Помоги мне.

Судьба богата и щедра на сюрпризы. По крайней мере, иначе, чем сюрпризом, неожиданный визит старшего сына лучшего друга Чес назвать не может. Тем более, в довольно поздний час. "Научи меня." - просит Ди прямо с порога, глядя на него исподлобья - словно приказывает. "Чему же?" - уточняет на автомате Чес, хотя видит кусок грифа за спиной парня. Сейчас поздний вечер, за окном льет ливень, чертовски холодно и темно. Транспорт уже не ездит, отчего появляются новые вопросы. По идее, юнцу вообще надо бы уже валить домой поскорее, но он ему не родитель, чтобы указывать. Да и... когда он его о чем-то просил? Когда Ди вообще был готов пересилить свою гордость и попросить о помощи другого? Тем более, его. "Играть. На гитаре." - коротко, ясно, но как-то сломано звучит в ответ. Шатен отлипает от косяка двери, окидывает взглядом блондина и жестом приглашает парня идти за ним. Потом решает все же оставить неразумного подростка у себя на ночь - слишком поздний час, завтра выходной, так что голубоглазый без проблем отоспится и вернется домой. Однако... "А чего ж сейчас-то, так поздно?" - усмехается Чес, ставя чайник и устраиваясь на кухне, но перед этим кинув незваному гостю штаны и рубашку - не хватало еще, чтобы тот заболел. Ди переодевается в одной из комнат, возвращается и садится напротив, смотря на свои руки. Наверное, не самое удачное время для подобных вопросов. И нужны ему не уроки, а отдых и поддержка. Только в чем? "Ну так?" "Пешком шел." "Вот как... Чего ж не поехал? Твои предки наверняка волнуются." - берет сигарету и затягивается. Несмотря на внешнюю расслабленность, тщательно изучает его и пытается понять в чем дело, почему Ди - всегда спокойный и рассудительный парень - так опрометчиво поступает; так... странно и несвойственно для себя. И возможные варианты его отнюдь не радуют. - "Глэм с меня потом, хех, три шкуры сдерет, да и с тебя тоже, малец." Реакция на прозвище отца дала ответ на все вопросы - блондин едва заметно дернулся, а взгляд ощутимо помрачнел. Пальцы сжались в кулак от сдерживаемых эмоций, дрожь едва заметно усилилась. "Значит, приятель напортачил." - понимающе кивает Чес, продолжая анализировать. - "Давай рассказывай, видно же, что не учиться пришел. Ты бы без меня эту гитару освоил за день-два." Вопрос еще сильнее подтолкнул к ответу - Ди как-то странно сжался, словно сдерживая себя от чего-то. Вздох против воли вырвался из груди. С одной стороны стало жаль парня, а с другой он не мог осудить друга, прекрасно зная какую травму тот имел из-за своего отца. "Значит, это из-за Глэма, да?" - неожиданно серьезно спросил он, убрав напускную расслабленность. Блондин дернулся. "Я не хочу это обсуждать." "Придется, чтобы разобраться во всем." - спокойно ответил Чес. - "Дай угадаю, ты попросил его помочь, верно?" Молчание в ответ. "Хей, приятель, расслабься. Ты можешь мне довериться - этот разговор останется между нами. Зачем-то же ты пришел в таком состоянии, еще и в ночь, именно ко мне." Ди выдохнул, не зная что делать. С одной стороны, Чес был прав - он знает его с рождения, и ни разу еще мужчина его не подвел, ни разу не причинил боль, всегда проявлял терпение и в целом блондин знал - отец плохих друзей никогда не выбирает, тем более таких близких и лучших, с которыми прошел через очень многое. Но с другой... С другой голубоглазый не знал о нем многого, не было действительно доверительных отношений. Доброта невольно могла подкупить, но вот это "двойное дно" - непредсказуемость "хиппаря", почти как у его отца - отпугивала. Ди уважал Чеса, хорошо к нему относился, но не больше, да и тот в основном уделял время более активному и любопытному Хеви. Поэтому их отношения можно было назвать именно нейтральными. Действительно ли мужчина не проболтается его отцу? Стоит ли ему доверять сейчас? Сможет ли тот... помочь? "Да." - наконец тихо ответил он. Несмотря