Insieme per sempre

Солнце осторожно заглянуло в спальню большого частного дома, где спали двое. Лепс проснулся от мелодичного звука будильника и сразу же его выключил. Ирина дремала, обняв уголок одеяла. Григорию до жути захотелось похулиганить, и он осторожно обнял женщину со спины. — Ириш, ты спишь? — Лепс, отстань, я спать хочу, — отбросила его руки и засунула голову под подушку. — Доброе утро, дорогая… — чмокнул в плечико. Его руки погладили её талию. — Гриш, я что-то не ясно сказала? ОТ-СТАНЬ, — проговорила сквозь подушку. — Ир, ну что ты, как маленькая? Я же вижу, что ты не спишь… — забрал у неё подушку. — Ну и с чего ты это взял, Лепс? — притворно нахмурилась. — Спящие не огрызаются… — привлёк её к себе и чмокнул в помятую ото сна щёчку. После поцелуя решила, что стоит ещё немного поиграть в обиженную. Молча, но целенаправленно медленно встала и произнесла: — Я в ванную. — Ну хоть на твои шикарные солнечные блинчики в качестве завтрака я могу рассчитывать? — протянул, — Не ехать же в студию голодным… Остановилась у выхода из комнаты и резко развернулась. — А где же твоё знаменитое: «Мать, дай пожрать!»? И какие блинчики ты имеешь в виду? — вспомнила, что находится в одной футболке, и прикрылась. — Ой, вот чего я там не видел… — усмехнулся её жесту, — Я просто поинтересовался, сделаешь ли ты мне блинчики на завтрак. Нет, ну если хочешь… Мать, дай пожрать! — передразнил её. — Будут тебе блинчики, милый, — улыбнулась и убрала руки, слегка погладив ноги. И, покачивая бёдрами, отправилась вон из комнаты. Движениями намеренно дразнила его, ведь понимала, чего он хочет на самом деле. — Ирка, сейчас по заднице дам! Не дразни меня! Иди уже в свою ванную! — сделал вид, что встаёт. — А может, я специально провоцирую? — усмехнулась и скрылась за дверью. Мужчина рыкнул и откинулся на подушки. Полежав так немного, он услышал, как Аллегрова вышла из ванной, и, подождав, пока она спустится на кухню, отправился в душ. Освежившись, оделся в выходную одежду и тоже направился на кухню. Ирина тем временем уже накрывала на стол. Тарелки были расставлены, оставалось только разложить завтрак. Женщина держала кондитерский рукав и старательно вырисовывала что-то на блинчике. Услышав шаги, она обернулась. — Садись за стол, я сейчас. Ирина быстро взяла со стола тарелку и положила туда несколько блинчиков, не забыв про разрисованный глазурью, который лежал сверху. Женщина обошла стол, и оказавшись за спиной у сидящего Григория, поставила перед ним тарелку. — Приятного аппетита, милый, — прошептала ему на ухо, а затем вернулась к столу, чтобы наложить завтрак и себе. Глаза Лепса расширились, когда он увидел на верхнем блинчике надпись: «Хочу тебя…». Он встал из-за стола, подошёл к ней сзади и неожиданно ущипнул её за ягодицу. — И это всё, на что ты способен? — усмехнулась и развернулась к мужчине лицом. — У тебя просто слишком соблазнительная задница, я не удержался… — обнял её и аккуратно сжал ладонями её ягодицы. — Там сейчас блинчик пригорит, — попыталась развернуться, но он не пустил, — Ну Гри-и-иша… — Спасай, так уж и быть, — пошутил и, легко коснувшись губами её щеки, отпустил, а сам сел за стол. Повернулась и ловко переложила блин со сковородки на тарелку. Всё было готово, поэтому женщина погасила огонь и, убрав посуду в посудомойку, отправилась к столу с тарелкой блинов в руках. — Ты чего, до сих пор не доел? — У тебя такие вкусные блинчики получаются, пальчики оближешь… — на её глазах скатал блин с надписью в трубочку и откусил от него добрую половину. — Приятного аппетита, — загадочно улыбнулась и придвинула свой стул ближе к столу. Скатала блинчик и медленно откусила. Тем временем её ножка медленно поднималась вверх по ноге Григория. — Нравится? — спросила весьма двусмысленно, и тот чуть не подавился, — Осторожнее, вкусно, говорю? — резко убрала свою ногу, которая к тому моменту почти достигла мужского паха. — И тебе приятного аппетита, — пробубнил с набитым ртом, сделав вид, что ничего не произошло, — Ир, ты сегодня едешь куда-нибудь? Могу подбросить. — Я сегодня никуда не собиралась, хотела сделать дома генеральную уборку, — задумалась, — Хотя… Я ещё хотела в магазин съездить вечером, платье выбрала — осталось купить, — улыбнулась. — Что за платье? — оживился. — Красивое, тебе