Опьяненная Желанием

От лица Виктории.

Идём по серой брусчатке вдоль темного леса, а над головой все такое же багровое зарево из туч. Мими молча идёт рядом ни говоря ни слова, а это молчание напрягает вместо тысячи слов и криков. Понятия не имею, что происходит в ее прекрасной голове, но очень хотелось бы узнать. Пытаюсь прочувствовать ее энергию, кисло-сладкая малина, ничего необычного, только грусть выдаёт ее с потрохами. Но продолжает молча идти. Ади и Сэми идут впереди, нас разделяет несколько пар. А позади нас идёт Дино и Лилу. Спиной и крыльями ощущаю раздражение и негодование от ангела. И мне становится некомфортно в собственном теле. Хочется просто разорвать свою кожу и скинуть, как змея в период линьки. Но стараюсь не показывать полностью свои эмоции. Геральд и Люцифер уверенной походкой идут по брусчатке, а время в пути кажется невероятно длительным. Мои ноги ноют от усталости, и кажется этому нет ни конца, ни края. — Мими, мы можем поговорить? — шепчу я, чтобы другие не грели свои любопытные уши. — Да, о чем? — ее голос мягкий и нежный, без ноток злости и раздражения. И от этого у меня неприятно колит сердце. Я же предала ее, а она даже не пытается меня убить. — Я переспала с Люцифером, — на одном дыхание проговариваю, опуская свой взгляд под ноги. Боюсь ее реакции, боюсь, что после этого дьяволица не захочет со мной разговаривать. Боюсь, что нашей дружбе пришёл конец. Дочь Мамона молчит, а мне кажется, что проходит целая вечность, прежде чем обращает внимание на меня. — Я знаю, сладкая, — на ее лице появляется грустная улыбка, а мое сердце болезненно сжимается. Я предала ее. Только эта мысль крутится в моей голове. — Мне так жаль, Мими, — начинаю я, а к глазам подступают непрошеные слёзы. Щеки заалели и становится дико жарко, руки трясутся, словно тремор. — И это тоже знаю, но не стоит себя в этом винить, — с грустью произносит и приобнимает меня за плечи. Ее кисло-сладкая малина приятно обволакивает меня, а горькие слёзы предательства тут же скатываются по щекам, оставляя мокрые дорожки. — Я не понимаю, почему ты не злишься? — вытираю слёзы тыльной стороной ладони, сдерживая в себе подкрадывающиеся рыдания. — Вики, это же Люцифер! Ему свойственно спать с тем с кем хочет, а мои личные чувства к нему, сугубо моя проблема. Да, я люблю его, но он даже не смотрит в мою сторону. Пару раз переспала с ним, на этом хватит, — на ее изящном лице появилась горькая ухмылка, а чёрные глаза вмиг потускнели. Горькая малина сразу осела на моем языке. — Но… — не успеваю вставить и дальше слов, как дьяволица тут же перебивает меня. — Чертёнок, ты сама говорила, что Люцифер проявлял к тебе внимание в день посвящение и после видела его взгляды в твою сторону. Это нельзя было не заметить, даже слепой бы почувствовал эту химию между вами. То, что я тебе ничего не говорила, не означает, что не замечала очевидных вещей. Проще было закрыть на это глаза и жить дальше, — от сказанных слов, мои слёзы ещё сильнее подкатились по щекам. Больно видеть ее подавленной и расстроенной, но самое главное, что Мими не злится на меня. Это согревает мою душу, хотя маленький червячок ждёт все-таки подвоха. — А ты суккуб! Рано или поздно вы бы переспали, это был вопрос времени. Я не держу на тебя зла, птенчик, — подруга звонко чмокнула меня в щечку, а я почувствовала, как камень упал с груди. Больше не имело смысла что-то говорить, ведь Мими слишком понятливая и разумная, а это определенно подкупает. За этим разговором не заметила, как останавливаемся около обрыва. Пульс начинает учащаться от страха заглянуть туда. Позади нас остаётся дремучий лес, а впереди лишь необъятных размеров жерло вулкана. Мой рот тут же открывается, а тело обдаёт ещё большим жаром. Все это время, пока мы шли, я не замечала крики и возгласы грешников. Пока мы не остановились и мое внимание не сфокусировалось на этом. Их крики