Связанные: на концах ленты судьбы

      Крокус продолжал рассказывать нам историю этого кита.       — Причина, по которой Лабун продолжает таранить своей головой Ред Лайн, почему он стоит напротив Реверс Маунтин и ревёт, — рассказывал старик. — Сейчас вы услышите историю Лабуна.       История была не из самых весёлых. Однажды на Гранд Лайн приплыла одна пиратская команда. Весёлая до безобразия. Цель у них была такая же, как и у многих до них — покорить это море. За ними плыл небольшой островной кит, которого звали Лабун. Со слов Крокус-сана, такие островные киты живут только на Вест Блю и обычно плавают лишь с сородичами. И для этого кита пираты были именно сородичами. Их корабль пострадал во время пересечения Рэд Лайн, поэтому несколько месяцев они жили возле маяка, восстанавливая корабль. И когда они были готовы отплыть, капитан пиратов попросил старика присмотреть за китом года два-три, пока они будут путешествовать на Гранд Лайн. Однако, с того момента прошло не много-не мало пятьдесят лет.       Пятьдесят лет это слишком много. Сомневаюсь, что те пираты ещё живы. Но этот кит. Если он всё ещё здесь, может ли это считаться тем, что они просто сбежали, поджав хвосты? А может быть и то, что для китенка, каким он был тогда, это приключение было бы крайне опасно. Тогда, возможно, это здравый смысл. Однако Лабун уже столько лет ждёт и надеется. А если он бился о стену, не удивительно, что у него на голове столько трещин, как он вообще ещё живет с такими ранениями?       — В этом причина того, что он кричит и калечит себя? — спросила я.       — Да, — кивнул старик.        По каналу внутри кита мы плыли наружу. Впереди нас на островке плыл Крокус. Он всё так же рассказывал нам истории. Мужчина жил на этом острове, был врачом, а в прошлом — судовым доктором. Именно его врачебное вмешательство сотворило такое внутри Лабуна, когда тот вырос до своих размеров.       — Эй, давай ко мне на корабль врачом, — предложил Луффи.       — В отличие от вас, молокососов, я уже не в том возрасте, чтобы везде бегать, — отказался Крокус, залезая по лестнице выше и открывая проход из Лабуна.       Луффи кричал от радости, когда мы оказались на свободе. Дышать стало легче, ты уже не ощущал себя китовой закуской, которую вот-вот растворят в желудочном соке…       — Но ждать пятьдесят лет… — вздохнул Усопп. — Эти подлые пираты заставили его ждать так долго.       — Идиот. Это ведь Гранд Лайн. Ты в курсе? — выдохнул едкий сигаретный дым Санджи.       Я хотела спросить кое-что своё у Крокуса, поэтому спустилась на его остров-корабль.       — Фейт-чан? — удивился Санджи.       — Крокус-сан, вы ведь были на корабле пиратов Роджера? — спросила я тихо, чтобы нас не слышали.       — А ты похожа на него, — улыбнулся Крокус. — Девочка с фамилией Селестиал.       — Вы узнали это по нодати? — спросила я.       — Именно, — ответил врач. — Рэйф «Чёрный волк» Селестиал. Только он мастерски владел этим мечом.       Мужчина взял из моих рук нодати, вытащив лезвие на пару сантиметров.       — Ты хорошо о нем заботишься, — похвалил он меня, вновь пряча лезвие в ножнах, а потом отдавая мне в руки. — Сколько помню те года, этот парень был третьим по силе на корабле. Я редко встречал такого человека, который будет верен и предан своей команде и капитану. Как твоё имя, девочка?       — Фейт, — ответила я.       — Вера значит, — улыбнулся Крокус. — Рад знать, что в мире живут потомки пиратов Роджера, и дозорные до них не добрались.       Мне это дало некое облегчение, что ли. Знать, что мой отец был одним из тех, к кому можно было бы не просто прислушиваться, но и на кого можно было ровняться. Хотя, похоже, до дядюшки ему было далеко. Наш разговор был прерван криком Усоппа.       — …кит который продолжает верить в обещание друзей! Разве не так дядя?       