Утратив всё

«В этот момент я отчётливо вижу всю ярость Коро-сенсея. Несмотря на свою мощь, он ничего не может сделать Такаоке. Но это не мешает ему наводить страх,» — укрыв лицо от ветра, подумал Нагиса. «Воспользовавшись хаосом вокруг, есть тот, кто скрылся в тени. Асано-кун. Ты ведь всё это подстроил? Если нет, то почему, прикрывшись испугом, прячешь за ладонью улыбку? Ты рискнул ради нас? Или увидел нечто, из-за чего по твоему спокойствию прошла рябь?» — вёл внутренний монолог Нагиса. Спокойные голубые глаза наблюдали за парнем, который прятал лицо от безжалостного песка. Он казался жертвой жестокого учителя. Но может ли быть у жертвы столь опасная аура? Кто на самом деле охотник? Учитель, жестокостью сносящий всё на своём пути? Или рыжий парень, чей разум острее любого кинжала? К слову, охотник всегда нападает первым. — Коро-сенсей, вам не стоит его атаковать. Кажется, наш новый учитель просто не в себе, не нужно его винить, — учтиво сказал Асано, включив любимчика учителей. Но давно ли он стал таким добрым? Или в его словах кроется нечто иное? Встав перед поверженными ребятами, рыжий парень без слов протягивает им меч. Но что они должны сделать? — Разрубить свинью. Для чего же он ещё нужен? — усмехнулась блондинка, и кинулась на покрытого бородавками монстра. Первый взмах — Действительно, Такаоке-сенсею стоит успокоиться. Но давайте зададимся вопросом: а у него вообще есть право выходить из себя? — уверенно сказала Накамура, сложив руки на груди. Второй взмах. Девочка в очках умело атакует шею отравленным мечом. — Может, с методом вашего образования мы действительно быстрее станем убийцами. Но здесь, как и в химии, важна точность. Учитель, если вы однажды не удержите себя в руках, то в будущем, любой из нас, кто смог бы убить Коро, никогда уже этого не сделает. А планета разрушится из-за вас! — переборов страх, на одном выдохе сказала Окуда. Пропустив два удара, монстр перешёл в защиту. А лучшая защита — это нападение. — Если уж я действительно мог кого-то убить этими руками, то почему я не вижу ни одного трупа? Дети поднимают бунт против отца? — с усмешкой спрашивает Такаока, игнорируя чудовище перед собой. Тот всё равно никак ему не навредит, его щупальца надёжно связаны правительством. Он просто шутка. Дешёвый спецэффект. Настоящая угроза не он, а эти дети. «С каких пор они додумались выставить меня в таком свете? Если я буду под состоянием аффекта, то о каком преподавании может идти речь? Я стану психом в глазах коллег, посмешищем. Но я был в себе! Я был в себе?..» — протестуя, мужчина наткнулся глазами на того, с кого всё это началось. Затихшего паренька, который поднял этот смерч всего парой слов. Паренька, который улыбался, глядя прямо на него. Серый кардинал, притаившийся в хаосе. Он подарил ребятам оружие в своём лице. И именно этим оружием ребята кромсают Такаоку. Монстр утробно орёт, когда видит торчащий из своего живота острый конец клинка. — Может вы и были спокойны, учитель. Но потом вошли в раж. Нас вы били со спокойной улыбкой, но напав на Асано, стали напоминать всяких маньяков с плакатов «разыскивается», — прокрутив меч, Маэхара выдернул его из спины монстра. — Да как вы смеете... Что за непослушные дети? — с оскалом говорил учитель. Ещё немного, и кажется, у него изо рта пойдёт пена. — Уже достаточно, Такаока. Я буду поднимать вопрос о твоём психическом здоровье, — встав перед ребятами, чтобы