Он слеп глазами, но видит сердцем

Максим Дима открыл мне дверь. Его глаза были красными, сразу видно, что он плакал. - Это действительно не ты? – омега так жалостливо смотрел на меня. - Я бы никогда не сделал подобного. Дима пропустил меня в дом. Я сразу прошел на кухню. Из пакета я доставал все необходимое. - Как он? – спросил я, хотя и знал, что хорошего ждать не стоит. - Плохо… - еле выдавил Дима. - Вот, - я вручил омеге таблетку. – Заставь его выпить. - Что это? - Снотворное. Дима набрал воды в стакан и ушел. А я так и остался стоять на месте, в ожидании, когда же подействует снотворное. Не хотелось пугать его еще больше после всего, что произошло. Сейчас он уснет, а я осмотрю его. Я пошел в ванную, набрал в таз теплой воды. Приготовил все необходимые мази и препараты. Конечно, ему все равно нужно будет сходить в больницу. Эти твари могли его чем-нибудь заразить. Но пока пусть немножко отойдет и придет в себя. Через полчаса вернулся Дима. Он помог мне отнести все необходимое в Данину комнату. Мальчик лежал, свернувшись комочком, у самой стены. Можно было рассмотреть только его спину. Как же мне было стыдно за то, что отпустил его одного. Стыдно и больно. Он не заслужил такого, с ним все должно быть хорошо. Я старался все делать как можно аккуратнее. Уложил его на живот посередине кровати и стянул пижаму. Дима удалился из комнаты. Еще бы, зрелище не для слабонервных. Когда я увидел его голое тело, внутри забушевала ярость к отморозкам, которые это сделали. В том, что их было несколько, я был уверен. Слишком много следов было на теле. Синяки, царапины, стертые в кровь ладони. Я принялся осматривать самое пострадавшее место. Хотелось просто выть. Никогда не пойму, как можно так обращаться с омегой. Было сложно взять себя в руки, но я смог, и уже на автомате делал свое дело. Убирал кровь и сперму, продезинфицировал, наложил специальную мазь. Сделал мальчику укол в ягодицу, а после этого принялся за другие пострадавшие участки тела. Ладони пришлось перевязывать, у него еще и колени были серьезно разбиты. Работа была окончена. Я выдохся. Ноющая боль внутри никак не отпускала. Мне было очень жаль, я не понимал, что делать дальше. Импульсивное желание помутнило рассудок. Знаю, уже поздно, этим его уже не спасти, но так мне станет спокойнее. Я не хочу, чтобы его хоть раз еще тронули. Обезопасить его я могу только одним способом, но это означало взять на себя ответственность за него. Причем не спросив его самого. Хотя в тот момент мне было сложно рассуждать разумно. Злость и боль переполняли меня. Я не склонен к безрассудным поступкам. Наоборот, я всегда действовал продуманно и осмысленно. Потому сейчас я удивил сам себя. Я положил его голову к себе на колени. Нежно поглаживал его огненные волосы. - Им это с рук не сойдет, - сказал я тихо. В голове уже вырисовывалась программа дальнейших действий. Я посажу этих тварей, отомщу за Даню. Я склонился над его тонким телом. Хорошо, что сейчас он спит. Я принял решение, меня не переубедить, даже если он больше этого не хочет. Я прокусил тонкую кожу на шее, оставляя метку на омеге, присваивая его. Теперь никакой альфа даже не взглянет в его сторону. А я не посмею его бросить, потому что теперь он мой. Я не смог его уберечь, но нечто внутри заставило меня пометить этого омегу. Больше никто не посмеет его тронуть. Я обработал ранку от укуса, укутал омегу в одеяло и вышел к Диме. Тот сидел на кухне, пил водку. - Не злоупотребляй, - сказал я устало. - Я успокаиваю себя, - ответил омега. - Лучше валерьянки выпей. Я взял в руки пластинку с таблетками и положил ее перед Димой. - Дашь ему завтра с утра, только не забудь. Одну таблетку. - Что