понравится. Правда, я пока с размером не определилась, поможешь? Я быстро в примерочной померяю. — Предлагаешь мне с тобой в магазин поехать? — усмехнулся. — Не предлагаю, а настаиваю, — подмигнула. — Ну хорошо. Не обещаю только, а то мало ли что может произойти до вечера… — А какие у тебя планы на сегодня? — сделала вид, что не поняла его намёка. — Да, в принципе, никаких. После студии заеду за тобой, перекусим и поедем в твой магазин, — пожал плечами. — Ну и хорошо, — встала из-за стола, так как уже доела свою порцию, и поставила тарелку в посудомойку. Затем наклонилась поднять бутылку с соусом, упавшую с полки в тот момент, когда она открывала посудомоечный аппарат. Лепс тоже доел и поднялся из-за стола. — Ну что, Ириш, я поехал? Проводишь до двери? — Конечно, дорогой, — поспешила за мужчиной, который уже направлялся в прихожую. Когда оба дошли до места назначения, Ирина взяла пальто Григория и помогла ему одеться. — Иди сюда, — притянула к себе и поцеловала в губы. Решила ещё немного поиграть и провела язычком по его нёбу и дёснам. Затем отстранилась и улыбнулась. — Удачной работы тебе, солнце. — До вечера, любовь моя, — чмокнул её напоследок в щёчку и слегка шлёпнул по попе, — Не хулигань тут без меня, ладно? — улыбнулся ей и, взяв с полки ключи от машины, вышел на улицу. — Ладно. Но я должна Валерке позвонить, у него День рождения сегодня. Может, заеду, лично поздравлю, если успею, — проговорила, старательно делая вид, будто думает, что мужчина уже не слышит её. — Никаких поездок к Леонтьеву без меня, слышишь? Позвонить можешь, — раздалось недовольное с улицы. — Да ладно тебе, я его сто лет не видела, вдруг обидится! — крикнула и захлопнула дверь. Увидела в окно, как Лепс показывает ей кулак, и захохотала. Взяла телефон и отправила ему смс: Иришка, 8:03 Милый, я шутила, люблю тебя.

Гриня, 8:04 Дошутишься ты у меня…

Иришка, 8:05 И что же будет?

Гриня, 8:06 Узнаешь, дорогая.

Сел в машину и завёл мотор. Автомобиль выехал с территории и набрал скорость. Женщина усмехнулась и положила телефон на тумбочку. — А теперь уборка. Ирина направилась за тряпками и множеством моющих средств. Полдня за уборкой, и мышцы спины жутко ныли. — Так, всё, хватит. Блин, последнее окно осталось… Ла-а-адно… Вновь наклонилась за тряпкой. В спине что-то хрустнуло. — Чёрт! Ну вот я так и знала! — разогнуться было очень сложно и больно, но она это сделала. Затем женщина легла на диван, поставив точку в уборочном марафоне. У Лепса тоже было не всё так радужно. Рабочий день не удался. Команда хоть и работала слаженно, но недавно появившиеся стажёры постоянно всё делали не так. Григорий старался терпеть их недочёты в работе, радовали ребята из его команды, которые подсказывали новичкам, как, что и когда делать, но вскоре его терпению настал предел. Разозлившись на одну из девушек-стажёров, он резко замахнулся на неё папкой с какими-то бумагами, но вовремя остановился, ограничившись парой отборных матерных слов в её адрес. Через некоторое время плечо начало побаливать и он понял, что потянул мышцы. Кое-как завершив рабочий день и раздав указания команде, он покинул студию, сел в машину и поехал домой. С приближением к дому его настроение понемногу улучшилось. Въехав на участок, Лепс припарковал машину и зашёл в дом. Услышав, как хлопнула входная дверь, Ирина хотела встретить мужчину, но не смогла подняться и лишь издала стон боли. — Привет, милый, ты чего так рано? — еле сумела проговорить радостно, надеясь, что он не слышал тот стон. — Привет, дорогая, — удивился, проходя в гостиную, — А ты чего лежишь? — Да так, просто решила немного отдохнуть, — перевернулась на бок и подпёрла рукой щёку, пытаясь не вызывать подозрений. В момент переворота глаза сильно сощурились от боли, но Ирина отвлекла внимание от них, улыбнувшись. Не заметила, как выкатилась одна слезинка. — Что-то мне подсказывает, что ты сейчас говоришь неправду… — подошёл к ней и, опустившись перед диваном на корточки, поцеловал её, — Ну-ка ляг обратно на спину. — Зачем? Мне и так удобно, — улыбнулась, скрывая то, что сил на ещё один поворот у неё просто нет, — Ты лучше расскажи, как дела на студии? — старалась отвлечь его внимание от себя. — Ира, не переводи тему, — потянул к ней руки, чтобы перевернуть, и сам поморщился от боли. Тут же поняла, в