Родственники по несчастью

Геркулес и Эрида летели над полями и лугами и беседовали обо всем на свете: — Спасибо, что ли... — смущенно протянула девушка. — Почему ты вообще решил меня выручить? Я же строила тебе козни все время... — Мы, герои, не мстим, напротив, стараемся совершать такие поступки, от которых друзей становится еще больше! — ответил ей рыжеволосый. — Ты молодец. Я тебе сказать хочу кое-что важное... Я тут подумала, что нам надо бы примирить наших отцов друг с другом, ведь из-за их разборок страдаем мы. Вот только как сделать это — не знаю... Я ведь богиня раздора, я умею создавать конфликты, а улаживать их — нет. — А мне кажется, что нет ничего проще. — возразил юный герой. — Просто делай все, как ты делаешь, чтобы поссорить, только с точностью да наоборот! — Ну не знаю. Постараюсь... — как всегда растягивая слова, промолвила брюнетка. — Мне немного в диковинку это говорить, но если у меня не будет получаться, ты мне поможешь? — Да, конечно. — согласился Герк. — Я, если честно, был о тебе худшего мнения, а теперь понимаю, что мы с тобой можем стать хорошими друзьями. Мы не настолько разные, как мне казалось ранее, у нас довольно много общего. Пегас резко спикировал вниз и залетел в щель, выходящую в овраг — крылатый скакун начинающего героя прекрасно знал дорогу в подземное царство, так как Геркулесу приходилось частенько туда наведываться, дабы разобраться со своим загробным дядюшкой, затеявшим и воплотившим очередной свой злодейский замысел. *********** Тем временем я сидел на троне, попивал пиявочный сок и кумекал, почему моя злючка-колючка еще не дома. Уже ее уроки вроде бы как давно закончились... Вдруг в мой кабинет залетел этот гнусный Дуркулес на своем крылатом осле. Он что, совсем уже страх потерял? Явился в мое подземелье, как к себе домой! Я хотел было его поджарить, но тут с Пегаса спрыгнула моя дочурка и захромала в мою сторону. У нее была вывихнута лодыжка! — Ах ты поганец! Ты покалечил мою наследницу, и у тебя еще хватило наглости явиться ко мне! Я тебя терпел раньше, но этого не потерплю ни от кого, а от тебя тем более! — вопил я, выпуская из рук в его сторону огненные снаряды. — Папа, успокойся! — крикнула Эрида. — Герк тут не при чем! Это случайно вышло. — Ну тогда ладно. Давай попробуем тебе ножку вправить. Я посадил свою лапочку на подлокотник своего кресла, снял с ее поврежденной конечности сандалию и положил ее ногу себе на колени. Я ловким и уверенным движением вправил выскочившую лодыжку на место. — Вот и все, больше хромать не будешь. — сообщил я дочурке. — И кстати, как тебя так угораздило? — Я увидела, что тренер Герка делает ему для тренировок мое чучело, и побежала прочь, но споткнулась о камень. Вот так. А потом мой братец, когда увидел, что я покалечилась, посадил меня на своего крылатого коня и подбросил до дома. Так что сегодня ты зря на него налетел. Я прекрасно знал, что Эрида ненавидит своего кузена и что она никогда бы не обманула меня. Я был в шоке. Я никак не ожидал того, что Дуркулес, которого я считал своим злейшим врагом, поможет моей дочери, которая тоже ему успела насолить. У меня просто не было слов. — Спасибо тебе... — смутился я. — Ты помог Эриде, хоть я успел как следует испортить тебе жизнь... — Дети не отвечают за своих родителей. — ответил он. — И потом, ты не такой злой и черствый, каким хочешь казаться. — Ты сошел с ума или смеешься надо мной? — решил уточнить я. — Нет. — произнес мой племянник. — Ни то, ни другое. Ты же сам знаешь, что в душе ты не такой... И теперь я это понимаю. Твоя дочка примирила меня с тобой. Я в ауте уставился на наследницу. — Ты — богиня раздора! — решил я ей напомнить. — Ты должна ссорить, а не мирить! — Да, это