душераздирающие, гортанные и звонкие, пробирают до мозга-костей. Они звучат в различной какофонии, смешиваясь между собой. — Итак, мы подошли к самому важному месту в этому кругу. Это жерло вулкана никогда не угасает, а лишь разгорается с новой силой, когда в неё попадает новый грешник, — начал Люцифер, а от его слов по моей коже пробегает вереница мурашек. Никому такого не пожелаешь. Варится в лаве вечность. — Каждому из вас нужно заглянуть в это жерло вулкана и круг начнёт свою работу, будьте осторожны, бессмысленные смерти мне не нужны, — его голос звучит надменно, а взгляд уверенный и холодный. Никогда ещё таким не видела. Показывает свою величественность, обрекая нас на возможную смерть. Мое тело начинает трясти, как при лихорадке, а страх оказаться с грешниками, заставляет ноги прирасти к земле. Крики оглушают и одурманивают, словно вводят в своего рода транс. Видимо испытание уже начинается. Пытаюсь ухватится за Мими, но ее нет. Никого больше вокруг не видно, лишь я и вулкан. Хочется кричать и бежать отсюда сломя голову, но понимаю, что так просто не получится. Нужно пройти этот круг с достоинством. Собираю свою волю в кулак и двигаюсь к самой пропасти. Голова начинает кружится, а ноги трясутся и готова вот-вот рухнуть навзничь. Крылья за спиной становятся тяжелыми, словно на них повесили булыжник. На ватных ногах подхожу к жерлу, а яркие огненные всполохи ослепляют меня на пару секунд, голова начинает сильнее кружится, а пульс в бешеном ритме отбивает чечетку. Давление скачет вместе с криками душ, что раздирают мои ушные перепонки. Закрываю руками, в надежде не слышать этого, но не выходит. Зрение восстанавливается и вижу, тысячи, нет, десятки тысяч проклятых в этой лаве. Их кости раздирает горячая лава, а запах горелой плоти тут же ударяет в нос. Рвотный рефлекс вот-вот готов сработать и уже прикрываю рот рукой, пячусь назад. — Я хочу отсюда выбраться, — шепчу в пустоту, но крики душ давят сильнее чем было до этого. Чую всем своим нутром, что сейчас должно что-то случится. И прикрываю глаза, чтобы успокоится. Пытаюсь абстрагироваться, но не выходит. Сквозь крики слышу шум взмахов крыльев и сразу же открываю глаза. Потребовалась доля секунды, прежде чем я поняла, что на меня несётся демон. Мои глаза в миг округляются, когда узнаю в нем того самого мужчину, что спровоцировал силу суккуба. Внутри будто что-то умирает, а я быстро разворачиваюсь и хочу убежать, но все идёт прахом. Он хватает меня за правое крыло, больно притягивая в свою сторону. Не ожидая такого поворота, путаюсь в своих же ногах и падаю на попу, больно ударюсь копчиком. Пульс стучит в висках, давя на глаза. Под ладонями чувствую шершавую горячую землю. Пячусь назад. — Наконец-то мы встретились, дрянь! — шипит Тревор? Вроде так зовут этого демона. Его зелёные глаза вмиг загораются неоновым оттенком, а рот искажается в зловещей гримасе. Нужно срочно что-то делать. Бежать. Эта мысль, как мантра в моей голове. «Блять! Я не хочу сдохнуть от рук этого мерзкого демона!» — кричит мое подсознание. Я быстро встаю на ноги, продолжая пятится назад, пытаясь боковым зрением найти путь к отступлению. Если полечу, то точно проиграю, он сильнее меня. Словно в подтверждение моих мыслей, его горькая и мощная энергия тут же проникает в меня, словно прощупывая изнутри мои слабые места. Сердце вот-вот готово выпрыгнуть из груди, оставив после себя огромную дыру. — Ты помнишь меня, стерва? — закричал мужчина, а я вздрагиваю от неожиданности. Забываю, что нужно дышать, сжимаю кулаки в случае, если нужно будет драться. — Чего тебе нужно от меня, Тревор? — мой голос хрипит и дрожит, выдавая мой страх. В носу неприятно щиплет, а его темная энергия захлестывает меня. Словно впитывается под кожу. — О, отлично, ты помнишь мое имя! Значит помнишь, что сделала со мной, сука! Я лишь хочу отомстить! — он кричит с такой силой, что