Глава выберет меня!

      — Итак. Зачем же девушка из клана Учиха пришла сюда? — спросила Мито.       Она уже полностью пришла в норму, и теперь осматривала сгоревшее жилище на наличие уцелевших вещей. Разумеется, почти ничего не осталось…       — Я оказалась тут случайно. После того, как пещеру, где я спряталась переждать дождь, завалило камнями, я вышла сюда, дабы поискать человека, который снимет сдерживающие печати. Это ведь, ты их поставила?       — Да. Что ж… Вижу, ты и в самом деле, попала сюда не нарочно… Поэтому, моя вина, что просто спокойно не спросила тебя про это, и напала первая. Я не стану на тебя сердиться, — сказала Мито, доставая из пепла золотой широкий гребень с заостренной внешней гранью. Эта красноволосая девушка выглядела очень рассудительной и величественной, словом, «настоящая» принцесса, — Я нарисую тебе печать, которая позволит беспрепятственно снять все сдерживающие печати пещеры.       До этого Раймей просто имела цель выбраться отсюда. Но теперь она не хотела уходить так быстро. Ее одолевало любопытство, почему Мито прячется в подобном месте.       — О! Спасибо… А ты все равно останешься здесь? Я ведь… спалила твой дом.       — Это не такая уж и большая проблема для меня, — ответила Удзумаки, надевая очищенный от копоти гребень на голову. Раймей в очередной раз не могла не отметить про себя, что девушка очень хороша собой… Не приходилось сомневаться, что она очень бы понравилась и Хашираме тоже. Интересно, что заставило ее отказаться от него?       — Я просто использую свое фууиндзюцу, чтобы переместить любой другой дом в это место, — продолжала Мито, закончив свой «обход» пепелища, и направляясь в лес. Раймей поспешила за ней.       — Ты способна делать такие вещи? Ты, видимо, очень талантливая куноичи…- подмаслила ей девушка, пока та лишь усмехнулась на это.       — Все, что ты видишь здесь — результат моей техники. Это место находится очень далеко от того входа, через который ты сюда попала. Поэтому, попасть сюда и в самом деле можно лишь по чистой случайности, — пояснила она.       — Вот это да…- не могла не поразиться ее умениям Раймей. Она так сильна в этом… Раймей даже ощутила укол зависти, что не могла тягаться с ней… И все же, это ведь не помешало ей одолеть ее еще пару минут назад, ведь так? — А… Зачем ты тут прячешься?       Мито вскользь посмотрела на девушку, думая, стоит ли ей сообщать эти сведения.       — Не могу сказать тебе. Ты из вражеского клана.       — Понимаю. Однако… Я могу предположить, что твой клан — союзник клана Сенджу. А Учиха в скором времени заключает с ними союз. Поэтому… Почему бы нам с тобой не подружиться? И не довериться друг другу…       Мито остановилась. Под влиянием ее тяжелой ауры, Раймей не стушевалась, лишь улыбнувшись и вкрадчиво спросив, подтверждая ее реакцией свои догадки относительно нее:       — Ты ведь невеста Хаширамы Сенджу, я права?       Удзумаки порывисто развернулась к ней. На ее лице не было и намека на смущение… Лишь гнев и раздражение. Чего это она так?!       Зная Хашираму, Раймей было невозможно думать о том, что хоть кто-то может реагировать таким образом, слыша его имя! Принцессе нужно было узнать, в чем тут дело.       — Наверняка ты не знаешь, что наши будущие супруги неплохо ладят друг с другом, — продолжала Раймей, не поменяв манеру повествования, — Вот было бы здорово, если бы мы с тобой тоже нашли общий язык! Вероятно, не так уж случайно я здесь оказалась, раз судьба столкнула нас с тобой нос к носу в этом месте, — девушка добродушно рассмеялась, оперев руки в бока, пытаясь хотя бы этим разрядить обстановку.       Мито явно была в ярости…       — Я скажу это лишь раз, так что слушай внимательно, — сказала она холодно, отвернувшись, — Никогда. Никогда я не буду супругой Хаширамы Сенджу. И поэтому… Тебе нет смысла тратить время на это. Уходи.       