Секреты за дверью Бантан

      Сколько бы люди вокруг не твердили «Вы не пара, и никогда ею не станите», Юнги верил в обратное. И пока у него была эта вера, он грел свои руки об неё, довольствуясь тем, что у него есть. Речь идёт не о музыке, к которой он относится серьёзно и страстно отдаётся в создание нового хита, не о миллионах фанаток, которым он безмерно благодарен, не о шестёрке парней, что за короткое время стали ему хорошей семьёй. Всему этому он рад и говорит об этом, всегда. Речь идёт об одном милом и дико сексуальном лидере их группы, о папочке их большой семейки, если быть точным. Ибо Ким Намджун-отдельный вид искусства, не поддающийся никаким описаниям и сравнениям. Юнги готов писать хоть целый роман, посвященный ему, даже огромную серию книг, если можно. Ким Намджун — то самое существо, что не даёт ему спать ночами и днями. Закрой глаза, перед тобой пара уставших, но уверенных глаз, пара умилительных ямочек, пухлые как бантик губы, плывущие в улыбке и медовая кожа. Да, Юн одержим и очень серьёзно. От этой одержимости нет экзорциста, у неё нет первоисточников, у неё нет истории, чтобы изъять корень этой проблемы. Есть только Ким Намджун, полный набор фетишей. За годы совместных тренировок, Мин видел, как менялось тело Кима, как он из стандартного школьника превратился в настоящего мужчину. Намджун выше него на целых две головы, шире в плечах и не поверил Мин, если бы не увидел, обладает нехилым таким мужским достоинством. Юнги самец и никогда бы в этом не усомнился. Он когда-то видел себя с миниатюрной девушкой под венцом, а потом уже с ребёнком, но появление этого, тогда ещё мальчишки, разрушило все его фантазии, построив на их месте новые, невозможные. Но жизнь дана, чтобы творить невозможное. Юнги и Намджун разные во всём, полные противоположности друг другу, но старшего безумно тянет к младшему, а что он должен делать, сам пока не знает.

***

Новая песня, что могла увидеть свет, тут же летит в мусорный бак. Шуга уже со счета сбился, сколько всего он успел сочинить, но все фигурные речи сводятся к объекту его ночных преступлении. Внезапно, он слышит писклявый голос, не такой писклявый, как у говорящего Тома, а более низкий по звучанию, но тем не менее, он писклявый.  — Юнги! Посмотри вниз! И Юнги смотрит, а затем вылетает со своего кресла, будто ошпаренный. На полу, около его стола, стоит Намджун. Не тот милый, большой и немного неуклюжий Намджун, а его маленькая, пяти сантиметровая копия. Малыш Джун.  — На… Нааамм! Что с тобой?! Испуганный Шуга тут же сел на колени перед крохой и наклонился к нему, так, чтобы его зрачок полностью мог увидеть Намджуна в новом теле.  — Я…Я не понимаю хён! М-мы с Сокджином готовили ужин и вдруг я стал таким… Юнги положил на пол свою ладонь, тем самым, прося младшего встать или сесть на неё. Тот в свою очередь предпочёл лечь, ибо подустал, а длинные пальцы хёна казались маняще мягкими.  — Что на тебе надето?  — Когда я очнулся, то вся моя одежда была огромной, а потом я обнаружил одну из наших кукол, кажется это был Хосок, и взял его одежду. К слову, эта одежда тоже казалась на нём как рваные тряпки.  — Неволнуйся, малыш Джу. Папочка Юнги сошьёт тебе одежду~  — Хён! Воистину, смотреть на смущающегося и красного мини-Джуна одно удовольствие. И кто такой Шуга, чтобы не подстебать младшего? Его эта ситуация пугала не меньше младшего, но он не был бы собой, не пустив задевающую шутку. Он усадил мини-Джуна на мышку компьютера и достал швейную машинку из потайного шкафа. Нам никогда не думал, что его хён шьёт, но тот всегда мог подлатать любую вещь, так что наличие швейной машинки и небольшие остатки ткани казались чем-то…обычным.  — Ладно, молодой господин, -потделал Мин старческий голос, — Попрошу вас встать, нужно снять мерки. Намджун послушно встал, давая измерить себя лентой. Все его формы можно было посчитать по сантиметрам, а вот сшить вещи для этой дюймовочки оказалось делом сложным. Однако, после долгих мерок и подбора удобной ткани, Юнги принялся шить, почти мастерский обращаясь с машинкой.  — Готово! Послышалось через пол часа и у Кима на руках уже была розовая футболка, подкорректированная по меркам, и спортивные штаны. Джинсовую куртку Ким взял у куклы, уж больно она удобная. Юнги поставил маленькое зеркальце перед Кимом, чтобы тот получше рассмотрел себя. Тот остался доволен результатом, заставляя старшего улыбнуться. Нет. Ну правда, кто бы не улыбнулся от вертящегося перед зеркалом мини-Джуна? Только изверг.  — Крутая одежда, хён! Спасибо… Уставший, ну он всегда уставший, Юнги лёг головой на стол, что позволило мини-Джуну подойти и быстро оставить чмок на его щеке. Оба тут же вспыхнули от смущения и отвернулись друг от друга. Мини-Джун~и так вообще спрятался за стаканом для карандашей. Мину начинает казаться, что его чувства могут быть взаимны. Радостный Юн быстро находит Намджуна, что сжался в комочек, такой маленький миленький комочек, и аккуратно берёт в свои руки, поднося к своему лицу.  — Намджун… Ноль реакции.  — Намджуна~а. Всё ещё ноль реакции, но кроха заметно дрожит.  — Ну Намджун-и, не вежлево игнорировать своего хённима. Кроха приподнимает голову, показывая только глаза, только заплаканные.  — Эй, крошка, что с тобой? -гладит мизинцем пшеницные волосы.  — Я…Я просто… Ты мне нравишься, хён. Очень нравишься, а я боялся об этом сказать… По.Потому что…-кроха плачет, а Юн не любит видеть его слёзы.  — Ну ну ну, тише малыш, -прижимается к крошечному тельцу щекой, — Хён тоже тебя любит. И перед тем, как ты что либо скажешь, хён любит тебя не как друга или брата, а как человека. Я люблю тебя. Его искренние слова и добрая улыбка заставляют кроху вытирать слёзы и прижаться к юнгиевой голове. Намджун бы обнял своего любимого хёна полностью, но рост не позволяет. А Юнги и этому рад. Он рад, что его чувства взаимны, что Намджун признался первым, вся эта ситуация его…усыпляет?

***

 — Юнги? -трясут его за плечо.  — Юнги, просыпайся, -отчётливо слышится голос Намджуна.  — Юнги-хён, у нас съёмки через час, пора вставать.  — Мммм… Что это было? Намджун только что был в его ладошках, маленький и заплаканный, они признавались друг другу, а тут…  — Сколько я спал?  — Ну, я не знаю. Но времени спать у нас нет, так что вставай.  — Как скажешь, малыш. Ким застыл в ступоре, в то время как Мин ушёл приводить себя в порядок.  — Что… Что тебе снилось хён?