Перезапуск Беспокойные дни.

«Решение о создании спец-городов было выбрано практически случайно. После войны требовалось быстро изолировать и переобучить огромное количество лиминальных народностей. Правительство и партия приняло решение стряхнуть пыль с программы Ликбез, адаптировав её под текущие задачи. В частности уже на первых этапах было обнаружено что существующая в городах инфраструктура не подходит для комфортного проживания более пятидесяти видов лиминалов. Решение было смелым – создание сети городов предназначенных специально для проживания лиминалов. Первые поселения были созданы на территории Тульской, Ульяновской областей и республики Коми.» – отрывок из программы «Советская история».

***

Поезд прибыл на станцию. Из товарных вагонов на бетонный перрон повалил народ – лиминалы всех видов и форм. От крупных жукообразных до мелких птиц вся эта масса стекалась к большой трибуне. Стоящий на трибуне комиссар окружённый тесла бойцами поднял громкоговоритель. - Итак, товарищи лиминалы! Приветствую вас в городе Н! Ура! Толпа уже дисциплинированно прокричала «Ура!» ещё несколько раз. Комиссар кивнул и продолжил. - Вы тут для трудового перевоспитания и получения образования на благо нашей Советской Родины! Утром вы будете работать и получать рабочие навыки для мирной жизни, а вечером вы будете ходить в нашу советскую школу! Это привилегия! Не каждый вошедший на нашу землю удостоился этой чести! Вы сможете получить то, чего в вашем мире не имеют даже лилим! Но это не будет легко! От вас потребуется отдать все силы, но взамен вы одолеете невидимых демонов, что пьют из вас силы: предрассудки, невежество, «ещё что?». Толпа ответила ему одобрительным гулом. Комиссар, оглядев толпу, вздохнул. Сюда направляли вторженцев, с их «классическим образованием» – что мама нашептала, что папа проорал. Так что теперь надо показать кнут. - На всякий случай, если кто-то хочет повторить судьбу Полухвостой, вокруг нас стены, много солдат и «Новички». Не вздумайте повторять ошибки предков! Толпа послушно закивала. Они уже прошли первые несколько уроков, где в том числе преподавали простейшую арифметику. Так что считать все умели. Убедившись что его поняли, комиссар начал разводить народ по палаткам и баракам. Сейчас вокруг небольшого посёлка стояли ряды палаток, школы почти закончили, теслаэлектростанции достраивали, а вот заводы только начали строить. Прежде чем этот городок превратится в приличное место для жизни должно пройти ещё немало времени.

