Дежавю

Комментарий от автора Кхм-кхм, кто там просил продолжение? Штош, держите… Я правда что-то немного увлеклась, будто макси пишу (ага, совсем немного)       Распластавшись на животе и крепко обняв подушку, Агата видела десятый сон. Так сладко она не спала уже неделю, но, к сожалению, всё хорошее рано или поздно заканчивается. Вот и сейчас: первые солнечные лучи, проскальзывая сквозь не до конца закрытые шторы, дотянулись до слегка подрагивающих век. Чуть поморщившись, она перевернулась на другую сторону, даже не отходя ото сна. И всё было бы прекрасно, однако лишние телодвижения пробудили в ней выпитый за прошедшую ночь алкоголь, теперь отчаянно желавший выбраться наружу. Почувствовав болезненный удар жестокого похмелья, девушка с неимоверным трудом открыла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на настенных часах.       5:48       Будто каменная голова раскалывалась, словно в неё каждую секунду всаживали сотни ледоколов, а во рту так вообще была целая Сахара без намёка на оазис. Неприятный ком застрял в горле, напоминая о вчерашнем выпитом роме, однако встречаться с белым другом пока ещё не хотелось. Но несмотря на муки похмелья, её радовало то, что наконец удалось крепко поспать, не вздрагивая от малейшего шороха в комнате.       Боже, надо было взять себе вчера стакан воды на утро.       Понимая, что с такой жаждой уснуть и видеть безмятежные сны дальше не суждено, Агата собрала все свои силы и кое-как перевернулась на спину, пытаясь вспомнить последние события и прийти немного в себя, чтобы спуститься за спасительной жидкостью на кухню. Потянувшись с тихим писком и устало потерев лицо руками, она только сейчас осознала, что лежит не на всей ширине кровати, а лишь на её половине. Совершенно ничего не соображая в таком состоянии, Харрис вяло повернула голову вбок, и её взгляд упёрся в оголённую спину.       Так, стоп…       Она сверлила мужские лопатки добрых пять минут, пока мозг обрабатывал происходящее. Определённо, самое худшее похмелье за её жизнь.       Я пила в душе, а потом…       Воспоминания вечера ледяной водой окатили девушку, заставляя её подскочить на месте, что было очень необдуманным и глупым действием, учитывая её состояние. Слишком резко.       — Бля-ять, — не то промычала, не то проблеяла англичанка, прижав ладошку ко рту.       — О боже, Агата, ты всегда такая громкая по утрам? — раздражённо прошипел разбуженный норвежец и укрылся одеялом до шеи, даже не поворачиваясь к девушке.       Не взирая на скверность ситуации, Харрис хотела было уже ответить пошлой шуточкой, однако рвотные позывы усилились, заставляя её буквально побежать к туалету. Чуть не упав по пути, так как запуталась в одеяле, она громко хлопнула дверью, мысленно желая провалиться сквозь землю. Пока она тут будет разговаривать с белым блестящим другом, её партнёр будет всё это время за тонкими стенами с отвратительнейшей звукоизоляцией.       Прекрасное начало дня.       Алекс, которому до этого момента ничего не стоило вернуться ко сну, аж вздрогнул от громкого хлопка и, сбросив с себя одеяло, хмуро посмотрел в сторону ванной. Что ж, после такого количества выпитого алкоголя, да ещё, он был уверен, на голодный желудок, — неудивительно, что утро Агаты началось именно с этого. Интересно, что вызовет в ней более злое смущение — его желание помочь или, наоборот, равнодушие? Недолго размышляя, полусонный Нильсен не спеша встал с кровати и, облокотившись о стену, постучал в дверь. За время их партнёрства они неплохо спелись и узнали друг друга получше, поэтому мужчина был уверен в своих догадках (впрочем, как и в большинстве случаев): как бы он себя не повёл сейчас, девушка найдёт к чему придраться. Может, не сразу и не вслух, но найдёт.       — Тебе там волосы подержать не нужно?       Сидящая в обнимку с унитазом и ожидающая очередного позыва, Агата чуть не подавилась собственной слюной. Последнее, чего бы она сейчас хотела, это чтобы напарник видел её в таком состоянии. Она вообще думала, что он или успел уйти, или снова заснуть. Правда, осознавать, что он действительно сейчас стоял за дверью и предлагал ей помощь, пусть и в привычной для него манере, было на удивление приятно.       — Нет, — прохрипела наконец девушка в ответ. — А вот от стакана водички не отказалась бы.       А что, убью двух зайцев: и за водой идти не придётся, и этого на время сбагрю.       — Я Вас понял, мисс Харрис, — усмехнулся Александр, быстро смекнув, что это было деликатное «свали на время нахрен».       Даже не одеваясь, он вышел из комнаты и направился в сторону кухни. Вряд ли в шесть утра в воскресное утро кто-то ещё бодрствовал в этом доме и мог с ним столкнуться. Хотя, с другой стороны, Нильсену в принципе было откровенно плевать на подобное. Он тут проживал больше месяца и уже ощущал себя как дома. Быстро сбежав по лестнице, норвежец зашёл на кухню и на секунду замер. За барной стойкой, лицом к окну, в длинном белом халате сидела Элиза, крепко обхватив чашку с чаем. Судя по её слегка подрагивающим плечам, спокойно поспать не удавалось не только Агате.       — Доброе утро, — Александр подошёл к графину с водой, даже не глядя на блондинку.       — Ой! — испуганно дёрнувшись, пискнула она и чуть не вылила на себя остывший чай. — Доброе. Я не слышала, как ты… — увидев протеже Фредерика в одном нижнем белье, Элиза залилась краской и, смутившись, резко отвела взгляд. — как ты вошёл.       