не пустить к ним угрозу, сказал Карасума. Взмахи мечей. Общими усилиями ребят, с монстра слетает голова. Но на её месте вырастает вторая. Более озлобленная. — Как вы все смеете на меня наговаривать? Я, воспитавший несколько сотен лучших солдат, порицаюсь детьми? Валяй, Карасума. Поднимай вопрос. У меня тоже будет, что сказать начальству. Например то, что ты потерял профессионализм, и привязался к детям. Сюсюкаешь их, вот и продвижения никакого нет. А когда началась настоящая подготовка с моей стороны, ты стал препятствовать миссии. Это звучит куда убедительней, чем то, что я потерял голову. А может, начать с осьминога? Я мог побить сынка твоего начальника, и плакали бы твои деньги. Ну как, убедительно звучит? — достойно контратаковал Такаока. — Думаю, у нас неразрешимая ситуация, пусть нас начальство и рассудит, — подал голос Асано. Казалось бы, это была поддержка для Такаоки. Но мужчина чувствовал, что сопляк с ним просто играет. — У нас есть механическая одноклассница, которая всегда ведёт запись происходящего. Специалисты по ней определят, правдивы ли наши нападки. А то посудите сами, разве мог опытный наставник так просто потерять голову? Асано играл словами, сразу отсекая несколько конечностей монстру. Хотя... Кто тут на самом деле монстр? Напоминание о том, что начальство может увидеть всё, что с ним происходило, полностью связало Такаоку. Или же напротив, дало ему шанс на реванш. — Какой рассудительный юнец. И правда, раз нас видит начальство, а у каждой стороны своя правда, то почему бы нам не сделать вот что… — повернувшись к армейской сумке, Такаока, напевая какую-то песенку, достал острый армейский нож. Столь настоящий, что и свет солнца, лучи которого он отражал. — Высшие инстанции мало волнуют наши разборки, им нужны результаты. Продемонстрируем уровень подготовки твоих ребят. Я буду безоружен. А один из твоих учеников будет на меня нападать. Если он побеждает, то моё присутствие здесь бесполезно. Если же нет, то я остаюсь. Чтобы доказать свою честность, позволю Карасуме самому выбрать ученика. Как вам идея? От вас требуется просто коснуться меня ножом. — Я не думаю, что это... — Нам подходит такой вариант, решим всё поединком, — не дав договорить Асано, сказал Карасума. Парень удивлённо посмотрел на учителя. «Конечно, разборки с начальством — дело муторное. Но разве это не наш единственный шанс? Надеюсь, у тебя есть тузы в рукаве, иначе хуже нашего поражения будут лишь последствия от одного злопамятного говнюка,» — нервно подумал Гакушу. Быстро проанализировав людские ресурсы, он пришёл к логическому выводу:

«Мы в полной заднице.»

Во-первых, здесь нет никого, кто сможет победить Такаоку. Легче просто ему сдаться. Во-вторых, трудно парню признать, но не просиживай Акабанэ свою задницу дома, шансов было бы чуть больше. Но смог бы красноволосый уловками победить Акиру? Спорный вопрос, скорее всего нет. В-третьих, можно выбрать самого Гакушу. Он может снова вывести из себя этого здоровяка, но нет шанса, что тот попадётся дважды. «Надеюсь, он знает, что делает,» — под холодным взглядом Асано, оружие достаётся Нагисе. «Асано-кун, вряд ли ты сделал это лишь ради нас. Однако, ты всё же нам помог. И как я говорил тебе, ты не будешь сражаться один, — голубые глаза пробежались по лезвию, а потом уверенно посмотрели на цель. — Учитель… Как вам и сказали ранее, об разбитые осколки можно порезаться. Вы готовы?»