***

Арахна Спинне зевнула и потянулась. Прошло уже целых две недели с момента её приезда, но просыпаться было все ещё непривычно. - Спинне, ты ещё спишь? – мимо неё по потолку прошла подруга, – Пошли пока минотавры все умывальники не заняли! Иначе к нам или тварь холера придёт и покусает, или Самэпидемпроверка побьёт. Арахна опустила взгляд вниз. Нижний уровень ещё не проснулся. И это хорошо. Вообще, конечно, нельзя сказать, что верхний и нижний ярусы кроватей враждовали. Просто, несмотря на увеличенные габариты всей мебели, от двухэтажных кроватей до тумбочек – места не хватало. Дошло то того что арахны практически полностью перешли на перемещение по потолку, попутно прикрутив к нему крючки, крепления для вешалок, шкафчики и тумбочки. Впрочем начальник общежития похвалил за «рациональное использование пространства». - Хватит меня пугать. Я помню биологию, холера на нас уже живёт и кусать нас не может. - Ой, пещерная девушка что-то знает. - Мы все тут из пещер. – Спинне пожала плечами, – впрочем я ушла из маминой пещеры рано, и много путешествовала. – она передёрнула плечами. - Да ладно, – подруга махнула рукой, – было голодно, без мужа и скучно. Сейчас голодно, без мужа, преподаватель мучает, а начальник работ ругается, зато весело и интересно. - Точно! Начальник! Мне же сегодня двадцать ламп устанавливать! – Спинне схватилась за голову, – Дорогу! Я опаздываю! На стройке арахна работала помощником электрика. Таскала грузы, выкручивала/вкручивала лампочки на потолке, другие мелкие поручения и заботы. «Вот полгода поработаешь, доучишь в школе физику, будешь в трансформаторной работать» – говорил её учитель. Спинне кивала. Несмотря на то, что она работала с проводами, ей это не очень нравилось. Зато вечером она шла в вечернюю школу. И каждый раз когда она переступала порог школы она, и, наверное, все её подружки, чувствовали себя словно они входят в храм. О боги, насколько же эта школа отличалась от её старой школы в Полове. Высокое белое здание, украшенное изнутри лакированным деревом, железом и статуями. Интересные уроки и сытный ужин. Учителя, что способны парой слов и жестом рук перевернуть картину мира. Спинне словно заболела странной лихорадкой, она, не имевшая дара к магии, меняла мир своими руками! У этого восторга была подоплёка. В старом мире надеяться на путников в лесах могла только очень глупая арахна. И поэтому она подалась в город, где за гроши шила одежду и ходила в университет любви вместе с такими же молодыми монстрами. Единственной причиной по которой полунищие, голодные мамоно без двора и дрова ходили на занятия было то, что по улице где стояла школа каждый день ездил муж-инкуб. В результате чего каждый день в три часа весь личный состав школы собирался у парадного входа и мило улыбался глядя на кортеж драконицы. Быть может, он выберет одну из них? Хозяйка школы говорила что, одну молодую кикимору-ведьму действительно выбрали. Вот и мечтала Спинне стать колдуньей. А теперь она сама немного волшебник и учёный. Как раз сейчас будут занятия по химии.

***

Прошло полгода. Возвели первые здания, правда, они не походили на обычные дома. Скорее на казармы, где жили, работали и учились. В учебном классе Спинне сидела за учебником физики и выглядела настолько плохо, что её лучшая подруга подсела рядом. - Рассказывай, в чем дело? Задания были доделаны ещё полчаса назад, сейчас все просто общались. Минотарвы сидели за своими огромными партами и играли в шашки, ламия читала книгу, Юки-онна штудировала газету с рецептами, ящерки фехтовали. Точнее они делали всё это до её слов, а теперь... - Я ему одёжку подарила, – тихо произнесла арахна. - А он? – подруга и весь класс окружили её. - Сказал спасибо! И всё!!! Он не понял! – арахна заплакала. - Серьёзно? Ты дала ему одежду, а он ничего не понял? - Тут не ваши берлоги, медведь, традиций наших они не знают. – юки-онна Янаги подняла взгляд от газеты, – И знать не планируют. - Надо подарку подарить, – произнесла красная они, – подарку мужчины рады. Например, бухло! - Ты чем слушала? Она уже подарила ему одежду! И откуда у тебя бухло? - Нету бухла. Забрали. – они вздохнула. - Подарки не помогут. – подруга хлопнула ладонью по парте. - Может тогда поярче одеться? – предложила гарпия, – станцевать перед ним, спеть? - Местная культура не одобряет веселья не по делу. Как и слишком попугайских расцветок в одежде. Ибо скромность есть добродетель. Взгляд арахны упал на юки-онну Янаги. Они практически не общались раньше – юки-онна постоянно спешила домой к дочери и мужу. Спинне задумалась. - Точно! Ты же уже замужем! – юки-онна приподняла бровь. Арахна схватила её за руку и затрясла, – расскажи пожалуйстя как ты этого добилась? - Ну я… – женщина немного смутилась оказавшись в центре внимания, – тут ничего сложного нет. В наших традициях покорять гостей гостеприимством. Приготовить вкусный обед, обеспечить комфорт и уют. Мы как-то в столовой заболтались, я и сказала, что готовлю хорошо. Договорились, что буду подрабатывать – обед ему готовить. Получила ключ, стала приходить. Потом стала понемногу порядок наводить, а через пару месяцев он меня в кино пригласил. Так и сошлись, потихоньку. - Это нам не подходит, тут случай другой,- подруга арахны кивнула, – надо самим привлекать внимание и при этом не нарваться на лекцию от комиссара. Все лиминалы разом вздрогнули. Один из первых уроков который выучили все девушки, от маленьких птиц до крупных минотавров, был тот факт, что если ты нападёшь на человека на тебя нападёт комиссар. Что характерно, комиссар всегда сильнее. Однажды он на глазах всего завода гонял ремнём двоих чародеек, до войны помогавших шабашисткам. Догнал, что характерно. Отобрал написанные воззвания, разбил ломом самодельные идолы, дал всем по попе и отправил назад в Черногорск. - Ну, – юки-онна достала тетрадку с надписью «Умные мысли», – однажды мой дорогой сказал «Путь к сердцу любого мужчины лежит через его желудок». Я записала эту очень мудрую мысль. - Брехня, – произнесла одна суккуба, – в желудок можно попасть через рот, но там дальше только вниз можно. А сердце выше! - Это метафора! Метафора, – юки-онна потрясла тетрадью, – она означает что чувства любого мужчины можно разбудить если его регулярно и вкусно кормить. Ты готовить умеешь? - Конечно умею, я была поваром, – арахна задрала голову вверх, – я же не уши-они. - Значит надо устроить ему сюрприз. Смотри ты идёшь к нему домой…

