Спустя время

15 мая 2015 г.

      Утро было тёплое и ясное. Дул лёгкий ветерок. Первые утренние лучики солнца прогревали прохладный с вечера асфальт. Расцветали цветы и деревья, они были настолько красивые, что нельзя глаз оторвать, а для художников это вообще было божественное весеннее вдохновение.       Дженни пробиралась сквозь толпу людей, успевших уже собраться возле небольшого здания «Искусство Со Ёль». Она прокручивалась рядом с людьми, пыталась обойти их, не задев, но, видимо, удача сегодня не на её стороне — мало того, что опаздывает, так теперь ещё и собирать все разбросанные альбомы, кисточки и акварель по асфальту.       Дженни взвыла, садясь на коленки — новые джинсы точно будут серого цвета. Девушка собирала все кисточки, сразу же считая их, ведь не дай бог Со Ёль хоть одной не досчитается, будет, что слушать.       Девушка остановилась на последней кисточке под номером пятнадцать, а после решила собрать все десять альбомов, что были не так сильно разбросаны и лежали почти все на одном месте рядом с каким-то большим горшком для цветов, что, в свою очередь, был около входа в помещение. Дженни медленно пролезла между людьми, что поглядывали на неё с недовольным лицом — приходится долго ждать открытия здания, чтобы посмотреть новую коллекцию картин всемирно известной Со Ёль, так ещё и какая-то девушка ползает по асфальту, собирая какие-то безделушки.       Собрав все вещи и уместив их в руках, девушка приблизилась к двери. Немного наклонившись, девушка попыталась нажать на ручку двери, и с четвёртой попытки та всё же открылась. В этот момент Дженни пожалела, что не послушала свою подругу, с которой делила одну квартиру, и не взяла какую-то сумку, чтобы все эти вещи принести на свою работу.       Девушка забежала в здание и на всей скорости побежала по коридору. Забежав в небольшую комнатку, она сразу же принялась раскладывать все принадлежности на стол. В глазах немного потемнело от бега, и девушка присела.       — Чего расселась? Ким Дженни, ты и так опоздала на… — девушка чуть старше Дженни посмотрела на наручные часы и что-то прошептала. — На целых двенадцать минут и семь секунд. Я же звонила тебе и сказала срочно прийти, — Дженни быстро поднялась и поклонилась. Она чувствовала, что сейчас ей не поздоровиться, хотя, может, повезёт, если у Директора Со Ёль хорошее настроение.       Девушка нервно кусала губы, перекачиваясь с одной ноги на другую — привычка ещё с детства давала о себе знать. Дай только повод Ким Дженни немного понервничать и всё — покусанные, немного припухшие розовые губы обеспечены.       — Простите, Директор Со, — всё, что могла произнести девушка. Если бы попыталась объясниться, было бы только хуже.       Не только у Дженни есть привычки, главной привычкой молодой, но уже известной художницы — постоянно ворчать и критиковать за какую-либо мелочь. Так что не стоит открывать рот, ибо будет несладко — уши в трубочку свернутся от всего услышанного.       — Простите, простите… — девушка повторила за Дженни, немного перекривляя её, а потом вздохнула. — Так уж и быть, на этот раз прощаю, но чтобы это больше не повторялось. Сейчас у меня нет времени. Утром, как зашла в галерею, на меня снизошло вдохновение, мне нужно нарисовать ещё одну картину примерно за тридцать минут до открытия, — Директор Со Ёль мягко улыбнулась и протянула руку прямо к девушке, на что та быстро отреагировала, подавая кисточку нужного диаметра. И только бог знал, как она смогла угадать.       По комнате разошёлся запах краски, Дженни закрыла двери в галерею, а вместо этого открыла окно. По комнате летала краска при каждом профессиональном взмахе кисточкой. На бумаге, что была прикреплена к мольберту, появлялось всё больше цветов и вырисовывалась непонятная для Дженни картина — особенный взгляд Директора Со Ёль, она не могла понять. Она видела все детали, но что они значат? Что они значат для самой художницы?       — Вот и всё, — радостно и удовлетворённо проговорила Директор Со, последний раз проведя кисточкой по полотну. — Сколько сейчас времени, Дженни?       Та сразу же посмотрела на часы, что тикали на её запястье, и удивилась. Чтобы убедиться в точности времени, она достала свой телефон из заднем кармане своих новых джинсов и посмотрела на время.       — Сейчас девять часов и двадцать три минуты утра, Директор Со, — всё так же удивлённо проговорила Ким Дженни.       — Пойдём, нужно её повесить на стену к остальным моим произведениям. У нас ещё час до открытия, так что сможем отдохнуть, — Дженни кивнула и побежала за Директором.       Как только они закончили свои дела, а Директор пошла пить кофе с ванилью в своём кабинете, Дженни решила пройтись по галерее и посмотреть, всё ли в порядке. Девушка обратила внимание на картину, где были нарисованы цветы, горы и небо — всё одного цвета, точнее, оттенками одного цвета — красного.       Она была поражена и всматривалась в каждую деталь, на которую человек не всегда обращает внимания, а именно краешек горы, что, обломанный, лежит на земле рядом с прекрасным цветком, у которого один лепесток упал, и закат ярого красного, что ближе к бордовому цвету окрашивал всю оставшуюся часть полотна.       Она прошла дальше, просматривая картины одну за другой, пытаясь понять, в чём смысл этих деталей. Дженни прошла огромную галерею, даже не заметив этого.       Всем людям, что стоят за той стороной этого здания, нравились эти картины. Может быть, только она не могла понять их смысл? Но как однажды сказала сама художница «Ты не сможешь понять, какие чувства я хотела передать этими картинами, пока не почувствуешь то, что и я, Дженни», и только сама Со Ёль знает, что значили эти слова, а пока Ким Дженни и понятия не имела об этом.       Как только двери галереи открылись, люди зашли, сразу же приветствуя Директора Со и разглядывая с большим удовольствием и восхищением в глазах картины, а Ким Дженни осталось лишь спрятаться за стеной, отряхивая рукой пыль с колен и мечтая когда-нибудь стать такой же, как Директор Со.