чём дело. — Гриш, что с рукой, где болит? — Это в тему того, как дела на студии. Из-за бестолковой стажёрки мышцу потянул. Теперь плечо болит, — всё-таки дотянулся до неё и стал укладывать Ирину на спину. — А-ай! — вслипнула, — Не надо! И чем это ты таким с ней занимался? — несмотря на боль и сочувствие к мужчине, ревновала. — Ир, что за грязные намёки? Бестолковые стажёрки не в моём вкусе. Особенно когда из-за них ещё и травмы получаешь, — усмехнулся, — Да ты, я смотрю, спину сорвала, мать. Доубиралась… — Да ладно, пройдёт когда-нибудь. Дай руку посмотрю, — вторая попытка присесть оказалась провальной, — Чёрт! — протянула руки к его плечу. — Так, лежи и не дёргайся. С моей рукой всё хорошо, массаж бы, правда, не помешал… Поход в магазин откладывается, потому что я накаркал. У нас где-то мазь разогревающая была, сейчас принесу и намажу тебе поясницу, — встал и направился на поиски домашней аптечки. Спустя несколько минут Лепс вернулся в гостиную с аптечкой и достал оттуда мазь. — Давай я помогу тебе снять кофту, — сел рядом, — А потом будем переворачиваться на живот. — Я не хочу переворачиваться, мне больно. Давай я тебе лучше руку намажу? — улыбнулась и потянулась к тюбику. Как ни странно, Григорий позволил ей это сделать. Осторожно нанесла мазь, а затем начала растирать. Мужчина сначала хмурился, но буквально через несколько минут стал улыбаться. Ирина поняла, что всё уже прошло, но продолжала массировать ещё пару минут, а затем убрала руки и улыбнулась. — Спасибо большое, золотая моя. А теперь твоя очередь, — расстегнул пуговички на её кофте и снял с неё мешавшуюся вещь. — Вот и делай добро после этого! — выкрикнула, когда переворачивал её на живот. — Жива? — чмокнул в щёчку. — Не смешно. Жива пока, — протянула. — Сейчас всё пройдёт, — улыбнулся и, выдавив ей на кожу немного мази, принялся аккуратно втирать её в мышцы, — И давно ты так лежишь? — поинтересовался, массируя ей поясницу. — А-ай! Ау-ау-ау! — стонала от боли, — Д-д-давно… — между стонами. По её лицу потекли слёзы. — Терпи, дорогая. Могла бы и позвонить, я бы приехал. — Зачем? Я бы тебя отвлекла, солнце моё, — опустилась лицом в диван и улыбнулась. — А утром, значит, не отвлекала? — усмехнулся, добавив в движения немножко силы. Простонала, но от удовольствия, так как спина уже прошла. — Ну Гришка, это не считается… — Считается-считается. Как Леонтьев поживает? — Ой, блин! Я совсем забыла ему позвонить! Гриш, набери мне его, я по громкой связи его поздравлю. — Ну хорошо, — достал телефон и, выискав в контактах номер Леонтьева, нажал на кнопку вызова, — Посмотрим, что ты ему скажешь… — усмехнулся, протягивая ей телефон, а сам продолжить массировать ей спину, чтобы мышцы не остыли. Так получилось, что в момент, когда Валера взял трубку, Гриша нажал на одну из чувствительных точек и Ира громко застонала. — Григорий Викторович, ты тут? — Валер, это я, привет. С Днём рождения тебя! — Привет, Иринка. Так меня ещё никто не поздравлял… Усмехнулся. — А чего ты с чужого телефона звонишь? Леонтьев не знал, что Ирина и Григорий вместе. Только женщина хотела ответить, как в разговор вмешался Лепс. — Привет, Валер. Она звонит не с чужого телефона, а с моего. Раз появилась возможность, поздравляю тебя от нас с Ирой с Днём рождения. Всех благ. — Гриша! Шикнула на него, забыв, что Валерий их слышит. — Ладно, Ир, спасибо вам обоим за поздравления, я, наверное, отключаюсь. — Ещё раз с праздником, пока. Положила трубку и повернулась к мужчине: — Ну и что это было, Лепс? — А что? Это был тонкий намёк на то, что ты уже занята, — усмехнулся, забирая у неё телефон, — В конце концов, он всё равно бы узнал. А тут из первых уст, так сказать… Да ещё и с пользой для дела, — чмокнул её в губы. — Ревнуешь, да? — усмехнулась. — Если только чуть-чуть, — парировал, проводя руками по её спине и касаясь её губами. — Гришка-а-а-а, что ты делаешь? — Массаж. Расслабься, Ириш… — его руки начали нежно массировать её плечи. Пару раз коснулся их губами. — М-м-м… Как приятно… Спустился руками вниз, разминая ей мышцы. Провёл дорожку из поцелуев от плеч по позвоночнику к пояснице. — М-м-м… Люблю тебя… Ещё немного погладив её спину и последний раз поцеловав, он укрыл её поясницу снятой с неё же кофтой и легонько шлёпнул по попе. — Как ты себя чувствуешь? — сел