***

- Надо устроить ему сюрприз… – арахна стояла на стене третьего этажа прямо напротив нужного окна. Ему, как ударнику, выделили небольшую однокомнатную квартиру. Спинне порадовалась бы за него если бы не одно но – окна в его квартире были полметра шириной. Если человеческая часть могла протиснуться, то её брюшко и ноги… Через десять минут, разбив горшок с петунией, она оказалась внутри. Осторожно перелезть через кровать и, ориентируясь на запахи, попасть на крохотную кухню. - Ну кто так строит?! – искренне возмутилась Спинне, – Словно только для людей делали! – она вздохнула и приступила ко второму раунду. Спинне очень старалась, но места действительно не хватало! Её же собственное брюшко закрывало обзор, она банально не видела, куда движется. Узкая, маленькая кухня, словно специально была сделана так, чтобы девушка могла задеть как можно больше вещей. Арахна протиснулась к холодильнику, дверца которого открывалась не к стене, а в середину кухни. Попятившись назад, чтобы открыть её, Спинне снесла стоявшую на плитке кастрюлю. Открытая дверь холодильника, впрочем, поставила перед несчастной паучихой новую задачу – дотянуться руками до содержимого она просто не могла. Девушка попробовала перебраться на потолок, но и здесь её ждала проблема – потолок в квартире оказался довольно высоким, а холодильник – низким. Спинне просто не доставала до нижних полок, где лежали овощи – руки короткие! На свою паутину девушка не надеялась. С некоторым трудом ей удалось выудить с одной из верхних полок холодильника миску с сырым мясом в маринаде. Арахна аккуратно спустилась на пол, закрыв холодильник и переворачивая миску, чтобы не выронить мясо. Ей удалось втиснуться напротив плиты встав наискосок кухни, но при этом последняя пара ног снесла со столика чайник, а с подоконника железную банку с сахаром. Поставив миску на плиту, Спинне полезла в шкафчик за сковородкой. Сковородка нашлась быстро и её даже удалось достать почти без проблем – свалившуюся ей на голову кастрюлю с полки повыше, арахна великодушно решила проблемой не считать. Специи хранились в соседнем шкафчике, но вот незадача – второй шкафчик, как и холодильник открывался внутрь кухни. Спинне пришлось снова поворачиваться, при этом она наступила одной из задних ног на кастрюлю. Нога поехала и арахна, уже доставшая перечницу, с силой стукнула оной об стену. Облако перца окутало её лицо – лиминал громко чихнула подавшись назад и снесла брюшком плитку и миску с мясом. Да чтобы к этому архитектору Выжигатель пришёл! Распрямившись Спинне стукнулась головой об открытую дверцу и из шкафчика на девушку свалился пакет с мукой, обдав её белым облаком. Арахна замерла. Помолчав тридцать секунд она открыла глаза, чтобы оценить обстановку: кухня разгромлена, кастрюля на полу, сковородка тоже, мясо испорчено, в общем и целом – бардак. - Надо убраться. – арахна решила не лезть под Киров. – Может быть, он поймёт? Уборка продолжалась недолго. Только девушка поправила самое страшное, как в замке зазвенели ключи. «Ой он уже тут. А ужина нет! Но может быть он поймёт меня? Может быть он поймёт что я хотела как лучше? Надо только извиниться, он не будет держать зла». Взгляд арахны машинально нашёл зеркало. И увиденное напугало девушку не на шутку. Вся в муке, причёска взлохмачена, верхние глаза слезятся от попавшего в них перца. «Да я же страшная!» – эта мысль завладела всем её сознанием, – «Бежать!!!». Она вышла через тоже самое окно. Как она смогла это сделать за десять секунд – тайна покрытая мраком.