неистовые вопли грешников кажутся мне приятной мелодией. Тревор влияет на меня своей энергией, а я кажусь в его руках лишь марионеткой. Беспомощной куклой в руках высшего демона. — За-зачем тебе это? — запинаюсь в своих же словах, а во рту пересохло, как в пустыне Сахара. Он угрожающе надвигается на меня, продолжая давить своей энергией. Поворачиваю голову и вижу, что с каждым шагом становлюсь ближе к пропасти из которой мне не выбраться. — Ты! Соблазнила меня своими суккубскими чарами, а затем высосала жизненные силы, чуть не убив! И ещё смеешь спрашивать, мразь? — снова кричит с такой силой, что жмурясь закрываю руками уши. Кажется вот-вот и кровь хлынет из них. Я отрицательно киваю головой. «Он не прав! Он же сам полез ко мне, моей вины нет!», — кричит мой внутренний голос. — Ты сам поджидал меня в тоннеле и первый начал приставать! Моей вины нет! — кричу в ответ из последних сил, а затем делаю резкий взмах крыльями и взлетаю к багровым тучам. Пытаюсь спасти от этого сумасшедшего. Но каждый взмах крыльями даётся с огромным трудом, словно они скованы чем-то невидимым. Мне нужно убраться от него подальше. Оглядываюсь назад и вижу, что его больше нет там. — Дьявол! — шикаю я, повернув голову обратно, его зелёные глаза оказываются в считаных метрах от меня. Вскрикиваю от неожиданности. Разворачиваюсь и лечу в другом направление, пытаюсь оторваться от Тревора. Но он снова возникает передо мной и с ноги бьет в живот. Боль разносится по всему телу и я тут же лечу вниз, падая на землю в нескольких сантиметрах от обрыва. Злость с примесью боли начинает завладевать мной. Откашлявшись, сжимаю кулаки и через ноющую боль в теле, пытаюсь встать. — Тебе это не нужно! Хватит! — пытаюсь говорить спокойно, но внутри поднимается злость в перемешку с нарастающем гневом. Меня это поглощает и все труднее становится контролировать свои действия. Огонь разрастается внутри, пожирая все на своём пути. — Нет, нужно! — рычит демон подлетает ко мне и с размаху ударяет в солнечное сплетение. Дыхание перехватывает, а я отлетаю на неопределённое расстояние. В последний момент замечаю, как земля из под ног ускользает и вижу ярко оранжевые всполохи лавы. В последний момент делаю резкий толчок крыльев и успеваю схватится за сухую землю. Крики душ становятся сильнее, а ноги дико печёт. Запах гари въелся уже в мою кожу, тело мое изнывает от боли. Пытаюсь подтянуться на руках, но ничего не выходит. Мышцы напряжены до предела. — А, вот, и твой конец, тварь! — кричит Тревор, наступая ботинками на мои пальцы, сдвигая их. Шиплю сквозь боль и стараюсь держаться из последних сил. Гнев и злость пытаются овладеть мной, забирая в свой коварный плен. Я понимаю, что если сейчас поддамся им, хоть на минуту дам слабину, то это будет мой конец. — Иди ты к черту! — проговариваю я, отпускаю руки и лечу в раскалённую лаву. Ощущаю, как жаркий ветер обдувает мое лицо и тело. И в последний момент понимаю, что это была проверка круга. Начинается паника, нужно срочно уходить отсюда. И заметив, что приближаюсь к орущим грешникам, которые тянут ко мне свои кости, делаю резкий взмах крыльев и вылетаю из вулкана. — Уокер! Молодец, справилась с заданием! — слышу знакомый голос Геральда, а на его лице победная улыбка. Только сейчас замечаю, как директор смотрит в мою сторону, а алый взгляд сияет гордостью? «Уокер, о чем ты думаешь? Какая к черту гордость за тебя? Забудь!», — снова твердит мое подсознание. Плавно опускаюсь на рыхлую Землю и походкой от бедра иду к Ади и Сэми. Мими ещё не вернулась видимо из иллюзии круга, а тревога начинает прокрадываться в мою душу. — Хороша, чертовка! — лучезарно улыбается демон, заключая меня в дружеские объятья. — Это было крутое появление, Вики, — ангелочек показывает жест «Дай пять» и я тут же отвечаю на него. Спиной ощущаю сверлящий взгляд, но не обращаю на него внимания. Заранее знаю от