рядом. — После твоего массажа — просто прекрасно, — улыбнулась, — Спасибо тебе большое, — чмокнула его в щёку. — Накормишь меня? Я голодный, — обнял её. — Конечно, любовь моя. Сейчас приготовлю что-нибудь. Ты чего хочешь? — встала и, надев кофту, отправилась в сторону кухни. — Даже не знаю. Сделай что-нибудь на свой вкус, — улыбнулся, — Пойду пока переоденусь, а то до сих пор в выходной одежде. И душ не мешало бы принять… — Хорошо! — крикнула уже из коридора. Ирина решила приготовить яичницу, так как готовить её быстро и получается очень вкусно. Женщина буквально летала по кухне, после массажа была невероятная лёгкость во всём теле. Взгляд упал на часы, и Ирина удивилась. — Надо же, уже восемь. Бедный Гришка, голодный… Быстро приготовив ужин, женщина накрыла на стол и позвала Григория: — Всё готово! — Уже иду, — он вошёл в кухню, — Яичница? — удивился, взглянув на содержимое тарелок. — Тебе не нравится? Ну хочешь, я другое что-то сделаю? — опустила глаза в пол, так как чувствовала себя виноватой. — Да нет, что ты, — улыбнулся, с воодушевлением садясь за стол, — Просто время немного странное для неё… Ну да ладно. Еда — она и есть еда. Хотя то, что ты готовишь, сложно назвать просто едой. Это шедевры кулинарии. — Да ладно тебе, — улыбнулась и села за стол, на своё место. Григорий поднял руку, чтобы взять вилку, и та оглушительно хрустнула в суставе. — Упс! — Гри-и-иша, ты же сказал, что не болит! — метнулась за мазью в комнату и вернулась обратно; подсела к нему на другой стул, — Дай руку! — не просила, а требовала. — Да нормально с ней всё, Ир. Просто надо чаще в зал ходить и всё. Вот, видишь? — с хрустом размял костяшки пальцев, — Всё хрустит. Старость, не иначе… — пошутил. — Может, всё-таки мазь? — Я бы предпочёл массаж… — хитро посмотрел на неё. — Конечно, милый. Руку, или у тебя спина болит? — весело и наивно. — Всё болит, разваливаюсь на части… — наигранно взвыл. — Хорошо-хорошо, только сначала давай всё же поедим. — А я что, против? — пошутил и стал жадно поедать яичницу. Усмехнулась и молча пересела обратно на своё место. Быстро доела, несмотря на то что вовсе не спешила. Просто положила себе меньше, так как есть не хотелось. Лепс тем временем достал бокал и наполнил его вином. — Ириш, тебе налить? — Нет, спасибо. Сегодня я, пожалуй, пас. — Что так? — усмехнулся, осушая бокал. — Да тошнит что-то весь день. Думаю, тошнота и алкоголь — не лучшее сочетание, — рассмеялась. — Ну тогда идём? — подхватил её на руки. Взвизгнула, от резкого движения слегка закружилась голова. — Куда? — Как куда? Ты же мне массаж обещала. Забыла уже, мать? — хохотнул, вынося её из кухни. — Не забыла, конечно, — усмехнулась, — Тебе не тяжело меня нести, старичок? — намекнула на его недавнюю шутку. — Не поверишь, сейчас уроню такую тяжесть, — пошутил, слегка подбрасывая её в воздух. — Ой, не шути так, — сказала, как маленький обидчивый ребёнок. — Вот донесу тебя и сразу развалюсь. Будешь собирать меня, — чмокнул её в щёку. Ирина звонко рассмеялась. Аккуратно занёс её в гостиную и положил на диван. — Посмотрим какой-нибудь фильм? — Какой фильм, Гришка? Я обещала массаж, — встала с дивана и жестами попросила Григория лечь. — Ладно-ладно… — снял футболку и улёгся на диван. Облизала губы, делала так каждый раз, когда видела его голую спину. Села на его бёдра, чтобы было удобнее, и начала плавными, мягкими движениями массировать шею. Затем спустилась руками на плечи и лопатки. Мешала прикосновения руками и поцелуи. Круговыми движениями массировала всю спину, не доходя до ягодиц, а по позвоночнику прокладывала дорожку из поцелуев. Остановилась и приспустила домашние штаны мужчины вниз. Коснулась руками его ягодиц и затем начала делать разогревающие круговые движения. — М-м-м-м, дорогая, как же хорошо… — довольно простонал. Ирина прекрасно знала, что ничто так не расслабляет, как массаж ягодичных мышц, поэтому старалась доставить своему любимому мужчине максимум удовольствия. — Если бы ты позвонила мне, а не упорно лежала на диване в гордом одиночестве, мы бы успели в этот твой магазин на примерку… — пробормотал, закрывая глаза. — Да плевать на него уже, никуда не убежит. Тем более ты и так быстро приехал, — вторая в рейтинге часть тела, массаж которой доставляет неимоверное удовольствие, — это