***

- Судя по тому, что ты очень грустная план провалился, – класс собрался вокруг Спинне сразу после того как уроки закончились. - Полный провал!!! - Надо сказать стихи! – произнесла минотавр. Гордо оглядела подруг, – Говорят вещь – ВО! Я в книге читала. Янаги почесала голову, другие закивали, ящерка захлопала в ладоши. «Верно!», «дело говоришь», «тут так можно», «а мне даже стихи рассказывали», – раздалось со всех сторон. - А что ему написать? – задала вопрос Спинне. Разговоры мгновенно смолкли. Девушки неуверенно переглядывались. - «Песня о верном муже», – кивнула минотавр, – наша песня, костровая. - А ты её на русском знаешь? – спросила её ящерка, – артефакты помогли нам выучить языки, но с письменностью затык. Ты же сама недавно буквы выводила в тетрадке! - Какое это дело имеет к песне?! - А такое, что помнишь ты её на своём языке. А чтобы перевести надо думать. - Я бы не советовала переводить эту песню, – произнесла ламия, – я читала их стихи, они лучше. И приятней. И пошлостей меньше. Все невольно покосились на сборник Пушкина в её руках. - А если рассказать то что мы на уроках учили! Там же есть красивости, я вам пишу, чего-же боле… – минотавр улыбалась. - Так он решит, что она ему уроки рассказывает, – заметил кто-то. - Значит, надо ударить посильнее, – Минотавр ударила по столу, но тут же вздрогнула, – не на самом деле. А то ведь ответят. - А как посильнее ударить? – арахна пожала плечами. - В библиотеку девочки! – ламия подняла книгу вверх, – давайте найдём там книгу, которая сразит всех мальчиков! Сказано – сделано, дружною толпою лиминалы спускаются вниз и остаются у дверей библиотеки. Внутрь заходят арахна и ламия, остальные подбадривают у дверей. - Чего изволите? – хранительница книг посмотрела на них. Бабушка была уже немолода и советское правительство подарило ей глазные имплантаты, красные и страшные. А ещё слева от книги учёта лежал большой пистолет, с резиновыми пулями. - Простите, Нина Петровна, нам нужна книга про любовь. – группа поддержки замахала конечностями. – В стихах! – вспомнила ламия. Библиотекарь положила ручку на стол, поправила пистолет, от чего группа поддержки постаралась слиться с полом. - Зачем вам книга про любовь в стихах? Чего-то чувствовать стали? Нехорошее. - Нина Петровна, мы здоровы и бежать не собираемся. – ламия вытянулась на хвосте вверх и развела руки в стороны, – Просто у нас вот такая проблема! Надо понять как можно любить. Честно. - Проблема у них. Проблема у меня, когда кто-то за сборник рассказов Носова драку устраивает, – минотавры посерели, – интересно им понимаешь вылупились цыплята или нет. Двухметровым детинам, с мышцами олимпийского чемпиона. - Но ведь температура повысилась! – раздалось от входа. - Цыц! – Нина Петровна прицелилась лазером в группу поддержки, – Ладно Майя, задолженностей у тебя нет, замечаний тоже… тебе про любовь в стихах? Кого конкретно? - А дайте самого лучшего! – Спинне вышла вперёд. – очень надо! Нина Петровна посмотрела на них, задумалась. Со вздохом вышла и скрылась в глубине библиотечных полок. Вернулась через полминуты, протянула книгу. - Бери, это классика. Распишись тут. Не повредите книгу. Выполнив все необходимые действия, парочка лиминалов вышла из библиотеки с заветной книгой. Все окружили их и группа вернулась в класс. Расселись по местам и Юки-онна открыла разворот. - Уильям Шекспир. Ромео и Джульетта.