***

Уж чего Гакушу не ожидал, так это победы Нагисы. Причём победы всухую. Этот хлипкий паренёк, который и до плечей Такаоки с трудом-то доставал, сейчас повалил его на землю, тупой стороной приставив лезвие к шее. В воспоминаниях Асано всплыл момент, где Карасума случайно переборщил с силой, и повалил Шиоту. В тот момент Гакушу был слишком сосредоточен на себе, и не смог толком проанализировать ситуацию. «Но сейчас я понимаю. Карасума не случайно переборщил с силой. Он инстинктивно защищался. А теперь… Шиота научился обходить чужие инстинкты и наносить удар в любое время. Вот уж действительно маленький монстр, — на напряжённом лице парня выступила испарина. Ему не нравились такие сюрпризы от Е класса. А если тут не только Нагиса волк в овечьей шкуре? Асано прошёлся глазами по остальным ребятам. Остановился на Каяно. Девушка, почувствовав его внимание, вопросительно на него посмотрела. Асано безразлично отвернулся. — Ерунда полная.» Пока все радовались победе, Асано незаметно подошёл к сидящему на земле Такаоке. Мужчина ещё мало понимал происходящее, в разуме до сих пор царил шок. Нагнувшись к нему, Асано тихо заговорил: — Такаока-сенсей, вам понравилось это чувство? Вы проиграли. Столько лет работы за спиной, и один лишь миг всё решил. Вас победил слабый школьник. Интересно, как же к вам отнесутся коллеги? Вышедший из себя инструктор, которого победил какой-то тюфяк. Ох, что же станет с вашей карьерой? Да и про соперничество с Карасумой можно забыть. Знаете... Я вас понимаю. Не только я теперь познал такое чувство. Ха… Какая жалость. Я думал, что поиграю с вами чуть подольше, — шептал на ухо Асано, ликуя от слабого состояния врага. Словно он был демоном, вливавшим в разум смертного всякие нечистоты. Наблюдавшая за этой сценой, Ирина подожгла вторую сигарету. Выпустив сигаретный дым, она обратилась к Карасуме: — Готовься, он сейчас нападёт. — Я знаю. Асано зачем-то подливает масло в огонь, пока все остальные отвлеклись и поздравляют Шиоту. — Зачем-то? Очевидно, что он решил до конца его похоронить, — скучающе сказала Ирина, стряхнув пепел. Слова Асано гибко просочились в разум инструктора. Вскочив как ненормальный, он, глубоко дыша, убийственно смотрел на Шиоту. — Непослушный ребёнок. Какую уловку ты использовал?! Где ваше уважение?! — изо рта всё-таки пошла пена. Гакушу медленно отходил от мужчины спиной вперёд, любуясь чужим безумием. — Такаока-сенсей… Мы уважаем вас, как преподавателя. Но ваши методы не подходят нам. Благодарим вас за ваши уроки, но теперь, пожалуйста, уходите, — поклонившись, с уважением сказал Нагиса. Хотел он успокоить Акиру? Или просто говорил то, что думал? «В любом случае, не важно, — подумал Асано и спокойно проводил глазами рывок Такаоки. — Потому что это конец.» Хотевший впечатать Нагису в землю, Такаока влетел в неё сам, столкнувшись с кулаком Карасумы. Сколько бы он не поднимался с земли, вновь на ней оказывался. Выйдя из себя, мужчина истошно заорал. «Не все умеют принимать поражения, — с упоением наблюдал Асано за этой картиной. Но вдруг странный холод окутывает всё тело. Сердце сжимается, и парень медленно поворачивается. — Знакомое чувство. Словно…» Словно рядом главный страх всей его жизни. Мимо парня прошёл отец, на секунду встретившись с ним глазами. — Неплохое шоу, Асано-кун, — с улыбкой сказал председатель. «Зачем он сюда явился? — напряжённо подумал Гакушу. Но далее не произошло ничего, что могло бы удивить его. Председатель затолкал в рот учителю уведомление о увольнении, указав на ошибки преподавания. — Он пришёл сразу с увольнительной? Значит, он даже не собирался его оставлять? Зачем тогда изначально взял на работу? Ха… Ну конечно