Тайны тёмной души

Если бы не история этого замка, если бы не легенда, идущая из уст в уста уже несколько веков у людей, и не только, нимфу бы спасло это место.

      Собаки остановились перед замком, а охотники лишь раздраженно цыкнули, и один из них кинул фразу, перед тем как уйти: — Пропала нимфа.       Они понимали, что оттуда она уже не вернется — ещё никто не возвращался.

      Спустя некоторое время, уверенная в том, что её преследователи не решатся сунуться в замок и уже ушли, девушка снова попыталась толкнуть дверь. Но та, или сильно закрылась от порыва ветра, или… неизвестный хозяин не хотел выпускать гостью из своего дома. Амалия испуганно осмотрелась: вокруг была непроглядная темнота, отчего внутри начал зарождаться страх. Первобытный, ещё когда далекие предки человека пытались спрятаться от темноты, собираясь возле костра. Паника начала затапливать сердце юной нимфы. Было очень темно, казалось, что эта тьма темнее самого глубокого каньона. Окна, может, и были, но не в холле, где сейчас стояла нимфа, испуская прекрасный аромат цветов и… Страха.

      На лицо медленно потянулась легкая ухмылка и тут же пропала. В этом месте всегда пахло сыростью, пеплом и металлом, ОН не привык чувствовать здесь такой нежный, женский аромат. В это место лишь пару раз попадали женщины, да и те были: то заблудившимися распутницами, то сбежавшими из дома подростками. Но от всех них новую гостью отличало то, что она — нимфа. Существо, обладающее какой-то, хоть и слабой, магией; девушка, являющаяся самым прекрасным из существ леса. Интересно было бы узнать, почему она тут, но хозяин этого дворца заинтересован лишь в магии, иллюзиях и испытаниях на забредших сюда людей. Его не волнует, кто ты, какого происхождения и как тут оказался — это не важно, ты всё равно труп. А раз так, пришёл — будь полезен делу всей его жизни.       Огни на подсвечниках начали загораться один за другим, вдоль колонн, ведущих к огромной лестнице по середине, которая расходилась на две стороны. Словно по волшебству холл озарился светом многочисленных фонарей на стенах, озаряя большое пространство. Амалия всё ещё не отходила от входа, надеясь, что раз здесь включился свет, то может её и выпустят наружу. Однако дверь упорно не желала открываться.       Стараясь взять себя в руки, девушка сделала пару шагов, осматривая помещение. Для неё, всю жизнь проведшей среди лесов, такое убранство видеть было в новинку. В холле было очень просторно: высокие потолки; пара колон, подпирающих коридоры второго этажа; чуть ли не хрустальный пол создавал отражение, визуально расширяя пространство; а приятным бонусом были диванчики и кресла в середине, стоящие на мягком ковре. Если подойти к дивану и посмотреть вверх, то можно увидеть купол с огромной люстрой из какой-то руды и свечей, которые чудесным образом зажглись, словно водопад (от самой верхней свечи, к самым нижним, на последней ступеньке люстры). Это было настолько завораживающе, что от долгого просмотра начинала кружиться голова. Украшение на потолке, казалось, сияло ярче самого солнца, а ковёр на полу был мягкий, как первая весенняя трава. Пожалуй, здесь было довольно уютно. От созерцания роскошного интерьера нимфу отвлекли шаги по одной из лестниц, которые она заметила, как только зажегся свет.

С правой стороны, по лестнице, медленно спускалась фигура. Явно мужская, так как широкие плечи и узкий таз (характерный перевернутый треугольник для парней). Но смущало то, что по его плечам и спине нежно спадали, и чуть подрагивали от шагов, волосы. Этот силуэт так же был в чем-то длинном, в пол, скорее всего накидка, а вот по тому, как тишину, в которой было слышно, как трещит огонь от зажженных свечей, резал стук каблука.

