Скрытый омега

      Первой вещью, которую заметил Марк, когда проснулся, это его жар. Второй вещью было огромнейшее количество мыслей, которые он хотел впустить из своего черепа во внешний мир. Боже, сколько же он выпил вчера?       Марк застонал от боли, почему он сделал это с собой? Он попытался немного пошевелиться и заметил, что его прижали со всех сторон. Джексон и Джебом цеплялись за его бок, оба держали его в том же месте, где он лежал на спине. Югем и Бэмбэм, очевидно, решили, что его бедра были подушкой, поэтому бедра Марка больше ничего не чувствовали.       Две их беты были позади двух альф и их руки были на обнаженном торсе Марка. Куда делась его рубашка? На самом деле глупый вопрос, когда они вообще носили рубашки в общежитии? О! Вот где он! Он в общежитии стаи! Именно тогда Марк вспомнил, почему он начал пить. О боже, ЛуХан! Его внутренний омега свернулся калачиком от боли при одной мысли о старшем омеге. Как такое могло с кем-то случиться?       Он снова выбросил эту мысль из головы, у него было слишком сильное похмелье, чтобы справиться с грустью вдобавок, и, боже, почему он не мог вспомнить, что произошло после? Он знал, что сбежал из стаи Экзо после того, как Исин рассказал ему эту историю, все это было слишком трудно переварить, сидя там.       Куда он пошел после этого? Он явно пошел куда-то еще, прежде чем вернуться домой к Got7, они бы никогда не позволили ему так пить. Подумай об этом, Туан, куда ты пошел потом? Далекие воспоминания о какой-то дыре в стене бара. Как он сначала боялся туда заходить, это место более или менее кричало обо всем, от чего его семья всегда предупреждала держаться подальше. Он был в таком отчаянии, что напился так, чтобы никто не узнал в нем Марка из Got7, что в конце концов он вошел в заведение.       Алкоголь был дерьмовым на вкус, но он сделал свое дело. После этого его память была пуста, ему казалось, что он упускает что-то важное. Он не мог сказать, что именно это было, но ему казалось, что это что-то действительно важное, что-то, что он действительно должен помнить. Он издал громкий стон, вспоминая, что это было большой ошибкой. При этом его похмелье проявилось еще сильнее, и горло стало как наждачная бумага. О, и ему действительно нужно было облегчиться. Он попытался привлечь внимание Джебома, который спал на правом плече Марка: — Джей Би, пожалуйста… Мне нужно в туалет.       Он попытался прошептать это. Даже с похмелья, болью в горле и отчаянной потребностью пописать, он все равно не хотел будить их всех. Им так редко удавалось провести утро вместе, спя вот так, и он не хотел быть тем, кто разрушит это счастье. Он не получил ответа от альфы. Джебом просто усилил хватку, которой он держал Марка. Боже, он просто помочиться на них всех, если они не позволят ему встать. — Ребята, пожалуйста! — Он сказал немного громче, и это разбудило Бэмбэма, который посмотрел на Марка большими растерянными глазами. — Что не так? — Пробормотал он, прежде чем снова закрыть глаза, еще не готовый отказаться от сна.       Марк заскулил, о чем пожалел через секунду. — Я собираюсь пописать на тебя, если ты не позволишь мне встать.       Это, казалось, наконец заставило БэмБэма отреагировать, он взвизгнул, когда заметил, насколько близко он был к члену Марка и, следовательно, насколько близок он был к тому, чтобы на него помочились: — Югем! Беги! Ты сейчас обмочишься!       Если бы не похмелье, от которого страдал Марк, он бы счел это забавным.Но вместо этого громкий голос БэмБэма только усилил стук в его голове. И что еще хуже, громкий голос младшего омеги заставил Югема вздрогнуть и проснуться, его лоб столкнулся с членом Марка. — Что происходит? — Ендже, казалось, проснулся от всего шума: — Почему БэмБэм орет словно банши?       Марк быстро заговорил, прежде чем Бэмбэм успел начать большой и долгий спор: — Мне действительно нужно пописать, а вы все меня удерживаете. Пожалуйста, отпусти меня.       Ендже наконец дал ему ответ, на который он надеялся, когда помог Марку освободиться, убрав чрезмерно обнимающихся альф, которые спали как скалы, что было самой трудной задачей. Но в конце концов им это удалось, и Марк бросился в ванную, всю дорогу проклиная свое похмелье.       