Нильсен мысленно усмехнулся. В его голове плохо укладывалось, как такая, кажущаяся на первый взгляд, невинная особа сознательно пошла на тайные отношения с братом. Пусть они и не были родными по крови, но всё же. Тем более, с таким самовлюблённым придурком, как Данте. Впрочем, его не должно было это волновать. То, что его интересовало, он уже узнал: после подслушанного разговора в кафе Алекс пока что списал эту парочку с подозрений. Элиза действительно плохо скрывала свои эмоции, позволяя считывать себя словно открытую книгу, так что поверить в их с Данте непричастность к убийству Аннет можно было совершенно спокойно.       Налив полный стакан воды, мужчина даже не посмотрел в сторону девушки и вышел. Разговаривать им попросту было не о чем. Проводив его задумчивым взглядом, она вновь посмотрела в окно и немного отпила чай, судорожно вздохнув. Находиться рядом с этим норвежцем ей было почему-то не менее напряжённо, чем на допросах у Гудмана.       Тем временем, после «прекрасного» времяпровождения с унитазом, Агата решила умыться и почистить зубы, чтобы не дышать сильным перегаром на Александра, а затем и на дражайших родственников за завтраком. Откинув назад волосы, с целью протереть полотенцем лицо, она озадачено замерла, ошарашенно пялясь на своё отражение. Только сейчас блондинка заметила на своей шее засос, который возможно скрыть только водолазкой с высоким горлом, чего у неё с собой не было. Идею обернуться шарфом она сразу отмела — такое только ещё больше привлекло бы внимания, и ей бы пришлось выдумывать дешёвую отмазку вроде «я просто простудилась».       Серьёзно, это кроме низкосортных фильмов где-то ещё работает?       Проведя по шее рукой, будто бы это было каким-то видением, которое вот-вот исчезнет, она никак не могла вспомнить, на чём закончился вечер. Последнее воспоминание в её голове: их страстный поцелуй, причём по её инициативе, а потом… Харрис никак не могла вспомнить, что было потом.       Да чёрт возьми, неужели я переспала с ним и даже не помню этого?       Она снова внимательно посмотрела на засос, который будет красоваться на её шее ещё несколько дней, пока прокручивала в голове с потаённым наслаждением сцену их поцелуя, как вдруг раздался хлопок двери, заставивший её вздрогнуть.       Твою ж! Такими темпами я скоро буду бояться буквально всего.       Закончив наконец рассматривать свою шею, Агата попыталась уложить свои волосы так, чтобы они закрывали засос, но при малейшем повороте головы его было прекрасно видно. Раздражённо выдохнув, она начала мысленно перебирать свой гардероб и искать подходящую на такой случай одежду.       Чёртов Александр!       — Ты мог хотя бы не на видном месте его оставить? — Харрис распахнула дверь и демонстративно указала пальцем на шею, застав норвежца лежащим на кровати. Он удивлённо вскинул брови, переворачиваясь на бок и подпирая голову рукой.       Что за косплей на Аполлона?       Стараясь не повторять своих ночных ошибок, она продолжала уверенно смотреть ему в глаза, подавляя мощное желание в который раз насладиться его телом. Алекс тихо хмыкнул.       — И это вместо спасибо?       Девушка наконец заметила столь желанный стакан с водой и тут же жадно опустошила его за считанные секунды, уже забыв свою претензию.       — Спасибо, — с облегчением прошептала она, шумно вздыхая.       Блаженство.       — Я не об этом, — ловко перевернувшись на кровати, Нильсен медленно подошёл к блондинке, которая расслабленно упёрлась в деревянную мебель, и положил свои руки на комод, едва касаясь её оголённых бедёр и хитро ухмыляясь. Закусив губу, она сжала стакан посильнее, в то время как её глаза предвкушающе заблестели. В голове непроизвольно вспыхнула вчерашняя сцена, отчего кровь ощутимо прилила к щекам.       — А о чём же? — собрав всё своё самообладание в кучку, Агата старалась держаться уверенно и без трепетного волнения смотреть в льдистые глаза, прожигающие в ней дырку, но безуспешно.       Его взгляд лишал напрочь всякого понимания происходящего. Будто ватные ноги подкашивались, теряя устойчивость, в животе начинался ураган из бабочек, а стук бешено колотящегося сердца звоном отдавался в ушах, заглушая все окружающие звуки.       Девочка, да ты влюбилась по уши. Или просто очень хочешь его.       Или всё сразу…       — Ну, как же, — Александр пропустил её волосы сквозь свои пальцы, будто расчёсывая, и слегка коснулся её щеки. С задумчивым выражением лица, он убрал выбившуюся прядку за ухо и с особым удовлетворением бросил взгляд на шею. Что ж, вряд ли теперь малыш Сэмми, завидев такой засос, попробует в очередной раз ненавязчиво подкатить к девушке. — Ты ведь сама попросила меня вчера остаться.       Харрис удивлённо захлопала глазами. Какое же странное и пугающее ощущение, когда чего-то совершенно не помнишь.       Ладно, я действительно в пьяном бреду могла такое ляпнуть…       Всё ещё не понимая, переспали они по итогу или нет, Агата усиленно попыталась вспомнить покадрово вечер, но безрезультатно.       — Между нами что-то было?       — Пока ещё нет, — Нильсен хитро ухмыльнулся, отстраняясь.       Пока ещё?!       Стая бабочек в животе начала летать с бешенной скоростью, превращаясь в торнадо и выворачивая душу наизнанку.       Так, спокойно!       — Ты сказала, что в последние дни плохо спала и…       — И поэтому попросила тебя остаться, — на удивление, девушка отчётливо вспомнила этот разговор, стараясь сохранять самообладание, но сердце неистово колотилось в груди, и ей казалось, что этот стук был слышен на всю комнату. — Спасибо, за всю эту неделю я и правда впервые нормально поспала.       Александр лишь улыбнулся в ответ и, прихватив свои вещи, подошёл к двери.       — До встречи за завтраком.       Поставив наконец стакан, Харрис рвано и раздражённо выдохнула, устало упав на кровать лицом вниз. С каждым днём сохранять спокойствие и рассудок рядом с норвежцем с этой его самодовольной улыбочкой становилось всё сложнее. Особенно, когда собственный мозг вечно подбрасывает совместные картины, вызывающие бурю эмоций и волну жара по всему телу. Тихо промычав в подушку, она перевернулась на бок и уставилась в стену.       И как теперь заснуть?       Перед глазами снова вспыхнуло смутное воспоминание о прошедшем вечере. Агата не могла сказать точно, было ли это плодом её фантазии или реальностью, но представшая картина тёплых объятий заняла все её мысли. Она даже не заметила, как снова провалилась в сон.

***

      Харрис то и дело подавляла приступы зевоты, периодически отпивая чёрный кофе и лениво поедая типичный английский завтрак — яичницу с беконом и парой колбасок. Она была так вымотана за всю неделю, что готова была проспать вплоть до следующего дня, но, к её сожалению, около одиннадцати утра её разбудила Марта, приглашая на поздний завтрак. Девушка уже хотела было проигнорировать приглашение, однако понимала, что проблемы у неё были не только со спокойным сном, но и аппетитом, и пора уже взяться за своё хотя бы физическое здоровье. Надев первую попавшуюся под руки юбку, она около 20 минут искала подходящий свитер с каким-нибудь воротом, который мог хоть как-то прикрыть шею.       Время от времени нервно поправляя соскальзывающий воротник, Агата бросала недовольные взгляды на Александра, который, в свою очередь, флегматично пил свой чай как ни в чём не бывало, не обращая на неё внимания и читая что-то в телефоне. Почти все остальные уже успели позавтракать с час назад, и теперь кроме них за столом находился ещё Данте, как на зло сидящий как раз со стороны засоса. И хотя он был полностью занят едой, будто ел за троих, девушка всё равно периодически проверяла шею, чтобы она была должным образом прикрыта — ей не очень хотелось оправдываться перед кузеном. Честно говоря, ей ни перед кем не хотелось оправдываться.       — Всем доброе утро, — в столовую зашёл Сэм, сразу подмечая некоторое напряжение на лице Агаты. Сев за стол сбоку от неё, он попросил прислугу кофе и задумчиво сложил руки в замок.       — Привет, — она чуть повернулась к нему, тепло, даже радостно улыбаясь. Данте же с набитым ртом поздоровался в ответ, не отвлекаясь от еды, в то время как Нильсен наградил помощника детектива лишь кратким кивком.       — Сегодня мы… — однако продолжить ему не дали. Поставив перед ним чашку, Марта наигранно взволнованно ахнула.       — Ой, мисс Харрис, что с Вами случилось?       — В смысле? — англичанка повернулась к прислуге, на лице которой можно было различить плохо скрытое ехидство.       Только попробуй…       — Вы где-то ударились? У Вас такой синяк на шее, может, его следует обработать? — с такого вопроса в лоб Агата поперхнулась своим кофе, уловив злорадные искорки в глазах рыжей бестии.       Стерва! И зачем я тогда вообще вызвалась помогать тебе?       — Всё в порядке, Марта, не нужно, — бесстрастно процедила она, подняв ворот свитера максимально высоко и неприязненно посмотрев на прислугу. Та тут же ретировалась, не убирая хитрой улыбочки с лица.       Удивлённо вскинув брови и перестав жевать, Данте непонимающе посмотрел на кузину, будто бы ожидая объяснений, но её испепеляющий взгляд был направлен на норвежца, который не видел причин сдерживать своей нахальной самодовольной ухмылки. Ситуация теперь стала понятна, и, чуть помрачнев, он продолжил свою трапезу, но уже заметно с меньшим аппетитом.       — Что ж… — тоже немного озадаченный произошедшим, но совершенно не удивлённый им, Сэм продолжил, — я хотел сказать, что мы с детективом Гудманом скоро уедем и вернёмся только завтра. Так что если у вас есть какие-нибудь дела к нам, то лучше решить их до обеда.       — Хорошо.       От Агаты не ускользнул тот факт, что помощник детектива выглядел слегка понурым. На его лице была грустная, но в своё время понимающая улыбка. На самом деле, ей не хотелось, чтобы он стал свидетелем подобной ситуации. Хотя, казалось бы, куда ещё хуже, когда он ворвался в комнату Александра в ту ночь?       Девушка испытывала к помощнику Гудмана тёплые, но исключительно дружеские чувства. Ей было иногда даже жаль его, когда она в очередной раз мягко отказывала его попыткам поухаживать за ней. Но что она могла поделать, если в её вкусе были самоуверенные нахалы, возомнившие себя детективами? Харрис смущённо закусила губу, уставившись в пустую тарелку, и неосознанно представила, каково было Сэму на душе.       Так, всё. В чём в чём, а в этом я точно не должна себя винить.       Не желая сидеть в такой неловко-угнетающей обстановке, Агата допила кофе двумя большими глотками и торопливо направилась в комнату, ощущая спиной пронзительный взгляд Александра.

