math teacher

В коридоре была тишина. Каждый погрузился в собственные мысли. Эйприл задумчиво смотрела в окно, мягко придерживая руку Скайлар. От второй исходило явное раздражение, которое она старательно пыталась подавить. Старалась как могла, но тиканье настенных часов лишь подталкивало Хадсон к нервному срыву. Желание сорвать часы со стены и швырнуть куда подальше, а именно — в Эмили, росло с каждой секундой. — Может она социопатка? — вслух произнесла девушка и прищурилась, задумываясь об этом всерьёз. Других объяснений она не видела. — Похоже на то, — лениво закивала Эйприл, всё так же задумчиво глядя в сторону. После тяжёлых вздохов подруг коридор вновь погрузился в пучину тишины. Скайлар внезапно начало клонить в сон. Голова всё ещё раскалывалась от удара, отчего ей хотелось ещё больше прикрыть глаза. Однако стоило ей вспомнить произошедшее в классе, она стиснула зубы и шумно выдохнула. — Эмили, в чём дело? — Шон был явно озадачен её поведением, но проявлять снисходительность не стал. — Это произошло случайно, — она опустила глаза в тетрадь, избегая внимательного взгляда парня. Больше всего Уильямс боялась разочаровать учителя. — А если я сейчас пну тебя со стула, будет ли это случайностью? — Скайлар дёрнула верхней губой от раздражения, сделав шаг вперёд, но Шон потянул её на себя и приказал стоять на месте. Он продолжал придерживать её за локоть на случай, если она всё же решится причинить вред Эмили. Уильямс осмелилась поднять голову, чуть помолчала. Она искренне не понимала, почему её маленькая шалость вызвала всеобщее недовольство. Ей казалось, что подобная дерзость, присущая Скайлар, напротив заинтересует Мендеса. Именно поэтому она находилась в лёгком замешательстве, однако от «хитроумного» плана отклоняться не хотела. — Мне так жаль, Скайлар! Клянусь, это недоразумение, — на бледном лице отразилась гримаса сочувствия, разумеется неискренне. Получалось так себе: губы вот-вот норовили растянуться в коварной ухмылке. На этот раз Уильямс решила сыграть на чувствах учителя, что прежде всего ценил человечность, а также умение признавать свои ошибки. Уильямс накосячила — Уильямс извинилась. Не то что Скайлар, которая при каждом удобном моменте уклонялась от ответственности, лишь бы не признавать свою неправоту. — Тебе… жаль? — брови пострадавшей саркастически дёрнулись вверх. Она была готова рассмеяться от столь неубедительной лжи. — Что ж, я закрою глаза на первый раз. Захочешь кого-нибудь убить — подготовься лучше. Подножка — это так по-детски, — качнув головой, Хадсон хмыкнула и направилась к двери, не желая наблюдать за спектаклем и дешёвой игрой Эмили. Эйприл не задумываясь ринулась за подругой. Для Скайлар это был первый раз, когда она решила отступить. Ей не хотелось спорить, доказывать что-то. Она находила эту ситуацию крайне абсурдной и знала, что Шон знает правду. Этого достаточно. Шон, позабыв об Эмили, проводил Скайлар встревоженным взглядом, пока та не скрылась за дверью. Она даже не хлопнула ею, а спокойно закрыла. Губы парня тронула довольная улыбка. Он был горд за Скай. — Вы ведь верите мне, правда? — придав голосу как можно больше грусти, Эмили едва коснулась руки парня, в надежде привлечь внимание. Ученики расселись по местам, громко обсуждая одноклассницу и совсем не стесняясь этого. На миг девушка даже сжалась. Она задавалась вопросом, в какой момент все вдруг перестали ненавидеть Скайлар. Парень нехотя отвёл взгляд от двери, борясь с желанием последовать за возлюбленной, и медленно повернул голову в сторону его «головной боли». Скайлар тоже можно назвать «головной болью», но Шону нравилась её прямолинейность, чего не скажешь об игре Уильямс. — Эмили, перестань притворяться, если тебе и правда стыдно, — проговорил Шон без привычной ему мягкости. Он смотрел девушке прямо в глаза, которые со временем наполнились