Остальная часть стаи наконец проснулась, Джексон заговорил первым. — Мы скажем ему, что он попросил укусить, или мы проигнорируем это? — Мы скажем ему! — потребовал Бэмбэм. — Он хотел присоединиться к нам, мы не будем это игнорировать! — Он не позволит Марку уйти от них сейчас.       Джинен успокаивающе провел рукой по его спине. — Это все еще выбор Марка, я знаю, что это больно… Но мы не можем привязать его из-за того, что он сказал в пьяном виде. Это должен быть его выбор.       БэмБэм заскулил, уткнувшись в успокаивающие объятия беты. — Это несправедливо. — Мы знаем. — согласился Югем, обнимая расстроенного тайца сзади и зажимая его между ними.       Марк вышел из туалета, и легкий румянец, покрывавший его лицо, ясно показывал, что он слышал все, что происходило в комнате. — Я не помню, чтобы говорил это, я был очень пьян… Я даже не знаю, как я сюда попал.       И Джексон, и Ендже выглядели так, словно их только что пнули в живот. Эти двое и БэмБэм были единственными, кто позволил себе обнадежиться. Марк чувствовал себя ужасным человеком, зачем он это сказал? Он не был готов выбирать. Какой-то далекий голос в его голове пытался преодолеть блокировку, которую алкоголь наложил на его мозг, неужели он действительно не готов?       Он знал, что сейчас не может присоединиться к Exo, он не был таким омегой. Он не мог заменить Лу Хана, он знал это, и он также знал, что и Минсок, и Сехун никогда не смогут принять его. Оба альфы знали, что один из них зачал ребенка с Лу Ханом, и теперь их ребенок был скрыт от них, и они могли никогда больше не увидеть Лу Хана или ребенка.       Марк не мог винить их за то, что они не смогли принять другого омегу, и особенно такого омегу, как Марк, который был так похож на Лу Хана. Это заставило Марка почувствовать, что он был вторым лучшим выбором, даже если он знал, что это было не то, что они имели в виду, когда начали ухаживать за ним. Он принадлежал к Got7, не так ли?       Он знал ответ на этот вопрос, он знал его и несколько месяцев назад, но он боялся принять его, боялся пожалеть о своем решении. Теперь он пробовал другие вещи, но все равно каждый раз возвращался домой. — Я хочу откусить кусочек.       Теперь все 6 мемберов группы и, надеюсь, скоро товарищей по стае смотрели на него так, как будто он только что сказал им, что он на самом деле альфа. На секунду он занервничал, разве это было не правильно? Неужели он так долго ждал? Неужели он надолго привязал их к себе? Ему не пришлось слишком долго волноваться, прежде чем на него напали с объятиями оба самых молодых участника Got7, что, как должен был признать Марк, было странным чувством. Югем был намного выше БэмБэма, из-за чего двойное объятие казалось странным, но не в плохом смысле. Марку это вроде как нравилось, он принадлежал этому месту… Но его голова все еще убивала его. — Ребята, пожалуйста. Моя голова убивает меня, можем ли мы, как… Просто обниматься, а потом разбираться с этим позже? — Марк заскулил.       БэмБэм хихикнул так, как Марк давно от него не слышал, и позволил ему затащить себя на кровать. На него набросились с объятиями со всех сторон, все торопились обнять и понюхать метку… Ну, все, кроме Джебома.       Марк нерешительно посмотрел на альфу стаи, если Джебом не одобрит, ему не разрешат присоединиться. Но альфа просто нерешительно спросил: — Ты уверен? Мы готовы подождать, если тебе нужно больше времени, мы всегда готовы ждать тебя.       Он просто покачал головой. — Я больше не хочу ждать, я готов взять на себя обязательство прямо сейчас… Мне жаль, что мне потребовалось так много времени, чтобы понять, что это был мой дом.       Джексон слишком крепко прижал его к груди. — Все в порядке, теперь ты дома, и теперь все будет хорошо! — Марку не нужно было видеть Джексона, чтобы понять, что он ухмыляется ему в плечо.       Марк нерешительно посмотрел на Джебома. — Можно мне сейчас стать частью вашей стаи? Я вроде как… Я просто хочу принадлежать вам, ребята. — Прямо сейчас он чувствовал себя таким уязвимым. Он просто хотел, чтобы они принадлежали ему, а он им. — Ты уверен, что не хочешь подождать до следующей течки, мы все знаем, что внутри ты мягкотелый. — Поддразнил Джебом, нежно целуя его между бровей.       