на недоверие, вызвано оно было лишь отсутствием общения. В остальном же все было... прекрасно даже. Чес был единственным человеком вне семьи(если судить по крови), к которому он испытывал теплые чувства. Часто возникала мысль, что... было бы лучше, будь Ди его сыном. Особенно после того унижения в кабинете отца. К нему можно просто прийти, без вопросов закурить, играть на деньги, болтать о чем угодно - и он спокойно подхватит*. Только вот не от глупости, что радовало. Чес прекрасно его знал и понимал какой подход лучше. Безалаберное на первый взгляд отношение дарило, что удивительно, совсем не иллюзорную и серьезную заботу. Ощущение, что тебя примут любым, без упреков, криков, подзатыльников и прочего, со спокойной, мягкой воспитательной беседой. Чего так не хватало его родителям, к сожалению. Такие мысли невольно все же вызывали страх и опасение. "Как я и думал." - снова затяжка, ему кидают одну сигарету, которую он ловит на лету, как и полетевшую следом зажигалку. - "Рассказывай." И Ди послушно рассказывает. Дословно, иногда(не иногда на самом деле) делясь своими эмоциями и ощущениями в тот момент, едва не давится слезами и болью, когда доходит до момента с унижением, но упрямо продолжает, пока не становится легче. Боль слегка утихает, ком в горле рассасывается, и становится так... пусто и одиноко. Всегда лучший, старший, умный, который пошел в отца практически всем. И... ничего. Иногда было ощущение, что он не сдался отцу от слова "вообще", ведь какими бы старания ни были, похвалу он слышал... пару раз за все 16 лет? Хотя так хотелось услышать "Я тобой горжусь, Ди" или "Ты отлично постарался, сын", он не чувствовал ни заботы, ни тепла. К сожалению, тут никакой самообман не поможет и никакое самовнушение не убедит до конца, что ему не нужно это тепло. Мысли об этом еще сильнее удручали и без того подавленное состояние подростка. Чужому человеку было легче с ним поладить, чем отцу - психологу и манипулятору. Почему Глэм, всегда такой внимательный к деталям, не хотел помочь ему? Неужели не понимал что не так? Почему не смог спокойно объяснить или дать совет, без этой демонстрации превосходства? Ди боялся ответа на этот вопрос. И старался себя переубедить, что это не так. Только вот выходило отвратительно. "Знаешь," - Чес вдруг усмехнулся, решив подбодрить подростка. - "тащи сюда эту крошку. Уверен, тебя обучить несложно будет." "Это бесполезно. Я притащил ее в порыве эмоций." - буркнул Ди, все еще пребывая в мрачных думах. - "Я бездарность." Шатен лишь покачал головой, решив позже все же поговорить с другом. Подросток мог вообще скатиться с такими темпами в такие дебри и проблемы, из которых его можно будет и не вытащить. Вернее, этот процесс уже запустился, но шанс помочь еще имелся. "Брось, чувак, просто у Глэма другой подход. Сейчас быстро разучим и научим, будешь на зависть остальным играть, все девчонки будут твоими!" Видя сомнение в голубых глазах, лукаво усмехнулся. "Давай, ты же сам хочешь. Не позволяй другим ломать свои мечты." Тот лишь промолчал. "Хорошо, тогда по-другому. Может я тебе даже что-нибудь сделаю, если у тебя все получится, м?" "Например?" "Пока не скажу, но если хотя бы попытаешься..." - протянул он "задумчиво". Ожидаемый результат не заставил себя долго ждать - Ди быстро понял правила игры и решил их принять. "По рукам." - кивает, серьезно на него глядя. "Тогда бегом за гитарой, малец!" *** Глубокая ночь, усталость и последствия недавней почти-истерики берут свое - Ди начинала одолевать сонливость. Но он упорно сопротивляется желанию поспать, с искренним интересом слушая своего нового... учителя? Скорее всего именно так, учитывая опыт и талант Чеса. Краткий экскурс по нотам и теории, и, не теряя драгоценного времени, практика. Для большего удобства они перебрались в гостиную, расположившись на небольшом диване. Блондин внимательно наблюдает