стопы. Поэтому, проигнорировав остальные части ног, после ягодиц женщина сразу спустилась ниже. Её пальчики осторожно массировали середины стоп и пятки, затем поднимались выше, массировали каждый палец ноги по отдельности, затем все вместе. — Ты так сказала, будто я тебе помешал своим ранним приездом… — усмехнулся. — Глупости сейчас говоришь, — развернулась и поцеловала его в ягодицу, а затем вновь продолжила массаж стоп. — Если бы не спина, к Леонтьеву бы поехала небось? — Гришка, что за вопросы такие? Я же сказала, что это была шутка. Много чести к нему переться, — встала с него, чтобы он мог перевернуться на спину. — Хм… Тогда меня другое интересует, — перевернулся и притянул её к себе. — Сегодня вечер вопросов какой-то, — села чуть пониже бёдер и начала поглаживать его грудь, — И что же? — Что это за приставания с утра были? Сначала отшила меня, как последнего пацана, а потом заигрывала… Думала, не сдержусь? — потянулся руками к пуговичкам на её кофте. — Кто тебя знает? — усмехнулась и поцеловала его живот. — Хитрая ты, Аллегрова… — стал расстёгивать пуговички на её кофте. Не убирала его руки, наоборот, больше наклонилась к нему. Стала подниматься поцелуями вверх, от живота к груди и ключицам. Снял с неё кофту и, отбросив её в сторону, сел, заключая Ирину в свои объятия. Прижалась к нему на долю секунды, а затем отстранилась и встала. — Ну что, массаж окончен. Ты доволен? — Массажем да, тобой нет, — улыбнулся. — А так? — игриво улыбнулась и расстегнула бюстгальтер. — Иди сюда… — поманил её к себе пальцем, откинувшись на спинку дивана. Села к нему на одно колено и улыбнулась. — Терпеть не могу, когда ты играешь со мной в такие игры… — подхватил под бёдра и усадил на свои колени, крепко прижимая к себе. — А я терпеть не могу, когда ты прижимаешь меня к себе так сильно… — проговорила и заёрзала на месте, намеренно зля его. — Сиди спокойно, — провёл ладонями по её бёдрам, забираясь под юбку. Наклонился к ней и осторожно коснулся её губ нежным поцелуем. Ответила, притягивая его голову ближе к себе. Углубил поцелуй и, пользуясь этим, двинулся руками дальше. Его пальцы дразняще коснулись её промежности через трусики. — М-м-м… Мстишь мне за утро, да? — сказала, отрываясь от его губ. — Чего тебе мстить? Ты и так уже вся влажная, — усмехнулся, убирая руку и обнимая её за талию. Закусила губу, потому что любила, когда он говорил подобное во время секса. Потянулась к его губам за вторым поцелуем. Её руки медленно прошлись по его паху. Ирина оценила возбуждение мужчины. — Кто бы тут что говорил? — усмехнулась, ненадолго прервав поцелуй. — А я и не отрицаю, что хочу тебя. Причём с самого утра. Хочешь, я угадаю, с какого момента ты вся влажная? — посмотрел ей в глаза, коснувшись губами её шеи. Сдавленно простонала. — Попробуй, — хотела сказать гордо, но получилось хрипло и страстно. — Когда я тебе массаж делал, верно? — Неа, — поцеловала его в щёку и рассмеялась. — А с какого же? — С того момента, как ты снял свою футболку, — закусила губу снова. — М-м-м, надо же… — усмехнулся ей в ушко, — Тогда мне надо ходить по дому голым по пояс. Чтобы в любой момент можно было бы уложить тебя куда-нибудь… — прильнул губами к её шее, спускаясь поцелуями вниз, к груди. — Ах-х-х-х, ты и так меня возбуждаешь… — сжала руками его плечи. Добрался до её груди и сжал ладонями желанные округлости. Припал губами, целуя и иногда слегка прикусывая чувствительную кожу. Легко постанывала от удовольствия. Как же она хотела его, хотела с самого утра, но молчала… Стал спускаться ниже, провёл рукой по её животу. — Пойдём в спальню? — шепнул ей на ушко. — Пошли… — встала и потянула его за собой за руку. Стянул с неё юбку, оставив её в одних трусиках, и подхватил на руки. Довольно быстро они оказались в спальне. Лепс уложил Ирину на кровать. — Это тебе не понадобится… — стянул с неё промокшие насквозь трусики. — Теперь моя очередь, — перевернула их и, оказавшись сверху, стянула с него сначала штаны, а затем и нижнее бельё. Он временно подчинился её действиям. Коснулась рукой возбуждённого органа и медленно провела ей от основания до конца. — М-м-м… — подался навстречу её руке. Она ещё несколько раз провела рукой вверх-вниз, а затем вобрала его в рот и продолжила делать то же самое, но уже губами. — Ирка, ты просто волшебница… — довольно