Мито сложила ладонями печати и прямо в воздухе появилась большая круглая метка на листке бумаги.       — Вот. Возьми «ключ», и спокойно выбирайся из пещеры, — всунула она бумажку в руку девушке, и, подхватив полы своего киномо, стала поспешно отдаляться от Раймей.       — Но… почему? — тут же догнав ее, принялась допрашивать эту скрытную куноичи Учиха, — можешь хотя бы объяснить, зачем скрываешься здесь? Хаширама переживает из-за твоей пропажи…       — «Переживает»? Хах…       Мито, наконец, остановилась.       — Разве ты, будучи невестой главы клана, не понимаешь моих чувств? Разве ты никогда не хотела избавиться от этого отяготившего тебя обстоятельства?       — Никогда в жизни! — Раймей в самом деле было не понять такого, — Я столько всего пережила, чтобы быть с Мадарой! Если с ним что-то случится, я просто умру без него! Я люблю его больше жизни!!!       Мито с недоумением уставилась на Раймей, пока та, хлопала себя по щекам, дабы унять смущение, которое всякий раз вызывал на ее лице образ возлюбленного в своих мыслях.       — Ты что, правда, так сильно любишь Учиху Мадару? Он же монстр… тиран и душегуб…       — Не смей говорить о нем плохо в моем присутствии!.. — тут же пресекла ее Раймей, все же совладав с резкой переменой своего настроения, — Недавно Хаширама-сан сказал мне, что если ты любишь человека, то всегда будешь видеть его намного лучше, чем он есть… Но Мадара не просто «самый лучший» в моем представлении. Он, в самом деле, такой! Он всегда заботится о своем клане, и о младшем брате, и обо мне тоже… У него непростой характер, но в душе он добрый и понимающий… Я хочу все сделать для него, чтобы помочь нести ему свою непосильную ношу!       Принцесса клана Удзумаки отстраненно ее слушала, подавляемая своими тяжелыми размышлениями об этом всем… Эта Раймей… Она просто не понимает, во что ввязалась.       — Говоришь, что хочешь сделать все?..- спросила она, повернувшись к Раймей спиной.       — Да. И все, что я делаю — я делаю для него.       — Ты про свое ирьениндзюцу? А что, если бы он сказал тебе, что в случае чего, тебе придется отдать свою жизнь? Свою душу? Или тело? Для достижения своих целей…       — …Мадара так никогда бы не сделал, — уверенно парировала Раймей.       — Ради клана… и ради безопасности многих людей… В самом деле, считаешь, что он бы не сделал этого? Ты ведь говоришь, что он готов на все ради своего народа… А значит, и ради своей власти…       Раймей не знала, почему Мито приводит такие странные аналогии. Она явно что-то хотела сказать этим, но девушка не понимала…       — …Раймей. Ты в курсе, что значит стать сосудом для хвостатого зверя, биджу? Иными словами, стать джинчуурики. Знаешь, каково это?       Раймей не слышала ничего об этом, но, судя по ледяному тону Мито, было понятно, что это нечто граничащее со смертью и кошмаром. Она лишь покачала головой. Удзумаки тем временем, развернулась к ней, и села на выступающий корень дерева, решив объяснить Раймей свою точку зрения. Она желала подтверждения своих доводов! И хотела, чтобы ее поняли… Мито начала свой рассказ:       — Когда я узнала, что отец (глава моего клана) заключил договор с главой клана Сенджу о том, чтобы я стала его супругой — я очень обрадовалась. Меня растили для этого, и я так хотела реализовать себя, как достойный представитель клана Удзумаки. Я вовсе не рисовала себе картинки беспечной роскошной жизни, и, так же как и ты, я желала помогать своему мужу всем, чем только смогу. Однако… Вскоре после этого, отец заставил меня обучится технике запечатывания хвостатого зверя внутри себя… Это говорило лишь об одном. Хаширама хочет использовать меня, как сосуд для обладания неукротимой, всеразружающей силы! Все это было сделано лишь для обеспечения своей власти… Своего господства над всеми… Прикрываясь понятиями о «защите клана и самопожертвовании ради него», то о чем ты с таким жаром сейчас говорила. Ну, так вот слушай. Все это лишь мираж.       — Мито…       — Все же, я собственноручно создала технику, о которой просил отец, продолжая делать то, что от меня требовали. Но при этом ощущала себя просто использованной… Всем, даже моему отцу, было плевать, если биджу просто захватит мое тело и сожрет душу. Это бы лишь значило, что эксперимент прошел неудачно. Поначалу я думала о том, что стоит рискнуть и выдержать, если это поможет простым людям! Но… Потом я поняла, что, чтобы ни делалось в этом мире — все делается лишь для обретения могущества, вселения страха в слабых и беспомощных, и удержания власти…       — Это не так! — возмутилась Раймей, отойдя от шока, охватившего девушку во время рассказа красноволосой Удзумаки, — ты ошибаешься, — принцесса села неподалеку рядом с Мито, закинув ногу на ногу, — Ты не права на счет Хаширамы. Он не такой человек! Он, конечно, очень могущественный. Но это не мешает ему оставаться добрым, понимающим и милосердным человеком! Он не хочет власти, а пользуется ей лишь для того, чтобы заключить мир. И он столько раз помогал мне, несмотря на то, что я Учиха, я член вражеского клана!       Мито недоверчиво смотрела на Раймей, не понимая, почему она так яро защищает Сенджу, и почему она вообще столько о нем знает?! Ответ не заставил себя долго ждать, так как девушка напротив продолжала:       — Это он обучал меня ирьениндзюцу, зная при этом, что я буду помогать этими руками своему клану. Скажи, разве тот, которого ты описала жестоким и одержимым властью человеком, способен на такие поступки?!       — Тогда… Скажи, зачем ему в жены человек, который способен запечатать в себе биджу?       Раймей молчала, сама задумываясь об этих обстоятельствах. Но все-равно собиралась стоять на своем до последнего.       — Просто спроси сама его об этом, — предложила она, — Если бы ты сказала Хашираме, что не хочешь быть джинчуурики хвостатого — он бы не стал заставлять себя.       Мито лишь слабо усмехнулась, зная, что даже если бы он и в самом деле не стал бы ее заставлять — ей все равно пришлось бы пойти на это. Опять таки, из-за ответственности перед ее народом. Она одна из немногих имела такую силу, и все ждали бы от нее этого.       Раймей понимала, о чем сейчас думает девушка.       — Послушай… Мито. Просто пойдем со мной, и хотя бы поговори с Хаширамой! Тебе ведь ничего не мешает это сделать… Никто не будет удерживать тебя силой! — Раймей придвинулась к ней, и попыталась взять руку куноичи в свою, но та холодно одернула свою ладонь.       — Нет! Я не хочу его видеть. И не желаю говорить с ним!       «Тц! Было глупо ждать, что она согласиться так быстро» — с досадой думала Раймей       — Хорошо! — просто ответила Учиха, поднимаясь на ноги, пройдя немного в сторону, — значит… Я воспользуюсь тем «ключом», что ты мне так любезно предложила, пойду к Хашираме-сану и приведу его к тебе. Ну, пока! — помахала девушка полученной печатью в руке, поспешно удаляясь.       Мито подскочила, понимая, что не может ей этого позволить. И, одним лишь взмахом руки, разорвала «ключ» в руках Учихи в клочья.       Раймей остановилась, недовольно глядя в сторону Мито.       — Ну и вредная же ты…- сказала она разочарованно.       — А ты неугомонная! Сказано тебе — не лезь в это! Теперь останешься здесь со мной, пока не «перевоспитаешься», — скрестив руки на груди парировала Мито, удовлетворенно наблюдая за замешательством Раймей.       — «Перевоспитаюсь»? Я?! Это я собираюсь «перевоспитать» тебя, ха-ха! — не думала унывать Раймей, — пойду только скажу … одному своему другу, который ждет меня с той стороны, что задержусь тут с тобой на некоторое время.       