Я посмотрела на Крокуса, который, поправив очки, посмотрел вперёд, ответив лишь тем, что правда куда жёстче — пираты просто покинули Гранд Лайн, а всё что произошло — это лишь часть их плана. Команда была в недоумении. Усопп, кажется, вообще расстроился.       — Ужасы Гранд Лайн быстро подавляют слабые сердца, — произнес Крокус. — Я слышал про остров Ран, Фейт. И знаю, что случилось и с твоим отцом, и со всем островом. Тебе просто повезло, что ты смогла сбежать, хотя я до сих пор не понимаю, как ты с Гранд Лайн перешла в одно из чётырех морей.       — Я… В тот день меня, можно сказать, спас неизвестный мужчина, напоминающий медведя. Он дотронулся до меня, и я вдруг словно потеряла сознание, а потом очнулась, находясь в непонятной сфере, и летела куда-то пока снова не потеряла сознание. Очнулась я уже на окраине Логтауна.       — Напоминающий медведя? — задумался Крокус. — Под это описание подходит только один. Его имя Бартоломью Кума, один из шичибукай.       — Подожди. Но ты ведь говорила о легенде, — вдруг спросил Зоро, подозрительно глянув на меня.       Неприятно было ворошить прошлое, но на лжи доверия не построишь.       — После первого спасения, которое стало своеобразным началом легенды, я побежала на окраину острова. Когда я собиралась пройти к лодке чтобы уплыть, меня нагнал второй мужчина. Он же и дал мне Ханэ Ханэ, но ми, — вздохнув, закончила я.       Послышался стук кулака. Я удивленно глянула на то, как Нами треснула Зоро.       — Тебе не хватает тактичности, Зоро.       — В любом случае, всё, что происходит на Гранд Лайн, не для простодушных людей. Дали слабину и вы — покойники, — просто ответил Крокус. — А что насчет Лабуна, то он ничего слышать не хочет. Думаю, он не хотел потерять цель своего ожидания, его дом Вест Блю. И по большому счету у него теперь вообще нет дома. Всё, чего он хотел — это оставаться другом для людей, за которыми он следовал.       Разговор оставил свои отпечатки в душе, и пищу для размышления. Я, взлетев, вернулась на корабль. Иногда эти разговоры о моём прошлом действительно сбивали меня с толку, заставляя вспоминать те моменты, которые неплохо так бьют по душевным ранам. Зоро и вправду сейчас был не тактичен. Хотя, это мой косяк, ведь я не совсем договорила о том, что случилось тогда.       Из мыслей меня вывел крик Луффи. Что он собрался делать с мачтой? Осознав одну вещь, я резко обернулась, понимая, что наш капитан — идиот, и сорвав мачту с корабля, помчался на… Лабун резко заревел, завалившись и создав волну.       — Какого чёрта ты сделал?! — крикнули мы в унисон, пока эта обезьянка вертелась на мачте, застрявшей в ране Лабуна. Они затеяли драку. Луффи мне было не жалко, эта резинка за себя постоит. А вот основательно разбитый лоб несчастного кита мог пострадать ещё сильнее. Битва долго не продлилась. Луффи вывел эту драку в ничью.       — Ты хочешь меня побить? — вдруг спросил Луффи, улыбнувшись, и напялил свою шляпу на голову. — Тогда, мы обязательно продолжим, когда я вернусь.       Для кита, который уже пятьдесят лет ждёт своих друзей, цель и обещание дождаться своего противника, как глоток свежего воздуха. Всё же, это не самая плохая идея, которую можно придумать. Но я не понимаю, зачем было рушить мачту корабля?       Луффи убежал, куда-то в трюм корабля и вернулся с кучей красок. Я наблюдала за тем, как брюнет очень плохо рисовал пародию на весёлого Роджера нашей команды. Даже настоящая обезьянка, наверное, нарисовала бы и то лучше того, что получилось у капитана. Луффи своё творчество назвал боевой клятвой, и попросил не портить эту отметку. Крокус был доволен. Кажется, ему это очень облегчит лечение кита. По крайней мере, кит перестанет биться головой о гору, нанося себе урон.       