чтобы он закончил. — Потому что?.. — Потому что мы вместе, придурок. Вин снова начинает смеяться, я лишь с улыбкой качаю головой. — Кто там про романтику говорил? — Молчи. Снова целую его мягкие губы и обнимаю крепче. Чувствую, как постепенно начинаю проваливаться в сон. Вин снова что-то шепчет мне в шею и тихо смеется. Я уже не слышу, что именно, но просто улыбаюсь его голосу.