Тодороки и его Помидория

—Тодороки-кун! — парень до ушей покрылся румянцем. В его руках был достаточно большой букет, собранный явно вручную. Мидория так мило смущается. — Ты ободрал всю клумбу и принес мне цветы с неё… — Ага, — Шото ни капельки не смутился. И пускай он знал, что портить клумбы — не хорошо, парень всё равно собрал все цветы для Изуку. Ему, конечно, влетит от Айзавы-сенсея, но это было не важно. Тодороки снова смог заставить своего краша стать помидоркой и это было главным. — Изуку, ты такой милый, когда смущаешься. Мидория после этих слов стал ещё ближе к прозвищу «Помидория». Румянец покрыл лицо парня до самых ушей. Сам же Изуку стал бормотать что-то нечленораздельное и махать руками в разные стороны, из-за чего стал похожим на робота, который вышел из строя. И стал ещё милее. Тодороки усмехнулся и предложил помидорке прогуляться за мороженым, на что тот с радостью согласился.

***

— Мы должны заставить Тодороки покрыться румянцем! — воинственно сказал Мидория. Он собрал в комнате своих лучших друзей — Ииду и Урараку. Они сидели на кровати парня, пока сам Изуку расхаживал по помещению, бормоча себе что-то под нос. — Мидория, я понимаю, что тебе надоело прозвище овоща, но заставить Тодороки смущаться без какого-либо идиотизма — что-то из мира фантастики, — сказала Очаго. И она была права. Парня помидорки было невозможно пробить на смешок, не то, что покрыть милым румянцем. — А за овощ было обидно! — произнёс Мидория и недовольно плюхнулся на стул. — Ну… Вообще-то, помидор — овощ, — ляпнул Иида, слишком поздно поняв, что назвал друга овощем. Мидорька только сильнее надулся и уселся в позу обиженного калачика. Урарака же бросила на Тенью злобный взгляд и пошла утешать Изуку. Ну, а Иида просто остался сидеть на кроватке, осознавая, что его все кинули. Девушка села по-турецки на пол рядом со стулом и начала гладить голову Помидории. Нет, на самом деле Изуку не обижался. Он просто решил поиграть в театрала. И тут его голову наконец-то посетила светлая мысль. — ИДЕЯ! — воскликнул Мидория и подпрыгнул со стула, из-за чего бедная Урарака упала на спину от неожиданности. — Встречаемся на кухне в час ночи. Тодороки-кун в это время уже спит.

***

Сегодня был выходной и Шото просто сидел в гостиной и пил чай с печеньем, параллельно читая книгу. И он вообще не заметил, как Изуку зашёл в комнату. Мидория был в длинной жёлтой майке с Всемогущим, из-под которой торчал край джинсовых шорт. На его ногах были носки с маленькими елочками и тапочки в виде акул. Руки парня были спрятаны за спиной, а под глазами красовались огромные синяки. Как-будто он не спал всю ночь. Но Изуку спал. Или нет? — Тодороки-кун! — позвал его Мидория. Шото отложил книгу и повернул голову в сторону его помидорки. Брови парня поползли вверх, когда он увидел помятый вид Изуку. — И что же невыспанный Помидория хочет от меня? — сказал Тодороки, после чего на одну из его рук одели игрушечный наручник. Другой конец игрушки висел на одной из рук Мидории. Вторая рука всё ещё была за спиной. — Вы арестованы за кражу моего сердечка! — Изуку немного покраснел, снял предмет из детского набора полицейского, который выполнил свою функцию и протянул Шото коробочку с самодельными шоколадными конфетами. Сделаны они были из любимого шоколада парня — белого. И именно их Мидория готовил вместе с Ураракой и Иидой в час ночи на кухне общежития. И именно из-за готовки этих конфет на них наехал неспящий Бакуго, который собирался просто попить воды, но стал тоже помогать делать конфеты. И именно эти конфеты получились с десятого или пятнадцатого раза. И именно из-за этих конфет Изуку сейчас дико хотел спать. Но нахлынувший адреналин не давал парню упасть прямо здесь в глубокий сон на восемь часов. Конфеты были не идеальны, но всё ещё лучше их предшественников, отбывающих остаток своих жизней в мусорке. — Спасибо, Мидория, — на лице Тодороки не появился и намёк на румянец. — Ты же их всю ночь делал? — Ну… — врать Изуку не умел. — Вообще да… Но я ни капельки не хочу спать! — Оно и видно, — Шото подвинулся. — Садись, будем пить чай с конфетами и печеньем. — Угусь, — сказал Мидория и сел рядом, пока Тодороки наливал ему чай. И тут, Изуку совершенно случайно захотелось зевнуть. Но только он начал зевать, как поймал на себе внимательный взгляд Шото. И парень ничего лучше не придумал, как замаскировать зевок под кашель. Актёр из него так себе. — Простудился? — поинтересовался Тодороки и сел на прежние место. Он выглядел обеспокоенно. — Да нет… Просто покашлять захотелось, — Мидория ужасный актёр. — Ммм… Ясно, — сказал Шото и вернулся к книге. Тем временем Изуку продолжал схватку со своим организмом и сном. Иначе его потом отчитают, за то, что он не высыпается и гробит себя. И читать эту лекцию будет Тодороки-кун. А этого Мидория не хотел. Но его воли было недостаточно, и глаза начинали предательски закрываться. В итоге сражение было проиграно, и помидорка заснула на плече своего обожаемого краша. Тодороки перевёл взгляд с книги на Изуку и тихонько хихикнул, когда заметил, что его краш и по совместительству парень спит у него на плече. — Врешь и не краснеешь, Помидория, — произнёс Шото и тихонько, стараясь не разбудить Изуку, переложил его с плеча на диван и укрыл пледиком с ближайшего кресла. Интересно, кто его здесь оставил? — Милота какая! — внезапно раздался чей-то голос. Тодороки повернул голову в сторону звука и увидел выглядывающею из-за угла Очаго, которую мгновенно затащили назад за угол несколько других одноклассниц. После этого из-за угла выглянула Яойорозу. — Простите! Мы вам больше не будем мешать, — сказала Момо и вернулась за угол, после чего от туда раздалось ещё пару звуков умиления и шипение старосты класса. И только после этого все звуки наконец-то стихли, и никто больше не мешал Изуку спать. И так на протяжении нескольких часов в гостиной никто не появлялся, не беря в счёт Бакуго, который буквально вывалился из-за того самого угла (девочки не хотели его пускать) и гордо прошёлся мимо Шото и Мидории. И когда Изуку проснулся, его ждал достаточно долгий разговор про здоровый сон и то, что Деку недолжен так над собой издеваться ради Тодороки. — Жалко, что план не сработал… — Что за план, Помидория? — Нечего интересного! Совершенно, нечего, интересного!