Настоящий дворецкий

      Жан всегда знал, что если он хочет стать хорошим дворецким, то нужно соблюдать правила, выведенные и выверенные сотнями людей до него.       1. В выражении лица идеального дворецкого должно сочетаться, казалось бы, несочетаемое: спокойное достоинство и постоянная готовность услужить.       Путем проб и ошибок, нужное выражение все же было выбрано и заняло свое место на лице Руссо. Заметьте, именно выражение, не маска, потому что в стрессовой или неожиданной ситуации, она может легко слететь, открыв истинные чувства человека, а для хорошего работника его должности это недопустимо. Так что да – умение держать лицо в любых ситуациях – это то качество, которое ценится у хорошего дворецкого.       Особенно у дворецкого, работающего на семью Буржуа.       2. Выполнять свои обязанности безупречно, желательно предугадывать желания нанимателя и его гостей.       Жан был неопытным мальчишкой, только что закончившим курсы по финансовым делам, когда попал на эту работу. Андрэ Буржуа тогда еще не был мэром и был холост, но глядя на этого человека, Жан с абсолютной ясностью понимал – ненадолго. И верно – на очередных выборах, когда предыдущего мэра осудили за махинации, этот пост занял его помощник.       Жан помнил, как начиналась его карьера на новом месте. Андрэ месяцами просиживал в своем кабинете до поздна, стараясь исправить то, что натворил его предшественник. И плоды его усилий окупились – спустя всего полгода утраченное было доверие к властям начало возвращаться. А после принятия нескольких общественно-важных, но дорогостоящих решений по поводу облагораживания города, он окончательно укрепил свои позиции.       Однако даже несмотря на спокойную обстановку, мэр Буржуа работал не покладая рук, потому что желающих его подсидеть было по прежнему много. Сейчас даже больше чем обычно – так как основные текущие проблемы Андрэ почти устранил. Как в таких напряженных условиях он смог заметить начинающую модель, работающую в паре с его лучшим другом, Габриэлем Агрестом, да еще и успеть жениться на ней, было для исполнительного работника загадкой.       3. Дворецкий не должен привязываться к своим работодателям больше, чем позволяет ему его работа.       Так получилось, что с Хлоей Буржуа, дочерью Андрэ и той самой модели, переквалифицировавшейся в модного критика, когда годы взяли свое, сидел Жан. Увы – девочка была очень капризным ребенком, подпускающим к себе только маму, папу и дворецкого. Никакие няньки и гувернантки не могли примирить ребенка с тяжелой действительностью, в которой у мамы с папой было полно работы, да и у самого Жана обязанностей хватало.       Но делать было нечего. Так дворецкий помимо прочих забот и стал нянькой на полставки. Разумеется, следить за ребенком постоянно он не мог, но приходить и успокаивать, когда дело выходило из-под контроля, он мог. И делал.       Что удивительно, но проблем с определением окружающих у девочки никогда не наблюдалось. Она всегда знала, что мужчина в строгом деловом костюме и алой лентой – это папа, модно одетая блондинка с длиннополой соломенной шляпой – мама, а мужчина, сидящей часто рядом с ней – это Жан. Однако несмотря на понимание, кто есть кто, его имя стало первым, что произнесла маленькая полуторогодовалая Хлоя, когда он на пару с очередной нянькой пытался заставить ее уснуть.       Время шло, Хлоя перестала быть столь категоричной в своем окружении, и Жан вернулся к привычной и любимой работе. Он по прежнему был тем, к кому девочка могла прибежать, потому что испугалась паука, или внезапно вспыхнувшей грозы, но теперь большинство ее времени занимали игрушки и единственный друг-сверстник Адриан, чем вечно занятой дворецкий. Однако она знала – случись что, Жан отодвинет все дела и посидит с ней, если она попросит, передаст очередной рисунок отцу, который хранит их в специальном альбоме в своем кабинете, или просто принесет чай с печеньями, несмотря на то, что ужин давно прошел.       Жан знал, что привязываться к чужому ребенку не есть хорошо, однако не мог по-другому. Своей семьи у него не было, да и не считал нужным Жан ее заводить – когда бы он уделял время жене и появившимся детям, с его-то работой? Вот и ходил законченным холостяком, тратя все родительские позывы на дочь нанимателя.       4. Хороший дворецкий всегда должен отделять нужное от ненужного, оповещая нанимателя о первом и не беспокоя о втором.       Жан наблюдал ссору супругов Буржуа лично, а потом сам же отдавал приказы по сбору вещей мадам Буржуа. Это была далеко не первая их ссора, однако раньше они старались сдерживаться, хотя бы ради Хлои. Однако тщетно. Дети они такие, они все чувствуют.       