же.» Этот учитель был маленьким подарком от его отца. Решил немного пощекотать нервы парню, и бонусом проверить его способности без людских ресурсов главного корпуса. Теперь Гакушу уверен, отец присутствовал с самого начала урока, а его паника как раз связана была с тем, что он его чувствовал. Но из-за речей Такаоки отвлёкся и был сконцентрирован только на нём. «Ну как, проверил меня? Чёртов психопат,» — со злостью подумал Асано, и развернувшись, молча ушёл. Даже не обратил внимания на пробежавшего мимо Такаоку. Оба Асано уже наигрались с ним, и теперь толстяк был просто использованным мусором. Урок физкультуры подошёл к концу, и главный лентяй класса подходил к полю. — Карма-кун! — увидел его Нагиса. — Привет. Разве урок уже не закончился? Почему все ещё тут? Где учителя и тот толстяк? — спросил Карма, поглядывая на развороченное поле. Словно здесь прошёл самый настоящий ураган. — Пока ты дома сидел, мы тут такое испытали, — неловко почесав шею, сказал Маэхара. После долгого рассказа, Акабанэ остался задумчивым. — И где сейчас наш рыжий паникёр? — с усмешкой спросил Карма. — Кажется, пошёл ополоснуть лицо. Всё-таки, такое потрясение нашего президента чутка расшатало, — ответила блондинка. Карма нахмурился. В рассказе было очень много пробелов. Поведение Асано не соответствовало тому, что он про него знал. И притихший Нагиса подтвердил его догадки. «Асано да испугался? Вы в это верите? Он боится лишь одного человека, и это точно не Такаока,» — серьёзно подумал Акабанэ и направился к самому Асано.

***

Ополоснув лицо холодной водой, Асано в одиночестве обдумывал ситуацию. «И что, чёрт побери, со мной было? — в отражении зеркала на него смотрело изнемождённое лицо. Паническая атака не прошла бесследно, и глубокие тени уместились под ядовитыми фиолетовыми глазами. — Разумеется я подстроил всю эту ситуацию. Но вот что было до неё? Как будто разум меня покинул, а те глюки перед глазами? Боюсь, моя война с отцом не проходит для меня бесследно.» Его эмоции разрушительны. Он столько лет держал их в себе, никому в школе не давая понять, что его жизнь сущий ад. Пока он блистал перед старыми одноклассниками, подобно солнцу, внутри расцветала безлунная ночь. Только вот... То, что находится под замком, всё равно выбирается наружу. Ненависть и страх. Те, кто больше не могут ждать. «Принадлежу ли я самому себе? Это не последняя ситуация. Что будет в следующую? Эмоции никогда не были надёжными товарищами для меня. В этот раз они помогли, но что же дальше?» Парень ещё раз умыл лицо, и с волос покапала вода. «Карасума с самого начала планировал от него избавиться, и верный выбор в пользу Нагисы — прямое доказательство. Учителя бы уволили и без моего вмешательства, так что я рискнул впустую. В следующий раз стоит держать эмоции, потому что в будущем мне вряд ли так повезёт.» Повернувшись к зеркалу спиной, Асано облокотился на умывальник и посмотрел на потолок. «Одноклассники уверены, что я испугался. Пускай так и будет. Большее внимание в мою сторону мне не нужно. Однако… Есть один чёрт, но я вовремя его обезвредил.» Мысли были связаны с Кармой, а точнее с его неудобным для Асано интеллектом. В будущем Гакушу по-любому придётся манипулировать новыми одноклассниками, например, заставить одну банду бездельников наконец учиться. И угадайте, кто бы раскусил его манипуляцию и выставил перед классом на всеобщее обозрение? Разумеется Акабанэ Карма. Их конфликт на обрыве Асано спланировал за долю секунды. Он вывел его детскими задирками, и тот набросился на него прямо у выступа. Вряд ли ребятам понравилась такая сцена, и теперь любая попытка Кармы разоблачить Асано будет расценена как личная неприязнь. Всё прошло