17 мая 2015 г.

      Дженни снова бежала по поручению Директора Со, на этот раз нужно купить новых четыре альбома и десять кисточек, потому что старыми, уже использованными, она не пользуется — видите ли, профессионал так не делает. Плюс ко всему этому нужно купить палитру размера побольше и краски, где разнообразие цветов больше, чтобы не утруждаться смешивать их самой, ведь доверить такую роботу Дженни она не может.       Дженни, вместив на этот раз всё в сумку, протянула кассиру купюру, ожидая сдачу. Девушка оглянулась по сторонам, руки нервно сжимали ручку сумки — всё от переживания, что опоздает — снова.       Наконец-то получив свою сдачу, Дженни выбежала из магазина, немного придерживая сумку, из которой торчала покупка, она бы застегнула молнию, но вещи и так еле помещались. Она пробежала несколько метров и остановилась на пешеходном переходе, ожидая зелёный. На светофоре тикали часики: двадцать пять, двадцать четыре, двадцать три… девушка в уме пересчитывала, надеясь, что время пойдёт быстрее.       — Простите, вы уронили, — Дженни услышала какой-то голос сзади, но не придала этому значение, ведь не привыкла в свою сторону слышать такое слово, как «простите». Как только кто-то дотронулся до её плеча, она, испугавшись, резко повернулась, осматривая человека. — Простите. Не хотел напугать. Это ваше? — светлая кожа, красиво уложенные волосы, тонкие губы — Дженни обратила внимание на всё сразу, а ещё красивые карие глаза с двойным веком, что придавали особенности в образ парня. Девушка, придя в себя, быстро забрала кисточку и поклонилась.       — Спасибо.       Наконец-то замигал зелёный сигнал на светофоре, и Дженни быстро рванула к зданию, что находилось на противоположной стороне по проспекту вниз. Работая целыми днями, у Дженни едва хватало времени даже поесть, не говоря уже о попытках нарисовать что-то, чтобы не стереть его при первых же штрихах, объясняя это одними и теми же словами: не моё наверное.       Хотя ей просто нужно было сделать еще пару мазков, и, возможно, она была бы другого мнения о себе, но всё, за что бы она не бралась: будь то готовка, шитьё или рисование — не получалось.       Она перестала мечтать, что кто-то скажет ей что-то хорошее или, это, конечно, заоблачные мечты, похвалит.