      Девушка снова бросилась к двери, уже почти безуспешно пытаясь её открыть. Ей чудилось, что стук каблуков приближается слишком быстро, хотя незнакомец даже не сошёл с лестницы. Дёрнув дверь ещё раз, нимфа прижалась к ней спиной. От испуга у неё готовы были подкоситься ноги — она была уверена, что ничего хорошего эта тёмная фигура нести не могла.       Но прежде чем паника окончательно поглотила юную деву, она почувствовала, что всё-таки начинает оседать на пол. В теле появилась слабость, оно начало отниматься, и Амалия сползла по стене на пол. Стало резко не хватать воздуха, будто ребра так сжали легкие, что не дают и вздоха, отчего нимфа несколько раз коротко, рвано, сквозь легкую, но резкую боль, вздохнула. В голове зашумело, перед глазами мелькнула мужская, освещённая свечами рука с множеством перстней на пальцах, и цепочкой с перевёрнутым крестом на запястье, и сознание выключилось…       Медленно спустившись к ней, зная, что спать она будет долго, мужчина сложил пальцы обеих рук друг к другу и, прошептав какую-то фразу, тронул её за руку, после ногу и живот. Зачем? А за тем, что через секунду три точки соединились и тело, словно пёрышко, поднялось в воздух. Магия гравитации — одна из тех, что удалось выучить магу за несколько лет своей жизни в одиночестве. Конечно, гости бывают, и на них он часто испытывал новый стиль магии, что и будет ожидать фею, когда та чуть восстановится. Хотелось посмотреть: сможет ли нимфа продержаться дольше, чем любая из девушек, поставит ли она рекорд среди представительниц прекрасного пола, посетивших это место.       А пока он переместил её в, казалось бы, обычную комнату, с одним совсем маленьким окном, которое было открыто для поступления свежего горного воздуха. Каменные, холодные стены, пол и потолок были неуютны, не гостеприимны. На кровати всего одна жалкая подушка из какой-то непонятной ткани, простынь, и совсем тонкий плед из хлопка. Да, холодно, да страшно, но это ещё цветочки по сравнению с тем, что случиться после второй встречи с хозяином «сие пятизвездочного отеля». Но сейчас пусть спит и наслаждается хоть каким-то спокойствием.

Шаг за дверь комнаты. Оборот через плечо. Зловещая ухмылка на тонких бледных губах. Стук каблука о пол коридора. Пустота. Фигуры словно и не было. Он оставил за собой лишь легкий ветерок, закрывший сквозняком дверь «номера».

. . . Зелёный лес был залит ярким солнцем. В ветвях громко пели птицы, а в траве слышалась стрекотня сотен насекомых. Весело бежал ручей по лесной прогалине, а вода приятно холодила руки. Опустив ладони в воду, нимфа окатила ей лицо. Но жидкость вдруг показалась ей обжигающе холодной. Посмотрев на ручей, она отпрянула — он покрылся тонкой коркой льда. На стволах деревьев стал появляться иней, а в лесу резко стало холодно. Словно проказа, по земле медленно стал расползаться белесый налёт, отчего листья на кустах съёживались, а цветы увядали. По коже пробежал мороз, и Амалия зябко повела плечами, а изо рта вырвалось облачко пара. Этого не могло быть — в лесу всегда стояла хорошая погода. Да и это просто сон, она не может на самом деле так сильно мёрзнуть. Или всё-таки может? . . .

      Нимфа вздрогнула и проснулась, свернувшись калачиком в незнакомой комнате на кровати. Она дрожала от холода, ведь, порванное во время погони платье, не могло её согреть. Из небольшого окна в помещение врывался ветер, отчего ощущалась довольно сильная прохлада. Амалия приподняла голову — она явно была уже не в том холле, куда попала сначала. Кто-то её перенёс сюда, но кто?       Внутри всё похолодело, когда девушка вспомнила о фигуре, которую видела на лестнице. Отправляться на поиски загадочного хозяина особняка не было никакого желания — слабость в теле никуда не исчезла, а конечности словно налились свинцом. Нимфа понимала, что это результат странного магического воздействия, и от этого ей стало ещё страшнее. На что же может быть способен человек, если у него получилось усыпить её, даже на расстоянии?