по плану, они официально закрепили статус соперников не только по учёбе, но и в повседневной жизни. Однако… Он зря решил, что Карма в одиночку не представляет опасности. Покинув уборную, он встретился с ним же на улице. Карма расслабленно стоял у дерева, насмешливо смотря на Асано. — Я думал, ты будешь тихой мышкой, но в итоге устроил целое представление. Жаль, что меня не было. Хотелось бы посмотреть на твои выходки, — вместо приветствия начал хулиган всея Кунугигаоки. Асано устало закатил глаза. Всё бесящие его люди решили сговориться, и прибывали один за другим. — Выходки? Брось это. Я всего лишь защищаю своих новых одноклассников. Разве вчера не ты говорил, что классу нужно помогать? — холодно парировал Гакушу. Он хотел оставить возню с этим парнем, но рука в чёрном пиджаке перегородила ему путь. — Пытаешься войти в доверие? Ты же помнишь, что я вижу тебя насквозь? — вкрадчиво спросил Карма. — Раз так, почему попался в такую простую уловку? «Я знаю, о чём он. Когда я раскусил его ложь и обличил перед классом, он тут же увидел во мне не неприятность, а настоящую угрозу. Пока он притворялся импульсивным дураком и напомнил о моем поражении, в его разуме был лишь холодный расчёт. Он спровоцировал меня на драку, а поскольку мы были у обрыва, это представление засело у ребят глубоко в сердце. Теперь, как бы я не пытался подпортить ему жизнь, все воспримут это как личную неприязнь. Нас даже соперниками сделали без нашего ведома, так что этот статус заглушит любые мои слова. Впрочем… Мне плевать. Асано, я не такой как ты. Тебе нужна толпа. Но никак не мне. Я и в одиночку смогу тебя проучить,» — холодно подумал Акабанэ. — После драки кулаками не машут. Проиграл — смирись и не донимай меня. А если хочешь вернуть должок, что ж, буду ждать твою провальную попытку, — безразлично ответил Асано. — Ничего необычного услышать такое от эксперта по проигрышам. Самому-то понравилось то ощущение? — спросил Карма, с интересом наблюдая за эмоциями в холодных глазах. — Весь из себя расчётливый, где была твоя расчетливость, когда шёл прямо в ловушку своего отца? Не строй из себя злобного гения. Я ведь тоже поинтересовался делами главного корпуса за последние три года. — Нарастил силу за три года, но что произошло потом? Стоило тебе начать действовать, суток не прошло — уже оказался у нас. Слово гений тут явно не подходит. Скорее, неудачник. Иронично, что из всех ребят класса это слово подходит лишь тебе. «Снова холод в глазах. Нет... Не то. Мне нужна его злоба. Точно. Те ребята из главного корпуса... Ха...Теперь понимаю,» — плотоядно улыбнулся Карма, обнажив клыки. — Ты ведь уже был в их шкуре? Настоящий убийца всегда попадает в цель. Настороженный взгляд лиловых глаз, ожидающий следующего удара. «Наконец-то я задел тебя за живое», — с упоением подумал Карма. Только вот не стоило забывать, что Асано никогда не оставляет удары без ответки. — Действительно, я тогда с треском проиграл. Но раз уж мы вспомнили, как тут оказались, давай и на твой счёт поразмышляем, — сказал парень с могильным холодом в глазах. Карме даже казалось, будто холод начал кусать его пальцы. Но это было лишь небольшой тревогой. Карма помнил, как глупо попал в класс Е. А ещё он понимал, что из уст Асано всё будет звучать намного хуже. — Я действительно расчётливый. А ты... А ты просто идиот. Асано заботливо, будто подбадривая, похлопал его по плечу, и стряхнул листик дерева. Карма ничего не делал, лишь смотрел на Гакушу нечитаемым лицом. — Такой доверчивый, даже жаль тебя. Я может и проиграл, но не какому-то третьесортному учителю, а главе всего этого ада. А ты? А ты повёлся на парочку добрых слов, отключил последние мозги и до конца