так. — пожала плечами она. — Но ты, папа, не забывай, что если кто-то ссорился в нашей семье, то я одна из первых шла улаживать конфликт. Я не могу только понять одного — почему наша семья разделилась на два противоборствующих лагеря? Не проще ли всем нам жить в мире? И я понимаю, что с твоим старшим братцем у тебя разногласия, но чем в этом виноват его сын? Почему из-за твоей с Зевсом взаимной неприязни должны страдать мы? Я задумался. Неожиданно, но дочь права. В результате того, что я враждую с громовержцем, пострадала прежде всего Эрида, которая никак в этом не виновата. Это ведь именно ей в голову прилетела молния, когда Боль с Паникой стащили с Олимпа мелкого Геркулеса. ******* — Аид, мой папа никак не виноват в том, что ты не можешь править богами. — решил продолжить Геркулес. — Его выбрал своим преемником ваш отец Крон. — Этим-то и виноват! — вопил я. — Если б Зевс не выпендривался все время, то выбрали бы меня! Он отнял мой престол по праву рождения! — Нет, не выбрали бы. Твои родители поступили так, как этого требовали обычаи. Они принимали взвешенное решение, выбирая, кто из вас станет царем, и оспаривать его нехорошо. И кстати, ты тоже мог бы жить вместе с нами, но ты не захотел и обосновался в подземелье. — Я не хотел жить там, где я не хозяин и где всегда буду на вторых ролях. Про трон — допустим. — парировал я. — А что ты мне скажешь насчет того, что твой дорогой папаша отнял у меня любовь родителей? Вот это точно причиталось нам обоим, с этим-то ты не сможешь поспорить! — И снова неверно! — вновь возразил Герк. — Они любили вас одинаково, просто когда выяснилось, что царем богов будет мой отец, а не ты, ему стали уделять больше внимания, готовя к будущему правлению. — Может быть, в этом ты и прав. Но Зевс отнял у меня Геру! Что ты скажешь на это? — И опять ошибаешься! Моя мама добровольно сделала выбор в пользу моего папы. Он ее у тебя не забирал! — Это был брак с расчетом! Она выбрала наследника престола, только чтобы стать царицей богов! — воскликнул я. — Мама решила выйти замуж за того, кого полюбило ее сердце, и винить ее за это не стоит. Тем более ты давно встретил ту самую, которая полюбила тебя искренне — это Ночная Тьма, я прав? Я пораженно смотрел на дочь и племянника, находясь в полнейшем шоке. Я осознал, что все то, что сказал мне рыжий, так и есть. Я в глубине души всегда это понимал, однако не хотел принять все так, как оно есть и смириться со своим положением в семье и на Олимпе. Я был слишком гордым и упертым. — Пап, хоть я и богиня раздора, но улаживать семейные ссоры и конфликты у меня всегда отлично выходило. — промолвила Эрида, смотря на мое задумчивое выражение лица. — Я же вижу, что ты готов помириться со своим братом, просто не знаешь, как это сделать! Позволь мне тебе помочь! Я согласился. Я благодаря дочке понял, что враждовать с родственниками глупо. Эрида же была самой младшей из моих детей, и почему-то не хотела ликвидировать своих старших братьев и сестер, а я... Не слишком умно было с моей стороны строить козни Зевсу — он же меня все-таки любил, несмотря на то, как к нему я относился. Братец был бесхитростным, и за все время ни разу заранее меня не подозревал, когда происходило что-нибудь из ряда вон выходящее, хотя я был главным смутьяном на Олимпе. Он несмотря на то, что мы с ним жили порознь, считал, что семья всегда должна оставаться одним целым, и звал меня на важные семейные мероприятия, будь то его женитьба с Герой или рождение маленького сына. Я же в свою очередь ни разу не пригласил его даже на свою или своих сыновей свадьбы, хотя по идее должен был. Мы были братьями и должны были ими оставаться, невзирая ни на что, однако я этого раньше не понимал.