простонал. Продолжила свои действия, слегка ускорив темп. Не мог больше терпеть и, перевернув её, навис сверху. Развёл её ножки в стороны и проник пальцами в горячее лоно. — Божеее, Гришка-а-а-а… — почувствовала движения его пальцев внутри себя. — Нравится? — усмехнулся, наблюдая за тем, как она подаётся вслед за его рукой, — Этого ты хотела утром? — И не только этого… — закусила губу, — Может, мы уже перестанем просто болтать и займёмся более интересным делом, а? — Как скажешь, дорогая, я умолкаю… — наклонился и коснулся губами возбуждённой кожи. — М-м-м, так уже лучше, милый… — улыбнулась и выгнулась ему навстречу. — Не болтай. Хочу слышать только твои стоны, любовь моя… — раздвинул складочки языком и принялся вырисовывать огненные узоры внутри неё. Захватил губами клитор и слегка надавил на него. — А-а-а-а-ах… — громкий вскрик наслаждения сказал всё сам за себя. Ирина яростно водила руками по волосам и плечам Григория. Наигравшись с её промежностью, Лепс последний раз поцеловал её и, нависнув над женщиной, медленно вошёл в неё. — Люблю тебя… — нежно прошептала. — Как думаешь, Леонтьев смог бы тебе доставить столько удовольствия? — поинтересовался, начиная совершать медленные движения бёдрами. — Гри-и-иша, ну вот что ты говоришь такое? Бред! Я о нём в таком ключе и не думаю! — непроизвольно чуть соединила ножки, так как злилась. — А в каком думаешь? — усмехнулся, приостанавливаясь. Хотел немного позлить её. — Лепс! Я. О. Нём. Вообще. Не. Думаю. У меня есть только один мужчина, которого я безумно люблю и который доставляет мне невероятное удовольствие в постели. И этот мужчина — ты! — разозлилась на него и даже хотела встать. — Ириш, ты уверена, что хочешь этого? — ехидно поинтересовался, намекая на её возможный побег. — А ты уверен, что сможешь меня так просто отпустить? — нажала пальцем ему на нос, а другой рукой слегка коснулась рукой нижней части живота мужчины. — А кто сказал, что я тебя куда-то отпущу? — свёл её ручки у женщины над головой и резко толкнулся в ней. — А-а-а-а-ах… — радостно простонала и шире развела бёдра, давая ему больше доступа. Немного ускорил темп. — Надо было тебя ещё утром прямо на кухонном столе разложить, чтобы свои шаловливые ножки при себе держала… — шепнул ей на ушко и чмокнул в щёчку. — Надо было, но ты этого не сделал… — с трудом давалось каждое слово, слишком хорошо было сейчас. Женщина стонала всё чаще. — А ты мне сейчас это отработаешь… — усмехнулся, резко переворачивая её; она оказалась над ним, — Не хочешь побыть главной, Ирочка? — Кто же от такого отказывается, милый? — улыбнулась и начала медленно насаживаться на его плоть. Постепенно ускоряла движения, делая их более резкими. Периодически сжимала орган мужчины внутри. Громко стонала, царапая ноготочками его плечи и грудь. — Я недооценил твои способности… — хрипло проговорил и положил руки ей на талию, тем самым помогая ей. — Ты многого обо мне не знаешь, — голос Ирины охрип от стонов. Она ненадолго остановилась, поднялась, так что орган мужчины почти покинул её, а затем резко опустилась обратно. — Теперь буду узнавать… — выдохнул, ему нравились её действия, — Посмотрим, насколько быстро ты устанешь… — погладил её ягодицы. Ирина ещё несколько раз повторила то своё движение, а затем продолжила двигаться в ускоренном темпе. Спина уже начинала затекать, но она старалась не подавать виду, так как хотела продержаться максимально долго. Всё это время её руки исследовали каждый сантиметр тела Лепса. Временами она опускалась и оставляла несколько следов на его шее. — М-м-м-м… — Григорий наслаждался тем, что она ведёт. Давно заметил, что Ирина уже устала, но ждал, пока сама попросит его о смене лидерства. Не собиралась сдаваться, поэтому лишь развернулась к нему спиной и вновь продолжила своё дело. — Фантазёрка ты моя… — усмехнулся, поднимаясь руками по её бокам к груди. — М-м-м… — простонала и улеглась на него, — Гринь, я больше не могу. — Долго же ты держалась… — восхищённо шепнул ей на ушко, обхватывая руками её грудь, — Решила всё-таки передать дело профессионалу? — Не обольщайся, просто мы, женщины, созданы не для этого, — надула губки. — А для чего же? — ласково поинтересовался, целуя её плечико. — Для того, чтобы течь от ваших прикосновений и дарить вам наслаждение, — покраснела от