слезами. — Это так на тебя не похоже. Признаться, я разочарован, — покачав головой, он собирался вернуться к столу, но маленькая рука крепко обхватила его запястье, не желая отпускать. Кому-кому, но ему она бы врать не стала. Парню, которого полюбила с первой встречи, когда он закрыл её своей широкой спиной и отогнал всех хулиганов, как истинный джентельмен. Она не собиралась уступать его Скай. Эмили была первой и она намерена выиграть в этой борьбе. К слову, борьбой это считала только Эмили, но кого это волнует. — Мистер Мендес! Извините меня. Просто Скай… такая… такая высокомерная! Но почему Вы всё равно так добры к ней? Стоило мне повести себя как Скайлар, все сразу накинулись на меня. Это несправедливо! — с каждым сказанным словом рука сильнее сжимала чужое запястье, оставляя розоватый след. — Тебе стоит извиниться перед Скайлар, а не передо мной. Она могла сильно пострадать. Неужели ты бы промолчала, будь на месте тебя и Скай другие люди? Тебе кажется это справедливым? — кудрявый вопросительно поднял брови, но на ответ не рассчитывал. Он лишь мягко освободил своё запястье, поправил рубашку и направился к столу. Поток мыслей в его голове вызвал головную боль. Мендес едва мог сосредоточиться на уроке. Сев на край своего стола, он вновь взял учебник в руки, однако взгляд был направлен «сквозь» него. Собраться сегодня было невероятно тяжело. Ученики, взглянув на уставшего учителя, тут же затихли, не желая испытывать его терпение. Эмили же раздражённо смахивала слёзы с лица и поджимала губы. Никому больше не хотелось шутить. Скайлар в это время наконец-то попала в медпункт и угрюмо сидела на кушетке, приложив ко лбу холодный компресс. Голова раскалывалась, медсестра не переставала болтать, и самое ужасное — здесь тоже есть настенные часы. По мнению Скайлар уже не могло быть хуже, пока на пороге не оказалась бледная и заплаканная блондинка. Если нет догадок, кто это, то, пожалуй, упомяну массивные ботинки. Да, это те, которые носит Скай. — В наше время дети совсем этого не осознают, увы. Теперь-то вы понимаете, как важно отдыхать от смартфонов? — ласково произнесла женщина, не отрывая взгляда от монитора и продолжая что-то печатать. Конфета в её рту, то и дело, ударялась о зубы, тем самым, выдавая звонкий стук. Однако Скайлар уже смирилась, глядя в одну точку. А Эйприл и подавно. — Понимаем, — в унисон, как по команде, вяло выдали девушки, шумно вздыхая. Они повторяют это уже раз десятый, но кто считает? На приход Эмили подруги отреагировали тоже одинаково: обе закатили глаза и отвернулись, всем видом показывая, что её для них не существует. — Бог ты мой! Солнышко, что случилось? Кто-то обидел или что-то болит? — завидев у двери неуверенную, но явно враждебно настроенную Уильямс, миссис Руни — медсестра — вскочила с кресла и направилась к ней. Эмили не решалась зайти и лишь подтирала слёзы, не переставая шмыгать. Ещё чуть-чуть и Скайлар не выдержит. Женщина мягко взяла ученицу за предплечье и повела к кушетке, на которой уже сидела Хадсон. Та и бровью не повела, продолжая сверлить белую стенку и не подозревая, что её молчаливая реакция задела Эмили. Она предпочла бы, чтобы Скай съязвила. Это означало бы, что Скай видит в ней соперницу, но этого не произошло. — Так что же случилось, милая? Не бойся, здесь никто тебя не обидит и не осудит, — продолжила тем же ласковым тоном миссис Руни, старательно пытаясь отыскать в шкафчике салфетки. Если до этого две подруги сидели с кислыми минами, то сейчас они снова, точно по команде, издали смешки, чем смутили Эмили ещё больше. Она чувствовала себя так, словно оказалась запертой в логове чудовища. Внешностью Скай на чудовище, конечно, не походила, но характером вполне. — Ничего не произошло, — упрямо пробормотала блондинка, вновь шмыгнув носом, и опустила взгляд в пол. Она знала, что Скай не смотрит, так