это? – удивленно спросил омега. - Это для того, чтобы он не забеременел. Когда немножко придет в себя нужно будет отвезти его в больницу на обследование. Я приду завтра. Смотри, чтобы он ничего с собой не сделал. Дима закрыл лицо руками. - Какой кошмар… Как нам теперь жить? Как ему жить? Его плечи дрожали. - Я его пометил… - сказал я. Дима поднял на меня ошарашенный взгляд. - До того как уйти домой, он признался мне в любви, но я отказал ему. Сейчас я поменял свое решение. Теперь он мой. - А ты не ищешь легких путей… - Дима поднял на меня злой взгляд. – Ты хоть понимаешь, что натворил? Хочешь сломать жизнь моему племяннику? Нет, не так… - поправил себя омега. – хочешь доломать его жизнь? Как ты смел? Не спросив меня… - Почему я должен был тебя спрашивать? Мы уже не вместе, а твой племянник – не твоя собственность. Ему нужна помощь. Теперь все зашло слишком далеко. Он будет бояться людей, и если бы я этого не сделал, он бы так и остался одинок. Знаю, я его недостоин. Но я не хочу, чтобы он остался совсем один. В том, что произошло, виноваты мы с тобой оба. Я взял на себя ответственность, пора бы и тебе это сделать. - Это ты отпустил его одного… - возразил омега. - А ты не научил его самому главному. В этом мире есть плохие люди, и он должен был это понимать. Его вырастили, как цветочек в теплице. Он совсем не приспособлен к окружающей действительности. - Он еще ребенок… - Он уже взрослый созревший омега, что собственно и заметили те, кто с ним это сделал. Мы оба виноваты, так что не нужно искать крайнего. Все уже произошло и теперь мы должны подумать о том, как ему помочь. - Он так испугался, когда я к нему подошел. Начал плакать. Только когда я заговорил, он понял кто рядом с ним. Все равно, когда я хотел помочь ему раздеться, он очень долго не давался в руки. Мне пришлось его долго уговаривать, чтобы он позволил себя коснуться. А когда я увидел в каком он состоянии… мне страшно. Что же будет дальше? - Он сильный мальчик, выдержит. Я поднялся на ноги. - Пойду я домой, присматривай за ним, одного не оставляй, разговаривай. Я завтра приду, посмотрю как он на меня отреагирует. А ты держись… Я отправился домой. Внутри было пусто и гадко. Я пометил его, теперь он моя ответственность. Это был поступок, который я совершил под влиянием эмоций, и теперь начал сомневаться в его правильности. Метка это то, что связывает куда сильнее брачных уз. Теперь я просто не смогу его бросить, буду вынужден заботиться. Для меня это не так уж и сложно, тем более, что я действительно хочу ему счастья. Но все же я еще не осознал до конца свои чувства к нему. Я спрятал их очень глубоко, чтобы разрыв был достаточно легким. А теперь все встало с ног на голову. Мне очень жаль, даже более – я в ярости. Совершившие это должны быть наказаны, причем достаточно сурово. Как быстро меняются приоритеты. Совсем недавно я был готов отталкивать его всеми силами, сделать все, чтобы дальше дружбы наши отношения не зашли. Теперь же я злюсь, что не уберег его. Будто в мгновение он стал бесценным. Может, мы, в самом деле, пара? Это и есть тот самый ответ на все мои вопросы? Я достаточно жестоко оттолкнул его, а теперь жалею об этом. Нет, я еще не вижу нашего общего будущего. Нужно время, чтобы я сам смог осознать то, что сделал. Но это не было ошибкой. Раз он хотел меня, я подарю ему свое сердце. И сделаю все, чтобы он пережил все, что с ним сотворили. Я не боюсь. Для меня не существует страха. Я всегда смотрю только вперед. И теперь в моем зачерствелом сердце проснулось чувство. Я еще не до конца понимаю его, но оно очень чистое и пока слабое. Но со временем оно перерастет в нечто подавляющее и безграничное.