Ханьфу

***

NaNa завтра будут срочно ремонтировать лестницу в главном холле, так что генеральную репетицию перенесли на сегодня :( дома буду поздно.

Jeno я могу подождать тебя в театре?

NaNa Ок. Подойдёшь ко второму входу. Я тут пока курю стою

Jeno СТОЙ ТАМ Я СЕЙЧАС

Джемин убирает телефон в карман и оглядывается в поисках своего парня. Он не признается, но ему нравится, когда Джено ждёт его в театре. Для всей трупы не секрет, что они встречаются, а демонстрировать лишний раз факт наличия у себя крутого парня это то, от чего Джемин получает удовольствие. Внимание, всё оно родимое. По этой же причине работа в театре это его лучшее решение в жизни. Оно не спонтанное, парень ещё в школе знал, что будет поступать на театральное. Но даже тогда не думал, что это будет так охуенно. Он замечает Джено, когда тот переходит дорогу и сразу улыбается ему. Машет рукой, которой держит зажжённую сигарету, и следом тут же подносит её к губам, затягиваясь. Бычок летит в урну, а Джено оказывается очень близко и, прежде чем потянуться за поцелуем, успевает выдохнуть восторженное «вау». - Мне идёт? – спрашивает Джемин и манерно проводит рукой по волосам, откидывая пряди назад. Джено завороженно кивает, не в силах отвести взгляда от длинного черного парика на своём парне. Выглядят совсем как настоящие. Основная часть волос убрана в высокий хвост, часть струится сзади по лопаткам, впереди висит несколько прядей. Джено знает, что они ставят что-то историческое и про Китай, а Джемин играет роль главного злодея. Ему так же не терпится увидеть его полностью в костюме. - Первое время чесалось, пиздец, но сейчас привык, кажется, - сообщает Джемин, когда они идут обратно, - и нет, отращивать так же не буду, даже не думай уговаривать. Он проводит Джено в зал и обещает подойти позже, но уже в костюме. Улыбается довольно, зная, что парень будет в восторге от его черного ханьфу с цепями на бёдрах и ремнями на талии. Он сам с упоением смотрел на первые эскизы своего образа. А боевые сцены в этом будут смотреться просто сногсшибательно. Джено, как и ожидалось, в полном восторге. Джемин перед ним уже накрашенный, в костюме с реквизитным мечом в руках. Он появляется только во второй половине первого акта, поэтому пока может посидеть рядом со своим парнем и порадовать того внешним видом. - Что мне нужно сделать, чтобы ты ходил так по дому? – спрашивает Джено, всё еще рассматривая безупречные одеяния. Сейчас ему очень жаль, что они не родились в древнем Китае кем-нибудь из господ. - Ханьфу можем купить, но волосы не обещаю, - смеётся Джемин, - я бы хотел увидеть лицо Ренджуна, когда он придёт к нам в гости, а я расхаживаю в традиционной одежде его страны. Репетиция начинается, но Джено специально не акцентирует на ней внимание, чтобы через несколько дней насладиться ею в полной мере. Он открывает игру на телефоне и вставляет наушники. Джемин покидает его через несколько минут. Огромных усилий стоит не смотреть, что происходит на сцене, когда там твой парень в самом сексуальном образе, из тех, что у него были, играет дерзкого и по всем фронтам классного злодея. Постепенно театр пустеет. Те, кто уже отыграл свои роли, уходят домой. Даже уборщиц отпустили. К концу репетиции в театре остаются лишь стаф, отвечающий за свет и за звук, режиссёр и несколько актёров, играющих главные роли. Среди них и Джемин. Который в данный момент, вместе с парнем, играющим главного героя, что-то обсуждает с режиссёром. Обсуждение затягивается, часы переваливают за одиннадцать и людей ещё меньше. Джено первый раз остаётся в театре настолько допоздна - обычно репетиции заканчиваются до десяти. Джемин машет ему со сцены, зовёт с собой за кулисы, конкретно в гримёрку, и Джено поднимается с кресла, спустя три часа сидения. - Зачем так долго? – стонет Джено и падает на диван в гримёрке. - Так всегда, если это генералка, - пожимает плечами Джемин и опускается рядом, - мне так лень переодеваться, ты бы знал. Почему нельзя поехать домой так, а послезавтра явиться уже готовым. - Я был бы не против, если бы ты так ходил завтра весь день, - Джено кладёт ладонь на колено парня и ласково гладит. И черт. Этого становится достаточно, чтобы в голове замкнуло то, что замыкает обычно в те моменты, когда хочется. Джемин прижимается к нему, кладёт голову на плечо и вздыхает