верил в то, что едва знакомый тебе человек до конца останется на твоей стороне, — Асано медленно приблизился к его уху и прошептал. — Посмешище. Обсуждавшие произошедшее ребята отвлеклись на шум. Из-за школы выскочили два парня, обмениваясь ударами. — Я точно убью тебя, Асано, — рычал красноволосый. Рыжий с усмешкой отбивал удары. — Что, за живое задел? — смеялся Асано. Это была не просто драка в подворотне, Карма чувствовал, что готов сражаться с ним насмерть. Все удары успешно блокировались, чего не происходило ни в одной его драке. Оппонент равен ему, но сейчас Карма чувствовал не интерес, а раздражение. Потому что не мог добраться до этого чёртового выскочки. Асано с детства обучали боевым искусствам, поэтому бой с уличным драчуном для него не проблема. Правда… В уличных драках есть то, чему никогда не научат на обычных занятиях. Подлые приёмы. Пропустив подсечку, Асано летит на землю, и его тут же седлает Карма, нанося удары. Даже в такой ситуации Асано продолжал защищаться, и пока не пропустил ни одного удара. Но силы кончались как и воздух, потому что на нём сидела вовсе не пушинка. «Противник открыт когда атакует, следовательно...» — стиснул зубы Асано. Гакушу специально пропускает один удар, пришедшийся на скулу. Противник не успевает порадоваться, как получает удар прямиком в нос. Схватившись за пострадавшее место, Акабанэ не замечает захвата, и вот они уже поменялись позициями. Асано прижал чужие руки к земле, но что делать дальше не понимал. Свободной осталась лишь голова, поэтому Асано подло ударил его лбом по больному носу. Акабанэ сжал зубы от боли, и, подметив усталость противника, высвободился и взял в захват шею локтём. — Кха! — издал единственный звук Асано, пока его уже по-настоящему душили. Он схватился руками за чужой локоть, и смог чуть освободиться, жадно вдохнув воздух. Ситуация безвыходная, он не привык так долго драться, и что делать не знал. Чувствовал лишь бешеное сердцебиение противника, который слишком близко прилегал к нему со спины. До того, как силы окончательно покинули руки Асано... — Да сколько можно?! Щупальце быстро нажало нужную точку на шее Акабанэ, и тот вышел из ража кровавой расправы. Поняв, что прилетел осьминог, Карма с сожалением отпустил Асано. Гакушу жадно глотал воздух, убийственно смотря на Карму. Акабанэ улыбнулся. Если бы не вмешательство Коро, то рыжему пришлось бы несладко. Можно считать, что должок он вернул. — Теперь каждый конец дня будет заканчиваться вашими драками?! — негодовал злой Коро-сенсей. — Вы двое, я утраиваю ваше будущее домашнее задание! — Акабанэ-кун... Асано-кун… — тихо сказала Окано. — Почему… Карма осмотрелся и понял, что они натворили. Асано же до сих пор не понимал происходящего. — Наша клумба! Ну почему она вечно страдает из-за тупых мужиков?! — хором закричали одноклассницы. Асано понял, что до сих пор сидит на раздавленных в кашу тюльпанах. «У меня не было времени удивиться мягкой почве», — со спокойным выражением смотрел Асано на чужую истерику. — Нья! Я ведь только недавно их пересаживал! Вы двое! Будете заново сажать клумбу! — злобно кричал осьминог, и пропал насекунду. Вернулся со свежими луковицами. «Какое дежавю,» — хмуро подумала Мегу. — Хах, драку он начал первым, пусть несёт последствия, — потерев шею, сиплым голосом сказал Асано. — Я управлял целой школой, и не собираюсь сажать цветочки. — Произошла она в результате твоих слов, так что научись отвечать за поступки, — парировал Карма. — Я единственный, кто убьёт осьминога. Так что я не буду тратить время на эту ерунду. Президент студсовета и единственный убийца Коро-сенсея всё-таки посадили вместе тюльпаны, пока прекрасный пол надзирал за ними.