БэмБэм был тем человеком, который жаловался на это. — Не давай ему времени пожалеть об этом!       Он действительно поступил с БэмБэмом грязно, не так ли? Если бы младший действительно думал, что когда-нибудь пожалеет о том, что присоединился к ним… Даже с бешено колотящейся головой он сумел подхватить младшего омегу на руки и прижать его к груди, уткнувшись носом в пахучую железу БэмБэма, пока не услышал счастливое мурлыканье младшего. — Если ты не против, Джей Би, я бы предпочел получить укус сейчас… Я вроде как просто хочу принадлежать кому-то другому. А до моей течки еще два месяца, сначала нам нужно разобраться с этим. — Он снова уткнулся лицом в пахучую железу БэмБэма, заставив его хихикнуть. — О, я тоже хочу быть обожаемым. — Ендже надулся, когда он пристроился за БэмБэмом, украдкой поцеловав Марка через плечо БэмБэма. — Иди сюда, Марк, я могу дать это тебе сейчас. Вы правы, пришло время всем нам принадлежать друг другу. Джебом похлопал себя по коленям, показывая, где он хочет пометить.       Марк пробрался на свое место между БэмБэмом и Джексоном, чтобы забраться на колени Джебому, представив свою пахучую железу альфе стаи. Он должен был признать, что был немного напряжен. Он понятия не имел, чего ожидать от укуса. Считалось невежливым спрашивать других людей об их укусе, поэтому никто никогда не рассказывал ему, каково это. Будет ли это больно? Он не хотел, чтобы это причиняло боль.       Но Джинен прочитал его мысли и поцеловал Марка в затылок: — Тебе нужно расслабиться, детка, иначе Джебом не сможет дать тебе это, я обещаю, что это не повредит. Вы почувствуете легкое головокружение и легкость, когда он это сделает. И твой разум немного затуманится, так происходит, когда твое тело реагирует на партнеров, но это не повредит, я обещаю.       Слова беты были тем, что ему нужно было, чтобы немного расслабиться, но рука Югема, схватившая его и сжавшая, также очень помогла. Марк ожидал, что Джебом сразу укусит, он всегда был из тех парней, которые пропускают любые прелюдии, но на этот раз он поцеловал железу вместо этого, слегка лизнув ее, как котенок, явно пытаясь ослабить напряжение, которое все еще присутствовало.       Марк должен был признать, что это сработало, так как остальная часть напряжения просто вытекла из него, полностью расслабив его на коленях Джебома. Затем он почувствовал это, Джебом впился зубами ему в шею, заставляя его издать низкий стон. Марк мгновенно понял, что они имели в виду, говоря о том, как его разум затуманится, как будто его мир вышел из фокуса, и его мучительное похмелье освободило его от этого вздоха, так как все просто вроде… расслабилась рядом с ним.       Джебом оторвался от шеи Марка задолго до того, как омега был готов к тому, чтобы все закончилось. Он крепче сжал рубашку Джебома. Он не был уверен, что смог бы удержаться на ногах, если бы остальная часть его стаи не поддерживала его. — Марки, ты в порядке? — Это был голос Джексона… верно?       Ничего себе, весь его мир был не в фокусе, он мог чувствовать так много вещей. Как будто его приятели наконец-то заняли нужное место в его сознании, за эти несколько минут он знал, где они все были, даже не открывая глаз.       Он чувствовал их беспокойство и счастье, и, о боже, всего этого было слишком много… Так было со многими из них. Он больше не мог найти свои собственные чувства, его переполняли чувства всех остальных, и он как будто тонул. Он даже не заметил, как его уложили на бок, и все члены его стаи крепко прижали его к себе. Все они знали, насколько это может быть ошеломляюще, их было так много, что телу Марка потребовалось привыкнуть к этому, у всех были яркие воспоминания о том, как их собственные чувства померкли на фоне чувств других.       Югем, которого укусили последним, мягко гладил Марка по волосам, ведь он все еще ярко помнил свои чувства в тот день. — Я знаю, что это чересчур для тебя, еще немного, и все снова станет нормальным. Я знаю, тебе кажется, что ты тонешь во всех наших чувствах, просто держись за наше чувство любви к тебе, и все будет хорошо… Я обещаю, детка.       Если бы Марк не зашел так далеко, он бы посмеялся над молодым альфой, если бы Югем был его ребенком, а не наоборот, он был их ребенком-альфой. Ему удалось ухватиться за это слово, ему нужно было посмеяться над Югемом, и когда туман медленно рассеялся в его сознании, он сумел пробормотать. — Вы все мои дети, если уж на то пошло… Я самый старший.       