Давай поедим рамен?

*** -Давай поедим рамен? С этого началась головная боль Юнги. Чонгук слишком назойлив, и достаёт хена практически везде: в студии, общежитии, абсолютно везде. Шуга тешит себя тем, что у Чонгука пубертатный период и этим можно объяснить странную комбинацию слов, совсем не подходящую отношениям «тонсен-хен». И если бы макне был иностранцем, то ему бы  простилось. Но он кореец. Чистокровный до двадцать пятого колена, причём. И родился в Пусане, а не где-нибудь в Нью-Йорке. Отбрасывая непонятные мысли, парень садится за компьютер, надеясь поработать. *** -Хен, -нагло врывается Чонгук в хеновую обитель, -пошли поедим рамен? Юнги игнорирует один раз, второй… На третий терпение заканчивается и макне выпроваживают к херам. Гук обиженно потирает ушибленный о косяк затылок и обещает ещё раскрутить ворчливого хена на «рамен». *** Шуга в приподнятом настроении возвращается в отель после экскурсии, планирует немного отдохнуть, возможно посидеть в интернете с фанатами, а потом сесть за работу. У группы выдался единственный выходной и хотелось его провести с пользой. Парень ложится на кровать, устало откидываясь на неё. Почти проваливаясь в сон, он не замечает характерное «щелк». На кровать садятся, а позже укладываются рядом с ним, зарываясь носом в шелковистые миновы волосы. Обнимает за талию, — Юнги настолько вымотан, что готов стерпеть всё — но он шепчет: -Пошли поедим рамен? Шуга подрывается, вставая и спихивая мелкого. Он всё ещё сонный и не совсем понимает, что происходит, но смотрит на Чонгука осуждающе. -Совсем охерел? -Чем тебя смущает моя просьба? — дует губки Чон. -Я, конечно, всегда знал, что ты — существо беспардонное, но чтоб настолько?! Ты вообще понимаешь, о чем просишь?! — пыхтит Мин, вытаращив глаза. -Я в-ведь просто х-хотел… — непонимающе хлопал глазками макнеша. -Мне плевать что ты там хотел, — перебил Юнги, — мы не будем этого делать и точка. Иди вон к Чимину приставай, или к Тэхёну. А мне не до тебя. -Но я с тобой хочу, — растроенно сказал Гук, — тем более, насколько я знаю, ты никогда не был против… Шуга театрально закатил глаза. -Я, конечно, бисексуален, но с тобой таким заниматься не буду, — буркнул он, опять принимая лежачее положение. -Да причём здесь это? — повалился Чонгук рядом с ним, начиная копаться в волосах старшего. -Да при том, что… — «… я люблю тебя» повисло в воздухе, — наши отношения уже не будут прежними. -Хен~, — вновь заныл младшенький, — один раз, пожалуйста! Всего один раз и я отстану, честно. -Ох, лааадно, — протянул Юнги, понимая что от него просто так не отвалят, и приникая к губам макне. Гук сначала пребывает в шоке, пытается оттолкнуть хена, а после сдаётся, начиная неумело отвечать. Рэпер спускается ниже к шее, зацеловывая мягкую кожу. Он раздевает обоих, продолжая целоваться с макне. Старший растягивает растерянно и неуверенно, что не характерно для его пылкой натуры. Стоны Чона — услада для ушей хена, а на то, как он выгибается ему навстречу, Юнги может смотреть вечно, как на воду или огонь. Мин двигается с черепашьей скоростью, стараясь не причинить боли, но парень снизу всё равно всхлипывает, зарываясь лицом в подушку. -Больно блять, — хрипит Чонгук, сжимая простынь от боли. Шуга совершает финальные толчки и замирает, изливаясь в Гука и целуя напоследок в губы. Ложится на почти заснувшего Гука, а тот нервно смеётся: -Вообще я реально поесть хотел, но такой исход мне даже нравится больше, — улыбается он, обнимая Юнги за голую спину. -Спи уже, — улыбается в ответ Мин, опуская руки на чонгукову талию.