На этом Раймей убежала в сторону пещеры, а Мито принялась обдумывать, как избавиться от Учиха, при этом не убив ее и не допустив того, чтобы она в самом деле привела ее бывшего жениха прямо к ней в ее логово, которое ей столько времени удавалось так успешно прятать…       Но она не знала, что тот «друг» девушки, о котором она говорила, был никто иной, как Тобирама Сенджу, младший брат главы.       — Тобирама! Ты тут?! Тобирама-а-а-а!!! Ау!       Девушка несколько минут беспочвенно взывала к беловолосому шиноби, и вот ее настойчивость была вознаграждена.       — Да, я здесь! Как ты? — был ответ.       — Я в порядке. Рада слышать тебя, фух… Есть какие нибудь успехи с «проникновением»? — спросила она, стараясь не думать как двусмысленно звучал ее вопрос.       — Не очень хорошие. Я обследовал всю территорию за этой пещерой — и не нашел никакого «второго выхода». А снести камни самому мне не удастся. Нужна помощь Хаширамы в этом. Вдвоем мы бы смогли использовать одну мощную подавляющую фууиндзюцу технику, — вкратце описал Сенджу ситуацию.       — Да, на счет пещеры ты прав. То место, где я оказалась — по факту оно находится очень далеко отсюда, и эта пещера каким-то образом является лишь входом. А на счет Хаширамы… Если бы ты смог привести его — было бы отличной возможностью решить сразу несколько проблем. Видишь ли… Шиноби, что поставил эти печати, и по совместительству тот, кто прячется в этом месте — это… Мито Удзумаки…       Девушка смиренно ожидала, какой будет ответ Тобирамы на этот счет.       — …Понятно. Тогда, продержись немного в этом месте. Завтра с утра я вернусь с братом… Извини, что не могу решить эту проблему сам.       — Ну что ты, прошу, не извиняйся передо мной! К тому же… Так будет даже лучше. Мито наотрез отказывается хотя бы поговорить с твоим братом. Я заставлю ее передумать за это время.       — Как хочешь… Но не подвергай себя опасности.       На этом они распрощались, и каждый занялся тем, что наметил для себя на грядущую ночь.       Раймей вернулась к Мито в лес, убедившись, что солнце уже давно не светит в отверстии сверху. Скоро все должно было окутать тьмой… Девушке не было страшно, Мито ведь жила тут как-то одна все это время? Значит, и ей не о чем переживать.       — И ты собираешься прятаться в таком месте вечно? — лежа на спине на мякой траве, спросила она, пока Мито неподалеку занималась распечатыванием чего-то из призывного свитка.       — …Всего лишь подожду, когда выйду из брачного возраста, — не отвлекаясь от своего занятия, ответила Удзумаки.       — О… Ты многое теряешь, — с сочувствием сказала Раймей. Почувствовав испытующий взгляд Мито, она постаралась описать то, что рисовала в ее голове фантазия, — Как только вспомню, как это приятно, обнимать и целовать его, ощущать эти сильные руки на своем теле… Ах…       — Ты такая испорченная! — негодовала Мито, слегка зардевшись.       Раймей лишь смеялась, понимая, что возбудила в ней любопытство.       — Ладно, должна признать, что тут не так уж и плохо! — подскочив на ноги, сказала она бодро. Хотя после такого тяжелого дня она уже явственно ощущала усталость, — Будем жить здесь вдвоем, подальше от этих глупых мужчин, ха-ха-ха! Как амазонки! Будем заманивать в наши ряды таких же отчаянных и красивых принцесс, как мы с тобой, и создадим свой клан!       — Что за глупости ты говоришь…- не старалась понять ее Мито. Она в самом деле из клана Учиха? В самом деле невеста их главы? В ней нет ни капли серьезности. Разве первая женщина клана может быть хоть отдаленно похожа на такую, как она?       Но девушка ей нравилась. Несмотря на взбалмошность Раймей, с ней было комфортно находится рядом. Она не пыталась как-то довлеть на нее, и держалась с Мито очень просто, по-свойски. Это не могло не подкупать…       — Почему ты так хочешь, чтобы я стала женой Хаширамы? — она знала, что это не он ее послал к ней. И все же Раймей явно проявляла непосредственный интерес в этом вопросе.       — Потому что, я думаю, Хаширама был бы рад, если бы ты вернулась. Я хочу отплатить ему за его доброту… И не могу просто оставить это так. К тому же, ты очень похожа на мою старшую сестру. Если бы мы обе стали первыми женщинами в своих кланах — мы бы точно стали подругами! — Раймей добродушно улыбалась, искренне в это веря. Ее оптимизм не мог не оставить след в сердце Мито…       — …Хоть мы с тобой и одного положения, и почти одного возраста, ты не понимаешь одной простой вещи, Раймей. Не все всегда идет так, как хочется. Невозможно преодолеть все препятствия, опираясь лишь на энтузиазм…       — Для этого есть любовь, — спокойно отвечала ей Раймей, — я искренне верю, что эта сила могущественнее любой техники на свете…       Мито замерла, внимая ее словам.       «Любовь?»       — Знаешь, — снова продолжала Раймей, видя, что Мито внимательно ее слушает, — Раньше я сама думала, что ни за что на свете не стану выходить замуж. Но когда я встретила Мадару, вся моя жизнь окрасилась в цвета. И внутри загорелся огонь… Я захотела сделать для этого мира что-то, в ответ на то счастье, которое обрела благодаря своему будущему супругу. Когда у тебя в сердце есть любовь к кому-то, не важно даже к кому именно, ты всегда будешь поступать правильно. Нужно лишь решиться впустить ее в свое сердце. Это не так страшно, чем трусливо спрятать себя от всего мира, а потом спустя несколько лет осознать, как сильно ты ошибалась в своих доводах. Мы с тобой обе женщины… И, как бы ни были сильны наши с тобой умения и знания в области ниндзюцу — все же главное наше предназначение быть правой рукой тем, кому мы нужны. Это наш долг.       После небольшого молчания, Мито все же зашевелилась, распечатав из свитка ужин для них двоих.       — Вот. Поешь, — протянула она пиалу с рисом для Раймей, — завтра будь добра, как проснешься, просто уходи… Не нужно звать сюда Хашираму… Просто выкинь все это из своей головы, и занимайся дальше своими делами.       Хоть она и говорила так, Раймей видела, что Мито колеблется… Без всякого сомнения, завтра к приходу Хаширамы ей удастся закончить ее «курс перевоспитания»!       К сожалению, едва забрезжил рассвет в долине, девушка поняла, что все как всегда идет вразрез с ее планами…

***

      В тот самый день, как Раймей попала в «плен» к Мито, Мадара пришел в клан Сенжу для решения насущных вопросов. Однако, это была далеко не самая главная цель его визита.       — Проводи меня к Раймей, только поскорее, — с едва скрываемой улыбкой попросил он старого друга.       — А… Сейчас…- замялся Хаширама у входа, уже ощущая на себе негодующий взгляд Учихи из-за того, что он медлил.       — Что встал столбом? Оглох? Или отупел? Хотя, куда тебе еще больше деградировать, ха-ха! — насмехался в своем стиле Мадара над Сенджу, пока тот мрачно и удрученно принимал его нападки.       — Кхм, — кашлянув в кулак, выпрямился Хаширама, собираясь признаться, — ее пока нет дома.       Пришлось рассказать, что девушка в сопровождении ее брата ушла «прогуляться» по лесу.       — …Ее и Тобирамы нет уже три дня?!       — Сам не знаю, что и думать… Разумеется, Тобирама защитит ее в случае чего… Но…       — Почему не сообщил мне сразу?! — Мадара был в ярости. Он ведь доверил свою девочку им обоим. Почему они не удосужились следить за ней лучше?!       — Я надеялся, что они вот-вот вернутся. И до сих пор так думаю… Знаешь, Раймей собрала очень много вещей. Как будто бы изначально и планировала задержаться там надолго.       — …Когда, говоришь, это произошло? — Учиха внезапно осенила какая-то мысль.       — Почти сразу после твоего ухода.       — …Эта дурочка хочет найти Гору Мьебоку! — схватился за голову Мадара. Это он виноват, что сказал ей про эти дурацкие «тайные тропы» в лесу! Как он не подумал, что она сразу кинется их искать?! Он ведь уже хорошо ее знает…       — Что?! — Хаширама ничего не понял, но был уже в шоке.       — Пошли искать их.       — Да.