Темный Лорд Певерелл

Гарри опять проснулся. В окно светило солнце. Он повернул голову и увидел Гермиону. Она так же смотрела на него.  — Ты как? — поинтересовался Поттер.  — Нормально.  — Точно?  — Точно. Мадам Помфри дала какое-то зелье, ужасно противное, но все стало нормально.  — Давно не спишь?  — Около пяти минут. Их диалог мог продолжаться еще долго, но их прервали.  — Здравствуй, мальчик мой.  — Профессор Дамблдор? Что-то случилось? Гарри постарался впустить в голос как можно больше радости от того, что он видит директора и растерянности от неожиданного конца Квиррелла.  — Поппи, девочка моя, можешь оставить нас наедине? Это звучало даже не как просьба, а скорее как утвердительное предложение. Помфри резко кивнула и удалилась, предварительно поставив чары против подслушивания на кровать Гарри.  — Директор, что произошло? Я увидел, как Квиррелл послал в меня какое-то заклинание и уклонился, а потом он направил палочку на Гермиону и произнес слова Смертельного проклятия. Я принял его на себя, а потом потерял сознание. Когда я очнулся, увидел, что Квиррелла нигде нет, а на полу лежит кучка пепла. Только почему он сгорел? Там даже не было факелов.  — Гарри, мальчик мой… Понимаешь, в ночь, когда ты лишился родителей, твоя мать своей жертвой из-за любви к тебе запустила сложный обряд. Он замкнул на тебе кровную защиту. Из-за этого Волдеморт не может навредить тебе. И из-за этой защиты профессор Квиррелл, который помогал Волдеморту, сгорел.  — Но почему он вообще начал охотиться на мою семью?!  — Видишь ли… Сейчас этот груз знания будет для тебя слишком тяжел. Когда будет время, ты все узнаешь. «Ага, как же! "Когда будет время…" А пафоса сколько! Сила любви, ну надо же! Куда логичнее смотрится вариант, что магия Певереллов уже тогда признала во мне наследника, Волдеморт же был из рода Слизерин, ветви рода Певерелл. А покушение на родственника-младенца, тем более наследника магия жестоко карает. Вчера, наверное, было то же. Магия рода обозлилась на Квиррелла за то, что хотел убить последнего из рода и просто сожгла его заживо. А сейчас главное сделать огромные круглые глаза, мол, верю вам, и щенячью радость. Сила любви, вот что убило Волдеморта!»  — Хорошо, директор. «Выперся из палаты. Слава Мерлину! А теперь надо переслать весь разговор Мионе.» « — Герм, ты слышала?» « — Да. Мыслесвязь — вещь! Согласна с твоей точкой зрения. Магия рода намного могущественнее этой «силы любви». Да и как ты Волдеморта ей победишь? Зацелуешь до смерти?» « — Мион, не представляй эту картинку! Мне уже страшно на нее смотреть. Нет-нет-нет-нет!!!!!! Фуууу! Кошмар. Противно.» « — Да я же пошутила!» « — Мерлин… Аж тошно стало…» Мадам Помфри пришла через несколько минут, соизволив-таки снять чары с кровати. Она провела диагностику и с недовольным лицом вынесла вердикт: все в порядке. В ее голосе слышалось такое сожаление, что даже страшно становилось от представлений, что она собиралась сделать со своими узни… эээ… пациентами. Гарольд и Гермиона поспешили ретироваться из палаты, пока целительница не передумала. Они пошли к классу около туалета Плаксы Миртл. Гарольда что-то туда тянуло. Они говорили друг с другом обо всем. О Гермионе. О Гарри. О будущем. Обговорили летние встречи. Договорились встречаться в Дырявом котле. Гарри с начала лета сбежит от Дурслей, предварительно устроив им какую-нибудь пакость, а потом остановится в «Котле». Гермиона будет к нему приезжать раз в несколько дней. Еще они решили, что Гарри необходимо поменять немного галеонов на фунты и купить телефон, чтобы звонить Гермионе. На Прощальном пиру Дамблдор произнес длинную речь о победе над злом, начислил Рейвенкло баллы. Их факультет победил в межфакультетном соревновании впервые за десять лет. До этого кубок «перетягивали» Гриффиндор и Слизерин. Весь Рейвенкло ликовал. Гарольду стоило огромных трудов ускользнуть от счастливых сокурсников и спрятаться в укромном уголке с Гермионой. Первый год был пережит. Осталось еще шесть.