кого он. — Почему Мими так долго? — спрашиваю у ребят, но те лишь пожимают плечами, обращая свой взор к злосчастному обрыву, откуда раздаются душераздирающие возгласы. — Я слышал, что двое ангелов и три демона не смогли пройти этот круг, — произнёс Сэми, сплетая пальцы с демоненком. От этих слов становится не по себе, а мыслено молюсь Шепфе и Сатане, чтобы с Мими ничего не случилось. — Не переживай, с ней все будет в порядке, это же Мими, — пытается приободрить рыжик, но на душе всё равно скребут кошки. Начинаю оглядываться в поисках Дино, и вздыхаю с облегчением, увидев его в компании с другими ангелами. С ним все хорошо, самое главное. Не знаю, сколько прошло времени, но дочь Мамона ещё не вернулась. Интересно, что у неё там черт возьми происходит? Почему так долго? Мы с ребятами сидим на горячей земле, каждый погружён в свои мысли. Ожидая последних пяти демонов и тройку ангелов, что ещё не успели пройти задание. У меня в голове возникают сотри вопросов и самое главный: Почему именно Тревор провоцировал меня на гнев? Ответа однозначного нет, лишь предположение о том, что глубоко на подсознание мне не даёт покоя та ситуация. Именно этот демон пробудил мои силы, именно его, я чуть не убила. И именно он жаждет мести, в этом уверена на сто процентов. Напряжение от ожидания становится невыносимым, встаю со своего места полная решимости узнать правду. Обвожу взглядом всех присутствующих и вылавливаю два огромных бордовых крыла. Отлично! Стоит рядом с Геральдом что-то обсуждая. Преподаватель что-то отмечает в блокноте и кивает. — Сейчас прийду, — бросаю ребятам, поправляя кожаную юбку. Уверенным шагом иду навстречу к демонам, с нетерпением узнать ответ. — Геральд, где остальные? — обращаюсь к демону, стараясь не смотреть в сторону директора. Мне не по себе от вчерашней ночи, стыд иногда берет вверх, но стараюсь всячески не обращать на это внимание. Чувствую его пронзительный взгляд на себе, изучающий и удивленный. Мощная энергия шоколада с ментолом снова ударяет вновь, а я вспоминаю, как его руки сжимали мои бёдра. — Мисс Уокер, они ещё проходят своё испытание, — холодным тоном отвечает демон, а меня бросает в дрожь. А что если Мими не вернётся? Да, она темпераментная, экспрессивная местами, но не до такой же степени, чтобы пасть от своего же гнева?! — Сделайте что-нибудь! — повернувшись к директору, смотря с вызовов уже прямо в алые глаза. В них лишь удивление и нотки уважения. Руки складывает на груди, принимая уверенную позу, а мне хочется тут же рвать и метать от его безэмоциональности. — Я не могу, они сами должны пройти это задание, — пожимает плечами, а ухмылка тут же искажает губы. Урод! А я ещё с ним спала! — Мими ещё нет, а я очень переживаю, — не унимаюсь я. Пытаясь хоть как-то достучаться до них. Люцифер пересекается взглядом с демоном и пожимает плечами. — Гнев очень сильное чувство, порой мы сами не знаем, как себя поведём в разных ситуациях. Даже хорошие и славные ангелы, могут пасть из-за своих эмоций, — тут же парирует Принц Ада. На что он сейчас намекает? Крики душ становятся еще громче и вздрагиваю от неожиданности. Повернувшись вижу, как из жерла вулкана вылетает потрепанная и ссадинами Мими, держась за правую руку. Не думая, бегу в ее сторону, не обращая внимания на других. Расталкиваю по сторонам других учеников, а волна облечения накрывает с головой. — Мими! — делаю резкий взмах крыльев и тут же хватаю в свои объятья. Слёзы счастья льются по моим щекам, а сердце приятно покалывает от радости. Она жива, с ней все хорошо. — Чертёнок, аккуратнее, — постанывает в ухо подруга, и на лице расплывается улыбка облегчения. — Я так переживала, боялась, что больше никогда не увижу тебя, — меня всю трясёт, но продолжаю тараторить, словно обезумевшая. — Ну, уж нет, сладкая. Так просто от меня не отделаешься, — дочь Мамона звонко чмокнула меня в щеку, обнимая в ответ.