тяжко, собираясь с силами, чтобы для начала хотя бы снять парик. Но Джено наклоняется и целует. Сладко, нежно – Джемин и не чувствует подвоха. Даже когда ладонь, наглаживающая колено, сжимает его, ползёт выше. Ну не собирается же он, в конце концов… - Джено-я? – выдыхает Джемин, когда поцелуй ненадолго прекращается. - Я хочу тебя, - отвечает Джено, решая, что нет смысла скрывать этот факт. Пока они целовались, он в красках представил стонущего под ним Джемина в распахнутом ханьфу, с раскинутыми по подушке длинными черными волосами. И член от такой картины встал моментально. - Что? – Джемин не то что бы против ладони, которая уже лезет под полы его юбки. И не то что бы против, когда Джено так на него смотрит, буквально пожирая взглядом. У Джемина просто есть немного совести. – До дома потерпишь? - Я хочу тебя в этом. И возразить-то толком теперь нечего. И совести у Джемина не настолько много, чтобы отказаться. Они целуются снова, но теперь уже страстно, вкладывая в поцелуй гораздо больше, чем просто любовь. Теперь там самая настоящая похоть. В театре стопроцентно остался охранник. И возможно в другой гримёрке переодевается второй актёр. И им абсолютно нет никакого дела до Джемина, даже если он захочет остаться тут на ночь. На ночь он не останется, но залезть на колени к своему парню и начать покрывать поцелуями его шею – идея шикарная. Джено хватает его за задницу и прижимает к себе так, что Джемин хорошо чувствует, как сильно его хотят. Он снова впивается в его губы и зарывается пальцами в черные волосы. Улыбается сквозь поцелуй, когда чувствует, как Джено, забравшись под юбку, наугад пытается развязать шнуровку его штанов. Система на самом деле простая, сложности могут возникнуть, если Джено захочет снять с него корсет и наручи. Но тому это и не нужно. Джено добрался до штанов, осознал, что они совершенно обычные и потянул их вниз. - Если мы хоть немного испортим костюм, нам пиздец, - предупреждает Джемин, принимаясь расстёгивать чужую ширинку. - Не испортим, - обещает Джено. Он подхватывает Джемина и опускает его на диван, нависая сверху. Тот сразу пытается обхватить его ногами, но Джено целует и отстраняется, чтобы стянуть с него штаны. Голые ноги под ханьфу, полы которого раскинулись в стороны – это теперь новый кинк Джено. В целом весь Джемин в традиционной одежде это только что открытый фетиш и вряд ли будет ещё что-то прекраснее его. Джено понимает, что после репетиции парень мечтает как можно скорее оказаться дома, поэтому не тратит время на прелюдии – этим можно заняться и потом. На случай вот таких вот внезапных желаний, у него в тайном кармашке рюкзака всегда есть смазка. И черт, это лучшее стратегическое решение спасает их уже в который раз. Джено достаёт небольшой тюбик и выдавливает гель на пальцы, пока Джемин, с закушенной губой, очень эротично снимает с себя трусы. Они снова целуются, пока Джено проникает в него одним пальцем. Джемин кусает его губы, и Джено позволяет, даже если становится больно, потому что знает, что таким образом парень отвлекается от боли из-за первого проникновения. Со временем укусы перерастают в сладкое тягучее облизывание и это знак, что Джемин готов. К тому моменту в нём уже три пальца и ему стоит больших усилий не начать стонать в голос. В конце концов, в театре сейчас гробовая тишина и лучше, чтобы до охранника не доходило никаких посторонних звуков. А ещё Джемин не вовремя вспоминает, что где-то переодевался его коллега и, боже, остаётся только надеяться, что он не додумается зайти, чтобы попрощаться. Однако Джено целует так сладко, а его ласки такие приятные и желанные, что плевать на всё. Даже если и зайдёт – Джемин потом как-нибудь разберётся. - Представь, что твоего персонажа не убили, - ухмыляется Джено, пока пристраивается между разведённых ног парня, - и у него появилась любовь всей жизни. - В таком случае он был бы сверху! – смеётся Джемин и притягивает парня к себе, шепча в его губы. – Он бы ни за что не позволил… Джено входит в него медленно, но не прерываясь ни на секунду. Джемина под ним ломает, а стоны так и просятся сорваться с губ. - …Плевать, что бы он там не позволил. Я позволяю… Черт… - Ты выглядишь просто охуенно, - Джено покрывает мелкими поцелуями лицо парня и придерживает за бедро, потому что во время секса он слишком нетерпелив, сразу