filter

После очередной репетиции в танцевальном зале мемберы рассыпались кто куда. Скоро камбэк, трудиться нужно больше и больше, в такие дни всем хотелось бы поспать, встретиться с друзьями, уделить время сольным проектам, но группа важнее всего. Парни танцевали почти пять часов подряд и уже максимально выдохлись. Перезарядка не помешает никому. Намджун и Тэхён пошли в душ, чтобы смыть усталость и напряжение во всём теле. Они сегодня поработали отлично и заслужили отдых до конца дня. Хосок потащил Джина в другой зал, мученически высказывая ему претензии про неправильное положение ног во время припева. Джин отчаянно закатывал глаза и тихонечко цокал языком, но перечить танцевальному «гуру» Хосоку он всё ещё не решался. Однажды разгоряченный спором Хоуп надавал старшему тумаков, хоть потом долго извинялся, но опасение очередной атаки от «дэнс-машины» осталось. Хотя если напоить Хосока, то зрелище будет не для слабонервных. Розоволицый и весёлый, он начинает рассказывать шутки ещё старее, чем шутки Джина, и истории, от которых начинают краснеть даже стены вокруг. Юнги же пулей вылетел из танцевального зала, окрылённый вдохновением к песне, которую не мог доделать уже почти две недели. «Я как закончу — вы все обалдеете» — крикнул он выбегая в коридор, а дальше отборный мат, после встечи с преградой. Похоже дверной косяк против новой песни, но разве это остановит гениального Мин Шугу? В зале остались только Чимин и Чонгук. Одежда на обоих взмокла от пота, дыхание до сих пор не вернулось в норму после танца. Младший не понимал, почему хён решил задержать его, ведь знал, что Чон рвётся зарубиться в приставку, лёжа на диване и перевести дух. Не дожидаясь распоряжений, он завалился на мат, лежащий неподалёку, и раскинул конечности по все стороны.  — Чонгук, хватит распускать себя, ты ведь видишь, что твои навыки начинают ухудшаться? Давай отрепетируем ещё немного. Гук непонимающе вскинул бровь: — Мои навыки? Ты издеваешься что ли, — он пренебрежительно хмыкнул. — Лучше меня разве что Хоуп танцует, я на пике формы. — Ну ладно, — поднимаясь с земли сказал он. — Я пошёл, не скучай. Золотой макнэ Чон Чонгук действительно стал заниматься намного меньше, прилагал всё меньше усилий, чувствуя что их группа сейчас на вершине и стремиться выше уже некуда. Но часами отлёживая бока на мягких поверхностях и килограммами поглощая фастфуд он начинал забывать о предназначении айдола. — Погоди, Гук, давай так, мы сейчас станцуем с тобой вместе, а ты глянешь, если всё будет правильно, то я отстану, идёт? — Азартного Гуки легко подловить, главное поспорить с ним или взять «на слабо». — Запросто, ещё извинишься потом. Песня под которую им предстоит танцевать очень энергичная и резкая, чтобы придать настроя, младший легонько похлопал себя по щекам. Началась мелодия, спокойное начало Чон выполнил в идеале и даже успел отпустить пару язвительных комментариев своему хёну. Когда ритм достиг своего пика напряжения — стало труднее. Лёгкое трение обуви об пол, шуршание одежды и немного сбившееся дыхание. Ошибка. Чонгук запутывается в собственных ногах и чуть ли не падает, но героически продолжает танцевать в бесконечно быстром ритме, совершенно не попадая в такт до конца самой песни. Музыка заканчивается, он поднимает раздраженный взгляд на Чимина, только бы он не сказал эту фразу… — А я же говорил. «Блять» — Ну и че ты уставился на меня как на НЛО? Есть ошибка — нужно работать над ней. «Я бы тебя сейчас уработал, Чимин, скажи ещё хоть слово и я не сдержусь» — Язык отпал? Говорю стаём в начальную и повторяем заново. Закончим с этим и пойдём перекусим, поговорим. — Отстань от меня, бесишь уже, — взгляд у него как у обиженной, но злой собаки. На висках склеились мокрые от пота волоски, он устал. — Повтори это ещё раз и останешься тут на ночь, как в старые добрые. — Ты Меня Бесишь. Воздух начал стремительно накаляться, а потом и вовсе пропадать. Между двумя, стоящими друг перед другом вакуум и чёрная пропасть. Кулак Пака сжался с лёгким хрустом и Гук уже готов был принять удар, но заметил как нижняя губа старшего слегка дрогнула, а в глазах пронеслось разочарование. Чимин развернулся на сто восемьдесят градусов, с лёгкостью подхватил свои вещи и направился к выходу. — Хорошо, Гук, как скажешь. Наедине сам с собой Чонгук покраснел, ему стыдно. *** Зачем он сейчас стоит под дверью в комнату обиженного Пак Чимина? Да, Чимин ему дорог, не хочется смотреть на его кислую мину и надутые губы. Он осторожно стучит, но ответа не следует. Гук решительно её открывает, просовывая голову внутрь он видит Чимина. Лицо у него горит, а взгляд упёрся в точку на потолке. — Тэ, ну почему он такой упрямый, я уже не знаю с какой стороны к нему подойти, идея с танцем была откровенно херовая. — Какая идея, хён? Чимин подорвался с постели ничего не понимая, как Тэхён которого он ждал уже минут