что позволила себе побыть слабой. В помещение воцарилась тишина. Медсестра по-прежнему искала салфетки, изредка ворча и качая головой. Лишь спустя несколько минут она всё же достала их, обвиняя себя в невнимательности. — Что за день такой! — женщина всплеснула руками и вновь уселась в удобное кожаное кресло. — Одна головой ударилась, другая в слезах. Из-за мальчика что ли? — в точку. Скай это понимала и не смогла сдержать насмешливой улыбки. — Что вы заладили! Мальчики да мальчики. Не Ваше дело, — огрызнулась Уильямс, заставляя всех присутствующих удивлённо вскинуть брови. — Юная леди… — лишь успела произнести миссис Руни, явно расстроившись, но тут же отвлеклась на человека, стоявшего в дверях. В нос Скайлар вдруг ударил уже знакомый терпкий аромат парфюма, смешанный с табаком, что заставило её слабо улыбнуться. — Эмили, что за тон? Немедленно извинись, — Шон вошёл в кабинет, заставляя девушку вздрогнуть и натянуться, точно струна, которая вот-вот порвётся. Он был раздражён поведением Уильямс, понимая, что ему придётся с этим разбираться. С его лица не сходило выражение недовольства. История повторялась и это сводило его с ума. Хотелось лишь одного — закурить. Скай усмехнулась и отложила компресс, с любопытством наблюдая за всем. В её голове возник вопрос, каков же будет следующий ход Эмили. — Не ругайте девочку, мистер Мендес. Все мы были подростками когда-то, — миссис Руни смягчилась и слабо улыбнулась, протягивая блондинке конфету. Та приняла её, виновато опустила взгляд вниз, скрывая слёзы. Скайлар молча закатила глаза, встала с места и, поблагодарив медсестру, направилась к выходу, лишь бы избежать очередное представление, однако у самой двери была перехвачена собственным парнем. — Ты как? — взволнованно прошептал он, задержав на ней внимательный взгляд. Ему хотелось её крепко обнять, подарить нежный поцелуй в лоб и гладить по спине. Сегодня он был невероятно горд ею. — Тебе лучше поехать домой. Казалось, вся его злость куда-то улетучилась. Он смотрел в её карие глаза, полные уверенности, однако знал, что она нуждалась в нём и его тёплых объятиях. Пока они здесь, то вынуждены держаться на расстоянии. Шон мягко улыбнулся, поднял руку и медленно погладил Скай по голове, делая вид, словно проверяет, в порядке ли она. Девушка не смогла сдержать улыбки и благодарно кивнула ему. — Я в порядке, мистер Мендес. Мне нельзя пропускать уроки, Вы ведь знаете. — У тебя уважительная причина, — он цокнул языком и недоверчиво оглядел Хадсон, которая закатила глаза и усмехнулась, поймав на себе прожигающий взгляд Эмили. — Ты про то, что я полежала несколько секунд на полу? — прыснула брюнетка. — Ты… Вы… — Скайлар запнулась, отчего её глаза расширились, и она тут же закашлялась, в страхе быть раскрытой. — Нам с Эйприл пора! До свидания, — занервничав, девушка потянула подругу за рукав кофты и выскочила из кабинета, оставляя озадаченного Шона позади. Через секунду он покачал головой, стараясь подавить улыбку, и повернулся к Эмили. Их ждал серьёзный разговор. Урок истории обещал быть «интересным». Мисс Тейлор была полна воодушевления, чего не скажешь о Скайлар. Она пожалела, что не послушала Шона и не пошла домой, поэтому сейчас она строчила ему сообщения о том, как она устала. К слову, Эмили так и не вернулась после встречи с Шоном. По словам второго, она ушла домой, сославшись на плохое самочувствие. — Что ж, давайте начнём опрос, — девушка расплылась в таинственной улыбке, присела на край стола и, убрав волосы за ухо, вдруг кивнула. Её взгляд был направлен на открытый журнал, однако она давно выбрала «жертву». — Скайлар? Расскажешь нам домашнее задание? Улыбка больше походила на оскал, в зелёных глазах сверкал недобрый огонёк. Скай напряглась. Она знала, что у мисс Тейлор была причина так себя вести. И, очевидно, имя этой причины — Шон Мендес.