Я хочу быть ближе

      Тэхён всегда любил и заботился о своём брате. Чонгук-и родился слабым ребёнком, в детстве очень часто болел, а родителям просто не хватало времени, чтобы больше находиться с младшим сыном. Потому Тэхён и взял на себя ответственность, следя за братом, стараясь сделать его жизнь чуточку лучше и светлее. С самого детства связь между братьями была очень сильной, а с возрастом лишь крепчала. К брату Чонгук пришёл с первой двойкой, страшась наказания родителей, с первой влюблённостью, прося совета, и просьбой прикрыть перед родителями, когда напился просто вусмерть. А Тэхён никогда не отталкивал, выслушивал и давал совет. Просто потом всего этого как будто не стало: забылись и долгие разговоры, и всё доверие, что было между ними, и связь эта самая треснула, порвалась.       «Чонгук просто взрослеет, — успокаивал себя старший. — Это нормально, когда-то его всё равно придётся отпустить».       Но вот как-то пришло осознание, что этого совсем не хочется. Тэхёну нравилось проводить время с младшим братом, он почти не уделял его девушкам, а из друзей у него было разве что пару человек. Ким настолько буквально посвятил себя тому, чтобы построить жизнь брату, что своя оказалась сосредоточена не на том, на чём должна была. Ему не нужна была умница-жена или ещё кто, а всего лишь брат. И это отвратительно, грязно, ненормально. Нельзя вместо жены хотеть собственного брата. Тэхён чувствовал себя моральным уродом, который не должен вообще приближаться к близким и обществу в целом. Его лучше изолировать, спрятать в карцере, подальше, где он будет представлять свои мерзкие фантазии, но без сил их осуществить.       Когда Тэхён впервые осознал всю природу своих чувств, ему было всего семнадцать, а Чонгуку пятнадцать. Именно в этом возрасте он принял твёрдое решение отгородить себя от брата, а буквально через год, в своё восемнадцатилетие, съехать с родительского дома как можно дальше. Первое время было тяжело: не навязываться Чонгуку со своими глупыми вопросами, не прикасаться к нему по любому поводу, держаться на расстоянии, сдержанно улыбаться, будто никогда и не существовало их особенной связи. Наверное, где-то в глубине души Тэхён надеялся, что Чонгук заметит, начнёт волноваться, подойдёт к нему и полностью разрушит все его планы, но младший жил своей жизнью. Брат всё чаще приходил поздно с широкой улыбкой, постоянно с кем-то переписывался и вёл себя как обычный влюблённый подросток. И Ким правда должен был догадаться, что через какое-то время его маленький братишка ввалится в дом с широкой улыбкой на пол-лица, сжимая в руке ладонь смущающейся девчушки. Да, всё так, как должно быть. Ведь он правда не надеялся на что-то, верно? Всё правильно.       Дни до дня рождения летели очень быстро, и временами Тэ действительно хотелось остановиться, оглянуться и остановить неумолимо бегущее время, но он ведь не супергерой какой-то. Правда, он себе позволял маленькую слабость: наблюдать за жизнью Чонгука осторожно, выглядывая из-за собственноручно возведённой стены. Тэхён и правда больше не нужен был младшему. Совсем. Картинки жмущегося к нему Чонгука, радостно обнимающего его, или смех, который был адресован только ему, – всё это поблекло, выцвело, сморенное долгим временем. Казалось, что прошла вечность, а ещё даже не было и года с того момента, как он всё понял. Эти чувства больше не казались ему такими уродливыми, но всё ещё оставались неправильными, грязными по меркам общества, хотя много ли ему хотелось? Ему не нужно было тело брата, хотя и разные приходили на ум фантазии, но ведь на самом деле желалось лишь взаимности, такой же взгляд, в котором можно разглядеть взаимность.       Но Чонгуку точно нравятся девочки, в особенности одна – Юнджин, а не собственный брат. Старший правда желал ему счастья и если Юнджин может ему его подарить, то почему бы и нет? Не в праве Тэхёна отбирать у него это, да и вообще на что-либо претендовать. Как только ему стукнет восемнадцать, а школа будет закончена, то Ким с чистой совестью сможет уехать с родительского дома, начать новую жизнь, которая никак не будет связана с чувствами к родному брату.       Кто знает? Может, спустя время он даже сможет спокойно обнять младшего с улыбкой, не думая о том, что не хочет отпускать его вечность.