***

Ночной дежурный обходил школу. Всё в порядке, все уже спят. Поднимаясь на третий этаж он услышал странные звуки. Странные звуки – это повод для тревоги. Потому что тут это вам не там, эксперимент сложный, а они, как всем известно по американским фильмам, должны идти не так. Достав дубинку парень стал осторожно двигаться в направлении звуков. Чем ближе он подходил, тем яснее понимал – кто-то плачет. Дружно, громко, самозабвенно. Звук шёл из учебного класса. Он палкой открыл дверь и попытался посмотреть в класс через зажигалку. Ничего не разглядев, дежурный решительно вошёл внутрь. В классе все рыдали. В принципе, понятно что происходит, но непонятно почему. Найдя наиболее стойкую ящерку он стал трясти её. - Эй, что происходит? Что не так? Не стоило это делать. Ящерка, не прекратив рыданий, уцепилась за него как клещ. А весь остальной класс окружил его и взахлёб стал делиться бедой. - Джульетта умерла! И Ромео тоже!

***

Сеанс совместных рыданий только сплотил девушек, придав им решительности. Чтобы история любви закончилась как у Ромео и Джульетты не хотелось никому. - Всё-таки главное тут не это, девочки, – юки-онна снисходительно оглядела собравшихся. – мало внимание привлечь. Надо по местным меркам быть красивой. А то некоторые до сих пор считают, что мыться надо раз в полгода. - Да понятно уже, – минотавр хмыкнула, – руки мой перед едой, себя мой, желательно, каждый день. Одежду стирай и меняй. Дома мы так не могли. - Дома и водопровода не было, – подхватила другая, – до реки идти долго, а колодезная – холодная. - Горячие источники были. – вставил кто-то с задних рядов. - Были, – кивнула Янаги. – но не везде. - Всё же раньше было легче. – робко заметил кто-то. – Главное было, чтобы любовь была, а чистая ты или грязная – всё равно. - Только вот, новые мужья разбежались сразу, как «Новичком» повеяло. – ядовито заметила Янаги. – Вот и вся «любовь». - Признаться честно, по этой особенности старого мира я немного скучаю. – заметила одна из гарпий. – Захотела – помылась, не хотела – не мылась. А тут надо каждый день в воду залазить – не идеально для перьев. - Так ты перья мой раз в неделю, а остальное тело каждый день. – пожала плечами юки-онна. А вообще, надо тебе на эту тему с биологами поговорить – они лучше разбираются. - А может по-старинке? – гарпия кивнула в сторону окна. – Земля, песочек... - Ага, и мужики от тебя разбегаться будут. – фыркнула минотавр. – Тут грязнуль не любят. Хотя, потеть, вроде, не стыдятся. - Трудовой пот не считается. – пожала плечами юки-онна. – Впрочем, на многих заводах после работы душ принимают. - Ладно, про мытьё мы всё поняли, а что ещё надо? – Спинне оборвала размышления о гигиене. – Что ещё надо, чтобы по местным меркам красивой быть? - Одеться надо классно! Платье красивое, с украшениями. - Свадебное? - Рано, убежит. А ты и не догонишь из-за этой штуки на земле. - Какой штуки? Ты о каком платье говоришь? Свадебное платье – это же лёгкая одежда. - Любопытная замена слова «никакая». Я про местные! Наши платья тут не подходят, открытые слишком. Да и зимой холодно. А согреться как обычно – не выйдет. - А давайте сходим в кино! – предложила ящерка. - В кино? – все дружно переглянулись. – Это, конечно, хорошо – сходить в кино, но как это поможет нам? - А я слышала что там фильм романтический! – ящерка самодовольно улыбалась. – значит там показывается романтика. Местная причём. - Логично, – Спинне почесала голову, -а почему мы на него раньше не ходили. - Потому, что Марина Ивановна, – минотавр подняла палец вверх, – говорит – куда надо ходить. Фильмы для детей крутые. Все согласно закивали. Конечно, тут ещё играли роль нехватка денег, кинотеатров и свободного времени, но девушкам было уже не до этого. - Значит, решено. Идём на романтический фильм, – подруга обвела класс взглядом. – берём с собой карандаши и тетради, чтобы ничего из романтики не забыть. Когда кстати фильм идёт? - Как обычно…