***

После круга было собрание в общем зале, где Люцифер при всех доложил моей маме о смерти троих ангелов и троих демонов. Гнев захлестнул их и они не смогли с ним справится, а этот круг принял их в свой плен. Осознавать тот факт, что этих учеников нет в живых сложно, учитывая, что двое из них были бывшими непризнанными. Реббека всем видом показывала своё недовольство и злость, но ничего не сказала. Ведь она не может пойти против самого Сатаны. И приняла, как факт. Ангелы по своей особенности скорбели по всем кто не вернулся. Демоны же, многие из нас, решили утолить свои эмоции и этот день в алкоголе. Я была опустошена эмоциональна, хоть и полна энергии. Я хотела побыть наедине с собой и ушла к саду Адама и Евы. Мне нужно это. Слишком много всего за последние дни происходит. Это разрывает меня изнутри, но нужно двигаться дальше. — Уокер, ты сегодня хорошо справилась, — из мыслей вырвал знакомый бархатный голос, проникающий прямо в самую душу. Ментол и шоколад. Эту энергию узнаю из тысячи. Люцифер. — Спа-сибо, — неуверенно отвечаю Принцу Преисподней, не смотря даже в его сторону. Мой взгляд устремлён в пушистые облака, что пролетают над головой. — Почему ты здесь? — замечаю боковым зрением, как дьявол подходит ближе, а руки в карманах брюк. — А почему ты здесь, Люцифер? Разве не должен быть с какой-нибудь шлюхой и развлекаться? — не знаю почему, но рядом с ним сарказм сам по себе выскакивает из моего рта. От одной только мысли, что прошлая ночь не повторится вновь, на душе кошки скрестись начинают. Становится не по себе, что Люцифер спит с разными женщинами. — Как не красиво с твоей стороны, суккуб. Ты же понимаешь с кем разговариваешь? Я не обычный демон, которым ты можешь помыкать, — усмехается над моей реакцией, а шоколад оседает на языке. — Ах, да! Представляешь, вчера случилась странная история: я трахался с одним демоном, чертовски сексуальным, а просунувшись не увидел в своей пастели. Только, вот, не задача, эта дьяволица единственная кому было это позволено, но сбежала. Трусливо, не думаешь? — Люцифер насмехается надо мной, явно забавляясь моей реакцией. Мои щёки вмиг заалели, вводя в ступор. — Нет, не думаю. Видимо умная дьяволица оказалась, раз ушла, — я подняла вверх бровь и хмыкнула своим же словам. Дьявол упёрся руками в скамейку, наклоняясь ко мне. Наши лица находятся в опасном расстоянии, мой взгляд тут же падает на идеальные губы, обрамлённые вокруг рта щетиной. Сердце ускоряет свой привычный темп, а грудная клетка поднимается, выдавая напряжение. Хочу поцеловать, снова почувствовать эти обжигающие губы. — Я вам не мешаю? — я тут же вздрогнула и резким движением спрыгнула со скамейки. Энергия кислого ананаса и горелого кокоса, смешалась в странном коктейле с горьким шоколадом. Демиан стоит в паре метров, уперевшись плечом о живую зелёную изгородь. Его изумрудные глаза горят злостью, а желваки на лице ходят ходуном. — Мешаешь, Демиан. Мы с мисс Уокер разговаривали, — рычит директор, и я словно умираю. Вот, Дерьмо! Мое сердце снова готово выпрыгнуть из груди, а я готова вот-вот расплакаться из-за дебильной ситуации. Передо мной стоят два невероятно сексуальных и притягательных мужчин всех трёх миров, а я как полная идиотка путаюсь в своих же чувствах. — Разговаривали, брат? А я думал, что ты хочешь ее сожрать, — он рукой показал жест «кусать», продолжая сверлить дьявола глазами. Горечь от вкуса пино-колады прочно осела на моих вкусовых сосочках. — Не твое дело, инкуб. Чего тебе? — рычит директор, а я тяжело дышу. Нужно срочно что-то сделать, иначе эти двое разорвут друг друга. — Я пришёл за Уокер, у нас занятия, и мы уже опаздываем, — он кивает мне в сторону прохода, но я боюсь пошевелится. Кажется за эти доли секунды, вся небесная жизнь пролетает перед глазами.