27 мая 2015г.

      Дженни сидела за столиком в кафе, что-то черкая на листе бумаги. Единственный выходной, нужно как следует отдохнуть.       — Прости, но тебе нужно рисовать не на этом листе бумаги, а в альбоме. Так ты сможешь лучше, так как линии в этой тетради тебе мешают, — девушка резко поднялась, а вместе с этим её произведение полетело на пол. Она тяжело вздохнула и посмотрела на человека, что отвлёк её. Она застыла в недоумении, ведь они уже виделись однажды.       — Ох, спасибо за подсказку, но я не художник, — она улыбнулась. — Мне просто нечем сейчас себя занять, вот и пришло в голову… хотя, знаешь, забудь, — парень улыбнулся, поднимая с пола листок.       — Меня зовут Ким Тэхён, я собирался уходить, но заметил тебя. Мы же встречались? — парень протянул листок, и девушка мигом приняла его.       — Да, на светофоре. Ты меня спас в тот день. Спасибо. И да, меня зовут Ким Дженни. Рада познакомиться, — она показала рукой на стул, и они оба присели. — Ты тоже рисуешь?       — Да, но только для себя.       — Извини, но я могу посмотреть? — девушка была заинтересована, сама до конца не понимала, кем именно: рисунками или парнем. Но разговор был долгим, они рассматривали рисунки, узнавали друг друга. Он учил её рисовать, держа за руку, и они смеялись, когда, не специально засмотревшись друг на друга, рука скользнула, оставляя на бумаге, как им казалось, смешные кляксы.       Каждый раз они находили повод встретиться за чашечкой чая или кофе. Они продолжали болтать обо всём и ни о чём. Стало привычкой показывать всё, что нарисовали, и обговаривать все недочёты и лучшие стороны, с каждым разом так улучшая свои навыки.       Улыбка становилась ярче при каждом взгляде на него. Дружба становилась всё сильнее, всё крепче. С каждым днём они связывались ещё ближе. В итоге им нужно было видеться всё чаще и чаще, звонить друг другу и болтать ночами напролёт, а иногда посередине разговора решить встретиться на какой-то площадке и выпить по баночке пива.       Но, как говорится, дружбы между парнем и девушкой бить не может. И, в конце концов, в голове произошла химическая реакция под названием любовь. В глазах летали искры, а в животе бабочки, что давали порцию смущения после нежного первого поцелуя, такого робкого и такого желанного.       Пара постоянно проводила время вместе, особенно после того, как Тэхён устроился на работу в «Искусство Со Ёль». Его работы были настолько красивыми, что не пришлось долго ждать похвалы от Директора. Не прошло и пары недель, как его первые картины висели на стенах галереи.       Но спустя ещё некоторое время парень погрустнел, кажется, он был взволнован, чем-то расстроен. Всё, за что бы Тэхён не брался, не выходило, и порой он просто садился, зарываясь руками в свои густые волосы цвета каштана.

20 августа 2015 г.