Они все уставились на него с недоверием на секунду, он только что получил свой укус, и это было первое, что он сказал. Но Марк просто продолжал как ни в чем не бывало. — Теперь вы все принадлежите мне, теперь вы все мои дети.       Все они обменялись взглядами с Марком, который теперь прижимался к Югему и притягивал БэмБэма ближе к своей спине, явно наслаждаясь тем, что его зажали между двумя младшими членами стаи. Бэмбэм вдруг, казалось, что-то понял. — Значит ли это, что ты собираешься остаться на мою жару? Не убежишь?!       О да… Марк просто кивнул, позволив счастливому переусердствовавшему омеге прижаться к себе еще теснее. — Теперь ты никогда от меня не избавишься. — пробормотал он. — Не то чтобы кто-то из нас когда-нибудь захотел бы избавиться от тебя, ты принадлежишь нам… Окончательно. — Ендже ухмыльнулся. — Нет… Вы явно не понимаете, как это работает. Вы можете подумать, что предъявили права на меня… но на самом деле я предъявил права на всех вас, ребята, теперь вы мои. — Марк просто сказал это как факт, и ни у кого из них не хватило духу не согласиться с ним, они все были просто счастливы, что наконец-то получили свою омегу.Теперь их стая была почти полной… Затем что-то поразило Марка.       И он, вздрогнув, сел. — НАМДЖУН! — Все это потрясло остальных Got7, которые не были уверены, что имел в виду омега. — Что насчет Намджуна? — нерешительно спросил Джинен. — Я ходил навестить его прошлой ночью! О боже… Я ударил Чонгука! И обругал Чимина… О боже, Чимин выглядел так, словно я собирался его съесть. Или убить его, а потом съесть. — Все воспоминания нахлынули на Марка.       Джебом потрясенно посмотрел на Марка: — Ты ударил альфу? Альфа, которого ты знаешь, нестабилен! Марк, ты мог пострадать! — Он знал, что Марк силен и может постоять за себя, но он был пьян, а Чонгук явно был неуравновешен.       У Ендже были другие мысли, он спросил тихим голосом. — С Джуни все было в порядке?       Марк попытался сосредоточиться на том, что он мог вспомнить, но все было так неясно. — Да… Нет… Я не уверен… Он был намного более худым, чем раньше, и казался… холодным. Я не думаю, что с ним все в порядке. — Он попытался вспомнить все, что мог. — Его запах был очень… слабый, его почти нет…       Его прервал звонок на телефон Джинена, все они узнали его тон как тот, который используется только для важных дел, и Джинен схватился за телефон, выглядя смущенным, когда увидел, что идентификатор вызывающего абонента гласит: — Больница Каннам Йонсей Саранг.       Он быстро поднял его. — Да? — Это Пак Джинен? — спросил голос на другом конце провода. — Да, в чем проблема? — Он не видел никаких причин для того, чтобы ему звонили из больницы. Если бы его семья пострадала, они не были бы в больнице Йонсей Саранг… — Вы значитесь в списке экстренных контактных лиц Ким Намджуна.       О боже, такое чувство, что Джинена только что ударили по лицу… Что случилось? — Намджун в порядке? Пожалуйста, скажите мне, что с ним все в порядке! — Это привлекло внимание остальных Got7, которые теперь смотрели на Джинена испуганными глазами. — У мистера Кима случилась остановка сердца, вызванная сильным недоеданием, во время встречи с генеральным директором его компании, его срочно доставили в больницу, и нам удалось стабилизировать его состояние. Мы только что закончили серию анализов, и нам нужно поговорить с вами о его будущем. Он выглядит не очень хорошо.       Дама на другом конце провода остановилась на секунду, глубоко вздохнув. — Стая пытается заявить о нем как о своем, но поскольку мистер Ким является омегой без документов и без укуса, это кажется неправдой, мы бы предпочли, чтобы вы приехали в больницу, чтобы разобраться в этом.       Слишком много информации… Намджун… О боже, нет… Слезы начали стекать по его лицу, затем он прикусил губу из-за слов сказанных медсестрой… — Омега? — Да, мы предполагаем, что мистер Ким был подавленным омегой, его тело навязало ему инициацию, чтобы спасти его. Без этого мы бы не добрались до него вовремя. Мы будем ждать вас, мистер Пак. Пожалуйста, поторопитесь.