десять превратился в Чонгука. Стоп, он что-ли слышал всё? — Ты что тут забыл? Уходи. — Я отрепетировал танец, наверное раз десять… Прости меня, я не хотел грубить, я привык, что у меня всё получается, что все мной гордятся. И вдруг я так жёстко налажал, ещё и перед тобой. — Всё нормально, иди отдыхай, день был тяжелый. — Расскажи, что вы там задумали с Тэ. — Ты не отстанешь? — Нет. — Я так и думал. Но как рассказать младшему, что он в него влюблён давно? Что давно ищет поводы остаться наедине и поговорить? Как рассказать о том, что Тэ стал его боевой подругой в любовных вопросах. Что именно сегодня он должен был признаться в своих чувствах, если бы не вспылил и не сбежал… — Ну в общем. я. хотел. ну… — Лицо начинает заливаться краской по новой. — Я хотел помочь поставить тебе новый танец, к твоей сольной песне. — Ну ты и дебил, — слышится из-за двери голос Тэхёна. — Тэ, свали в закат, я сам. — Хватит мяться, если ты сейчас не скажешь Чонгуку в чем дело, то я сам расскажу ему про то что ты влюбился, — негромкий смешок и шаги удалающиеся прочь. «Чёртов Ким Тэхён " Взгляды двоих пересекаются. — Ты влюбился, хён, это же хорошо, теперь ты будешь счастлив. Почему ты раньше не говорил. Она красивая? А как её зовут? —Чонгук начинает бесперебойно забрасывать вопросами. Взгляд сам собой опускается на тело младшего. Сильная грудь вздымается спокойно, футболка местами прилипла к разгоряченному и влажному телу, руки сильные и жилистые, кожа поблескивает от света лампы, как элитная янтарная жидкость в стакане. Глаза-полумесяцы спокойно смотрят прямо на своего хёна, ищут подходы к его душе; обезоруживающая улыбка и взлохмаченые чёрные волосы, он похож на только что проснувшегося птенца. В тот день как Чонгук появился в их группе, все начали оберегать его словно своего маленького и беззащитного брата. И не зря, огромная индустрия может пожевать и выплюнуть тебя в любую минуту, оставив ни с чем. Теперь Чону двадцать два и с ним побаивается тягаться даже Джин, который раньше жить не мог, если не подостаёт макнэ. Чимин начинает пробовать слова на вкус, ища ответы на вопросы Гука: — Да, она действительно невероятная, а зовут — Чонгук. —Теперь Пак Чимину терять нечего. — Ч-ч-чонгук? — До него только сейчас дошла вся абсурдность собственной тупости. Он подошёл к кровати Чимина и присел. Ведь совсем недавно это малыш Гуки бегал за своим старшим, таскал еду, ходил вместе с ним куда бы он не позвал, незаметно для других что-то задумчиво чертил на его коже и даже видео про него снял. Все его попытки остались незамеченными. Судьба играет с людьми как захочет. — Мне глаза Тэхён раскрыл, сказал, что ты прямо-таки ешь меня взглядом, — он задумчиво кусает губу. Воздух снова становится горячее, снова начинает исщезать, но сейчас между этими двумя пропасти нет. — Я начал присматриваться, прямо-таки следить, но всё ещё ничего не видел. Но пока я смотрел на тебя, то с каждой секундой влюблялся сам. Я начал замечать такие мелочи, которые ты и сам наверное не замечаешь. Как ты выпячиваешь губки, когда пьешь воду. Если начинаешь нервничать, то пощипываешь себя за щеки. А когда засыпаешь на диване, после очередной видеоигры, то морщишь носик, посапывая. Я хочу защищать тебя, стать твоим фильтром от всего плохого. Ты самое невероятое, что могло бы со мной случиться, если бы я не был слепым идиотом. Неловкое молчание длилось уже больше минуты, Чонгуку тоже больше терять нечего. — Я тоже влюблён в тебя, Пак Чимин, стань моим фильтром и всегда будь рядом. Со спин обоих упали камни недосказанностей и не принятых друг другом чувств. — Я сейчас счастлив… — Мне тебя так нехватало. Где-то в мире позлорадствовал один Тэхён: " Всё таки идея с танцем была отличная». Чимин притянул Чонгука к себе, утыкаясь лбом в его лоб. Между их взглядами пробежал с десяток искр. Только что появилась их новая вселенная. *** Ребята уже собираются возле машин, сегодня у них фото съёмка для нового альбома. В небольшой комнате которую Чимин делит с Хосоком, сейчас тоже происходит съёмка. Чонгук снимает одежду со своего парня. Он мокро целует его в губы, проникая языком в рот и прощупывает им гладкие зубы Пака. Пухлые губы начинают посасывать язык, глаза блажено прикрываются. Чон спускается к шее, рисуя узоры, слегка покусывает, опасаясь оставить малейший след, который будет заметен посторонним. Сразу же зализывает оставленные прозрачные метки. Холодные руки скользят от лопаток до поясницы и находят убежище под резинкой его боксеров, сжимая мягкую кожу пальцами. Рваный вздох в самое ухо. Теперь остановиться невозможно. Он уже чувствует напряжение, которое тредовательно упёрлось ему в бедро. «Хочу» Ему всегда будет мало, столько времени было упущено, столько горячих и сладких стонов не услышано. Столько признаний ещё не озвучено. Ничего, пусть ребята подождут, мы друг друга, тоже, слишком долго ждали.