      Дженни сидела на берегу моря, склонив голову на плечо парня. Волны, яростно не сдаваясь, бились о песок, создавая шум. Чайки тоже летали, приседая на песок, поклёвывая его в надежде найти поесть. Здесь на душе становилось спокойно.       — Тэхён, я уже несколько дней хочу тебя кое о чём спросить, — девушка подняла голову, смотря на парня. Сейчас она переживала. Дженни не знала, что он хранит в себе, это может быть всё, что угодно: от потери вдохновения, как часто бывает у художников, или неумения придумать сюрприз на день рождения Дженни, что должен быть через неделю, до чего-то похуже, как болезнь или ещё что-то. — В последнее время ты выглядишь расстроенным и потерянным, ты можешь мне сказать, что случилось? Ты же помнишь, что можешь рассказать мне всё, что бы это не было? — настигла тишина, в воздухе парило переживанием обоих.       — Дженни, мне пришло письмо, — парень замолчал, глотая ком в горле. — Меня приглашают работать в самой известной арт-галерее в Америке. Для этого мне нужно переехать туда на неопределённое время, — парень замолчал, а девушка, вдохнув воздуха, опустила голову, обдумывая свои слова.       — Тэхён, ты должен поехать, — набравшись смелости, девушка произнесла то, что шло от чистого сердца, то, что она правда ему желала.       — Дженни…       — Нет, послушай меня, Тэ, это возможность всей твоей жизни! — на глаза наливались слёзы, но она улыбалась, держа парня за плечи. — То, что ты заслуживаешь, нашло тебя. Думаешь, если ты останешься здесь из-за меня, мне будет легче? — девушка заглянула в глаза парню, что тоже блестели от нахлынувших слёз. — Я не смогу с этим жить. Поэтому я должна тебя отпустить, — по щеке покатилась слеза, но она продолжала улыбаться.       — Дженни, я люблю тебя.       — Я тоже люблю тебя, — она обняла Тэхёна и медленно похлопывала его по плечу. Должно быть, сложно было держать всё это в себе. От этих мыслей у девушки сердце ещё больше разрывалось. — Очень люблю.

5 июля 2020 г.

      Девушка направлялась в галерею. Деловой костюм придавал ей немного строгости и сдержанности. Сумка в руке уже не была наполнена бесконечными кисточками и альбомами, разве что одним, ведь художник должен иметь их при себе всегда, вдруг вдохновение придёт — этому спустя долгую работу на Директора Со она научилась.       Дженни вошла в прежнее место работы и улыбнулась. Похоже, стиль работы Со Ёль совсем не изменился спустя четыре года, как Ким Дженни уволилась. Она подошла ближе к первой картине, на которой остановился её взгляд.       На ней было нарисовано сердце, настоящее человеческое сердце, одна его сторона была красная, другая чёрная. Девушка ухмыльнулась. Только она поняла смысл всех картин, появилась эта. Девушка услышала знакомый стук каблуков, что остановились рядом. Она улыбнулась.       — Ну, здравствуй, Ким Дженни.       — Со Ёль, рада тебя видеть спустя долгое время, — они крепко обнялись, будто давние подруги. Со Ёль была наставником, что всегда давал хорошие советы, вне зависимости, поймёшь ты их сейчас или когда-то. — Я поняла смысл всех тобой нарисованных картин, но что значит эта? — девушка повернулась, снова смотря на шедевр.       — Это сердце обозначает эмоции. Все чувства предыдущих картин.       — Это гениально, каждая картина значит особое чувство определённого периода в твоей жизни: радость, счастье, грусть, горе, — девушка улыбнулась. — Мне тебя никогда не переплюнуть.       — Да ладно тебе. Ты открыла свою галерею в Каннаме. Все люди восхищены твоими работами, я горжусь тобой. Ты молодец. Твоя мечта осуществилась, — Со Ёль похлопала её по плечу и направилась уходить. Дженни ещё немного постояла возле картины, всматриваясь в каждый мазок, как вдруг услышала шаги, немного неуверенные, но такие знакомые.       Она резко повернулась. На глаза нахлынули слёзы. Перед ней стоял всё тот же родной Тэхён, которого она так ждала. По которому так скучала.       И не нужно было слов.       Они и без них всё понимали.       Любовь преодолела время в пять лет.       Теперь девушка наконец-то поняла, что значат те слова.       «Ты не сможешь понять, какие чувства я хотела передать этими картинами, пока не почувствуешь то, что и я, Дженни».