***

Ангел с огромными крыльями за спиной подходит к нужной двери, слегка помешкавшись. Все ее нутро переворачивается из-за новостей, что сейчас происходят в школе. Самое главное ее бесит и раздражает беспомощность и бездействие. Ангелы и демоны гибнут каждый день из-за никому ненужной экскурсии по Преисподней. До сих пор она не видит причин этому, хотя они крутятся прямо около носа, нужно лишь хорошенько просунуть его в дела Люцифера. В этом Уокер мастер, но что-то подсказывает ей, что не все так просто, как может показаться на первый взгляд. И есть тайные мотивы этой необычной «щедрости». Глубоко вдохнув полной грудью, поспешно входит в нужный кабинет своего друга. Да, может он и друг ей, но все же является одним из главных Серафимов Небес. Самый приближённый к создателю и его главный советник. — Эрагон, здравствуй! — голос женщины грубый со стальными нотками, что сразу замечает мужчина. — Реббека? Рад твоему приходу. Чем могу помочь? — Серафим уже на протяжение нескольких часов изучает свитки, отчего голова начинает раскалываться. Обратив своё внимание на коллегу, откладывает на край стола пергамент. Его мощная энергия сейчас скрыта от всех, что не может насторожить Реббеку. Ей явно не нравится то, что вокруг происходит сплошная неразбериха, а все что-то скрывают. И чем больше вопросов возникают в ее блондинистой голове, тем меньше получает ответов. Что ненавидит больше всего Уокер, так это секреты и тайны, что окружают ее каждый день. Женщина тихо закрывает за собой дверь, а весь ее вид говорит лишь о том, как сильно напряжена. Вся энергия с запахом цветов, окутывает помещение мощным потоком. — Эрагон, у нас проблемы! Трое ангелов погибло на пятом кругу, мне кажется Сатана что-то замышляет, — Серафим вопросительно поднимает брови, ожидая продолжения разговора. Ее слова не удивляют его. Он уже итак знает об этом инциденте от Шепфы. — Я знаю. Чего ты от меня хочешь?— складывает руки, облокачиваясь на спинку своего кресла, внимательно следя за реакцией высшего ангела. Его карие глаза изучают подругу и коллегу, пытаясь найти хоть один ответ. Но они стеклянные, не излучающие ничего, кроме отрешенности. — Нам нужно узнать, что замышляет Сатана. Боюсь, что Вики такими темпами не сможет пройти до конца все круги, — ее голос дрожит при упоминании дочери, а сердце болезненно сжимается в груди. Неуверенно переминается с ноги на ногу, скрещивая руки на груди. — Это уже давно не твоя проблема, Бека. Она не твоя дочь, перестань переживать о ней. Лучше займись своей работой! — эти слова звучат, как удар в гонг, оставляя после себя мрачный и горький осадок. Эрагон больше не говоря ни слова, вновь берет свитки, делая в них помарки пером. Реббека же продолжает стоять на месте, прокручивая слова ангела. Они как на повторе звучат в голове, доставляя отвращение к самой себе. Ведь он прав, Вики уже не ее проблема. Решив стать демоном, она обрекает себя на жалкое существование, если доживет. Но мысль о том, что на земле она воспитала ее, как родную дочь не покидает и по сей день. Сердце по прежнему саднит из-за потери дитя, хотя до этого чувства к ней почти сходят на нет. Только попав на небеса, когда карьера потихоньку идёт в гору, женщина узнаёт правду. Ошеломляющую, перевернувшую сознание и мировосприятие. Правда, что заставляет идти Реббеку на такие поступки, за которые стыдно. Правда, что превращает милую и добрую женщину в монстра в ангельском обличии, ведь земная жизнь окончена. И эта правда не даёт покоя и по сей день.