Жара

Как только первый луч солнца выходил из-за горизонта, он сразу начинает прогревать землю как сковородку. Остров Окинава, на котором я живу со средней школы, после резкого решения отца открыть прибрежное кафе, стал для меня каторгой летом. Как знаменитый курортный остров Японии для меня стал каторгой? Ну, если вы поработаете каждые летние каникулы в кафе, вместо того, чтобы купаться в море, загорать, знакомиться с прелестными девушками в мокрых купальниках, вы поймёте моё недовольство. Сегодня начинаются летние каникулы, а значит и работа в кафе. В дверь моей комнаты начал кто-то усердно стучать. -Кенто! Просыпайся! Сегодня начинается твоя работа в этом году! — кричал мой отец, Макуро Хасаши, 42-летний мужик, никогда не снимающий фартук с пятнами от еды. — - Давай вставай, Кенто! Клиенты сами себя не обслужат! Я резко распахнул дверь. -Да я услышал тебя! — На моём лбу взбухла вена, ноздри расширились, на лбу выступил пот. -Вот и хорошо, — сказал отец, улыбнулся, и спустился на первый этаж. Захлопнув дверь, я решил открыть окно. Солнечный свет сразу залил пол моей комнаты, осветив кучу моих грязных вещей, и помог отыскать мои шорты гавайской расцветки и белую майку. Растрепав волосы рукой, я спустился на первый этаж и зашёл на кухню. Отец сидел и читал газету, мама что-то готовила у плиты, а сестра уже сидела за столом. -Доброе утро, сынок, — сказала мама, Аяко Хасаши, 41-летняя домохозяйка и правая рука папы на кухне кафе. -Доброе утро, братик, — улыбнувшись сказала мне сестра Иоко. -Утречко, семья, — ответил я и сел за стол. Мама сразу же мне подала завтрак: оякодон и тамагояки. Я всё быстро съел и пошёл в кафе. Повезло, что отец купил кафе, встроенное в дом, и чтобы в него попасть нужно лишь пройти через дверь и сразу попадаешь на кухню кафе. Пока я завтракал, отец уже успел открыть кафе и начал разжигать гриль. По своим обязанностям я должен был вынести на улицу столики и стулья, прибрать зону при кафе и тому подобные вещи. Все это начинается в 8 утра. Кафе начинает работать в 10.