Он помнил, как после этого изменилась добрая девочка. Как, с годами, видя мать только по телевизору, с которого она надменно смотрела на окружающих, она стала так же смотреть на свое окружение. Видел, как она все больше погружается в этот мир, где не было цены искренним человеческим чувствам, только неискренность и фальшь были в почете. Жан хотел бы что-то изменить, да только слушать его Хлоя не хотела, а лезть в душу дворецкий не привык.       Время летело как пушенная метким лучником стрела – первый класс, первая подруга, первое разочарование. Пропажа матери Адриана и ограничение общения с самим мальчиком плохо повлияло на Хлою, которая, несмотря на перемены, все же хотела помочь. И помогала ведь. Срывая телефон, звоня по сотне раз на дню, штурмом беря неприступный особняк, иногда даже успешно, выслушивая все горе друга, подставляя плечо как тогда, когда он утешал ее. Жан знал это, поэтому слыша сонный голос своей подопечной в три ночи не спешил укорять ее за сбитый режим сна, принося по утру любимый черный кофе без сливок на завтрак.       Жан за столько лет работы дворецким видел, кажется, все – начиная от переполоха по поводу недостающей зубной щетки, до крокодила месье Стоуна, но появление самых настоящих злодеев и героев его все же удивило. Да, не ожидал он увидеть борьбу зла с добром не с экрана телевизора его подопечной, а буквально находясь в паре шагов от происходящего действа. К счастью, многолетняя выдержка не покидала его даже в такие опасные моменты, а потом, поняв, что парочка в спандексовых костюмах не только побеждает каждый раз, но и разрушения, полученные в пылу битвы убирает, совсем успокоился, став воспринимать ситуацию как одну из штатных потрясений.       Конечно, каким бы ты не был хорошим дворецким, иной раз чувства все же вырываются из-под контроля. Особенно опасно это из-за Бражника, которому только повод дай, чтобы акуму выпустить. Так и произошел позорный момент в его биографии, который главный злодей, словно в насмешку, назвал Гневным Мишкой.       Герои справились с ним, на работе отнеслись с пониманием, мэр Буржуа не сказал ни слова, но еще долго мучило мужчину чувство вины за свою несдержанность, выразившуюся в таком виде. Ведь как так, в Париже проживает больше двух миллионов человек, а на удочку попался он, годами шлифовавший свое поведение! Это было несправедливо.       Может из-за этого, а может роль сыграли другие факторы, но перемены в характере его подопечной он заметил далеко не сразу.       Сначала был мед, на который у Хлои с детства была аллергия, и который она теперь требовала ежедневно. Потом требование вернуть из кладовки старую корзинку, в которой когда-то давно жил подаренный мадам Агрест котенок, породы мейн-кун, отравившийся какой-то гадостью и умерший еще три года назад. И последнее, на что не обращать внимание стало уже невозможно – поведение.       Нет, Хлоя не изменила в одночасье свои привычки, она все так же продолжала грубить всем и каждому, прикрываясь именем властного отца, разве что делала это реже, что, при должном старании, можно было списать на взросление. А вот реакцию на опасность списать на то же уже не получалось.       Впервые Жан это заметил, когда во время очередного нападения Хлоя чуть было не сорвалась на помощь одной из горничных, чуть не попавшей под обломки крыши. Потом когда увидел, как после удара акуманизированного она довольно быстро встала на ноги, ни словом ни делом не давая понять, что ей больно. И последнее наблюдение, которое уже не давало простора для размышлений, было явление ЛедиБаг, несшую на себе обессилевшую КвинБи, с которой довольно быстро спадала трансформация.       Жан был дворецким, который всегда знал, о каких проблемах стоит уведомлять руководство, а о каких стоит промолчать. И ситуация, в котором дочь мэра оказывается одной из новых героев, призванных незабвенным дуэтом, определенно была тем, о чем стоит сказать Андрэ.       Однако дальнейшие события вытеснили эти размышления из головы.       Хлоя выглядела довольно плохо, с выпачканной грязью и кровью одеждой, пыльными волосами и синяками по всему телу, к тому же, она потеряла сознание сразу, как с нее слетела трансфомация. Леди Баг это ничуть не смутило и не испугало – она спокойно отнесла напарницу к кровати, положила ее, и подняла руки.       А дальше началось волшебство. Иначе это действо ошеломленный Жан бы не назвал, ведь с ладоней героини сорвался теплый розовый свет, так похожий и непохожий одновременно на ее фирменное Чудесное Исцеление, которое залечило все повреждения девушки, а также привело в порядок ее одежду и прическу. Теперь, если бы Жан, или другой работник вошел сюда, подумал бы, что дочка мэра просто устала и заснула, едва добравшись до постели.       