***

      К радости Харрис за весь остаток дня ей никто не докучал, позволяя насладиться долгожданным одиночеством. Большую часть времени она просидела в своей комнате и смотрела заурядный сериал, над которым не нужно ломать голову. Ей просто было необходимо расслабить свой мозг и перестать думать обо всём подряд, иначе бы к вечеру она уже кипела от переизбытка информации. Бездумно наблюдая за действиями на экране ноутбука, девушка совершенно не анализировала сюжет и поступки героев, просто с лёгкостью наслаждаясь картиной и не спеша поедая орехи.       Как же хорошо…       Причём заметно расслабилась не только Агата, но и все проживающие в доме. Детективы впервые рискнули оставить семейство Харрис без присмотра — видимо, отъехали по действительно важным и безотлагательным делам. И можно было с уверенностью сказать, что за прошедшую неделю ещё никогда не было так тихо в коридорах и комнатах. Все с упоённым удовольствием наслаждались долгожданным спокойствием и тишиной, устав от непрекращающихся допросов, вторжения в личную жизнь и периодических хладнокровных упоминаний, что убийца кто-то из домочадцев.       Буквально на секунду подумав об этом, девушка судорожно поставила сериал на паузу и обеспокоенно посмотрела на дверь. А что если убийца и правда в доме? Учитывая, что все сейчас отдыхают в одиночестве, а детективы — единственные люди с оружием — на сутки оставили их, этому инкогнито не составит труда пробраться незамеченным в комнату Агаты и завершить начатое.       Пытаясь совладать со стремительно нарастающей паникой, она схватила телефон и ринулась к двери, лихорадочно запирая её и ища в контактах номер Александра, как вдруг прямо над ухом раздался уверенный стук. Подпрыгнув на месте, Харрис испуганно взвизгнула и чуть не выронила смартфон.       — Агата, это я.       В ушах всё ещё звенело от колотящегося сердца, но девушка, облегчённо вздохнув, поспешила открыть дверь своему спасителю, который окинул её удивлённым взглядом. Поборов порыв кинуться ему на шею, она уже хотела объяснить своё напряжённое поведение, однако норвежец её перебил, сразу переходя к делу.       — Ну что, готова?       — К чему…? — блондинка непонимающе уставилась на партнёра, в глазах которого увидела знакомый предвкушающий азарт.       О нет-нет-нет, только не говори, что мы опять играем в детективов!       — Гудман и малыш Сэмми вернутся только завтра, чтобы пробраться в тайные проходы комната Данте нам теперь не нужна и даже Фредерик вернётся только поздно ночью из города, — толкая девушку к разгадке, перечислил известные ей факты Александр и, пройдя вглубь комнаты, расположился в кресле.       — И-и… что? — задумчиво нахмурившись, она закрыла дверь и села напротив на кровать.       — Господи, Агата, ты жопой думаешь или чем? — устало закатив глаза, Нильсен облокотился о колени, приблизившись лицом к напарнице. — Это значит, что мы беспрепятственно можем проникнуть в комнату Аннет и узнать, что особенного было в той картине, которую, по твоим словам, хотел зачем-то снять Фредерик. Кроме него и детективов вряд ли кому-то ещё понадобится неожиданно нагрянуть на место преступления, так что мы совершенно не рискуем быть пойманными.       Харрис глупо захлопала глазами, пытаясь переварить услышанное.       Он это серьёзно?       Возможно какой-то смысл во всём этом и был, но желания снова тайком заходить в комнату, где каждая малейшая вещь напоминала о любимой покойной тётушке, совершенно не было.       — Может, ему просто приглянулась картина, и он захотел её украсть?       Многозначительный взгляд Александра вовсе не смутил Агату. Она прекрасно знала, что ляпнула наитупейшую глупость. Англичанка просто пыталась отговорить его от этой затеи любыми способами, даже такими несуразными.       — Ты серьёзно думаешь, что у него нет денег на дорогие картины? — усмехнулся мужчина, увидев на её лице чётко написанное нежелание впутываться в очередную авантюру.       — Нет, — девушка устало вздохнула и повались на кровать. — С чего ты вообще взял, что там что-то осталось? Скорее всего, он уже забрал то, что ему было нужно.       — Не исключаю такую возможность, — Нильсен на секунду задумался. — Или же там сейф какой-нибудь, — девушка раздражённо промычала что-то нечленораздельное. Кажется, отговорить его у неё не получится.       — Если даже и так, — она приподнялась на локтях, измученно посмотрев на парня. — Что нам это даст? Не думаю, что даже такой умник, как ты, угадает пароль с первого раза.       — По крайней мере, мы будем точно знать, что он там есть и что нам искать дальше.       Агата снова распласталась на кровати, словно морская звезда, и раздражённо прорычала.       — Ты не отвяжешься, да?       — А ты догадливая.       