***

Кассир приподнял бровь глядя на толпу лиминалов. Опустил взгляд на старосту класса. - Вам какой билет продать? - Нам, пожалуйста, на фильм «Девчата», тридцать штук, пятнадцать норма, десять больших, пять очень больших и десять свободных. – назвала категории билетов девушка. - А вам не рано? – кассир тяжело вздохнул. – Вы же дети ещё! - Ничего мы не дети! Нам всем больше шестнадцати зим! – вмешалась одна из минотавров. Кассир явно искал способ отказать на законном основании. Видя это, класс усилил нажим. - Мы будем паиньками. Ни звука, честно. И вообще, это у нас исследование, – староста показала кассиру свою тетрадку. - Ну раз исследование… – кассир стал отчитывать билеты. – в зале не шуметь, не есть, мусор не бросать, псионику не использовать и в экран предметы не бросать и из рогаток не стрелять, – его взгляд уткнулся в ящерку. – деньги вперёд! Класс занимал места. Экспериментальный кинотеатр строили с пониманием особенностей лиминалов. Обычные места впереди, дальше кресла побольше, в конце целые диваны (на которых могли сидеть даже самые крупные особи). В углу пылился вечно пустой аквариум, а для длиннохвостых создали специальные полости под креслами. Первое время арахнам и летающим лиминалам предлагали сидеть на боковых стенах, но идея не снискала популярности, сидеть под динамиками – приятного мало. В конце концов класс рассадили по своим местам. Девочки достали тетради и приготовились…

***

Просмотр фильмов (и куча заметок о том, чего делать не надо – например, спорить на шапку), чтение книг (больше детских, но другие лиминалам выдавали с осторожностью и неохотой), вечера у телевизора и много часов обсуждений наконец породили план действий. В принципе план был готов. Всё как надо, красиво. Но… - Меня терзают смутные сомнения, – Спинне почесала голову, – вот смотрите, мы готовим сердечко размером три на три метра и вешаем его перед окнами его квартиры так? - Так, – подтвердили присутствующие. - А ведь имя мы не написали! Так ведь и запутаться можно! – она взмахнула руками, – надо добавить кому и от кого послание. - Тогда надо или сердечко увеличивать или буквы уменьшать, – произнесла одна из минотарвов, – места не хватит. - Если буквы меньше сделать читать неудобно будет. Увеличивай сердце! – сказала ламия. - Тогда трубы снова надо одолжить. И побольше. – Минотавр почесала подбородок, – мы их должны вернуть до восхода солнца. -А может не будем одалживать трубы? Прицепим снизу плакат, с уточнениями. – вмешалась одна кошкодлака, – это не только быстрее будет, но и заменять можно – она сцепила лапы в замок. -Это чтобы потом сердце для других признаний использовать можно было? Толково. – хлопнула ей по плечу орчиха, – экономика должна экономить! -Девочки, я тут подумала… а нам не дадут по голове жители дома? Встают они утром, а вместо двора наше сердце обзор загораживает. – арахна вздохнула, – На меня ругаются когда я по стенке домой иду, а тут целое сердце. - Я читала, что надо разрешение, на высокие работы взять! – произнесла минотавр, – без него вешать нельзя. - Вспомнила она! Где его взять кто знает? – собрание задумалось. - Учительница знает! У неё и спросим! – заключила минотавр. – кто пойдёт? - Давайте я, – Спинне пожала плечами, – все равно сердце мне вешать.