Я вернулась в каюту, завалившись на свой спальник и закрывая глаза. Мне нужно побыть одной хоть немного. Мы вошли в воды Гранд Лайн, и если до этого я вряд ли могла бы хоть что-то узнать о виновном, то сейчас… Я буду искать любые возможности, чтобы это сделать: узнать что-то о дозорных, и про остров Ран. Вдруг я узнаю информацию, из-за чего потребовалось уничтожение всего острова. Вдруг мне повезет? Ведь не узнаешь, пока не попробуешь.       Моё одиночество прервал спустившийся вниз Зоро. Я, приподнявшись, удивлённо на него посмотрела.       — Что-то не так? — спросила я, усаживаясь на спальнике.       — Я… — начал он, подбирая слова. — Прости за тот вопрос и подозрение, что ты мне лгала.       — Да всё в порядке, — примирительно улыбнулась я, выставив руки вперед. — Мне надо было ещё в тот разговор тебе всё рассказать, но мы как-то быстро перескочили с темы моего побега на рассказ о легенде. Так что теперь ты точно всё знаешь.       — Ну, если конфликт решён, то я пойду, мы мачту чиним, — Зоро указал большим пальцем на лестницу, ведущую наверх. — Хотя я вообще-то спал, но Усопп так сильно орал, что разбудил меня.       — Подожди, я с тобой. Может, помогу чем.       Я натянула кроссовки и, поднявшись со спальника, последовала за Зоро. Но когда мы поднялись, всё уже было починено и без нас. Поэтому, Зоро устроился на излюбленном месте, а я скрылась под тенью мандариновых деревьев.       — Фейт-чан! Обед готов! — услышала я крик Санджи, который махал мне рукой. Рядом с ним был небольшой столик, на котором находилась тарелка с рыбой и стакан виноградного сока, а рядом стоял стул. Спустившись вниз, я принялась за трапезу. Порция была большая. Отломив вилкой немного рыбы, я попробовала мясо на вкус.       — Спасибо, Санджи. Это необычно, но вкусно. — улыбнулась я, глянув на него.       — Все для моей прекрасной Меллорин! — вдохновенно произнес Санджи и, поклонившись, ушёл.       Я осилила, где-то половину порции, больше в меня не влезло. Но у меня был помощник, точнее, я уверена, что он мне не откажет. На нижней палубе спал Зоро. Я, выпустив из руки небольшое перо, направила его в сторону мечника. Хихикнув в предвкушении маленькой шутки, я пощекотала этим пером нос Зоро. Реакция не заставила себя ждать. Такого чиха я от него ещё не слышала.       — Фейт! — крикнул он, когда понял, что произошло, а точнее, увидел меня смеющуюся.       — Видел бы ты своё лицо, Зоро! — отсмеявшись, произнесла я. — Мне нужна помощь голодного человека. Тут ещё половина порции. Помоги мне съесть. — сказала я. Парень недовольно фыркнул, но поднялся и, забрав у меня тарелку и облокотившись о бортик, стал уплетать рыбу.       Нашу идиллию прервал крик Нами. Я, решив проверить что случилось, помчала в сторону крика. Но когда я пришла основная часть команды была с Крокусом, рассказывающим про что-то, называемое Лог Посом. Недалеко от них сидел Луффи и поедал рыбу. И именно у жевавшего рыбу Луффи, неизвестно откуда, оказался нужный предмет. За что его ударила Нами? Потому что, как она выразилась, «Захотелось». Тем временем, Крокус продолжил объяснять про это устройство. Ну, а я решила послушать, подойдя к ним. Его пояснения прервались словами нашего капитана.       — Фух! Я наелся, можно отчаливать! — вдруг довольно произнес Луффи.       Санджи с Усоппом офигели с этого, кажется, готовые прибить нашего капитана за все его грехи. Вместо рыбы остались только кости.       — Паршивая резинка! — крикнул Санджи, замахиваясь ногой. — Я хотел, чтобы Нами-сан это съела!       Устроенная вендетта настигла не только улетевшего от удара Луффи, но и ещё Лог Пос, который был на руке Нами. Ярость девушки была безграничной. Она точным пинком отправила летать и Санджи, и Луффи прямо в воду.       — Не волнуйтесь, у меня есть ещё парочка, — улыбнулся Крокус.       — Но я думаю, что нам понадобиться только один, — неуверенно произнесла Нами.       — Второй для Фейт, — пояснил Крокус. Я удивленно глянула на него. Он догадался?       — Считай интуиция, да и у тебя все на лице написано, — как-то по-доброму улыбнулся он мне.       — Нами, ты ведь поможешь мне с навыком навигации? — поинтересовалась я у девушки.       — Но с тебя должок тогда в сто тысяч бели, — подмигнула она.       — Скидку, как возможной подруге не предоставляешь? — поинтересовалась я, медленно вытаскивая из ножен нодати.       — Половину скину, так и быть, — быстро сдалась она.       — Другое дело, — улыбнулась я, возвращая лезвие обратно. Это ещё куда ни шло, подъёмная сумма. Хотя, может она забудет со временем?       Крокус вручил нам два Лог Поса. Кит выкинул Луффи и Санджи, а так же ту странную парочку, на берег. И когда они успели отправиться туда плавать? Они, чуть ли не стоя на коленях, просили отвезти их в Виски Пик. Нами, почувствовав в этом наживу, не упустила шанс поторговаться. В итоге, после кучи споров и шантажа на оплату проезда, консилиум решил взять курс на Виски Пик. Мне ну совсем не нравились эта странная парочка. В них было что-то не так.       Когда корабль был восстановлен окончательно, мы собрались к отплытию. Крокус объяснил мне и Нами как работает Лог Пос. Нами, поблагодарив, побежала на корабль, а я не спешила уходить, я хотела кое о чем спросить старика.       — Фейт! — позвал Луффи. — Нам пора!       — Я скоро прибуду, отплывайте без меня, — улыбнулась я капитану.       Луффи широко улыбнулся в ответ и кивнул. Паруса спустили, якорь подняли, корабль отплыл.       — Спасибо за Лог Пос, цветочный дядя! — крикнул Луффи.       — Не за что, — улыбнулся Крокус. — А теперь отчаливайте.       — Курс на Виски Пик! Полный вперёд!       Когда корабль отплыл на минимально приличное расстояние, Крокус спросил.       — Ну, и что ты не отправляешься, девочка?       — Я просто хотела ещё кое-что узнать, ваше мнение. Как думаете, Луффи станет королём Пиратов? В день когда я уплыла, один мой знакомый, знавший Короля пиратов, сказал, что Луффи ему очень напоминает Роджера, — произнесла я.       — Всё зависит не только от человека, но и от команды. Во время нашего путешествия, Роджер ценил каждого человека в своей команде, так же к нему относились и остальные, — ответил Крокус. — А в тебе я вижу твоего отца. Я не сомневаюсь, что ты ещё покажешь кто ты есть, прямо, как твой отец. Подожди, я кое-что отдам тебе.       Мужчина зашёл в свой дом и через пару минут вышел с газетой и потрёпанной старой листовкой. Он вручил мне макулатуру. Я, взяв бумаги, развернула листовку.       — Разыскивается живой или мертвый Селестиал Рэйф по прозвищу «Чёрный Волк». Награда — один миллиард двести миллионов бели, — прочитала я, смотря на мужчину, изображенного на фото листовки. Чёрные волосы, серые глаза, и Кумихо, которую он прислонил к своему плечу. Нет сомнений, что это мой отец.       — Сможешь догнать его награду? — поинтересовался мужчина.       — Кто знает, — улыбнулась я, пожав плечами.       — А газета будет твоим ориентиром в поисках нужного дозорного.       Я, не веря своей удаче, немного заторможено взяла протянутую газету.       — Спасибо большое, Крокус-сан! — от всего сердца поблагодарила я его. — Но откуда у вас всё это?       — Просто памятные вещи о команде, с которой я плавал, — ответил мужчина.       Как бы то ни было, эти вещи для меня действительно ценны. Теперь у меня было с чего начать.       — А теперь вали уже, — усмехнулся он, потрепав меня по моей чёрной шевелюре.       Я, раскрыв крылья, взлетела, намереваясь догнать уплывающую каравеллу. На палубе меня уже ждали.       — О чём говорили? — любопытничала Нами, смотря на листовку.       — О том, что касалось моего отца, — ответила я, сжимая в руке свернутую листовку и газету. Нами, забрав и развернув листовку, от шока вскрикнула.       — Почти полтора миллиарда бели?!       Я лишь грустно улыбнулась, забирая у Нами бумагу. За такую сумму награды я теперь просто обязана прибить того, кто забрал у меня родных людей. Чтобы ему эти деньги поперёк горла встали.