Взяв девушку за запястье, Александр резким движением поднял её на ноги и властно повёл за собой в свою комнату. Англичанка послушно семенила за ним, не одёргивая руку и теряясь в своих мыслях. Что ж, по крайней мере, ей теперь не грозит опасность застать убийцу тет-а-тет. Перспектива незаконно копаться в опечатанном месте преступления уже второй раз её, конечно, не радовала, но, как сказал партнёр, в этот раз никто не зайдёт неожиданно в комнату её тётушки. Все заинтересованные в этом лица отсутствовали, а то что туда нагрянет кто-то из оставшихся — очень маловероятно.       Быстро преодолев коридоры, Агата даже не заметила, как они оказались в уже знакомой ей спальне. Норвежец, предусмотрительно заперев дверь, чтобы их случайно не спалили, вылезающими из тайного прохода, подошёл к стене в поисках рычага. В тот раз никто из них так и не понял, как в этой комнате открывались секретные туннели. В это время блондинка, прохаживаясь и рассматривая помещение, до которого ей в прошлый раз даже не было дела, кинула затуманенный взгляд на постель и чуть было не поперхнулась воздухом от нахлынувших воспоминаний.       Господи, Агата, опять?!       Резко развернувшись, оставляя кровать позади себя, она чуть сжала руки в кулаки, впиваясь ногтями в кожу. Прогнав только мешающиеся в данный момент картины из головы, Харрис подошла к уже порядком раздражённому Нильсену, который, казалось, облапал буквально всю стену. Недолго наблюдая за его попытками, она присела и, ощутив внутренний необъяснимый порыв, прощупала напольный плинтус. Через несколько секунд Агата почувствовала, как деревянная поверхность под её пальцами утонула чуть глубже. Раздался едва слышный щелчок, и перед ними бесшумно открылся проход.       — А ты не безнадёжна, — Александр удовлетворительно хмыкнул и, снова взяв девушку за руку, уверенно зашёл в тесный и затхлый коридор. Найдя на ощупь рядом с выходом рычаг, он закрыл за ними проход и пошёл прямо, освещая путь фонариком на телефоне, пока они не наткнулись на развилку.       — Ну, и куда дальше, Шерлок? — скептично фыркнула девушка, совершенно не помня собственные брождения и панические бегства в темноте этих тайных ходов.       — Мой дорогой Ватсон, если бы Вы хоть на минуту включили голову, то быстро бы нашли ответ на свой вопрос, — с этими словами Нильсен потянул англичанку налево.       Решив не докапываться до такого вывода (почему им, собственно, налево), она не переставала удивляться его самоуверенности и аналитическому складу ума. В последнее время ей казалось, что они — двое импровизированных «сыщиков» — действительно обгонят профессиональных детективов в расследовании. Это было бы неплохо. Харрис уже надоело жить в постоянном напряжении и вечно выслушивать провокации от Гудмана в её сторону, при этом не наблюдая особого продвижения по делу.       В скором времени детективы-любители наконец достигли нужной им комнаты. Аккуратно вылезая из стены, чтобы ничего не задеть, Агата растерянно огляделась. Почти ничего, конечно же, не поменялось. Абсолютно все вещи, даже самые мелочные, находились уже с неделю на тех местах, где их некогда оставила тётушка. Единственное, чем отличалась нынешняя обстановка от того рокового дня — стол теперь был чистым, однако неприятный металлический запах всё ещё стоял в воздухе. Взгляд девушки непроизвольно опустился вниз: на дорогущем ковре красовалось огромное багровое пятно, которое явно уже не выстирать.       Боже, и почему я вообще об этом думаю?       Развернувшись спиной к месту, вызывающему у неё теперь лишь ужасающие воспоминания, которые ещё не скоро померкнут в её голове, Агата посмотрела на висящую над кроватью картину и хмыкнула.       Картина как картина…       — Ну, чё встала. Будешь помогать? — едва слышно проговорил Александр, надевая тканевую перчатку, и протянул другую партнёрше.       Как предусмотрительно.       — Да я до неё еле достану! — раздражённо прошипела она и демонстративно подошла вплотную к стене, вытянув руки: ладони едва могли обхватить левый нижний угол рамы.       — Ладно, я понял. Сегодня работаю один, — натянув вторую перчатку и потянувшись вверх, он осторожно обхватил картину по бокам и снял её с креплений, внимательно осматривая стену. — Пусто.       — Не удивительно, — фыркнула Харрис и посмотрела на обратную сторону полотна. — Стой, тут что-то есть! — подцепив ноготочком скотч, она отодрала какой-то сложенный и пожелтевший листок. Судя по свежим следам, до этого рядом был приклеен ещё один. Нильсен быстро и так же аккуратно вернул картину на место и подошёл к девушке.       — Класс, разберёмся с этим позже, — прошептав это, он снова бесцеремонно схватил блондинку за запястье и подошёл к стене. — А теперь погнали отсюда, — несмотря на внутреннее недовольство, она не выдернула руку и продолжала степенно идти следом.       Я, конечно, не маленькая девочка, но ладно…       Быстро преодолев знакомый им путь, партнёры через пару минут уже находились в спальне норвежца. И пока он возился с тем, чтобы закрыть тайные ходы, Агата, усевшись по-турецки на его кровати, достала из кармана юбки найденную бумажку и развернула её, включив настенную люстру. Перед её глазами был неполный план секретных туннелей, которые, в основном, были связаны с разными комнатами и расползались на листе словно паутина. А вот продолжения той части, где они выходили далеко за пределы дома, не наблюдалось. Нетрудно было предположить, что остальная часть плана находилась на другой бумажке, которую, по-видимому, и забрал мистер Ларсен. Александр сел рядом с девушкой, внимательно всматриваясь в старый клочок бумаги.       — Интересно, и зачем Фредерику знать, куда ведут эти ходы за пределами поместья?       Агата удивлённо посмотрела на своего напарника, ожидая его предположений, однако от его самоуверенности и самодовольства не осталось и следа. Задумчиво нахмурившись, он явно был озадачен какими-то тайными делами своего наставника, в которые не был посвящён, и ему это совершенно не нравилось. Теперь Нильсен в полной мере понимал партнёршу: она вообще уже неделю жила с мыслью о том, что убийца её любимой тётушки — кто-то из её родственников. Паршивое чувство, ничего не скажешь.       Сочувствующе наблюдая за изменившимся в лице Александром, англичанка вдруг словила себя на одной безумной мысли. Им обоим просто необходимо было отвлечься от всех этих тайн, интриг и расследований. И побыстрее. Чем больше они каждый день усиленно над чем-то думают, ищут зацепки и улики, тем больше у них обоих кипят мозги, отчего все предположения рано или поздно заходят в тупик. Вдобавок, они совершенно не оставляют ни сил, ни времени, чтобы разобраться с тем, что происходило между ними. И раз уж у них пока ещё ничего не было, она посчитала, что сейчас не самое худшее время исправить это.       Так, Агата, представь, что ты снова пьяная…       — Ну что, папочка Алекс, есть идеи? — вспомнив, как они впервые искали эти тайные проходы в комнате Данте, решила она разбавить обстановку таким способом и плавно направить ситуацию в нужное русло.       Господи, что я творю.       — Запомнила, значит, — на лице мужчины снова заиграла самодовольная ухмылка, а глаза изучающе посмотрели на девушку. Определённо, ей удалось его заинтриговать.       Так, прекрасно. Ты уже не хмуришься.       — Такое забудешь, — парировала Харрис, стойко, на своё удивление, выдерживая его пронзительный взгляд.       Ну, молодец. А дальше что собираешься делать?       Ощущая, как их игра в гляделки становится с каждой секундой всё интимнее, девушка всё-таки не выдержала и посмотрела снова на план, будто бы ожидая увидеть что-то новенькое. Оказывается, взять узды правления в свои руки и попытаться быть ведущей во взаимоотношениях с Александром — не так уж и легко, как она себе предполагала. От одного только его взгляда Агата чувствовала, как её щёки постепенно заливаются румянцем, а в животе рождается всеобъемлющее тепло, начинающее разливаться по всему её телу в каждой клеточке кожи, от кончиков пальцев и до языка. Невзначай одёрнув едва задравшуюся юбку, она словила себя на интересном наблюдении. Блондинка всего второй раз находится в его спальне и снова без нижнего белья. От этой мысли ворох пьянящих и пикантных воспоминаний пронёсся в её голове, оставив после себя захватывающее дух чувство, будто Харрис только что спрыгнула с качелей.       — Думаю, мы можем отложить размышления на завтра, — с этими словами уже всё решивший для себя мужчина положил план на прикроватную тумбу, замечая, как глаза напарницы заблестели в предвкушении, хотя сама Агата внешне оставалась напряжённо сдержанной.       — И чем же тогда сейчас займёмся? — она заинтересованно посмотрела на надвигающегося, словно хищник к жертве, Александра и, будто повинуясь витавшим в воздухе неозвученным приказам, отклонилась назад на подушки, быстро оказавшись в лежачем состоянии.       — Это ты мне скажи, — прошептал он, нависнув над девушкой.       По телу пробежалась волна мурашек, оставив после себя тянущее чувство, разлившееся по всему животу и постепенно завязывающееся в тугой узел.       Какого чёрта? Он до меня даже ещё не дотронулся, а я уже хочу его…       Словно прочитав её мысли, Нильсен уверенно проник руками под одежду и медленно скользнул ими вверх, не отрывая взгляда от затаившей дыхание Агаты. Она будто боялась спугнуть удачу, зная о любви этого засранца очень «вовремя» прекращать начатое.       Интересно, а сегодня мы будем играть в связывание или это разовая услуга?       — Ну, так что? Есть идеи? — одна ладонь вернулась на талию, другая — не спеша двигалась всё выше, вычерчивая различные узоры на теле. Не обнаружив присутствия лифчика, Александр не сдержал хитрой улыбки. — Я смотрю, ты у нас не любительница нижнего белья.       — А ты наблюдательный, — саркастично выпалила англичанка, уже не вспыхивая от смущения как в первый раз. Приподняв бровь, не впечатлённый её сарказмом он сократил расстояние между ними до каких-то жалких миллиметров и несильно сжал своей холодной ладонью грудь. Все его действия были похожи на затишье перед бурей, от которого крыша Харрис уже стремительно поехала в неизвестном ей направлении.       — Чего ты хочешь от меня, Агата?       А то ты, блять, не знаешь!       — Я… хочу всякого, — девушка готова была расплавиться от одних только прикосновений, делающих с ней что-то поистине невероятное.       — Чего всякого? — мужчина издевательски ухмылялся, совершенно не скрывая своего наслаждения данной игрой. Рука с талии неожиданно переместилась на внутреннюю сторону бедра и медленно заскользила вверх, заставив блондинку резко и шумно втянуть воздух.       — Ну… разного, — закусив губу, она едва сдерживалась, чтобы не застонать уже сейчас.       Его руки, оставаясь на месте, нежно поглаживали тело в ожидании. Норвежец тихо усмехнулся и наклонился ещё ниже, едва коснувшись губами её носа. Не поцелуй, просто прикосновение — расчётливо-мягкое и небрежное.       — Чего разного, Агата?       — Почему я должна произносить это вслух?! — вспыхнула она, чуть дёрнувшись в раздражении, изнывая от желания.       — Ты можешь ничего не говорить, если ничего не хочешь, — мужская ладонь сместилась с груди на талию, вызвав разочарованное шипение.       Я хочу стукнуть по твоей наглой физиономии.       — Я… — Агата запнулась, плохо веря, что она так легко и так охотно идёт у него на поводу, с каким-то мазохистским удовольствием принимая правила его игры. — …хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне…       Эта фраза, словно самый страшный ураган, снесла крышу им обоим, вызвав настоящий эмоциональный апокалипсис в комнате. Мужчина страстно впился в манящие губы блондинки, продолжая одной рукой изучать плавные изгибы её тела и второй мучительно медленно ввести к месту, где сейчас было сосредоточено её основное желание. Обхватив его шею, Агата всем своим существом ощущала, как узел внизу живота затягивается всё туже и ощутимее, отчего окружающая обстановка начала плыть перед глазами, будто она каталась на детской карусели. Девушка нетерпеливо заёрзала на кровати и прильнула к нему всем телом, стараясь сократить между ними расстояние и таким образом ускорить события, однако норвежец, усмехнувшись ей в губы, неожиданно отстранился и с вызовом посмотрел на неё, дразняще поглаживая бедро.       — У меня ощущение, что пьяной ты была куда решительнее.       Ах так?!       Не дав ему шанса продолжить, задетая его высказыванием Агата потянула его на себя и властно накрыла его бархатные губы своими, закинув на него ногу и лихорадочно схватив край его футболки, в надежде быстро избавиться от мешающейся одежды. Буквально на секунду прервав поцелуй, мужчина стянул с себя футболку и, не глядя швырнув её в сторону, снова прижался к ней. Задрав юбку, он совершенно не удивился, что нижнего белья здесь также не наблюдалось. Его пальцы наконец коснулись разгорячённого тела, но тут же быстро скользнули вверх и начали поглаживать живот, нагло дразня девушку.       — А-александр-р-р, — изначально запланированный недовольный тон преобразился в словно едва слышимое рычание, когда спустя короткий миг Агата ощутила мужские пальцы уже в себе. Жадно втянув воздух, она впилась ногтями в его лопатки, ощущая его кусающие поцелуи на шее.       Кажется, мне срочно нужно купить водолазку…       В голове Харрис промелькнула мысль, что ничего подобного за её годы взрослой жизни с ней ещё не случалось. Она томно таяла от малейшего прикосновения его требовательных рук, от его бездонного и головокружительного взгляда, от его вечно самоуверенной улыбочки и стального голоса, которому она готова была сейчас слепо подчиняться, расплавляясь под его телом. Ей ещё никогда не хотелось так сильно прижаться к мужскому телу, раствориться в нём, стать единым целым и отдаться полностью, совершенно ни о чём не задумываясь. Агата ощущала, как стремительно тонет в этом омуте под именем Александр, будто к её сердцу кто-то привязал камень и вышвырнул в середине озера.       Прогибаясь в спине от очередных ласк, она даже не заметила, в какой момент лишилась свитера, оставшись в одной юбке, в то время как Нильсен — в одних боксерах. Её любимая картина, надо признать, которая появлялась перед глазами всю неделю в самые неподходящие моменты — за столом, во время разговоров с родственниками или, вообще, на допросе с детективами. И что-то ей подсказывало, что сегодняшняя ночь в ближайшие дни также не выйдет у неё из головы ни на секунду.       Ощущая горячие поцелуи на своей груди и сильные руки на своих ягодицах, блондинка не сдержала рваного стона и обхватила ногами норвежца, прижимая его ещё ближе и чувствуя его возбуждение. Проведя дорожку из поцелуев до самого низа живота, он вернулся к её губам и, сжав свои ладони сильнее, подмял девушку под себя. Ни секунды не раздумывая, она прильнула к его шее и готова была тут же задохнуться в удовольствии от его крышесносного, отдающего хвойными нотками парфюма, одной рукой зарываясь в его волосах, слегка оттягивая его голову назад, а другой медленно ведя своими ноготочками вдоль живота, пока те не наткнулись на резинку трусов. Едва коснувшись своей ладошкой чуточку ниже, Харрис почувствовала жёсткую хватку на своих запястьях, сопровождаемую хриплым мычанием. Александр отточенным и излюбленным движением резко поднял её руки к изголовью кровати. Снова.       — Думаю, сегодня обойдёмся и без ремней, — горячо прошептал он ей на ухо, слегка куснув за мочку, отчего у девушки напрочь снесло крышу, лишая её понимания происходящего. Хотя, казалось, что сносить уже нечего.       Её затуманенный разум совершенно не осознавал окружающую действительность, летая где-то на седьмом небе, полностью сконцентрировавшись на тактильных ощущениях, которые выворачивали все внутренности, словно на американских горках. В момент, когда Алекс неожиданно отстранился, Агата едва открыла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на его лице, как вдруг весь её мир полностью перевернулся: она негромко вскрикнула и шумно выдохнула, прогибаясь в спине, почувствовав, как мужчина резко вошёл в неё.       — Т-ш-ш, — приставив указательный палец к её губам, норвежец издевательски чмокнул девушку в нос. — Ты же не хочешь, чтобы на твои стоны сбежался весь дом?       С силой закусив губу и сжав кулаки, англичанка едва себя сдерживала, ощущая как с каждым толчком неторопливо приближается к столь долгожданному экстазу. Изголодавшаяся пара в эйфории растворялась друг в друге, будто они томительно ожидали этого момента годами и вот, наконец, воссоединились. С каждой секундой в комнате становись всё жарче и жарче, нещадно погружая их в самое пекло желания. Агата буквально ощутила, как от головы отлила кровь. В этот самый момент ей казалось, что в мире существуют лишь они и ничего больше. От подобного чувства, разливающемуся по всему её естеству, хотелось кричать во всё горло, но она стоически держалась, продолжая с едва тихими стонами расплавляться под его теплом и с упоённым наслаждением вслушиваясь в его рваное дыхание. Время для них будто остановилось, позволяя этой вспыльчивой парочке вдоволь насладиться друг другом.       Александр не понял, когда он успел перейти к более грубым действиям, оставляя на её шее, ключицах и груди заметные красноватые следы не то от засосов, не то от укусов, а на бёдрах и талии — едва заметные синяки от его стальной хватки. Животная страсть тотально снесла ему башню, отчего осталось лишь яростное желание прижать её со всей силой ещё ближе к себе прям-таки до хруста костей, оставить едва заметные контуры ладоней по всему телу и кусающе её целовать, в блаженстве закатывая глаза. Его движения буквально за секунду стали резче, чаще и жёстче, отчего Агата не смогла уже себя сдерживать, наплевав на все шансы их разоблачения. Жадно вслушиваясь в её сладостные стоны, мужчина практически зарычал и, отпустив её запястья, оттянул её голову за волосы, впиваясь в соблазнительную шею.       Обрадовавшись свободным рукам, девушка с немыслимым удовольствием буквально вонзила свои ногти в его плечи со всей силы, упиваясь его болезненным шипением. Разрядка была уже так близка, отчего голова начала бешено кружиться, заставляя чуть ли не выть от предвкушения. Норвежец ощущал, как на его лопатках нещадно остаются горящие полосы после пальчиков блондинки. Максимально резко толкнувшись вперёд, вызвав громкий стон, он едва сдержал свой собственный, почувствовав приближающийся финал и острую боль от её ноготочков. На время они замерли, будто боясь разрушить это хрупкое равновесие момента.       Ещё буквально мгновенье.       Очередной резкий толчок.       Сладостно простонав его имя, Агата выгнулась в спине и, судорожно хватая ртом воздух, чувствовала, как распадается на миллиарды кусочков, словно взорвавшийся фейерверк в звёздном небе. Как же давно ей не было настолько хорошо. Уперевшись одной рукой в кровать, мужчина уткнулся лицом в шею девушки, дыша с ней в унисон и вдыхая сладкий аромат, исходящий от её волос. Только сейчас он осознал, что от них так приятно пахло чем-то карамельно-миндальным, что однозначно было приятным дополнением к завершению.       Он лёг рядом с ней, всё ещё тяжело дыша, и посмотрел в её сверкающие глаза, не сдерживая своей привычной самодовольной улыбки. Кажется, они оба слышали, насколько громко бьются их сердца в данный момент.       — Я же говорил, что нравлюсь тебе.       Закатив глаза, блондинка едва ощутимо стукнула его кулачком в плечо и с наигранной обидой уже готова была вскочить с кровати, как её нагло повалили обратно, крепко обхватив за талию. Не выпуская девушку из рук, Александр с неимоверным трудом достал из-под их тел одеяло и укрыл их обоих, прижимая её поближе к себе. Недовольно пыхтевшая Агата, ловко извернувшись, с лёгкостью повернулась к нему и, недолго думая, мягко обхватила ладонями его лицо, трепетно прильнув к губам. Поцелуй получился таким сладостным и воздушным, отчего сердечко ещё быстрее забилось в грудной клетке, словно она снова была на школьном балу и впервые в своей жизни целовалась, скрывшись в укромном месте от любопытных взглядов.       — Так, завтра поедем в магазин мне за водолазкой! — резко отстраняясь, совершенно невпопад выпалила девушка, даже боясь представить, сколько засосов и укусов она увидит на своём теле на утро.