Родственники по несчастью

В это время на Олимпе все поголовно загоревали и надели черные одежды в знак скорби по безвременно погибшему сыну царственной четы. Гера навзрыд плакала. Зевс поддался всеобщему настроению, но как царь богов, винил во всем лишь себя: — Если бы я в тот день, когда Геркулес появился на свет, поставил охранную сигнализацию в его башенке, он бы сейчас был здесь! А так мой сынок стал по чьей-то вине смертным, и умер, попав в пропасть! Мне вот даже несколько дней назад снилось, что мой мальчик падает в бездну! Но вот только как это могло случиться, если он не подходил к обрывам, когда я его предупредил? — Может быть, Ваш младший братец, Аид, знает причину этого? — залопотал Гермес. — Кстати, где он? Как-то странно, что он один из первых знал, что Геркулес отправился в мир иной, и не пришел к нам почтить память своего племянника! ****************** Тем временем я сидел за праздничным столом, уминая очередной кусок пирога со скорпионами, и беседовал с сыном: — Танатос, пожалуйста, расскажи папочке еще разочек, как ты одолел Дуркулеса! — Да что там рассказывать... — ответил он. — Я принял облик крылатого коня, Боль и Паник под видом простых людей убедили его принять подарок. Когда мой кузен уселся мне на спину, скинул его в пропасть. А потом я снял плащ и стал размахивать им над головой, бездну заволокло дымом, и все — ему капут! — Мой ты умница! — радостно воскликнул я, обнимая наследника. — Кстати, правильно говорил один смертный: «Дыма без огня не бывает» — Это точно! — ответил Танатос, посмотрев на мою огненную шевелюру и на свою дымную. Поев, мы все продолжили танцевать и веселиться — столько поводов для радости! Зевс вместе с остальными олимпийцами отправился на дно пропасти и увидел там безжизненное тело своего сына. Всем хотелось верить, что юный Геркулес спит или на худой конец находится в отключке, однако его лицо было белее мела, а конечности синели прямо на глазах. Царица богов зарыдала, прижавшись к мужу, он ее приобнял. У верховного бога по лицу потекли горячие слезы. Вдруг громовержец услышал, что неподалеку от дна бездны играет веселая музыка, и буквально рассвирепел. Он знал, что в подземелье живет его младший братец. «Аид потерял совесть — у нас тут великое горе, а он у себя дискотеку устраивает!!» — подумал он. Верховный бог, закипев от возмущения, вломился в подземное царство. Я тем временем танцевал, не догадываясь ни о чем, и вдруг меня толкнули в спину, да так сильно, что я чуть было не упал лицом вперед. — Марс, прекрати свои шуточки! — прикрикнул я. — Это не я! — ответил мой пасынок. — К тебе пришли! Я в панике обернулся — я никого не ждал — и увидел Зевса собственной персоной. Братец смотрел на меня довольно грозно, и я затрясся крупной дрожью. — Как это понимать? — нарушил молчание он. — У нас тут всеобщее горе и скорбь, все в черных одеждах... — Вообще-то я и вся моя семья всегда носит одежду исключительно в темных тонах. — прервал его я. — И сейчас, как видишь, тоже. Поэтому ругаешься ты на меня очень даже зря. — Это я вижу. — продолжил Зевс. — А почему, когда мы все скорбим, ты тут пляшешь и веселишься? У меня сын умер, и ты самым первым должен был про это узнать! Мы же с тобой все-таки братья, и я думал, что ты придешь к нам, чтобы разделить с нами наше горе... — Извини, хоть мы и братья, у каждого из нас своя жизнь. — резонно заметил я. — У нас тут сейчас свадьба, понимаешь? Я не собираюсь отменять торжество из-за того, что у тебя погиб твой наследник! Мой наследник женится, но я же не заставляю тебя веселиться, если ты не хочешь! У тебя свои горести и радости, и они вроде бы как не должны заботить меня, у меня — свои, и они не должны волновать тебя! После этой моей реплики громовержец взял меня за шкирку и приподнял над землей. — Отпусти меня! — заорал я, извиваясь и дергаясь. — Ах ты гад! — ответил он, продолжая держать меня на весу. — Это из-за тебя мой сын умер! — Я тут причем? — искренне поразился я. — Ты сам говорил мне, что смерть — это естественный процесс, нужный для сохранения баланса на планете и естественного отбора, что люди рождаются, трудятся, женятся, заводят потомство и умирают — это порядок, установленный богами. Так что я всего лишь делал то, что должен был. — Ты властен над этими вещами, вот и воскреси моего сына! — продолжал настаивать Зевс. — Ты что, не слышал того, что я тебе сейчас сказал? — закатил глаза я. — Кстати, именно ты поразил Асклепия молнией после того, как он начал мертвых воскрешать! Ты говорил, что этим он нарушил порядок, установленный богами! — Вообще-то это ты мне донес на Асклепия! — продолжал он умывать руки и строить из себя всеобщего защитника. — И что? — пожал плечами я. — Ты мог бы не делать этого! — Верни к жизни моего Геркулеса, и я уйду отсюда! Я вспомнил, как Мойры добивались всего, чего только хотели, требуя всего за работу, которая не входит в их обязанности, и решил попробовать сделать так же. — Ты же прекрасно понимаешь, это уже не относится к моей должности как бога мертвых. И потом, это уже сверхурочная работа! Так что я это сделаю, но за это ты мне должен кое-что отдать... — Что именно? — упер руки в боки брат. — Твои поместья и трон на Олимпе. — не моргнув глазом, ответил я. — Если не согласен — можешь проваливать! — Аид, ты совсем уже обнаглел? — вскричал громовержец. — Нет. Ты меня просишь сделать то, что не входит в мои обязанности, они ограничиваются распределением мертвых по загробному миру. — заметил я. — Я волен за выполнение твоей просьбы требовать от тебя все, чего только мне захочется! После этой моей реплики братец мощной рукой толкнул меня в Стикс, а сам вытащил оттуда душонку своего отпрыска и быстро вставил ее в синеющее тельце. Дуркулес начал подавать признаки жизни, и я застонал при мысли, что очередной раз мой план с треском провалился, да и не только поэтому — меня со всех сторон окружили души, находившиеся в реке. — Сынок, ты как? — поинтересовался громовержец. — Как так вышло, что ты упал в пропасть? Я же говорил тебе держаться подальше от них! — Мне подарили крылатого коня, и он меня туда скинул. И как оказалось, этим скакуном был Танатос. А потом он меня убил, сделав дымовую темницу в бездне! — И ты туда же? — обратился Зевс к первенцу своего брата. Бог смерти, не дожидаясь, пока его поджарят молнией, поскорее спрятался, а на его защиту встал его старший брат Марс. — Может, уже хватит лезть к нашей семье? — грозно поинтересовался он у верховного бога. — То есть, ты считаешь нормальным то, что твоя так называемая родня... — Как это понять, «так называемая»? — выпучил глаза бог войны. — Самая что ни на есть настоящая, которая любит меня! — Ну то есть тебя не смущает то, что они убили моего сына? — вскричал громовержец. — Если б у меня была возможность, я б сам сделал точно так же. — пожал плечами Марс. Когда я наконец вылез из реки, отбившись от стаи душ, Зевс уже покинул мои владения. Я был готов рвать и метать!! Почему мне опять не повезло??