пытаясь насадиться сам. И это не так плохо, это наоборот настоящий кайф. Но после этого кайфа Джемин не редко не может нормально ходить и сидеть. Движения плавные, нежные – Джено по-настоящему упивается невероятной красотой своего парня в этот момент. В голове рисуется сценарий, где они в древнем Китае - или Корее, это не так важно - и он сам военный, преданно защищающий своего господина днём и трахающий его на шелковых простынях ночью. Джемин под ним приглушённо стонет, извивается и кладёт руки на задницу Джено, сжимая упругие ягодицы. Глаза не закрывает, смотрит на Джено и улыбается, когда ловит ответный влюблённый взгляд. Они снова целуются, несдержанно и прерывисто из-за толчков. Джемин обвивает руками чужую шею и прижимает парня к себе максимально близко. - Быстрее, - шепчет он ему на ухо и тут же стонет, потому что Джено выполняет просьбу. Джемин скрещивает ноги на его пояснице и беспорядочно шарит руками по плечам, лопаткам, зарывается пальцами в волосы и сжимает. Джено в такие моменты хочется везде и сразу и как можно больше. Джемину всегда мало. Он чувствует, что движения внутри него становятся совсем запредельными, а головка члена Джено то и дело упирается туда, куда нужно, задевая все нервные окончания. Джемин чувствует, что вот-вот кончит от такого. Он закрывает глаза, откидываясь назад и открывая доступ к своей шее, на которой Джено тут же оставляет еле заметный укус. Хриплый стон на ухо и Джемин чувствует жар, разливающийся глубоко внутри. Он сам мелко дрожит от приближающегося оргазма, но Джено отстраняется, не доведя его до пика. - Мм, куда? – выстанывает Джемин, пытаясь вернуть своего парня на место. - Нам ведь нельзя испортить твой костюм, так? – Джено улыбается и сползает ниже. Снова устраивается между разведенных ног, но уже иначе. Джемин улыбается в ответ и вновь зарывается пальцами в его волосы. Джено обхватывает губами головку члена, а рукой сжимает у основания и это настоящая пытка. Джемин весь одно сплошное напряжение. Он тут же дёргается и кусает губы, сдерживая стоны. Но Джено крепко держит его за бедро и не даёт отстраниться. А когда Джемин немного успокаивается и раздвигает ноги ещё шире, то отпускает бедро и проникает в него двумя пальцами. - С-садист, - шепчет Джемин и кусает собственную ладонь. - Садизм – это то, что я сделаю с тобой после премьеры, а сейчас это так, лёгкое желание помучить тебя, - отвечает Джено и снова вбирает член в рот, на этот раз полностью. Пальцами продолжает трахать парня, чувствуя, как внутри него всё растянуто и скользко от его же спермы. Это заводит и, будь они дома, Джено обязательно взял бы его ещё раз. Но тут нет времени на долгий секс. Он зажимает пальцами набухшую простату и заглатывает член максимально глубоко. Чем доводит Джемина до состояния эйфории. Он кончает в рот своего парня, с силой прикусывая ребро ладони. Джено проглатывает всё и вылизывает дополнительно. Пока Джемин смотрит стеклянным взглядом в потолок и пытается привести дыхание в норму. - На тебя так китайские костюмы действуют? – выдыхает он, спустя минуту, за которую Джено успевает найти в гримёрке салфетки и начать вытирать его. - И ещё твой парик, да, - кивает Джено, - он, кстати, хорошо держится. Моё уважение вашему парикмахеру. - У меня много боевых сцен – его почти приклеили, - ухмыляется Джемин. - Если бы мы родились в годы Корё, я был бы твоим генералом, а ты моим господином, каким-нибудь наследным принцем, например, - Джено помогает Джемину подняться и тут же тянется за ласковым поцелуем. - Защищал бы меня и трахал по ночам? – улыбается парень. - Император бы узнал о нас и отправил меня на казнь. - Сперва он захотел бы избавиться от тебя не своими силами. Отправлял бы тебя на войну, надеясь, что ты погибнешь в сражении, - Джемин уходит переодеваться, краем глаза улавливая, что Джено всё ещё жадно следит за ним. И за тем, как красиво Джемин стягивает наручи и корсет с ремнями. - Но я бы каждый раз возвращался к тебе и тогда бы он точно захотел меня казнить. - Мы бы сбежали за несколько часов перед твоей казнью. - Ты был бы готов ради меня отказаться от престола и богатств? - Я поступил на театральное и живу с парнем, за что меня ненавидит вся семья, как ты думаешь? – смеётся Джемин. Джено думает, что после премьеры он точно не даст этому парню спать всю ночь.