за движениями пальцев мужчины, стараясь запомнить все до малейшей мелочи. Берет гитару в свои руки, и... Разумеется, ни-че-го. Тот задумчиво хмыкает, но просит повторить, спокойно и расслабленно следя за ним. Ди повторяет и морщится от ужасного звучания. В голову лезут сомнения и мысли о прошлом опыте, но Чес максимально мягок с ним, что придает немного уверенности. Еще раз. Чуть лучше, но все равно не то. "Хм..." - Чес поднимается, подходя к нему. Поза и походка расслабленные, значит, он не злится - это утешает парня. - "Давай-ка сделаем по-другому." Он заходит за диван, за спину Ди, аккуратно убирает распущенный хвост, чтобы не мешался, и наклоняется, беря руки блондина в свои. Голубоглазый вспыхивает, краснея от непонятного смущения, но молчит. Руки мягко и уверенно направляют, а монотонный и чуть веселый голос над ухом продолжает разъяснять ему все. Только вот мысли о музыке тут же пропали, уступив свое место другим, и... весьма пугающим. "...Немного мягче, ты слишком сильно ее зажимаешь." Ди практически не слышит его, застыв и очнувшись лишь тогда, когда ему велели еще раз попробовать. Напрягая память, повторил. К его удивлению, звук вышел... неплохим? "Отлично, чувак!" - Чес улыбается, видимо, совсем не замечая смущения "ученика". - "Только будь с ней нежнее. Это же гитара." - Ди рассеяно кивает, пытаясь понять свои ощущения. - "С ней нужно как с женщиной." - от этого стало еще более неловко. - "Прочувствуй ее струны сердцем, не только пальцами. А левой рукой прижимай их сильнее, как... э... ну, потом поймешь." "Я понял." - тихо и отстраненно пробормотал подросток, все же попытавшись взять себя в руки. Уменьшил напор и постарался нежнее, более аккуратно дернуть. "Потом поймешь", пф. Ему 16, неужели он не знает обо всем "этом"... Получилось. Не идеально, но тем не менее, близко к этому. "Прекрасно! Теперь попробуем сделать следующее...." - его руками снова завладели, и начали показывать. Видимо, Чес решил, что такой пример более действительный и удобный для понимания Ди. В принципе... он был прав. Только этот метод вызвал слишком уж непредсказуемые для них последствия в недалеком будущем. Но сейчас, несмотря на это нехорошее предчувствие, Ди понимал: он ни за что не станет жалеть об этой ночи в будущем, потому что впервые за долгие годы он чувствовал умиротворение и... тепло. *** Чес оказался прав, как и всегда - спустя пару недель блондин уже мог наигрывать мелодии на довольно хорошем уровне, и теперь совершенствовался без особых проблем самостоятельно. Но на этом приятном завершении "миссии" их встречи не прекратились. Ди, поняв, что тот совершенно не против гостя в его лице, стал поначалу осторожно, а затем уже более смело наведываться к нему. Почему-то дом шатена казался уютнее его комнаты, а само его присутствие дарило давно позабытое чувство покоя и тихой... радости? Эти странные отношения были чем-то похожи на дружбу, хоть он и сомневался, что действительно взрослому мужчине - почти ровеснику его отца - будет интересно с подростком. Но это было так. Постепенно сам Чес немного привязался к трудному подростку, даже стал ждать его приходов, действительно стараясь время от времени помочь ему с проблемами. В такие моменты оба радовались, что глава семьи металлистов имел слишком большое доверие к шатену, чтобы допустить каких-то "не таких" мыслей, как и его жена. Это значительно облегчало задачу. О многих таких "походах" старшие металлисты не знали, думая, что их старший сын находится у тех же друзей. Но вот прошла неделя, две, месяц, затем еще пару, и время от времени внутри Ди начали появляться сомнения, а мужчину немного начинала грызть совесть. Кто они друг другу? Он не воспринимал Чеса ни как друга, ни как... второго отца, наверное. Но... откуда тогда столько доверия? Ответ действительно пугал. И, как назло, его в этот раз вообще не с кем было обсудить. ***