того, что сказала свои мысли. Радовалась, что Григорий не видит её лица. — А засмущалась-то вся как… — захохотал. Не знала, что делать, облизала пересохшие губы и зажмурила глаза. — Ой, Ирка, насмешила… Ты бы ещё руками лицо прикрыла, — хихикнул, — Я что, такой страшный? Обещаю, если откроешь глаза, я тебя есть не буду, может быть, даже поцелую. Медленно открыла глаза и улыбнулась. — Так-то лучше, — погладил её по животу. Поёрзала бёдрами. — Может, опустишь руки пониже? — Помнится, ты хотела немножко другого… — перевернул её и оказался сверху. Сплетя их пальцы, начал двигать бёдрами, постепенно ускоряясь. — М-м-м, дорогой… — громко простонала, разведя ноги как можно шире. — Да, любимая… — пара глубоких толчков, и обоих накрыл оргазм. Григорий прижал её своим телом к кровати, уткнувшись ей в шею. — Ириша, ты просто космос… — выдохнул ей в ушко. — Ты тоже, любовь моя… — обхватила его за шею руками и прижалась сильнее. Покрыла лицо мужчины нежными поцелуями. — Надо почаще тебя так наказывать… — усмехнулся. — Тогда я буду чаще хулиганить, — улыбнулась и прикусила мочку его уха. — Вредина… — погладил её волосы, — Тебя по попе в детстве не били, что ли? — Попробовали бы они! — захохотала, но тут же резко поникла. — Значит, я буду… Ириш, ты чего? — лёг рядом и посмотрел на неё. Глаза Ирины наполнились слезами. До сих пор она не могла пережить утрату родителей. Воспоминания о них, о её детстве давались иногда с трудом. Вот и сейчас в голове закрутились воспоминания о покое и тихой радости в их семье. Вспомнились тёплый мамин взгляд и мягкая улыбка отца. — Ничего, сейчас всё будет хорошо, — вытирала слёзы с щёк, но они продолжали течь. — Иди ко мне… — обнял её и укрыл обоих одеялом, — Всё хорошо, Ириш, я всегда буду рядом… — гладил её по голове, — Ты у меня сильная девочка… — Спасибо тебе за то, что ты у меня есть, — улыбнулась и поцеловала его в щёку, — Я так тебя люблю… — И я тебя, Ир. Не плачь только, слышишь? Я не могу смотреть, как ты расстраиваешься… — стал поцелуями осушать солёные дорожки на её щеках. — Я больше не плачу, солнце, — водила пальчиками по его плечам, — Гри-и-инь? — М? — взял её ладошку в свою и бережно чмокнул изящные пальчики. — Давай летом к Натэлле Семёновне съездим? Я так давно её не видела, — Ирине хотелось какого-то родного тепла, тепла мудрого человека. Она относилась к женщине, как ко второй матери, и та отвечала ей тем же. — Я не против, Ириш, ты же знаешь. Тем более мама давно приглашала меня к себе в гости. Надо навестить её… Хотя, может, мы её и раньше увидим, — подмигнул ей. — Так. Ты что-то от меня скрываешь? — рассмеялась. — Да нет. Просто вдруг ты решишь стать моей женой? — усмехнулся. — Это предложение? — невинно посмотрела в глаза Григорию. — Если ты согласна, то да. Кольцо вот уже полгода рядом с тобой лежит, — кивнул на тумбочку, — Открой, посмотри. Аллегрова потянулась к тумбочке и достала из её шкафа маленькую коробочку. Внутри лежало невероятно красивое обручальное кольцо: по краям оно было обрамленно россыпью маленьких бриллиантов, а в центре красовалась гравировка: «Insieme per sempre*». — Боже мой, Гриня, красота какая! — Ирина нежно поцеловала будущего мужа в губы, — Я согласна, — прошептала, глядя ему в глаза. — Хочешь, на колени встану? — улыбнулся, забирая у неё коробочку с кольцом. — Зачем, солнце моё? Я и так тебя безумно люблю и знаю, что ты меня тоже, — улыбнулась, — Нет, если ты, конечно, сам этого хочешь… — развела руками, мол, она не против. Тот вскочил с кровати и, натянув штаны, вытащил из шкафа простыню. Завязав её на плечах, словно королевскую мантию, и обойдя кровать, встал на одно колено перед сидящей на ней Ириной. — О Великая Императрица Ирина Александровна, Вы станете моей женой? — вытянул вперёд руку с открытой коробочкой, в которой лежало кольцо. Ирина громко засмеялась, но взяла себя в руки и ответила: — Да, дорогой Григорий Викторович, я согласна стать Вашей женой, — улыбнулась и потянула его за руки. Поставив коробочку на тумбочку, она обняла Григория за шею. — Даже не думал, что ты примешь моё предложение… — наигранно всхлипнул, — Польщён, Ирина Санна, польщён, — обнял её за талию. — Ой, какая неумелая ложь! — рассмеялась, — Я просто очень-очень тебя люблю, — потянулась к его губам за поцелуем. — Тебе просто невозможно