К сожалению, чутье героини, или какой-то другой факт, но в последний момент она все же обернулась и посмотрела в тот угол, где находился дворецкий. И увидела его.       5. Не обсуждать своих нанимателей.       Глаза девушки за пятнистой маской испуганно расширились, когда она поняла, что личность напарницы раскрыта, но почти сразу на лицо вернулось сосредоточенное выражение.       Не говоря ни слова, она притянула не сопротивляющегося мужчину нитью верного йо-йо, и прыгнула на соседнюю крышу быстрее, чем он смог понять, что произошло.       Вообще, Жану импонировала ЛедиБаг. Порой он поражался ее умению всегда находить выход из положения. Что-то подсказывало ему, что смекалка хрупкой на вид девчонки – совсем не Талисмана заслуга. Или, не совсем его.       Но сейчас, поняв, что на роль героя она обрекла не кого-нибудь, а именно Хлою, с которой он просидел все ее детство и юность, он не знал, что и сказать. С одной стороны было приятно, что такая девушка смогла разглядеть в его подопечной не только избалованную дочку мэра (а то видел он, как она кривилась при встрече с ней ранее), а вот с другой совсем не радовало, что девочка, которую он давно считал своей дочерью, рискует собой, защищая Париж от акум.       - Я знаю, о чем вы думаете, месье Жан, - заявила героиня, когда они приземлились на крышу.       Голос героини был выше, чем обычно, и Жан невольно задался вопросом – а не первый ли он, кто разгадал тайну личности одного из героев. Судя по тому, как напряжена Божья Коровка, так и есть.       И тем не менее, ему не льстила эта мысль. Честно говоря, он бы предпочел и дальше остаться в неведении, чем…       Стоять здесь, настраиваясь на головомойку от супергероини.       - Вам нужно сообщить начальству о вашем открытии, позаботиться о ее безопасности, – продолжала Леди, все тем же напряженным тоном. – Однако я бы очень попросила вас этого не делать.       Чтож, ожидаемо. Хорошо еще, что не попыталась память стереть, или сделать еще что-нибудь в этом духе. Почему-то сомнений, что ради напарников она пойдет на крайние меры, у него не возникло.       - Это опасно, - попытался возразить Жан, но уже понимал, что мэр Буржуа не узнает о том, что сейчас произошло. По крайней мере – не от него.       - А быть обычным гражданином не опасно? – возразила героиня, глядя на него с непоколебимой уверенностью. – Быть дочерью мэра, которую половина населения ненавидит, а вторая завидует, не опасно? Так, по крайней мере, она всегда сможет себя защитить, сможет скрыться от своих неприятелей, потому что никто не знает, что КвинБи и есть Хлоя, и наоборот. Поверьте мне, месье Жан – Бражника не остановит осознание, что ради победы ему придется переступить через тело Хлои, а вот чтобы переступить через тело КвинБи, ему придется побороться.       Мужчина потер руками лицо. Она была права. Глупо было надеяться, что Хлоя останется в стороне, будь она обычной девочкой, или героиней Парижа. Такова уж была Буржуа – находиться в центре событий она любила и умела, пусть и не всегда по своей воле.       И все же…       - Как героиня она постоянно рискует собой, тогда как Хлоя…       - Тогда как Хлоя она также рискует, потому что одно ее появление может вызвать в человеке злость. Поверьте, я знаю, о чем говорю. К тому же, - позволила себе улыбнуться Леди – как героиня она не одна. Рядом с ней всегда будет кто-то, кто сумеет прикрыть ей спину. Кто примет ее, просто потому, что она – своя.       Леди не лгала, эту эмоцию Жан мастерски научился отслеживать за долгие годы работы на Андрэ Буржуа. Более того – она верила в свои слова, искренне считая Хлою, как она это назвала? Своей? Похоже на то.       Внимательно приглядевшись к девушке, он вспомнил, как она затащила усталую напарницу домой, хотя он не помнил, чтобы сообщалось о новых акумах, и понял, что и сама Леди старается защищать их, как может. Пусть даже не в «рабочее» время.       - А еще у нее есть вы, - произнес он, желая проверить свою догадку.       Девушка глаз не отвела.       - Разумеется. Я, как Командир, в первую очередь должна следить о сохранности команды. И Хлоя является ее частью.       Жан кивнул, понимая и принимая новую правду.       Он не скажет ничего Андрэ. Ни словом не обмолвится никому, даже самой Хлое, что знает ее тайну.       В конце концов, Жан дворецкий. Они хранили тайны и пострашнее личности супергероев. Он справится.