***

      Иногда, чтобы понять, о чём думает человек, стоит внимательнее взглянуть в его глаза. Ведь не зря говорят «глаза — зеркало души». События недельной давности, заставили меня пересмотреть своё мнение о том, что произошло. Потеря родных и психологическая травма никогда не исправятся по мановению волшебной палочки или слову «достаточно». И я ведь должна понимать это как никто другой. Хио со мной долго борется.       Ло почти всю неделю мучили ночные кошмары. А я без слёз не могла смотреть, лишь обнимала и стараясь хоть как-то поддержать его. Вьюга бушевала почти не переставая. Лишь иногда она утихала, и я пользовалась моментом, чтобы найти пропитание. Моя теория немного подтверждалась.       — Ло… — позвала я его, когда в очередной раз вернулась с «прогулки».       Мальчишка сидел, обняв себя за колени и тихонько шмыгал носом. Я взволновано посмотрела на него, подходя ближе и присаживаясь рядом.       — Я скучаю по ним… — прошептал он дрогнувшим голосом.       — Я тебя понимаю… — прошептала я, усаживая его к себе на колени, и крепко прижимая. Крылья повторили движения моих рук, вновь скрывая его от внешнего мира. — Но это всё часть неизбежного. Смерть всегда забирает у нас самое дорогое, тех, кого мы любим и ценим. Просто нужно пережить этот момент.       У меня вновь текли слёзы. В мыслях стояли образы моих покойных родителей. Вернее, это было воспоминание о летней прогулке в цветочные поля на острове. Мы тогда просто гуляли. Отец и мама держали меня за руки. Мама была в белом красивом сарафане, который я хотела носить, когда вырасту, отец был в джинсах и футболке, и меня мама одела в белую футболку и светлые шорты. Мы тогда плели венки. Это был мой первый венок, который был не очень аккуратный, но, тем не менее, мама назвала его красивым. И я надела его на голову папе. Было весело.       — Фейт, — вывел меня из своих мыслей голос моего собеседника.       — Что такое? — спросила я, посмотрев на него.       — А у тебя были хорошие родители? — спросил Ло.       — Они были самыми лучшими для меня, — грустно улыбнулась я. — Я хотела пойти по стопам мамы и стать цветочницей. Её звали Элайн, она знала много о цветах и научила меня языку цветов. Одним цветком ты можешь сказать человеку, как к нему относишься. Например, если ты подаришь своей избраннице красную розу, то можешь этим сказать что любишь её, но если ты подаришь жёлтые цветы, то выразишь этим разлуку или ненависть, но не путай с золотисто-жёлтым — цветом солнца.       Я не знаю, почему я перешла на тему цветов. Наверное, это дало мне возможность не бередить душу, хотя так я ему больше расскажу о своих родителях. Ло, кажется, было интересно слушать о цветах. Он даже немного успокоился, слушая мой маленький монолог. Если говорить о значениях, я думаю, ему бы подошел подснежник, как знак утешения и надежды.       Ведь его появление во снах действительно дало мне эти самые чувства.