лгать… Я тебя тоже очень сильно люблю, солнышко… — шепнул ей в губы, накрывая их нежным поцелуем. Не разрывая поцелуя, Ирина повалила мужчину на кровать, обхватывая руками его плечи. — М-м-м-м… Что, пойдём по второму кругу? — усмехнулся ей в губы. — А у тебя есть другие варианты? — хитро улыбнулась. — Колечко померить не хочешь? Вдруг я не угадал с размером? — пошутил, — Соберём тогда всех женщин и будем его с их пальцами сравнивать… Кто же из них окажется моей Золушкой? — Брось, ты слишком хорошо меня знаешь. Это не первое кольцо, которое ты мне подарил, — усмехнулась и показала безымянный пальчик правой руки, на котором вместо обручального кольца красовалась обычное. Оно было сделано из нержавеющей стали, и на нём была крупная надпись: «Migliori amici**». Такое же кольцо и на том же пальце красовалось и на руке Григория. — Кажется, оно давно уже не актуально? Золушка у тебя только одна — и это я, — шутливо показала ему кулачок. — Понял-понял… — поцеловал наставленный на него кулачок, — Ну так что, поменяем кольца? Или ты всё ещё настаиваешь на дружбу? — хохотнул. — Я просто переодену его на другой палец, жалко снимать. А другие наденем, куда надо, — улыбнулась. — Давай, меняй. Оно там уже вросло, наверное… Нерушимая дружба, — ёрничал. — Очень смешно, — Аллегрова ловко надела своё кольцо на другую руку и потянулась к руке Григория. — Подожди, сначала тебя в мою невесту коронуем… — усмехнулся, перехватив её руки. Игриво перебрала пальчиками. — Давай свою ручку, — взял с тумбочки коробочку с кольцом. Ирина протянула мужчине свою руку и улыбнулась. Тот бережно взял её ладошку и одел на безымянный пальчик кольцо. — Как влитое… — улыбнулся, — Давай, меняй, — протянул ей свою руку с кольцом. Поцеловала тыльную сторону его ладони, затем быстро одела кольцо с гравировкой про дружбу на другую его руку. — Идеально, солнце моё, — улыбнулась и чмокнула его в висок. Тут Лепс ни с того ни с сего громко захохотал. — Гришка, ты чего? — не понимала, что его так рассмешило. — Я представляю, какое лицо будет у Леонтьева, когда он узнает, что мы помолвлены… — продолжал хохотать, — Давай пригласим его на свадьбу? — Опять ты со своим Леонтьевым! Мне на него плевать и плевать на то, что он подумает. Я тебя люблю, а его лицо меня не интересует, — чмокнула в губы, — Хочешь похвастаться мной? — усмехнулась, — Давай пригласим. — Почему сразу похвастаться? — оскорбился, — Он же твой друг. Разве ты его по старой дружбе не пригласишь? Он всегда говорил, что с радостью примет приглашение на твою четвёртую свадьбу. — Тоже мне друг. Общаюсь с ним только потому, что лень объяснять всем причины нашей якобы ссоры. Хотя ты прав, что же это я всех позову, а его нет? Не хорошо будет, — взяла Григория за руку, как бы призывая посмотреть ей в глаза, — Не четвёртую, а последнюю. Я тебя теперь никуда не отпущу, любовь моя, — улыбнулась. — А я тебя тем более! — усмехнулся и, повалив её на кровать, принялся щекотать. Заливисто смеялась. — Гри-и-ишка, ну прекращай! Зачем щекочешь? — А ревнивая-я-я… — протянул, чмокнув её в губы, и лёг рядом, — Давай подумаем, кого на свадьбу пригласить. Первая в списке — моя мама, и это не обсуждается, — усмехнулся, — Кстати, о маме… Как мы ей это сообщим? — Ну-у-у, можно по Скайпу позвонить, а то по телефону как-то не очень… — Можем к ней съездить, как ты и хотела. Такой повод всё-таки… — А поехали! Я только рада буду, — улыбнулась. — Я тоже. Тогда она нас хотя бы не на свадьбе задушит, — рассмеялся, — Заодно пригласим её. — Ага, — засмеялась вместе с ним, — Ну что, любовь моя, давай спать. Все разговоры завтра, согласен? — Как скажете, госпожа Лепс, — отдал под козырёк. — Я ещё подумаю насчёт смены фамилии, — усмехнулась. — А что, по-моему, Ирина Лепс неплохо звучит… По крайней мере, лучше, чем Григорий Аллегров. Ирина захохотала во весь голос. — Ну, это несомненно. Ой, не могу! Ну ты и выдумал, Гришка. Ладно, всё, — поцеловала будущего мужа в щёку, — Спокойной ночи, любимый. Сняв с себя импровизированную мантию и штаны, Григорий выключил в спальне свет и вернулся в кровать к невесте. — Сладких снов, малыш… Завтра поедем за твоим несостоявшимся платьем, — поцеловал её и обнял под одеялом. — Люблю тебя, — прижалась к мужчине сильнее и улыбнулась, постепенно уносясь в царство Морфея.