***

Тем же вечером. Визит ученицы был неожиданным. В связи с этим Марье Ивановне пришлось импровизировать. Пока Спинне ожидала на балконе она принесла в спальню раскладной столик, стул и две чашки с чаем. И печенье. Ученица очень любила печенье, и Марья Ивановна надеялась, что, поев этих сладостей, она немного успокоится и из её речи можно будет вычленить не только отдельные слова про высокие работы, сердца и проблемы. И действительно – попив чаю и поев арахна спокойно и по пунктам выложила свой план. - Значит так… ты хочешь признаться ему в любви, и вы решили, что надо перейти в решительное наступление. Для этого вы, – она заглянула в лист бумаги с планом, – решили повесить на здание напротив сердце из твоей паутины – одна штука, цветы из ткани – три штуки, розовые блёстки – без счёта. Верно? Спинне кивнула. Марья Ивановна тяжело вздохнула. - Слушай, дорогая это не сработает, – она присела и выпила чаю, – слишком, слишком... - Но что же делать? Я же… - Я поняла, – она невольно покосилась на шпиль Новичка вдали. – Я его знаю, парень он хороший, да и ты в принципе ничего… – она осмотрела её. Глаза, торс, ноги чужие, но по сути такая же молодая девчонка. Нормальная девочка, но с небольшой задержкой – такие признания характерны для школьниц. - Слушай, дорогая, самым разумным способом признаться ему будет просто отойти в сторону и поговорить. - Просто поговорить? - Просто поговорить. Ты же не мальчик, – Марья Ивановна улыбнулась. – это им положено изворачиваться, а не нам, девочкам. Расскажи что ты чувствуешь, выслушай ответ. - А если он не захочет? – Спинне посмотрела на учительницу грустными глазами. – Что если?.. - Значит, уйдёшь. Не волнуйся у нас в море много рыбы, найдёшь себе ещё. Придёшь ко мне потом, расскажешь как прошло.

***

Его удалось выловить после занятий и он без лишних вопросов согласился отойти в сторону. Признание… -Ну, это… я в тебя немного влюбилась, – Спинне спрятала руки за спиной, – можно мы будем встречаться? Она замерла, ожидая ответа. Он молчал, почёсывая затылок. Его взгляд пробежался по ней, её ногам, брюшку и верхней половине тела, остановившись на её покрасневшем лице. - Знаешь, никогда не думал, что в меня кто-то влюбится, особенно из ваших. - Так ты против? – у неё перехватило дыхание. - Нет. Дама ты необычная, но человек хороший. Давай попробуем, – он подошёл поближе. – Сойдёмся так сойдёмся, а на нет и суда нет. - Давай! – она хотела его обнять, но в последний момент ограничилась тем что взяла его за руки, – Что будем делать? - Давай по классике: кино, парк и так далее. Знаешь что сейчас идёт в кинотеатре? - Знаю!

***

Вечером Марья Ивановна как всегда посмотрела запись очередного концерта и готовилась ко сну. Она улыбнулась – вчера в это же время к ней залезла одна из учениц. Сегодня эта арахна её чуть не сбила, обняла и пообещала целый шкаф одежды. «Сошлись на одном платье. Нехорошо было бы наживаться на этой крохе». Она посмотрела на часы – без пятнадцати девять. Пора спать. Но вдруг ей одновременно позвонили в дверь и по стеклу балконной двери постучала чья-то лапа. Женщина поправила очки, несколько секунд раздумывала, куда ей идти в первую очередь. Выбрав дверь и посмотрев в глазок, Марья Ивановна увидела женский торс. Открыв дверь, учительница поняла что перед дверью сидит Они, а за ней целая очередь её учениц и других лиминалов преимущественно крупного размера. - Подождите тут, – она вздохнула, – мне ещё в стекло стучались. - У нашей очереди первый номер, – произнесла в ответ задаточную фразу Они. Загадкой она оставалась недолго. В её балкон упиралась лестница на которой стояли лиминалы размером поменьше. Кроме того, в воздухе и на деревьях ожидала ещё третья очередь из птицеподобных и кошачьих. - И куда только смотрит ваш психолог? – со вздохом произнесла Марья Ивановна.